Моэр скривил лицо и с трудом сдержался, чтобы тут же не сорваться на крик:
— Я ведь просто по-доброму хотел тебя предупредить. Сегодня такое грандиозное событие, мистер Герцог, не ударь в грязь лицом, а иначе...
С этими словами Моэр прикрыл рот рукой и жеманно хихикнул.
— Тебе никогда не говорили одну фразу?
Жуань Цин скосил голову, и его холодный взгляд упал на Моэра.
Моэр опешил:
— Какую?
— Если нет, то я скажу тебе: твой смех просто отвратителен.
Закончив говорить, Жуань Цин снова перевёл взгляд на арену.
Моэра от злости чуть не подбросило на месте. Если бы не появление Цзюньвана, он, пожалуй, действительно не удержался бы и разругался с Жуань Цином в пух и прах.
Появление самого благородного Короля эльфов в Империи в один миг заставило шумный Колизей погрузиться в абсолютную тишину.
Все поднялись со своих мест и один за другим отвесили поклоны грозному Цзюньвану.
Моэр с застенчивой улыбкой посмотрел на правителя, и голос его зазвучал сладко, с избытком манерности:
— О мой Король, я так долго ждал Вас.
Сидящий рядом Жуань Цин принял на себя весь этот удар, и от приторности у него по коже побежали мурашки.
Немного перетерпев, Жуань Цин скривился от отвращения.
Моэр же ничего не замечал. Он уже собирался опуститься на колени Цзюньвана, но, стоило ему поднять голову, как он тут же встретился взглядом с открытыми глазами правителя из-под маски.
В тот же миг Моэр от ужаса оцепенел всем телом, а в глубине его глаз отразился чистейший страх.
— Убирайся.
Моэр торопливо отдернул руку и, съежившись в кресле, боялся пошевелиться, долго пребывая в каком-то отрешенном состоянии.
Всего лишь от мимолетного взгляда глаза в глаза Моэру показалось, будто его в упор разглядывает нечто ужасное и злобное.
Это чувство было совершенно незнакомым и шло вразрез с тем, как он ощущал «Короля» раньше.
Словно... словно перед ним был совсем другой человек.
При мысли о такой возможности лицо Моэра стало еще бледнее, его всего начало слегка трясти.
Сидевший рядом Жуань Цин, разумеется, тоже заметил всё происходящее.
Поведение Моэра, который по своей глупости пытался задирать Цзюньвана, вызывало у него лишь презрение.
Поскольку ему уже доводилось сталкиваться с Цзюньваном лицом к лицу, он прекрасно знал, насколько тот страшен.
Этот мужчина был похож на самого настоящего демона.
Настолько властный и загадочный, что от него бросало в дрожь.
Жуань Цин мысленно с облегчением выдохнул.
Как хорошо, что он сам не является его супругом.
Иначе...
Он даже бояться представить свою дальнейшую жизнь.
Состязание зверей началось вовремя.
Свирепые твари, которых содержали аристократы, принялись ожесточенно сражаться, раздирая друг друга на части. Зрелище было сплошным кровавым месивом.
А сидевшие вокруг аристократы продолжали восторженно улюлюкать.
Жуань Цин, больше не в силах выносить это, закрыл глаза.
Не потому, что он боялся сцены насилия, — его просто тошнило, и к горлу подступал ком.
В желудке все переворачивалось.
С трудом подавив приступ тошноты, Жуань Цин наугад достал из рукава леденец и закинул в рот.
Эта конфета была с кислинкой — Элайфис приготовил её специально для него.
В последние дни он часто испытывал такое недомогание, но стоило ему съесть этот леденец, как желудку сразу становилось легче.
— Милорд, вам нехорошо? Хотите, я велю кому-нибудь проводить вас отдохнуть? — раздался над ухом голос Моэра.
Жуань Цин открыл глаза, и в их глубине блеснул холод. Он ледяным взглядом уставился на Моэра.
— Не нужно, со мной всё в порядке.
Моэр не унимался.
Этот план он вынашивал уже очень давно, и если Жуань Цин не отправится в комнату отдыха, то претворить задуманное в жизнь будет просто невозможно.
Моэр слегка занервничал:
— Как это всё в порядке? Если вам плохо, милорд, нельзя же терпеть, Его Величество за это вас не осудит.
Взгляд Жуань Кин стал еще ледянее, и он уже собирался осадить наглеца, как вдруг раздался низкий, бархатный голос:
— Проводите герцога отдохнуть.
Стоило прозвучать этим словам, как на лице Моэра мгновенно отразилась радость.
К Жуань Цину подошла стража. У Жуань Цина было мрачное лицо, но он не смел ослушаться приказа Цзюньвана и был вынужден последовать за охранниками в комнату отдыха.
Моэр же, глядя на удаляющуюся фигуру Жуань Цина, тоже усидел на месте. Под предлогом отлучиться на минутку он украдкой направился к гостевым покоям Колизея.
Когда Жуань Цина привели в комнату отдыха, он сразу понял, что, кроме него самого, здесь нет ничьего присутствия.
Это немного успокоило его.
Однако в следующий же миг...
Стоило ледяной до боли руке коснуться его шеи, как тело Жуань Цина мгновенно одеревенело, и он инстинктивно принял боевую стойку.
Впрочем, мужчина за его спиной тут же подавил его сопротивление.
В тот же миг, как его прижали к постели, в Жуань Цине всколыхнулась волна свирепой жажды убийства.
Вокруг царил полумрак, лица мужчины за спиной разглядеть было невозможно, и оставалось лишь терпеть, будучи крепко прижатым к чужой груди без возможности пошевелиться.
— Ты из людей Моэра? Говорю тебе, если ты продолжишь в том же духе, я гарантирую, что ты подохнешь мучительной смертью! — свирепо пригрозил Жуань Цин.
Но его слова, казалось, ничуть не испугали мужчину.
Шестая глава
В душной, давящей навалившейся темноте от которой едва не перехватывало дыхание, Жуань Цин услышал, как мужчина тихонько усмехнулся.
С предельно фривольным видом тот опустил ладонь на шею Жуань Цина, и от этого ледяного прикосновения юношу невольно передернуло.
Заметив, что мужчину не только не испугало предупреждение, но он ведет себя всё так же самоуверенно и даже еще более дерзко, Жуань Цин закусил нижнюю губу, а его лицо исказилось от гнева.
— Ты...
Он попытался что-то сказать, но речь Жуань Цина прервал грохот открывающейся двери.
Дверь со стуком распахнулась, в комнату ворвался сноп света, а следом за ним победоносной, заносчивой походкой ввалился Моэр.
Разумеется, чтобы представление с поимкой прелюбодеев на месте преступления удалось на славу, он захватил с собой побольше зевак.
Из-за яркого света, бьющего в глаза, Моэр не мог разглядеть обстановку в темной комнате отдыха, но все же различил силуэты двух сплетшихся на постели фигур.
Одна крупнее, другая меньше.
Несомненно, тот, кого прижали сверху, — не кто иной, как Герцог Роз Жуань Цин, тут и гадать нечего.
При этой мысли уголки губ Моэра изогнулись в еще более наглой и торжествующей улыбке. Он тяжело зашагал по полу, боясь, что его появление останется незамеченным, и, гордый как павлин, остановился прямо у кровати.
С наигранным изумлением он прикрыл рот рукой:
— Ой, неужели, милорд? Разве вам мало творить подобное... в ваших собственных землях? С чего вдруг устраивать это в комнате отдыха Колизея... Даже если вам плевать на чужие взгляды, стоило бы хоть немного подумать о собственном положении! Если об этом узнают простые люди, ай-яй-яй, какой же позор ляжет на всю Империю.
Жуань Цин отчаянно пытался вырваться и встать, а его красивое личико залилось двумя ярко-алыми пятнами гнева.
Но даже в такой ситуации, будучи пойманным с поличным прямо в постели, мужчина не прекратил удерживать Жуань Цина и с безмятежным, праздным видом продолжал гладить пальцами кожу на его шее.
— Пошел вон! — не выдержав, рявкнул Жуань Цин.
Мужчина на мгновение замер, наклонился к самому уху Жуань Цина и негромко проговорил:
— Плохие мальчики, которые ругаются скверными словами, должны быть наказаны.
Голос мужчины был низким и чистым, как родник.
Жуань Цин на секунду потерял дар речи.
Где-то он уже слышал этот голос.
Но как ни старался, вспомнить так и не смог.
Увидев, что мужчина все еще не отпустил Жуань Цина, Моэр остался крайне доволен.
Он явно принял оказавшегося на Жуань Цене мужчину за подкупленного слугу и, видя, как старательно тот отрабатывает свою роль, пришел в восторг.
Хихикнув, Моэр высокомерно отдал приказ:
— Ты отлично справился. А теперь просто убирайся, дворецкий Мос выплатит тебе двойную награду и лично выберет красавицу по твоему вкусу.
Для нищего и презренного раба такое искушение было величайшей милостью.
Однако мужчина даже не шелохнулся, словно Моэра для него вообще не существовало.
Подобное игнорирование разозлило Моэра. С крайне перекошенным от злости лицом он вытащил застрявший за поясом хлыст:
— Эй, ты, ничтожная собака, ты слышал, что я сказал? Будущая супруга Короля приказывает тебе убираться!
Ругань не принесла ему облегчения, и, взмахнув хлыстом, он принялся охаживать им спину незнакомца.
В следующее мгновение произошло нечто невероятное.
Никто и моргнуть не успел, как рука мужчины уже перехватила хлыст Моэра.
Стоило ему лишь слегка потянуть на себя, как Моэр кубарем полетел вперед, едва удержавшись на ногах.
Ярость застигла Моэра с новой силой. Он уже собирался приказать страже схватить этого дерзкого и низкого «слугу», как вдруг, резко подняв голову, увидел серебряную маску на лице мужчины.
Эта серебряная маска выглядела устрашающе, открывая лишь глаза и рот.
Но Моэру хватило одного взгляда, чтобы мгновенно узнать того, кто перед ним стоял.
Это же был сам правитель Империи.
Любой подданный Империи знал, что их монарх из года в год носит серебряную маску, и никто не ведал истинного лица Цзюньвана.
Да и вряд ли кто-то посмел бы из неуважения к императорскому величию нацепить серебряную маску.
А значит, человек перед ним мог быть исключительно всемогущим Цзюньваном.
В один миг Моэр осознал всё, и по его спине побежали холодные капли пота. Побледнев как полотно, он зашевелил губами:
— В-Ваше Величество... Простите, Ваше Величество, Моэр был неправ, умоляю, пощадите Моэра.
При мысли о том, что он только что обозвал Цзюньвана «собачьим слугой», его внутренности скрутило от жгучего раскаяния, и ему захотелось отвесить себе пару пощечин.
Цзюньван с усмешкой посмотрел на Моэра и игриво произнес:
— Паршивая шавка, это ты сейчас о ком?
— Н-нет-нет, паршивая шавка — это Моэр, Моэр ни в коем случае не хотел Вас оскорбить, о Ваше Величество!
Моэр заливался слезами, его лицо промокло от рыданий. Он стоял на коленях на холодном полу, вцепившись в рукав Цзюньвана и дрожа от страха.
Жуань Цин, наконец получивший возможность подняться, при звуках этого разговора тоже окаменел.
Ведь он перебрал в уме бесчисленное множество вариантов.
Но он никак не ожидал, что наглым повесой, прижавшим его к постели, окажется...
Король.
Пораженный Жуань Цин замер на мгновение, затем оправил одежду и, вновь приняв бесстрастное выражение лица, опустился на колени.
— Прошу Ваше Величество впредь не шутить так с Жуань Цином.
Цзюньван легко усмехнулся: его отношение к словам Жуань Цина было неясным — то ли он остался равнодушен, то ли холодность юноши просто убила в нем всякий интерес. Поднявшись на ноги, он молча покинул комнату отдыха.
Лишь когда Цзюньван удалился, тяжелая давящая атмосфера в покоях рассеялась, и все вздохнули с облегчением, особенно Моэр.
Осознав, что только что оскорбил самого правителя, Моэр на секунду лишился рассудка, смертельно испугавшись, что в гневе Цзюньван лишит его головы.
К счастью, в конце концов монарх не стал с ним возиться.
Выдохнув, Моэр перевел взгляд на Жуань Цина и злобно зашипел:
— Ты и впрямь дешевая шлюха, раз посмел соблазнить даже Его Величество!
Если бы не козни Жуань Цина, его план непременно увенчался бы успехом! И тогда он не попал бы в такую переделку!
От этих мыслей Моэра вновь затрясло изнутри, и он с ненавистью зыркнул на Жуань Цина.
Жуань Цин поднялся на ноги. Лицо у него тоже было не из приятных, и из-за отвратительного настроения он, не сдержавшись, отвесил Моэру увесистую пощечину.
Голову Моэра от удара мотануло в сторону, и он ошеломленно уставился на Жуань Цина.
— Ты... Ты посмел ударить меня?!
Холодно усмехнувшись, Жуань Цин бросил:
— Это тебе небольшой урок. Если ты еще хоть раз позволишь себе грязно выругаться в мой следующий адрес, клянусь, в следующий раз тебе придется столкнувшись с кое-чем куда более серьезным!
Опустив руку, Жуань Цин обошел его и направился к выходу.
Моэр же, трясясь от бешенства, уставился на нерешительно топтавшихся у дверей стражников и сорвал на них всю злость:
— Пошли вон! Если кто-нибудь из вас посмеет болтать о том, что здесь произошло, клянусь, вы подохнете мучительной смертью, убирайтесь!
Охранники в ужасе поспешили опустить головы и разойтись, не смея толпиться поблизости.
У Жуань Цина не осталось никакого желания продолжать просмотр состязаний зверей.
Стоило ему вспомнить, как мужчина за его спиной пытался совершить с ним непотребство, как всё его тело начинало противно ныть.
Закусив губу, он нашел какой-то предлог, чтобы покинуть мероприятие досрочно. Выйдя на улицу и вдохнув свежий воздух, он почувствовал, что тошнота наконец-то отступила.
Забравшись в карету, он вернулся в поместье.
По возвращении Моса дома не оказалось.
Впрочем, Жуань Цин ни капли не удивился.
В конце концов, хотя внешне Мос и числился его дворецким, на деле он был шпионом, подосланным Моэром.
Сейчас он наверняка отлучился по делам своего господина.
Куда больше Жуань Цина удивило отсутствие в резиденции Элайфиса.
Нахмурившись, он смутно почувствовал неладное.
И это предчувствие не было обманом.
Спустя примерно два часа патрулировавшие окрестности стражники принесли Жуань Цину ошеломляющую весть.
Мос мертв.
Причина смерти точь-в-точь повторяла гибель прошлого дворецкого — его загрызли вампиры.
Яд из клыков вампира свел Моса в могилу, а на задней части его шеи остались следы черных нитей, сплетшихся в паутину.
Подойдя к телу Моса и глядя на застывшее в ужасе лицо, Жуань Цин почувствовал, как сердце ухнуло вниз.
— Где его нашли?
Охранник и сам выглядел напуганным:
— Там же, где и предыдущего дворецкого.
Голос стражника слегка дрожал:
— Милорд, вы думаете... неужели на наше поместье открыл охоту какой-то вампир?
Нахмурившись, Жуань Цин оборвал его:
— Не берите в голову всякую чушь. Даже если и так, пока вы ведете себя тихо и не выходите за ворота поодиночке, вам ничего не угрожает.
Услышав это, стражник немного успокоился и, подхватив тело Моса, удалился.
Помассировав виски, Жуань Цин, словно поддавшись наваждению, направился к заброшенному дворику в юго-восточном углу поместья.
Это место выглядело ветхим и совершенно запущенным.
Толкнув дверь, он увидел сидящего на кровати Элайфиса.
Заметив его, Элайфис одарил его мягкой, теплой улыбкой.
— Милорд, откуда вы узнали, что я здесь?
Убедившись, что Элайфис не пострадал, Жуань Цин слегка расслабился:
— Мне тоже интересно, почему ты здесь? Твое место — в моем флигеле.
Элайфис виновато посмотрел на него:
— Разве не вы, милорд, велели мне не следовать за вами? Я боялся, что дворецкий Мос из кожи вон вылезет, чтобы меня схватить, и, чтобы он не нашел меня, мне пришлось спрятаться в тихом месте.
Жуань Цин замер.
Об этом он действительно не подумал.
Голос Жуань Цина невольно смягчился:
— Теперь Мос... мертв, так что можешь больше об этом не беспокоиться.
Услышав это, Элайфис удивленно приподнял бровь:
— Как же так? Что случилось с дворецким Мосом?
— Пока я был в отъезде, Мос, судя по всему, выполнял поручение Моэра и по дороге погиб от рук вампира.
Элайфис понимающе кивнул:
— Кажется, ваш прежний дворецкий тоже погиб от клыков вампира.
— Именно так. — Жуань Цин посмотрел на его неизменно улыбающееся лицо и нахмурился. — Ты выглядишь довольным?
— Конечно. Если оба ваших дворецких были убиты, боюсь, кроме меня, во всем поместье больше не сыйдется смельчаков, готовых занять эту должность.
— Выходит, главный выгодоприобретатель здесь я, так почему бы мне и не радоваться?
Глядя на изогнутые в улыбке глаза Элайфиса, Жуань Цин недоверчиво спросил:
— Разве ты не боишься, что вампир придет за тобой?
— Ни капли. — Элайфис приподнял уголки губ. — В худшем случае я просто не буду покидать пределы поместья.
Жуань Цин опешил, и его холодный взгляд невольно потеплел.
— Хорошо, тогда я официально назначаю тебя дворецким. Надеюсь, ты блестяще справишься со всеми обязанностями.
Сказав это, Жуань Цин развернулся и ушел.
И потому он не заметил, как в тот же миг глаза Элайфиса на секунду окрасились в жуткий кровавый оттенок.
На губах Элайфиса застыла ухмылка — зловещая и демоническая, словно он держал под контролем абсолютно всё. Его пристальный взгляд неотрывно преследовал фигуру Жуань Цина, цепляясь за него так, как хищник цепляется за самую желанную добычу.
Седьмая глава
Лишь когда силуэт Жуань Цина полностью скрылся из виду, Элайфис позволил себе тихо рассмеяться в голос.
Что ж, теперь он наконец-то сможет приступить к реализации своего плана.
В воздухе внезапно клубами поднялся темный туман, и в мгновение ока следы присутствия Элайфиса растворились в пространстве, словно его здесь никогда и не было.
В то же время в королевском дворце, находившемся в сотнях ли от поместья герцога...
С озлобленным лицом Моэр с силой смахнул со стола нефритовый бокал. Тот со звоном разлетелся на мелкие осколки, усеяв ими весь пол.
Стоявший неподалеку слуга боялся даже вздохнуть, страшаясь, что Моэр выплеснет на него накопившуюся со времен Колизея ярость.
С той самой минуты, как Моэр вернулся во дворецкое крыло, настроение у него было хуже некуда.
Стоило ему вспомнить, как эта бесстыдная тварь Жуань Цин на глазах у всех открыто соблазняла его будущего мужа, как внутри Моэра всё закипало от желания разорвать выскочку голыми руками.
Чем, кроме своей слащавой лисьей мордашки, хорош этот Жуань Цин? В душе он не более чем дешевая подстилка, через которую уже прошло немало мужчин.
Вспомнив, что он чуть не пострадал из-за него, Моэр почувствовал, что больше не может терпеть присутствие Жуань Цина в этом мире. Он ударил ладонью по столу и холодно зыркнул на слугу:
— Ты, никчемная тварь, живо придумай что-нибудь! Я намерен покончить с этой заразой как можно скорее, я больше не в силах это терпеть!
Но откуда у простого слуги могли взяться идеи?
Устроить покушение?
Охрана герцогского особняка была слишком надежной, провернуть такое не представлялось возможным.
Оставалось лишь как-то подставить Жуань Цина, чтобы обвинить в тяжком преступлении и избавиться по закону.
Однако Жуань Цин вел себя безупречно и проявлял предельную осторожность — у них не было ни единой улики на руках.
Стоило подумать об этом, как слуга начинал отчаянно ломать голову.
И пока тот мучился в нерешительности, в комнату ворвался перепуганный до смерти охранник.
Моэр даже не успел прикрикнуть на него, как стражник дрожащим голосом выпалил:
— Дворецкий Мос... он мертв!
— Что?!
Моэр в шоке вскочил на ноги. Лицо его побелело, в голове мелькнула страшная догадка, и выражение тут же стало зловещим.
— Это Жуань Цин! Полюбому это дело рук Жуань Цина! Он догадался, что Мос — мой человек, и решил вырезать всех подчистую!
Моэра трясло от злости:
— Этот злобный гад! Я непременно отомщу ему, я должен отомстить за Моса!
Слуга вытер со лба холодный пот и поспешно вставил:
— Нет, будущая супруга Короля... Причина смерти дворецкого Моса в том... что его отравили ядом из клыков вампира!
— Что?!
Изумлен был не только Моэр, но и сам слуга, застывший в оцепенении.
Отрешенно бормотал слуга:
— Как такое возможно? Прошлый дворецкий умер точно так же, и Мос погиб от той же заразы... Неужели...
В этот момент в голове слуги мелькнула догадка, и в его глазах вспыхнул огонек.
Моэр закусил губу и потребовал у охранника:
— Рассказывай всё в подробностях.
Стражник не смел утаивать правду и выложил Моэру всё, что ему было известно.
Включая и то, что Моса обнаружили ровно в том же самом месте, что и предыдущего дворецкого.
Выслушав его, Моэр испытал глубокое смятение.
Почему вампиры нападают исключительно на его людей? Неужели они целенаправленно охотятся на него самого?
При мысли об этом Моэр побелел, а его руки и ноги мгновенно заледеняли.
Слуга, быстро всё обдумав, кивком велел охраннику удариться в бега, а затем с улыбкой обратился к Моэру:
— Ваше Высочество, да это же прекрасная новость!
— Какая же это хорость, если на меня открыли охоту вампиры!
При одной мысли о том, что вампиры могут заявиться и за ним, Моэр содрогался от страха.
http://bllate.org/book/21567/2220801
Готово:
