— Мы все знаем, старший брат, — без тени сомнения произнёс Жёлтый, — ты тайно влюблён в Цзян Нин. Вы же живёте по соседству! Разве не говорят: «Кто ближе к воде — тот и луну первой поймает»? Почему бы вам не ходить в школу вместе? Ты только что не видел, как школьный задира обнял её — лица так близко, что чуть не соприкоснулись!
Бай Минъюю захотелось кого-нибудь избить.
Он последовал порыву: схватил Жёлтого за плечо и врезал ему кулаком:
— Сколько раз повторять: я не люблю Цзян Нин! Ты вообще знаешь, кто она такая? Хочешь, чтобы я сдох?
Жёлтый надулся, чувствуя себя до крайности обиженным.
— Если не любишь, зачем всё время защищаешь её — да ещё и тайком? И не прикидывайся, будто я не знаю, кто она: раньше её семья жила совсем рядом с моей. Просто обычная девчонка, и всё тут.
«Обычная девчонка, чёрт побери!» — мысленно выругался Бай Минъюй.
Ему сейчас отдал бы всё на свете, лишь бы заткнуть этому болтуну рот.
Если бы Цзян Нин была «обычной девчонкой», стал бы он, отличник столичного университета, отказываться ради неё от полной стипендии на обучение за границей?!
Он бросил на Жёлтого угрожающий взгляд:
— Впредь не смей говорить, будто я её люблю. Понял?
— Пон… понял, — тихо пробормотал Жёлтый.
Он был твёрдо уверен: старший брат просто злится от стыда и срывает зло на нём.
Ведь тот явно влюблён — даже переехал к ней в соседнюю квартиру! Просто слишком стеснителен, чтобы признаться. А теперь его возлюбленную увёл другой.
Жёлтый мысленно представил себе сюжет дешёвой вечерней мелодрамы.
Ну и ладно.
Его собственные страдания — ерунда.
Он тоже мужчина, он понимает старшего брата.
Чем ближе становились Цзян Нин и Яе Хуохуо, тем больше сплетен о них ходило по школе.
В итоге Цзян Нин даже вызвали к учителю — заподозрив в ранней любви.
— Учительница, я правда ни с кем не встречаюсь! В эти дни я просто гуляю с Яе Хуохуо, — оправдывалась Цзян Нин.
Хотя, если честно, она бы и не прочь была влюбиться… но Бай Минъюй даже не смотрит в её сторону. О какой любви вообще речь?
— И с Яе Хуохуо тоже нельзя, — вздохнула Чэнь Мэйлань и с заботой посмотрела на Цзян Нин. — Я не старомодная, но сейчас для вас самое главное — учёба.
Она помолчала, заметив, что Цзян Нин всё ещё выглядит растерянной, и добавила:
— В юности у каждого бывает кто-то, кого хочется полюбить. Я это понимаю. Но подождите хотя бы до выпуска! Тогда я обязательно пожелаю вам счастья.
Цзян Нин: «…»
У этой учительницы богатое воображение.
Только после многократных заверений, что никакой любви не будет, Чэнь Мэйлань наконец отпустила её.
Едва Цзян Нин вышла из кабинета, как увидела Яе Хуохуо, мрачно шагающую ей навстречу.
Увидев Цзян Нин, та помахала рукой и подбежала, возмущённо выпаливая:
— Тебя тоже вызвали из-за того, что якобы мы с тобой встречаемся? Да я чистая гетеро! У них что, глаза на затылке? Чёрт! Злюсь!
Цзян Нин взглянула на Яе Хуохуо. Поначалу она тоже сомневалась, не лесбиянка ли та, но, узнав характер Хуохуо, убедилась: та действительно гетеросексуальна. Это даже удивило её.
— Эй, Цзян Нин, что это за взгляд? Я реально гетеро! — фыркнула Яе Хуохуо.
Цзян Нин улыбнулась:
— Хуохуо, ты знаешь, девушки обычно не называют себя «я».
— Ну это же… я крутая! — парировала та и вдруг указала пальцем: — Эй, смотри, разве это не тот симпатичный парень из твоего класса? Ого, ему признаются в любви!
Цзян Нин проследила за её пальцем и увидела Бай Минъюя и Юань Юэюэ.
Они стояли под деревьями. Юань Юэюэ держала в руках маленький подарок и с застенчивой улыбкой смотрела на Бай Минъюя.
Атмосфера была довольно интимной.
Сердце Цзян Нин дрогнуло, и она резко отвела взгляд.
Всё. Окончательно остыла.
Ладно, пора сосредоточиться на учёбе.
Ведь она собирается поступать в столичный университет! Там уж точно найдутся достойные мужчины.
— Эй, ты куда? Не хочешь досмотреть? — Яе Хуохуо только начала наслаждаться зрелищем и не хотела уходить, но, увидев, что Цзян Нин уже далеко, поспешила за ней.
Она обняла Цзян Нин за плечи:
— У них точно ничего не выйдет — они совсем не пара. Зато ты и Бай Минъюй, по-моему, очень похожи — особенно глазами. У вас прямо супружеское сходство!
Цзян Нин не верила в такие глупости, как «супружеское сходство».
Лучше уж учиться. Учёба — самое надёжное дело.
~
— Юань, не знаю, что я сделал, чтобы ты ошиблась, но я не испытываю к тебе чувств. Извини.
Единственный раз, когда Бай Минъюй общался с Юань Юэюэ, он пытался выведать у неё информацию — и действительно кое-что узнал.
После отказа Юань Юэюэ не сдавалась:
— Ты правда ничего во мне не находишь привлекательного? Скажи, что именно тебе не нравится — я исправлюсь!
Бай Минъюй решительно покачал головой:
— Не нравишься. Исправляться не надо.
— А кого ты тогда любишь? — настаивала Юань Юэюэ.
Этот вопрос поставил Бай Минъюя в тупик.
В детстве он думал только о том, как бы наесться досыта. Потом его усыновил тот человек, и вся его жизнь превратилась в стремление заслужить одобрение приёмного отца. Он усердно учился и тренировался, и у него просто не было времени задумываться, какая девушка ему нравится.
А теперь, если подумать… какая?
Он и правда не мог ответить.
~
В пятницу дежурили Цзян Нин и Бай Минъюй.
Цзян Нин уже потеряла первоначальный энтузиазм по отношению к Бай Минъюю. Они чётко распределили обязанности: он — выносить мусор, она — стирать доску.
В классе никого не было.
Цзян Нин вытерла доску и собралась вылить грязную воду, когда вдруг вошла Мэн Сюэ.
Мэн Сюэ преградила ей путь:
— Слышала, ты теперь усердно учишься? Мечтаешь поступить в один класс с Юнь Цзыанем?
Опять эта ерунда.
Цзян Нин не хотела отвечать и попыталась обойти её, но Мэн Сюэ упрямо стояла на месте.
— Цзян Нин, не мечтай! С твоими прежними оценками тебе никогда не попасть в один класс с Юнь Цзыанем. Не думай, что, раз теперь тебя называют красивой, ты сможешь соблазнить его своей внешностью.
Говоря это, Мэн Сюэ бросила взгляд на таз с грязной водой в руках Цзян Нин и зловеще ухмыльнулась. Она потянулась, будто случайно, чтобы опрокинуть таз.
— Ой, прости, рука соскользнула!
Цзян Нин почуяла неладное и отпрыгнула назад, но немного воды всё же попало ей на туфли.
«Кто не нападает — тот не виноват».
Цзян Нин фыркнула:
— Мэн Сюэ, даже если бы я всё ещё любила Юнь Цзыаня, что с того? Чем сильнее ты не хочешь, чтобы мы оказались в одном классе, тем больше я этого добьюсь! И ещё — стану его соседкой по парте!
В этот самый момент мимо двери 3-го класса проходил Юнь Цзыань и услышал последние слова Цзян Нин.
Между его бровями прорезалась глубокая морщина.
Он никогда не встречал такой нахальной девчонки.
Ему это очень не нравилось. Он терпеть не мог, когда за ним ухаживают и преследуют.
Хотя, честно говоря, он не особенно волновался: по его мнению, с её уровнем знаний ей всё равно не попасть в его класс. Ведь он всегда занимал первое место.
Раньше Цзян Нин действительно не смогла бы поступить в 1-й класс, но теперь в ней сидела другая душа. Теперь ей по силам не только попасть в 1-й класс, но и занять первое место!
Увидев насмешливый взгляд Мэн Сюэ, Цзян Нин огляделась — никого поблизости не было — и вылила весь таз грязной воды прямо на Мэн Сюэ.
— Ой, прости! У меня тоже рука соскользнула!
— А-а-а!
Пронзительный визг разнёсся по всему учебному корпусу.
Мэн Сюэ стояла мокрая насквозь, от неё ещё и неприятно пахло.
— Цзян Нин, ты сука!
Но прежде чем она успела ответить, Цзян Нин уже молниеносно скрылась.
Бай Минъюй всё это время прятался за стеной.
Убедившись, что Цзян Нин убежала, он вошёл в класс с ведром мусора.
Мэн Сюэ, промокшая до нитки, увидела его и тут же наполнила глаза слезами, надеясь на сочувствие.
Но Бай Минъюй резко остановил её:
— Не подходи. Воняешь.
Мэн Сюэ: «…»
Она поклялась отомстить Цзян Нин в десятикратном размере!
Хотя после школы и произошёл небольшой инцидент, настроение у Цзян Нин было отличное. Наверняка Мэн Сюэ сейчас проклинает её.
Ну и пусть!
Ведь грязную воду вылили не на неё, а на Мэн Сюэ.
— Дядя, я вернулась! — сказала Цзян Нин, открыв дверь и положив ключи.
В гостиной она увидела Цзян Чжицзе.
— Дядя Цзян, здравствуйте.
— Ниньнинь вернулась! — Вэй Хун вынес из кухни миску супа. — Садись, я уже приготовил еду.
Цзян Нин заметила, что дядя собирается уходить:
— Дядя, тебе нужно что-то купить? Я схожу!
Вэй Хун покачал головой:
— Я пойду приглашу нашего соседа, Бай Минъюя. Ты ведь его знаешь — он учится с тобой в одной школе. В управляющей компании сказали, что он живёт один. Я приглашу его поужинать вместе с нами.
Цзян Нин равнодушно кивнула:
— Ага.
Она пошла налить Цзян Чжицзе чай.
— Ниньнинь, не надо так хлопотать, я сам, — Цзян Чжицзе поправил очки и робко улыбнулся.
Цзян Нин сказала, что сначала поднимется наверх, чтобы положить рюкзак.
— Хорошо, — ответил Цзян Чжицзе, не отрывая взгляда от неё, будто видел давно пропавшего родного человека.
Когда Цзян Нин спустилась, Бай Минъюй уже пришёл.
Вэй Хун пригласил всех за стол.
Бай Минъюй изначально не хотел идти, но Вэй Хун оказался слишком настойчивым — не успел он и рта раскрыть, как его уже потащили.
Увидев холодное отношение Цзян Нин, Бай Минъюй вспомнил разговор, который подслушал в классе. Значит, всё это время он ошибался.
Отлично. Теперь он спокоен. Хотя… почему-то в груди защемило.
За ужином больше всех говорил Вэй Хун.
Он спросил Бай Минъюя, откуда тот родом, как дела у родителей и как учёба.
Бай Минъюй ответил уклончиво:
— Дома далеко. Отец много работает, поэтому я живу один. Учусь средне.
Цзян Нин: «…» Да уж, наглец. Каждый день спит на уроках, а ещё говорит, что «средне».
Вэй Хун, однако, обрадовался:
— Тогда заходи к нам почаще! Будешь ужинать вместе с нами и делать уроки с Ниньнинь. Как тебе?
Раньше Цзян Нин с радостью согласилась бы, но теперь ей этого не хотелось.
— Дядя, у него и так много дел, — съязвила она. — Ему нужно спать.
Вэй Хун понял, что племяннице не по душе эта идея. Подумав, что с такой красивой девушкой небезопасно оставаться наедине с парнем, он перевёл разговор на Цзян Чжицзе:
— А ты, Цзян, собираешься снова открывать пекарню в Цзянчэне?
Цзян Чжицзе, человек застенчивый, слегка покачал головой:
— Нет. На этот раз меня пригласили в Цзянчэнский университет участвовать в научно-исследовательской группе. Срок довольно длительный, а я люблю тишину, поэтому снял квартиру.
Вэй Хун удивился:
— Ты что, учёный? Тогда заходи почаще! Я уже вышел в отставку, времени полно. Обычно ужинаю только с Ниньнинь — скучновато.
Цзян Чжицзе кивнул:
— Хорошо.
Бай Минъюй лишь слегка улыбнулся — ни согласия, ни отказа.
Цзян Нин же застыла как вкопанная.
Не пекарь, а учёный?
Значит, это тот самый «папа-учёный» из оригинала, который в конце сходит с ума и становится самым жутким маньяком?
Цзян Нин почувствовала, что смерть снова приблизилась к ней — теперь её отделяет лишь одно ДНК-тестирование.
Небеса всё ещё хотят её погубить!
Этот ужин Цзян Нин ела без всякого аппетита.
Господи, всего несколько дней спокойной жизни!
И снова небеса решили её наказать?
К тому же за столом Цзян Чжицзе то и дело бросал на неё взгляды.
Если бы не знала финала оригинала, Цзян Нин и правда сочла бы его добрым и заботливым дядюшкой.
После ужина Бай Минъюй вызвался помыть посуду, а Цзян Чжицзе отправился домой за изысканными сладостями.
Вэй Хун, заметив, что у племянницы плохое настроение, кинул взгляд на Бай Минъюя на кухне:
— Ты что, не очень любишь Бай Минъюя?
— Нет, дядя. Просто объелась. Ты так вкусно готовишь! — искренне похвалила Цзян Нин.
— Ха-ха, вот уж кто умеет льстить! — засмеялся Вэй Хун, увидев, что вернулся Цзян Чжицзе, и принялся заваривать чай.
После чая Вэй Хун, заметив, что Цзян Нин всё ещё держится за живот, предложил прогуляться, чтобы переварить еду.
В жилом комплексе «Садовый» была прекрасная зелёная зона. В озере плавали четыре-пять журавлей. Дядя и племянница обошли озеро.
— Кстати, завтра у сына моего старого одноклассника день рождения. Пойдёшь со мной? — с надеждой спросил Вэй Хун. — Мы с ним учились за одной партой, я постоянно списывал у него. Тогда мы были очень близки. Недавно встретились и узнали, что оба живём в Цзянчэне.
Цзян Нин сначала не хотела идти, но, увидев радость дяди, согласилась.
http://bllate.org/book/2147/244633
Готово:
