Дыхание Сюй Яня становилось всё более обжигающим, температура тела стремительно росла.
Шэнь Цинцин заподозрила, что любовное зелье перепутали и случайно подсунули А Яню.
Но призадумавшись, она сочла это вполне закономерным — в конце концов, она постоянно провоцировала его, да ещё и находилась в его объятиях.
Если бы А Янь действительно сохранил непоколебимость и уподобился благочестивому Лю Сяхою, она бы только встревожиласть.
— Семь-семь, проверь уровень расположения А Яня ко мне, — мысленно обратилась к системе Шэнь Цинцин, полагая, что шкала поднялась сама собой, хотя она ещё ничего толком не сделала.
— Хозяйка, на данный момент уровень симпатии достиг девяноста процентов, это уже уровень любви, — ответил Семи-семи.
Даже этот бесплотный искусственный интеллект был потрясён: хозяйка вроде бы ничего не предприняла, а показатели взлетели так высоко.
Судя по позе, в которой застыли хозяйка и её спутник — они крепко прижимались друг к другу, — пожалуй, лучше проявить сознательность и временно отключиться.
Интуиция системы подсказывала, что сейчас произойдёт нечто непотребное для её глаз.
— А Янь говорит, что у тебя может быть только один мужчина, но… — Шэнь Цинлан не договорила, а лишь сжала руку Сюй Яня, прося его сначала отпустить её.
Сюй Янь, разумеется, жаждал узнать продолжение, и, уловив её сигнал, на мгновение разжал руки.
Шэнь Цинцин повернулась, и они замерли лицом к лицу, глядя друг на друга. Глубокие чернильные зрачки мужчины словно приковывали её к месту.
Казалось, свирепый хищник готов в любую секунду растерзать добычу и проглотить её целиком, не оставив ни костей, ни крови…
Но искусные охотники часто принимают облик жертвы.
В этом поединке ещё предстояло выяснить, кто здесь охотник, а кто — добыча.
Взгляд скользнул по его глазам, высокому носу, соблазнительным губам и опустился ниже — к кадыку.
Шэнь Цинцин слегка прикусила его кадык, и дыхание Сюй Яня стало ещё более раскалённым.
Однако следующие её слова едва не свели его с ума. Как она посмела?!
Обхватив его за шею, Шэнь Цинцин приблизила губы к самому уху мужчины, которое покраснело так сильно, будто с него капала кровь.
Ей безумно захотелось укусить его, и она тут же претворила желание в жизнь.
А затем прошептала прямо в ухо, отравляя его разум:
— Но А Янь всё ещё не стал моим мужчиной.
Подтекст был предельно ясен: ты ведь даже не принадлежишь мне до конца, я еще не завладела тобой.
Услышав это, Сюй Янь наконец выпустил наружу зверя, которого так долго держал взаперти в глубине души; теперь ничто не могло его остановить.
— Ты сейчас в своем уме? Понимаешь, что говоришь?
Он боялся, что она произносит это лишь под воздействием дурмана.
Он хотел быть для неё особенным, единственным, и желал большего.
— А Янь, я в полном рассудке и то зелье не пила.
— Так что же А Янь намерен делать?
Не раздумывая больше ни секунды, Сюй Янь подхватил Шэнь Цинцин на руки и направился к постели, не желая терять ни единого мгновения.
Сейчас он хотел лишь одного — полностью завладеть ею, чтобы в её глазах отражался только он один.
Уложив Шэнь Цинцин на ложе и поймав озорную искорку веселья в её глазах, Сюй Янь в этот самый миг окончательно убедился: она отвечает ему взаимностью.
Ярость улетучилась, сменившись мимолётным сомдением: не слишком ли он груб, не стоит ли проявить побольше нежности?
Однако совладать с собой он уже не мог — ему хотелось лишь неистово обладать ею.
— А Янь, помочь тебе раздеться? — видя, что он не спешит продолжать, Шэнь Цинцин сама нарушила тихий шёпот.
Не дожидаясь ответа, она скользнула пальцами по его поясу, намереваясь развязать узел.
Только вот откуда ей было знать, как справляться с местными завязками? Повозившись добрую половину минуты, она так и не сообразила, с какой стороны подступиться.
Но Сюй Янь от её неугомонных ручонок уже вспыхнул целиком — тетива натянулась до предела, ждать он больше не мог.
Одной рукой перехватив её шаловливые пальцы, он в мгновение ока сбросил с себя одежды.
…Терпеть и ждать, пока она поможет ему раздеться, у него уже не было сил, поэтому он просто разорвал ткань.
Небрежно отбросив лохмотья в сторону, он забыл о них навсегда.
Его взору предстала её белоснежная кожа, сводившая с ума ещё сильнее, чем в самых смелых снах.
Припав губами к этой белизне, он чуть грубовато прикусил её.
Он хотел окрасить эту нежную кожу в алый цвет, оставив на ней свои метки.
Шэнь Цинцин едва справлялась с нахлынувшими ощущениями, но дискомфорта почти не было — куда больше это приносило сладкой истомы.Она осталась очень довольна фигурой А Яня и с предвкушением ждала тех радостей, что он ей подарит.
После бурной страсти Сюй Янь чувствовал легкую вину — только что он был слишком груб.
Из-за вспышки гнева и неподконтрольного обожания, узнав, что он стал её первым мужчиной, он испытал непередаваемую радость.
Глядя на капли алых следов словно на лепестки сливы мэйхуа, он был счастлив.
Их первый раз принадлежал друг другу. Посмотрев на уже потерявшую сознание девушку, Сюй Янь перевел взгляд на ее по-прежнему раскрасневшееся и преисполненное страсти лицо в своих объятиях, нежно поцеловал ее в лоб и тихо прошептал:
— Цинцин, ты моя, и только моя.
Сюй Янь прекрасно понимал, что ему пора уходить: чем дольше он здесь задержится, тем выше риск быть обнаруженным.
Он привел все в порядок и даже отнес ее в горячие источники, чтобы омыть тело.
Вот только мысли его переключились на другое, из-за чего он снова немного задержался.
Уложив ее обратно в постель, перед самым уходом он заметил, что она проснулась.
— А Янь, ты уже уходишь?
Сюй Янь лишь подумал о том, что она совершенно не умеет ценить добро — и ради кого он все это делает?
Она еще и обвиняла его взглядом, словно он был каким-то бессердечным изменником.
— Сама подумай, я бы и рад не уходить, но разве это возможно?
Она сама вышла замуж за другого — к тому же за самого могущественного человека во всей Поднебесной, — и при этом еще смеет упрекать его?
— А Янь, давай мы сейчас пойдем на банкет любования лотосами?
— Ты уверена, что у тебя еще остались силы?
Услышав это, Шэнь Цинцин с улыбкой произнесла:
— Во всем виноват А Янь.
Силы-то у нее были, вот только жутко ныла поясница. Лежать было приятнее всего.
— Не переживай, я придумала предлог, никто ничего не заметит.
К тому же на банкете любования лотосами вот-вот должно начаться самое интересное, станет ли кто-то выяснять, присутствовала ли Императрица?
— А Янь, побудь со мной еще немного.
Разве мог Сюй Янь отказать? Он сидел на краю постели и смотрел на лежащую перед ним девушку.
Еще совсем недавно их тела были единым целым.
Лучше было об этом не думать, иначе он снова потеряет контроль.
— Почему ты...
Сюй Янь никак не мог взять это в толк. Он слышал слухи о взаимной любви Императора и Императрицы, а потому совершенно не понимал, почему она до сих пор сохранила невинность.
К тому же брачную ночь Императорской четы никак нельзя было избежать.
— Я подсыпала ему зелье.
Шэнь Цинцин сказала правду, хотя и не стала вдаваться в подробности — кое о чем нельзя рассказывать никому.
— А Янь такой искусный, у тебя до меня были другие женщины? — как бы между прочим поинтересовалась Шэнь Цинцин.
Но Сюй Янь прекрасно понимал: если он сейчас же не даст устроивший ее ответ, у него больше никогда не будет шанса оказаться в ее постели.
— Нет, Цинцин, только ты одна.
Шэнь Цинцин довольно улыбнулась и пригрозила:
— А Янь, ты же знаешь, как нужно поступать, иначе последствия будут очень серьезными.
— Ты ведь тоже знаешь о последствиях, — ответил Сюй Янь.
Они должны принадлежать только друг другу, и никаких других людей быть не могло.
Сюй Янь остался доволен, и какое-то время они еще переговаривались о любви.
В конце концов ему пришлось уходить. Перед самым уходом Сюй Янь неожиданно поцеловал Шэнь Цинцин.
Поцелуй был страстным, словно он хотел поглотить самые ее губы.
Шэнь Цинцин знала, как сильно он не хочет с ней расставаться, а потому позволяла ему делать все, что вздумается.
Без помады, способной скрыть следы, она несколько дней боялась бы показаться людям на глаза.
Наверное, он нарочно так поступил именно для того, чтобы она не смогла пойти к Сун Цзинъюю.
Стоило Шэнь Цинцин вспомнить, что она по-прежнему остается Императрицей, как ей вовсе расхотелось носить этот титул.
http://bllate.org/book/21590/2225382
Готово:
