Вэнь Янь кипел от злости, но выплеснуть её было некуда. Хотя Хуасюань находился не так уж далеко от Университета Лочэна, расстояние всё же имелось, да и по вечерам поймать такси было непросто. Добраться обратно за тридцать минут казалось трудновыполнимой задачей, и Цзун Си явно намеренно ставил его в трудное положение.
Вэнь Янь был вынужден подойти к хозяину закусочной под открытым небом, заказать ещё два блюда, а затем, расплатившись, вернуться за их столик и заявить, что ему пора возвращаться.
— Так рано? — Шу Цзяди достал телефон и взглянул на экран. — Ещё и девяти нет. Мы ведь теперь студенты, посидим ещё немного.
Он ещё не наговорился вволю и не хотел расходиться так рано.
Дун Минчжэ задерживать его не стал:
— У Вэнь Яня слабое здоровье, ему действительно лучше вернуться пораньше и отдохнуть.
Вэнь Янь виновато улыбнулся им:
— Тогда я пойду. Я тут недавно заказал еще несколько блюд, доешьте их, прежде чем расходиться.
Дун Минчжэ проводил Вэнь Яня до перекрёстка и вернулся только тогда, когда тот сел в такси. Шу Цзяди с улыбкой произнёс:
— Глава, а Вэнь Янь и правда неплохой парень, такой заботливый.
— Угу, — кивнул Дун Минчжэ. — Человек он действительно отличный, а раз здоровье слабое, нам нужно о нём больше заботиться.
Как ни спешил Вэнь Янь, добравшись до ворот, он всё равно опоздал на две минуты, отчего в душе заскреблась тревога.
Отперев дверь, он увидел, что в гостиной горит свет, но самого Цзун Си нигде не было видно.
Стоило Вэнь Яню снять пальто, как из глубины квартиры вышел Цзун Си в халате.
Шелковый халат Цзун Си был небрежно завязан на пояс, а одна рука вытирала влажные волосы. От этого движения открывался широкий участок бледной, но исполненной скрытой силы груди.
Вэнь Янь тут же смутился и отвёл взгляд.
— Ты опоздал, Яньян. — Цзун Си бросил взгляд на стильные и ультрамодные часы, висевшие на стене.
— Вечером трудно поймать такси, да и лифт долго ждал, — тихо объяснил Вэнь Янь.
Цзун Си усмехнулся, но допытываться не стал. Опустившись на диван, он бросил:
— Подойди, вытри мне волосы.
Вэнь Янь подошёл, взял полотенце и принялся медленно сушить волосы Цзун Си.
Он всегда думал, что, за исключением проблем с ногами, во всём остальном о Цзун Си позаботились на славу: волосы у того были густые и чёрные, совсем не то что у него самого в детстве из-за недоедания — жидкие и с рыжеватым отливом.
Волосы у Цзун Си оказались очень мягкими. Вэнь Янь вспомнил вычитанное в какой-то книге утверждение, будто у людей с мягкими волосами добрый нрав, и подумал, что книжные мудрости явно ошибались.
Пока он на мгновение отвлёкся, Цзун Си вдруг заговорил:
— Что делал сегодня в университете?
— Обедал с одногруппниками. — Опасаясь, как бы Цзун Си не подумал, будто он ходил обедать с девчонками, Вэнь Янь поспешно уточнил: — С соседями по комнате, университет выделил мне место в общежитии.
Цзун Си хмыкнул:
— Похоже, отношения с однокурсниками у тебя заладились, раз в первый же день пошли обедать вместе.
Пальцы Вэнь Яня крепче сжали полотенце, но движения он не прервал:
— Они помогали мне убирать постель, я должен был выразить им благодарность.
Едва слова сорвались с губ, как Цзун Си одной рукой обхватил Вэнь Яня за талию и резко притянул к себе, заставляя встать между своими ногами.
— Тогда как отблагодаришь меня, Яньян? — Цзун Си поднял голову.
На его очаровывающем всё живое лице играла улыбка, делавшая его невыразимо красивым. — Я позволил тебе учиться, и где бы ты ни жил — всё по твоему слову. Какова же моя плата?
Вэнь Янь был совершенно сбит с толку его прямым, лишённым всякого смущения взглядом, и в растерянности отвёл глаза:
— Я... это, это же условие, на которое ты сам согласился.
— Условие? — неторопливо повторил Цзун Си. И пока Вэнь Янь гадал, не рассердился ли тот, Цзун Си приложил усилие и усадил его себе на колени.
Поглаживая Вэнь Яня по лицу, Цзун Си произнёс:
— Раз так, ты ведь должен понимать, почему я согласился на твоё условие?
Вэнь Янь прекрасно это понимал: бесплатного сыра в этом мире не бывает.
Есть сделка — есть и условия.
Палец Цзун Си скользнул к мягким губам Вэнь Яня и принялся их легко поглаживать:
— К тому же, сегодня я прождал тебя добрых полчаса. Сам скажи, не заслужил ли ты наказания?
Намерение Цзун Си было очевидно, и Вэнь Янь знал, что притворяться дурачком бесполезно.
Раз уж Цзун Си принял его условия, у самого Вэнь Яня не было права на отказ.
Подумав об этом, Вэнь Янь перестал уворачиваться, обнял Цзун Си за шею и, залившись краской до смущения, заставил себя смотреть прямо в глаза мужчине:
— В следующий раз я обязательно вернусь пораньше.
Только тогда Цзун Си остался доволен. Он наклонился и поцеловал Вэнь Яня, углубляя поцелуй с каждой секутурой, в то время как его руки становились всё более смелыми.
Вэнь Янь почувствовал, как Цзун Си стягивает с него брюки, и испуганно перехватил его руку, не давая продолжать.
— В чём дело? — хрипло и густо спросил Цзун Си, не отрываясь от его губ, охваченный сильнейшим вожделением.
— Пойдем, пойдём на кровать... — с трудом выдавил из себя Вэнь Янь.
Хотя в квартире они были вдвоём с Цзун Си, Вэнь Янь не мог переступить через себя и заняться этим на диване — подобное казалось ему слишком бесстыдным.
— Яньян у нас такой скромник? — усмехнулся Цзун Си, продолжая начатое с присущей ему властностью. — И на диване, и везде впредь мы будем заниматься этим в самых разных местах. Ты можешь только принимать это, говорить «нет» тебе не позволено, понимаешь?
Хотя Цзун Си и велел Вэнь Яню жить в Хуасюане, стоило мужчине покинуть Лочэн, как Вэнь Янь тут же возвращался в общежитие.
Квартира в Хуасюане хранила слишком много отпечатков присутствия Цзун Си, и Вэнь Яню претило даже смотреть на неё, поэтому он с радостью сбегал оттуда при первой же возможности, как только хозяин уезжал в командировку.
Соседям Вэнь Янь объяснял, что порой ему просто лень возвращаться, и тогда он ночует в комнате. Дун Минчжэ и остальные расспросами не докучали, сочли это вполне нормальным и в повседневной жизни вовсю о нём заботились.
Вэнь Янь искренне стремился наладить с ними хорошие отношения: они вместе ходили на пары и обедали, так что со временем он привык к новой обстановке.
Цзун Си, конечно же, не мог не знать об этом двурушничестве.
Но он заметил, что после заключения их сделки характер Вэнь Яня немного изменился: тот перестал быть прежним беспрекословным послушным мальчиком, напротив, в нём прорезался собственный норов, и теперь Вэнь Янь казался куда более живым, чем раньше.
Цзун Си всегда считал, что из-за своего властного нрава терпеть не может неповиновения.
Однако, когда Вэнь Янь поступил по-своему, Цзун Си почему-то не испытал особого гнева. Не считая тайных предостережений держаться подальше от остальных, на привычку Вэнь Яня «не ночевать дома» в его отсутствие Цзун Си решил закрыть глаза.
В конце октября в университете с помпой начался набор в студенческие клубы.
Расписание первокурсников в целом было довольно свободным. Избавившись от удушающей атмосферы выпускного класса старшей школы, новички заметно расслабились и в часы после обеда спешили к местам сбора клубов, где старшекурсники всех мастей зазывали их в свои ряды.
Пообедав, Вэнь Янь поддался на уговоры Дун Минчжэ и Шу Цзяди и тоже отправился туда, тогда как Хань Цзин, не проявив никакого интереса, сразу ушёл в комнату читать книгу.
Улица перед студенческим центром активности пестрела рядами палаток различных клубов, члены которых вывесили транспаранты и вовсю старались привлечь новых людей.
Поначалу все трое шли вместе, но вскоре Шу Цзяди увлёкся секцией роллер-спорта, а Дун Минчжэ, страстный любитель баскетбола, завис у палатки баскетбольного клуба.
Вэнь Янь шёл не спеша, разглядывая плакаты по сторонам, но ничего из увиденного его не зацепило.
Некоторые члены клубов зазывали его подойти поближе, но Вэнь Янь лишь вежливо улыбался и шёл дальше.
Почти в самом конце ряда палаток его внимание привлёк один плакат.
Освещение на нём было приглушенным: худой парень сидел на корточках на земле, и хотя видна была лишь его спина, Вэнь Янь почему-то отчётливо почувствовал его одиночество.
Казалось, весь остальной мир не имел к нему никакого отношения: он существовал в этой вселенной, но был напрочь лишён каких-либо связей с ней.
Вэнь Янь засмотрелся на плакат, пока над ухом не раздался женский голос:
— Студент, нравится этот плакат?
Вэнь Янь опомнился, убрал с лица эмоции и, повернувшись, увидел милую девушку с густой чёлкой и волосами до плеч. Он с улыбкой кивнул:
— Довольно неплохой.
Девушка радостно улыбнулась:
— Это плакат фильма «Пустынность». Снят великолепно, но поскольку это артхаус, особой известностью он не пользуется.
Вэнь Янь протянул неопределённое «а». Он редко смотрел фильмы и прежде никогда не слышал этого названия.
Девушка сама представилась:
— Меня зовут Лю Ии, я со второго курса английского отделения.
— Старшекурсница, здравствуйте, — кивнул Вэнь Янь, чувствуя себя немного не в своей тарелке от её напористого энтузиазма. — Я Вэнь Янь, первокурсник факультета делового администрирования.
— Вэнь Янь, какое красивое имя! — Лицо Лю Ии озарилось лучезарной улыбкой. — Вэнь Янь, не хочешь вступить в наш театральный кружок? Гляжу на тебя — просто прирождённый талант! И внешность, и темперамент идеально подходят для актёра.
Лю Ии говорила всё с большим воодушевлением, ведя себя точь-в-точь как личный агент Вэнь Яня:
— Стоит тебе вступить в театральный кружок, и ты непременно заблистаешь на сцене!
Лю Ии наговорила с три короба, изо всех сил стараясь уговорить Вэнь Яня остаться, но тот ровным счётом ничего не смыслил в актёрском ремесле и вступать никуда не планировал.
Заметив, что он собирается уходить, Лю Ии тут же пустила в ход доводы рассудка и сердечные уговоры. Выговорившись до пересохшего горла, она сбегала к соседней палатке кружка чайной церемонии за двумя стаканчиками тегуаньи — один выпила сама, а второй протянула Вэнь Яню.
Сбежать прямо сейчас было неудобно, и Вэнь Янь решил переждать, пока за ним вернётся Дун Минчжэ.
— Вэнь Янь, актёрское мастерство — это невероятно увлекательно, — утолив жажду, Лю Ии перешла на глубокомысленный тон. — Ты можешь проживать чужие судьбы, примерять на себя мысли каждого персонажа, обогащать собственный внутренний мир. Разве это не здорово?!
Встретившись взглядом с полными надежды глазами Лю Ии, Вэнь Янь слегка растерялся и был вынужден кивнуть:
— Угу.
Лю Ии тут же ухватилась за возможность:
— Значит, ты согласен вступить? Как только ты присоединишься, в нашем кружке прибавится ещё один красавчик и новая визитная карточка. Вчера к нам уже заглянул один симпатичный парень, остальные клубы точно умрут от зависти!
Вэнь Янь уже собирался отказаться, как рядом раздался изумлённый голос:
— Вэнь Янь?
Прежде чем Вэнь Янь успел обернуться, Лю Ии радостно воскликнула:
— Гу Цзыхэн, вы знакомы с Вэнь Янем?
И правда Гу Цзыхэн. Вэнь Янь повернулся к нему лицом и кивнул в знак приветствия:
— Гу Цзыхэн, привет.
— И вправду ты? — радость Гу Цзыхэна так и плескалась через край. — Ты... разве ты не должен был поступать в Мочэнский университет?
Гу Цзыхэн никак не ожидал встретить его здесь.
Только что он издалека заметил, что чей-то профиль подозрительно напоминает Вэнь Яня, а подойдя поближе, с удивлением убедился, что это и есть он.
— Дома... кое-что произошло, так что я остался в Университете Лочэна, — коротко ответил Вэнь Янь, сводя тему к минимуму.
— Гу Цзыхэн, вы с Вэнь Янем одноклассники? — уточнила Лю Ии.
— Да, учились вместе в старшей школе, — с улыбкой кивнул Гу Цзыхэн.
— Айя, как удачно! — Лю Ии обрадовалась даже больше него. — Давай, убеди Вэнь Яня остаться в нашем театральном кружке, он же настоящий самородок для сцены!
С этими словами Лю Ии повернулась к Вэнь Яню:
— Вот, познакомься, это тот самый второй красавчик нашего кружка, о котором я только что говорила. Раз вы знакомы, оставайся с нами!
Вэнь Яню было трудно отказать на столь горячие уговоры, а Гу Цзыхэн с улыбкой добавил:
— Вэнь Янь, я сам вступил в театральный кружок только вчера, правда, не в актёры, а в режиссёры. Если тебе интересно, можешь остаться и попробовать. Наш кружок часто крутит классические фильмы, можно приходить хотя бы ради киноклуба.
— Вот-вот, именно! — закивала Лю Ии. — Завтра вечером мы как раз будем показывать «Пустынность» в недавней синефильской Blu-Ray версии высокой чёткости. Такое посмотреть удается только членам кружка!
Понизив голос, Гу Цзыхэн с улыбкой произнёс:
— Если ты откажешься, старшекурсница точно забросает меня гневными сообщениями.
Вэнь Янь понимал, что ему следовало бы держаться от Гу Цзыхэна подальше, но теперь он уже не был прежним. Он ждал скорого обретения свободы и больше не нуждался в том, чтобы слепо подчиняться каждому слову Цзун Си, как раньше.
Он знал, что Гу Цзыхэн порядочный человек, к тому же чувствовал перед ним долг после истории с прошлым баскетбольным матчем. Поколебавшись немного, Вэнь Янь кивнул:
— Ладно.
Лю Ии восторженно завопила «Еее!», тут же схватила Вэнь Яня за руку и потащила регистрироваться, опасаясь, как бы тот не передумал.
После регистрации Гу Цзыхэн немного пообщался с ним с глазу на глаз, и только тогда Вэнь Янь узнал, что тот поступил на математический факультет и его общежитие находится совсем недалеко.
Гу Цзыхэн проявил завидную деликатность и не стал расспрашивать, почему в прошлом Вэнь Янь внезапно оборвал все контакты. Он лишь предложил снова добавить друг друга в WeChat и пообещал позвать как-нибудь поиграть в баскетбол.
Вэнь Янь не стал отказываться и кивнул в знак согласия.
Он знал, что его собственная жизнь наконец-то начинает разворачиваться во всей красе, и он постепенно вырвется из-под влияния Цзун Си.
Следующий день выпал на пятницу. Ещё до того, как закончились дневные пары, Лю Ии разослала в WeChat-группе театрального кружка уведомление с приглашением собраться в назначенном кабинете к половине восьмого вечера для просмотров фильмов.
Вэнь Янь не стал ничего отвечать, а вместо этого нашёл тихое местечко и позвонил Цзун Си.
Вызов шёл долго, прежде чем на том конце ответили. Голос Цзун Си звучал немного уставшим:
— Яньян.
В трубке на заднем плане смутно доносились голоса других людей, но они быстро стихли — судя по всему, подчинённые Цзун Си предпочли ретироваться, заметив, что тот занят звонком.
— Братец Си, ты на совещании? Сильно устал? — Вэнь Янь по привычке сначала справился о его самочувствии, а затем осторожно поинтересовался: — Братец Си, сколько тебе ещё предстоит пробыть в командировке?
— Что, соскучился? — В голосе Цзун Си послышалась усмешка, сменившаяся затем лёгкой провокацией. — Или не хочешь, чтобы я так быстро возвращался?
Уголки губ Вэнь Яня изогнулись в саркастичной усмешке — конечно же, второе. Однако вслух он постарался добавить в голос нотку испуга:
— Братец Си, о чём ты, вовсе нет, просто хотел узнать, когда ты вернёшься?
— Ещё через пару дней, здесь слишком много дел, — голос Цзун Си стал чуть ниже. — Яньян, я так хочу обнять тебя, поцеловать.
Интонация мужчины сочилась соблазном и намёком на страсть. Распознав подтекст, Вэнь Янь вспыхнул до самых корней волос:
— Братец Си, я... мне пора идти ужинать, ты тоже поешь вовремя, не перенапрягайся.
— Иди, — бросил Цзун Си, а затем добавил: — Яньян, запомни: любая свобода имеет свои пределы.
Вэнь Янь поджал губы:
— Я знаю, братец Си.
Цзун Си не стал давить дальше и повесил трубку.
Подержав телефон в руке ещё с полминуты, Вэнь Янь наконец написал в группе, что вечером придёт на фильм.
Вечером Вэнь Янь отправился в указанный мультимедийный класс — там уже собралась часть студентов. Староста театрального кружка училась с Лю Ии на одном факультете, но была уже на третьем курсе, и звали её Ли Тун.
Ли Тун отличалась деловитой хваткой: коротко представив клуб, она попросила новичков немного рассказать о себе, после чего велела выключить свет и запустила фильм.
Вэнь Янь с первых же минут оказался полностью зачарован лентой.
Ему казалось, будто его собственная душа вселилась в главного героя, шагая вместе с ним день за днём в ожидании у подножия бесплодных гор — хотя чёткого ответа на вопрос, чего именно они ждут, не было.
Вэнь Янь впервые ощутил всю магию кинематографа, заставившую его забыть обо всем на свете.
Лишь ближе к концу фильма Вэнь Янь пришёл в себя и, ощутив сырость на щеках, с удивлением понял, что плакал.
Салфеток у него с собой не было. Когда он уже хотел вытереть слёзы тыльной стороной ладони, сидевший рядом Гу Цзыхэн протянул ему мужской носовой платок и тихо произнул:
— Возьми.
— Спасибо, — Вэнь Янь взял платок и торопливо проткнул глаза. Едва он закончил, в классе зажглся свет, и он поспешно скомкал платок в кулаке.
Ли Тун поднялась на возвышение у доски и спросила:
— Ну как вам фильм?
Кто-то признался, что ничего не понял, кто-то назвал его средненьким, а Гу Цзыхэн заметил:
— Очень глубокий смысл.
Ли Тун улыбнулась:
— Фильм снят по мотивам оригинального романа, и каждый понимает его по-своему. Впрочем, я слышала, что если пересматривать эту картину каждые два года, то с каждым разом открываешь для себя что-то новое. Ничего страшного, если сейчас вы не всё поняли, в следующий раз до вас обязательно дойдёт.
Вэнь Янь задумчиво кивнул.
Ли Тун продолжила:
— Мы решили показать его сегодня ещё и потому, что каждый семестр наш кружок ставит несколько постановок, и эта лента — одна из них. Все желающие могут записаться и попробовать себя в актёрской игре.
По окончании сбора кружка Вэнь Янь и Гу Цзыхэн вместе вышли на улицу.
Они проходили мимо ярко освещенной баскетбольной площадки, где вечно пышущие неиссякаемой энергией студенты гоняли мяч и перекрикивались, излучая саму суть молодости.
Вэнь Янь задержал на площадке взгляд, и Гу Цзыхэн, заметив это, с улыбкой предложил:
— Приходи в воскресенье днем поиграть в баскетбол.
Столкнувшись с открытым приглашением и улыбкой Гу Цзыхэна, Вэнь Янь на мгновение засомневался, но всё же кивнул:
— Хорошо.
Они продолжили путь, и Гу Цзыхэн завёл разговор о другом:
— Вэнь Янь, а ты не хочешь записаться на постановку «Пустынности»?
Вэнь Янь, который даже не помышлял об этом, тут же покачал головой:
— Мне хватит и того, что я посмотрел фильм.
— А я считаю, что ты идеально подходишь, — рассудил Гу Цзыхэн. — Ты прочувствовал эту историю, а значит, на сцене сможешь передать все эмоции главного героя. Давай так: я выступлю сценаристом и режиссёром, а ты сыграешь главную роль.
Гу Цзыхэн хлопнул себя по груди:
— У мальчиков с математического факультета тоже есть поэтическая жилка. Я всегда мечтал попробовать себя в режиссуре, только вот жаль...
Гу Цзыхэн вздохнул:
— ...приходится ограничиваться студенческим кружком для души.
Вэнь Янь понимал, что происхождение и статус Гу Цзыхэна никогда не позволили бы ему всерьёз стать режиссёром и крутиться в кругах шоу-бизнеса.
Впрочем, сам он об актёрстве и вовсе не думал: одно дело — любить кино, и совсем другое — выступать на сцене самому.
Он снова отказался, и Гу Цзыхэн не стал настаивать:
— Ну, раз ты не хочешь играть, то остальные и подавно откажутся. Они ведь даже фильм толком не поняли.
Прогуливаясь рука об руку по университетской аллее, они шли не спеша. Поздний осенний вечерний ветерок приятно холодил кожу, принося освежение.
Гу Цзыхэн старался поддерживать беседу. Вэнь Янь хоть и был немногословен, но разговор не обрывал, исправно отвечая на реплики, а в особенно забавных моментах на его губах играла лёгкая полуулыбка.
Гу Цзыхэн украдкой бросал на него взгляды, ловя эту улыбку, и в груди скребли крошечные кошачьи коготки — щекотно, но донельзя приятно.
Про себя Гу Цзыхэн подумал, как бы ему хотелось, чтобы эта дорога не кончалась, и он мог бы погулять с Вэнь Янем ещё немного.
В воскресенье после обеда Вэнь Янь пришёл вовремя и присоединился к компании Гу Цзыхэна на баскетбольной площадке.
С тех пор как в прошлом году Цзун Си наказал его за игру под проливным дождём, Вэнь Янь больше не прикасался к мячу. Вновь ощутив шершавую поверхность баскетбольного мяча в руках, он почувствовал странный прилив чувств.
Он больше не был тем невежественным юношей, запертым в усадьбе Цзун, который не видел своего будущего и вечно жил в страхе и напряжении.
Теперь у него с Цзун Си была заключена сделка, и впереди забрезчил просвет, сулящий надежду на грядущие дни.
Стоило Цзун Си лишь пресытиться им — и он обретёт долгожданную свободу.
Вся игра пролетела на одном дыхании, оставив после себя удивительное чувство лёгкости.
Поначалу движения казались немного чужими, но вскоре он вошёл во вкус, и их сыгранность с Гу Цзыхэном оказалась просто превосходной.
Когда матч подошёл к концу, все участники валились с ног от усталости и прямо попадали на покрытие площадки, чтобы перевести дух.
Один из одногруппников Гу Цзыхэна улыбнулся Вэнь Яню:
— Отлично играешь! Вы с Гу Цзыхэном так здорово сыгрались.
— Ещё бы, — Гу Цзыхэн протянул Вэнь Яню бутылку воды и усмехнулся. — Мы с Вэнь Янем гоняем мяч вместе ещё со старшей школы, так что взаимопонимание на уровне.
Вэнь Янь улыбнулся и сделал несколько глотков, смачивая пересохшее горло.
Немного отдохнув, они вспомнили, что наступило время ужина, и кто-то предложил пойти перекусить всем вместе.
Гу Цзыхэн посмотрел на Вэнь Яня, приглашая его присоединиться.
Однако Вэнь Янь лишь виновато улыбнулся:
— У меня ещё есть дела, идите без меня, в другой раз обязательно соберёмся.
Впрочем, уточнять, что именно за дела его ждут, Вэнь Янь не стал.
http://bllate.org/book/21482/2198452
Готово:
