Всю дорогу оба молчали. Лицо Ши Цина было необычайно сосредоточенным, и Чжун Бай, разумеется, это заметил. Хотя именно он был главным гостем на сегодняшнем банкете, сам генерал выглядел непринужденно, словно ничуть не беспокоился о грядущих событиях.
Карета остановилась у дверей шумного ресторана. На оживленной улице толпились люди, не умолкая звучали крики уличных торговцев, однако эта суета, казалось, ничуть не трогала Ши Цина.
— Чего застыл? — Чжун Бай первым вышел из кареты и протянул руку, ожидая, пока Ши Цин последует за ним.
Прохожие, завидев экипаж резиденции генерала, невольно замедляли шаг. Увидев, как обычно холодный и беспощадный генерал с такой нежностью и улыбкой на лице стоит у кареты, ожидая свою госпожу, они не могли сдержать зависти.
Выйдя наружу, Ши Цин почувствовал на себе десятки взглядов, но не придал этому значения. Его тревожил сегодняшний пир, который явно сулил беду.
Нужно было понимать: человек, который столько лет пробивался в коридорах власти и сумел занять пост премьер-министра, был далеко не прост. Прежде они не сталкивались с вопросами ядов, поэтому ничего не замечали, но теперь, когда нужно было скрыть правду, все становилось куда сложнее. Яд был особого состава, а у премьер-министра имелись средства для его проверки. Если сегодня вечером он решит их применить, обман непременно раскроется.
Как выкрутиться? Это была неразрешимая задача.
— О чем задумался? Выглядишь таким потерянным, — Чжун Бай смотрел на него, и хотя на губах генерала играла улыбка, в глубине души он уже начал готовить бурю.
Надеюсь... ты меня не разочаруешь.
Они вошли в здание друг за другом, и слуга тут же проводил их в отдельный кабинет. Внутри уже сидел премьер-министр, лениво откинувшись на спинку стула с чашкой чая в руке. На сцене перед ним музыканты увлеченно играли, и звуки струнных и флейт, наполнявшие комнату, создавали атмосферу полного умиротворения.
Фигура премьер-министра не казалась внушительной, но его взгляд обладал невероятной силой. Стоило встретиться с ним глазами, как возникало ощущение, будто тебя раздели донага — ни о какой приватности не могло быть и речи, казалось, он видел человека насквозь.
Именно это сейчас чувствовал Ши Цин. Он бесстрастно встретил взгляд собеседника, и, к счастью, тот, посмотрев на него лишь мгновение, отвел глаза, переключив внимание на идущего впереди Чжун Бая.
— Генерал — человек невероятно занятой, я приглашал вас столько раз, но все безуспешно.
Премьер-министр начал с подколки, пытаясь сократить дистанцию, но Чжун Бай сразу прошел к столу и сел:
— Что вы, премьер-министр, к чему эти слова? Я человек свободный, просто не люблю лишний раз выходить из дома.
Иными словами, он отказывался приходить не из-за занятости, а просто потому, что не хотел обедать с хозяином дома.
Натянутая улыбка на лице премьер-министра едва не дрогнула, но старый лис остался старым лисом: внешне он не подал виду и продолжил как ни в чем не бывало:
— Я кое-что слышал о недавних событиях. Вы так позаботились о моем сыне, что я, как отец, просто обязан выразить вам свою благодарность.
Он произнес немало высокопарных слов, но Чжун Бай, будучи человеком прямолинейным, не поддался на уловки, проявив твердость характера.
— Забота о собственной госпоже — мой долг, премьер-министру не стоит так любезничать.
Перебрасываясь фразами, они попросту игнорировали Ши Цина, чему тот был только рад: пусть лучше они вовсе забудут о его существовании.
— Как вам живется в резиденции генерала? — премьер-министр внезапно перевел тему на Ши Цина. В его взгляде, устремленном на юношу, сквозила холодность, хотя он и пытался изобразить заботу.
Ха, разыгрывает любящего отца? А ведь раньше, чтобы поскорее откреститься от связи со мной, он даже визит к родителям после свадьбы отменил. А теперь решил поинтересоваться, хорошо ли мне живется?
— Благодарю за беспокойство, отец, у меня все хорошо, — сухо ответил Ши Цин, не удостоив того даже взглядом. Со стороны это могло показаться неблагодарностью.
— Брат, что ты делаешь? Отец ведь искренне беспокоится о тебе, — внезапно женский голос нарушил неловкую тишину.
Началось.
Сердце Ши Цина упало. Он посмотрел на дверь: вопреки ожиданиям, в комнату вошла женщина в розовом платье, подчеркивающем девичью нежность, с глубоким вырезом, открывающим вид на соблазнительные формы.
В ее облике сочетались невинность и искушение — обычный мужчина давно бы потерял голову, но Чжун Бай даже не взглянул в ее сторону, сосредоточенно изучая узор на своей чашке, словно тот был верхом совершенства.
Потратив час на сборы, она ожидала эффектного появления, но даже не предполагала, что гость не удостоит ее и взглядом.
Ши Янь прикусила губу, с досадой глядя на Чжун Бая. Поняв, что он действительно не проявляет к ней ни малейшего интереса, она отвела взгляд и, приказав служанкам следовать за ней, подошла к отцу.
Увидев это, премьер-министр заметно напрягся — было очевидно, что он не ожидал увидеть здесь свою дочь.
Эта едва заметная перемена не ускользнула от внимания Ши Цина. Он нахмурился: неужели премьер-министр не знал? Тогда зачем Ши Янь покупала те лекарства в аптеке? Неужели она сама...
Как только эта мысль пришла ему в голову, он невольно взглянул на Ши Янь. И правда, в ее глазах, устремленных на него, читались жгучая зависть и презрение.
— Наверное, она узнала о том случае. Изначально за генерала должна была выйти она, но из-за роли разменной монеты заменили тебя. Теперь, должно быть, кусает локти.
— А что толку жалеть? Неужели она выставит меня из дома? Даже если премьер-министр согласится, Его Величество не позволит.
Слова Системы напомнили Ши Цину о реальности. Неудивительно, что Ши Янь так думает: будучи любимицей в доме премьер-министра, она с детства привыкла получать лучшее — все, чего бы ни пожелала. Можно сказать, родилась с серебряной ложкой во рту.
А теперь она видит, как идеальная жизнь, которая должна была принадлежать ей, досталась сыну служанки. Конечно, она в ярости.
— Сестра, ты шутишь. Я прекрасно знаю, что отец беспокоится обо мне, у меня нет никаких других мыслей.
— Лучше бы так и было. Не хотелось бы завтра услышать, как по всему городу болтают, что в доме премьер-министра вырастили неблагодарную тварь.
Ши Янь не стеснялась в выражениях, явно не намереваясь щадить чувства Ши Цина. Чжун Бай молча слушал, но, услышав это, невольно нахмурился.
Стало очевидно, какое положение занимал Ши Цин в резиденции премьер-министра до замужества.
— Раз уж Ши Цин вошел в резиденцию генерала, он — мой человек. Я сам научу его вести себя в обществе, и в твоих советах он не нуждается.
http://bllate.org/book/21594/2226169
Готово:
