Вэнь Нин посмотрел на Гао Хуаньюя, его взгляд на мгновение помрачнел, но он тут же с улыбкой произнес:
— По правде говоря, по сравнению с Тайбай Цзунем, мне больше приглянулся тот оценщик по имени Лю И.
Гао Хуаньюй опешил. Про себя он подумал: что за наваждение нашло на Лю И и Вэнь Нина? С какой стати им вдруг приглянулся Гао Янь? Но на этот раз Гао Хуаньюй проявил ум и не стал говорить о Гао Яне ничего дурного, а лишь произнес:
— Вот оно как, оказывается, господин Вэнь благосклонен к оценщику Лю И?
Вэнь Нин кивнул:
— Да, только жаль, что Лю И ценит таланты, и у меня, кажется, нет ни малейшего шанса.
Гао Хуаньюй заметил:
— На самом деле, господин Вэнь, возможно, не знает: у Гао Яня есть трехлетний сын. Если господин Вэнь действительно захочет переманить Гао Яня, он вполне может немного подналечь на эту тему через его ребенка.
Вэнь Нин поднял глаза на Гао Хуаньюй и какое-то время молчал. Поначалу Гао Хуаньюй даже испугался, что сболтнул лишнего, но спустя мгновение Вэнь Нин тронул губы усмешкой и проговорил:
— А у молодого господина Гао неплохая идея. — С этими словами он приподнял бокал с вином и слегка качнул им в сторону Гао Хуаньюя.
Гао Хуаньюй улыбнулся, чувствуя в душе, что дело выгорит.
Закончив трапезу, Гао Хуаньюй и Вэнь Нин не стали оставаться на ночлег. Гао Хуаньюй приехал на машине, а Вэнь Нина привез водитель; обе машины были припаркованы на маленьком заднем дво́ре горячих источников, и по дороге к ним было видно, как крыши автомобилей слегка присыпало опавшими листьями.
Гао Хуаньюй попрощался с Вэнь Нином и уехал, не обращая внимания на то, что сел за руль пьяным.
Водитель Вэнь Нина вышел из машины и, заметив, что его хозяин выпил, поинтересовался:
— Молодой господин Вэнь?
На лице Вэнь Нина уже не осталось и следа улыбки. С праздным и скучающим видом он обвел взглядом окрестности горячих источников, затем покосился в ту сторону, куда уехал Гао Хуаньюй, прищурился и совершенно беспечным тоном произнес:
— Тот молодой господин Гао только что выпил. Как же опасно садиться за руль в нетрезвом виде! Кому-то непременно нужно преподать ему урок, чтобы он запомнил это надолго.
С этими словами он развернулся и направился обратно к термальным источникам, бросив на ходу:
— Сегодня я ночую здесь, а ты поезжай по своим делам, завтра в полдень приедешь за мной.
Водитель обдумал слова Вэнь Нина и отозвался:
— Хорошо, молодой господин Вэнь.
И вот на обратном пути Гао Хуаньюй попал в аварию. Горная дорога изобиловала крутыми поворотами, а обе полосы прижимались друг к другу совсем близко. Когда Гао Хуаньюй проходил один из поворотов, прямо перед ним выскочил автомобиль. Прищурившись, Гао Хуаньюй выругался матом и резко вывернул руль, чудом разминувшись со встречной машиной, но вместе с автомобилем сорвался на крутой откос у обочины. К счастью, склон оказался не слишком отвесным, вокруг росло много травы и почти не было толстых стволов деревьев. Гао Хуаньюй вовремя затормозил, так что машина не перевернулась, а просто врезалась в кривое дерево.
А дальше наступила полночь.
Водитель Вэнь Нина позвонил своему патрону и доложил абсолютно бесстрастным тоном:
— Молодой господин Гао на этот раз должен хорошо запомнить урок. — Сделав паузу, он добавил: — Молодой господин Вэнь, тот самый председатель Цяо, председатель Цяо из аукционного дома, прилетает сегодня самолетом во второй половине дня. Чжан Жунжун связалась со страховой компанией председателя Лю, назначено на завтра на два часа дня.
Вэнь Нин нахмурился:
— Понял. Завтра в восемь утра приезжай за мной.
— Слушаюсь.
В тот момент Вэнь Нин уже заказал горячую ванну и переоделся, но после звонка у него полностью пропало настроение. Он просидел в своей комнате добрую половину дня, пока хозяйка усадьбы сама не поднялась наверх постучать и справиться о делах, и лишь тогда Вэнь Нин опомнился и вежливо ответил, что сейчас спустится.
Председатель Цяо?.. Вэнь Нин вздохнул про себя, ощущая какое-то назойливое раздражение оттого, что все вокруг вдруг засуетились вокруг Города H. Но, поразмыслив чуть дольше, он нашел это вполне понятным: с тем лицом Гао Яня, которое при более близком рассмотрении становилось все удивительнее похоже на лицо Цяо Сина, было просто невозможно, чтобы Чжан Жунжун, проработавшая с Цяо Сином больше десятка лет, ничего не заметила. Приезд Цяо Сина на самом деле был вполне закономерным.
Вот только от того, что все собрались вместе, стало слишком шумно и суетно... Вэнь Нин немного подумал и сделал еще один звонок:
— Сделайте что-нибудь, постарайтесь задержать Гао Жуншэня с его стороны, пусть его труппа пока не приезжает в Город H.
— Ничего страшного, что Гао Хуаньюй всего лишь сломал ногу. Пока Гао Жуншэн будет занят по горло, ему будет не до того, и даже если он все узнает, вмешиваться не станет.
— Лу Де? Тоже задерживайте.
Гао Янь проснулся утром с раскалывающейся от боли головой — всю ночь ему снились сны, и в этих снах он рассказывал Дундуну те самые сказки.
То Белоснежка и семь гномов, то принцесса в запертой башне с волосами длиной в добрый десяток метров, спускающимися до самого пола, которая ждет принца, способного пробиться сквозь любые тернии ради ее спасения, то русалочка... Вот только сказки превратились в экранизацию какой-то гей-драмы в реальной жизни. Гао Янь и сам не понимал, почему он вдруг превратился в принцессу, в то время как благородный и лихой принц на белом коне безошибочно являл собой облик Лю И, и даже среди странных гномов мелькала тень Ху Ляня.
Проснувшись, Гао Янь лежал в постели и уныло размышлял: что за чертовщина тут творится? Он был готов признать, что Лю И на белом коне выглядел чертовски привлекательно, но неужели Ху Лянь ростом меньше метра двадцати, прыгающий туда-сюда в его сне, — это действительно нормально? Больше всего Гао Яня выводило из себя то, с каким пафосом в финале сна Лю И победил всех боссов, чтобы спасти его, и подхватил на руки в стиле «принцессы»... Вспомнив это, Гао Янь почувствовал, как по спине побежали мурашки, но почему-то во сне ему было даже... приятно?!
Твою мать, твою мать, твою мать!!
Что вообще здесь происходит?!
Гао Янь чувствовал, как у него ноет весь затылок. Достав телефон, он взглянул на время — было всего полчаса седьмого. «Ладно, хватит спать, пора вставать», — подумал он, поднимаясь с кровати. Распахнув дверь, он направился в туалет.
Но стоило двери открыться, как в поле зрения врезалась широкая полоса обнаженной гладкой спины и две длинные, стройные ноги без единого грамма лишнего жира.
== Гао Янь замер на три секунды, после чего с абсолютно бесстрастным выражением лица захлопнул дверь обратно.
У Лю И испокон веков были прекрасные привычки, а качество сна — на зависть многим. Просыпался он практически неизменно в половине седьмого. Обычно, когда Гао Янь вставал в семь, Лю И уже бодрствовал. Сам Гао Янь особо не следил за тем, во сколько поднимается сосед, зная лишь, что Лю И встает раньше него.
В тот момент, когда Гао Янь дернул дверь, Лю И как раз разделся до одних плавок-боксеров, а когда обернулся, Гао Янь уже мгновенно захлопнул створку.
Лю И развернулся, босой подошел к двери и постучал:
— В чем дело?
Изнутри донесся голос Гао Яня:
— Ни... ничего особенного.
Спать больше не хотелось, и Гао Янь просто посидел какое-то время на краю кровати, а дождавшись, пока Лю И откроет дверь и уйдет в гостиную, переоделся и вышел сам.
И с этого самого утреннего часа Гао Янь заметил, что в их жизни что-то неуловимо изменилось, стало другим.
Когда Гао Янь шел в туалет по нужде, оттуда как раз появлялся Лю И. Два крупных мужчины ростом выше метра восьмидесяти каждый протиснулись боком в узком проходе, грудью почти касаясь друг друга, и Гао Янь даже отчетливо уловил мятный запах зубной пасты, исходивший от губ Лю И.
Гао Янь достал хозяйство, чтобы пописать; дверь была приоткрыта, и тут Лю И толкнул ее и вошел. Шаги прозвучали ни громко, ни тихо. Стоя спиной к выходу, Гао Янь вдруг ощутил легкий укол — словно на его спину упал чей-то чужой, незаметный, но ощутимый взгляд.
Закончив и смыв воду, Гао Янь обернулся и увидел, что Лю И опирается краем о раковину и бреется. Их взгляды безмолвно встретились в зеркале. Лю И молча шагнул в сторону, уступая дорогу, и когда Гао Янь протиснулся вперед, чтобы помыть руки, их бедра снова слегка соприкоснулись. Гао Яню показалось, что тот участок кожи мгновенно охватило пламенем — он запылал огнем.
Квартира Лю Хэна и так была невелика, а туалет и вовсе крошечным, так что двоим крупным мужчинам казалось, будто они полностью заполнили собой все пространство. Вымыв руки, Гао Янь молча проскользнул за спиной Лю И: их позы снова повторили конфигурацию «грудь к спине», и хотя они ничего не задели, Гао Янь чувствовал, что его нервы натянуты до предела, и лишь выбравшись из туалета смог наконец выдохнуть.
Простое утреннее посещение уборной и умывание заставили Гао Яня ощутить себя так, будто его нервы встали дыбом, а все кожные радары включились на максимальную мощность.
Стоя в гостиной, Гао Янь молча воззрился на потолок, не понимая, не сбились ли у него настройки восприятия. Теперь ему казалось, что весь воздух вокруг пропитан густым ароматом гормонов — тем самым запахом, который столь чутко улавливают лишь самцы.
Должно быть, он сегодня утром встал не с той ноги!! Обязательно не с той!
@
У Гао Яня был запланирован поход в супермаркет за покупками. Лю И сорвался на работу по срочному и нескончаемому вызову Ху Ляня, а у Ван Иньчэна выдалось свободное время, и он заехал забрать Дундуна.
По дороге в офис, застряв на красный свет светофора, Лю И вдруг почувствовал странный импульс — ему совершенно перехотелось ехать на работу. Дождавшись зеленого сигнала, он повернул направо, проехал прямо и свернул обратно к дому.
Отперев дверь, Лю И вошел в пустую квартиру: Дундуна забрал Ван Иньчэн, а Гао Янь отправился по магазинам. Захлопнув дверь, Лю И бросил ключи на тумбочку в прихожей и, стоя в гостиной, обвел все пространство внимательным взглядом. Затем он прошел в их с Гао Янем спальню и, задержавшись глазами на стеклянной двери, слегка потер подбородок и сам себе кивнул.
Лю И позвонил Лю Хэну, который в тот момент помогал Танъюаню и Дундуну собирать пазлы. Танъюань вечно все путал и складывал наугад, зато Дундун уже отлично справлялся с головоломками посложнее, из-за чего Лю Хэну то и дело хотелось запихнуть Танъюаня обратно в утробу матери для перезагрузки.
Получив звонок, Лю Хэн под палящим солнцем примчался на место. Войдя в спальню, Лю И обернулся к нему, ткнул пальцем в ту самую раздвижную дверь и бросил:
— Снести.
Лю Хэн опешил:
— Что сделать?
Лю И уже направлялся к выходу:
— Снеси дверь, выброси кровать, шкафы сдвинь и поставь вплотную к стене. Вещи — мои и Гао Яня — пока не трогай.
Видя, что Лю И собирается уходить, Лю Хэн преградил ему путь:
— Погоди! Ты куда?
Лю И бросил через плечо:
— За кроватью.
— ... — потерял дар речи Лю Хэн.
Откуда было Лю Хэну знать, как демонтировать и устанавливать обратно закрепленную стеклянную дверь? К тому же он забыл телефон дома, так что ему пришлось в мыле бежать обратно за аппаратом, чтобы вызывать бригаду ремонтников.
Увидев взмыленного Лю Хэна, Ван Иньчэн удивленно спросил:
— Чего ты носишься? Зачем тебя звал Лю И?
Лю Хэн покосился на возившихся в углу гостиной детей, отвел Ван Иньчэна на кухню и выдал:
— Помнишь, Лю И велел поставить в спальне ту стеклянную перегородку и две кровати притащил?
Ван Иньчэн приподнял бровь:
— И что, теперь он хочет ее убрать?
Лю Хэн хлопнул себя по бедру:
— Жена, а ты сообразителен! Лю И не просто хочет убрать дверь, он еще и новую кровать покупать собрался.
Они с Ван Иньчэном переглянулись. Секунду-две оба молча передавали друг другу взгляды, полные глубокого понимания и двусмысленности.
Ван Иньчэн вдруг спросил:
— А Лю И вообще раньше с кем-нибудь встречался?
Лю Хэн:
— Конечно нет, он ярый холостяк.
Ван Иньчэн:
— Тогда... он фильмы для взрослых смотрит?
Лю Хэн замер, судорожно пытаясь вспомнить хоть что-то:
— Ээ, этого я не знаю. — Казалось, за всю жизнь братья никогда не делились друг с другом опытом или профессиональными познаниями в этой области. Ключевым моментом было то, что сам Лю Хэн от рождения принадлежал к гей-сообществу, в то время как ориентация Лю И до сих пор почему-то постоянно ускользала от внимания окружающих.
Ван Иньчэн:
— И что, он вообще знает, как это делается?
Лю Хэн выпал в осадок. В конце концов, Лю И уже перевалило за тридцать: сказать, что он ничего не умеет, было бы оскорбительно для его возраста, но заявить, что умеет... казалось, у Лю И не было ни малейшего багажа теоретических или практических знаний.
Оставалось только развести руками:
— Если Лю И не умеет, Гао Янь-то наверняка соображает.
И тут Лю Хэн с Ван Иньчэном снова погрузились в молчание. Они синхронно, с невероятной слаженностью переглянулись, после чего Лю Хэн неуверенно произнес:
— Да ладно тебе, не слишком ли много мы додумываем?
Ван Иньчэн вздохнул:
— Еще никогда не видел столь запутанной ситуации, когда ориентация совершенно непонятна, а мы тут зря переживаем.
Лю Хэн окончательно запутался:
— По-твоему, Гао Янь похож на пассив?
Ван Иньчэн парировал:
— А сам как думаешь?
Лю Хэн:
— ...
Короче говоря, пока Лю И выбирал кровать в мебельном центре, а Гао Янь занимался шопингом в супермаркете, супружеская чета Лю Хэна решала чужие проблемы на любовном ложе, проявляя высшую степень участия.
Они гадали: сумеет ли Лю И справиться сам; а если не сумеет он, то справится ли Гао Янь; но поскольку Гао Янь явно претендует на роль активу, какова вероятность, что он прижмет Лю И к постели; не купить ли им для Лю И лицензионный диск для просвещения; и что, наконец, делать, если в интимном плане они окажутся несовместимы и после свадьбы начнут скандалить и разводиться из-за неудовлетворенности в постели...
Подводя итог, Ван Иньчэн вздохнул:
— Мы прямо как те собаки, что суют нос не в свое дело.
Лю Хэн возвел очи к небу:
— Разве не о благополучии моего клана Лю мы печемся?
@
Лю И подходил к покупкам в торговом центре со свойственной ему решимостью: все требования — что нужно, чего категорически не должно быть, каким оно обязано быть, а каким ни в коем случае — он заранее четко и ясно изложил продавцу-консультанту.
Консультантша, женщина с семилетним стажем в этой сфере, с одного взгляда оценив безупречно дорогой костюм Лю И, поспешила предложить ему лучшие варианты.
Сам Лю И никогда особо не придавал значения бытовым мелочам: о многих вещах заботился Ху Лянь, а одежду подбирали специализированные брендовые компании, избавляя его от лишних хлопот. Но сегодня покупка обычной кровати далась ему на удивление тяжело и заставила всерьез поломать голову.
Консультант перечислила ему все самые лучшие и комфортабельные модели магазина, но каждый раз, когда Лю И останавливался перед выставочным образцом и воображал, как на нем будет лежать Гао Янь, результат его не устраивал.
Лицо Лю И оставалось холодным. Консультантша уже сорвала голос, объясняя достоинства моделей, и в конце концов с отчаянием спросила:
— Скажите, а у вас есть какие-то особые требования к размерам?
В голове Лю И мелькнула искра: перед уходом Лю Хэн упоминал, что маленькая квартира — это даже хорошо, ведь теснота способствует сближению и гармонии в отношениях. А как насчет кровати?
Лю И кивнул:
— Мне нужна поменьше.
Уголки рта консультантши задергались от неестественной улыбки:
— На одного человека или на двоих?
Лю И с абсолютно бесстрастным лицом отчеканил:
— На двоих.
Консультант вдруг почувствовала, что начинает что-то понимать. Двое людей и маленькая кровать. Если размер «кинг-сайз» идеально подходит для того, чтобы ворочаться и беситься, то маленькая кровать на двоих создана как раз для укрепления чувств.
В итоге она порекомендовала Лю И ложе, которое, по ее мнению, идеально отвечало его запросам. Подойдя к образцу, Лю И снова мысленно представил картину: стоит ему чуть качнуться, как можно коснуться человека, даже не вытягивая руку, а лежа на спине, можно касаться плечом плеча — поистине идеальный вариант! Не раздумывая, он извлек из кармана солидный бумажник, вытащил карту и бросил:
— Оформляйте!
@
Гао Янь в одиночестве бродил по супермаркету. Хотя ни он, ни Лю И особенно не готовили, кое-какие кухонные мелочи всё же требовалось обновить, не говоря уже о повседневных товарах, детских вещичках и прочей мелочи.
Днем в будний день в супермаркете было малолюдно, и Гао Янь с тележкой неспешно катил мимо рядов с товарами.
Сразу у входа по правую руку располагался книжный отдел, где толпилось немало детей, рассматривавших сказки. У Гао Яня после утренних снов выработалась легкая аллергия на сказочную тематику, но он все же невпопад выудил с полки пару новых изданий и бросил в тележку.
Стиральный порошок, дезинфицирующее средство, салфетки, туалетная бумага, гель для душа — гора разношерстных баночек и упаковок росла. Раньше, когда Гао Янь воспитывал Дундуна один, он тоже частенько захаживал сюда за бытовой химией, но с тех пор, как Лю И ворвался в их жизнь, даже простые походы за покупками приобрели совершенно иной оттенок.
Прежде, покупая стиральный порошок, Гао Янь брал либо то, что шло по скидке, либо первое попавшееся. Теперь же, учитывая статус Лю И, ему приходилось выискивать средства без ярко выраженного запаха после стирки. Расход салфеток, геля для душа и шампуня тоже возрос по сравнению с прошлым. Зубные щетки полагалось менять каждые три месяца: раньше Гао Янь покупал их только для себя и Дундуна, а теперь, выбирая щетку для взрослого, приходилось брать еще одну дополнительно — для Лю И.
Обойдя весь отдел бытовой химии и закинув в тележку две большие папки рулонной бумаги, Гао Янь катил дальше, как вдруг его взгляд упал на соседнюю полку с презервативами, пестревшую всеми цветами радуги упаковками самых причудливых форм.
Хмыкнув, Гао Янь собирался уже миновать этот стеллаж, но краем глаза заметил на предпоследней снизу полке аккуратную маленькую квадратную красную коробочку. На каждой из сторон коробки были изображены схематичные человечки, демонстрировавшие различные варианты совместного времяпрепровождения.
Поддавшись какому-то необъяснимому импульсу, Гао Янь протянул руку, взял коробочку и изучил позы на всех шести гранях. В этот момент мимо проходила парочка: девушка тоже протянула руку, схватила аналогичную пачку, повертела в руках и презрительно швырнула своему спутнику со словами:
— Глянь-ка! Вот это я понимаю — позы, а то, что ты предлагаешь, — сплошное недоразумение.
Гао Янь: «...»
Быстро вернув контрацептивы на место, Гао Янь поспешно покатил тележку дальше. Чего он вообще пялится? Ему-то эта вещь без надобности.
Парочка продолжала о чем-то спорить перед полкой. Какой-то мужчина прошел следом за ними, мельком бросив взгляд на то, что Гао Янь только что взял и положил обратно; чуть позже к тому же месту подошел еще один покупатель и поднял то самое коробочку, которую Гао Янь оставил лежать слегка криво.
Девушка заливисто затараторила:
— Ой, давай возьмем, давай! Пусть сами презервативы нам пока не нужны, но коробочку поставь на прикроватную тумбочку, будешь учиться по ней.
Парень скривил губы и пробормотал что-то себе под нос.
Пришедший мужчина почти не слушал чужой разговор. Опустив глаза, он покрутил в руках маленькую коробочку, тронул губы усмешкой с оттенком легкой самоиронии, а затем бросил ее в стоявшую перед ним тележку.
Супермаркет — это то удивительное место, где смешивается столько суеты обычной жизни, что человек невольно расслабляется всем телом и душой. Здесь не нужно над чем-то ломать голову: можно просто прогуливаться бесцельно, брать то, что попадется на глаза, или целенаправленно идти за тем, что действительно необходимо. Короче говоря, в лабиринтах супермаркета человеку трудно заметить, что творится у него за спиной.
Закончив с хозяйственными товарами, Гао Янь направился в продуктовый. Хотя они с Лю И редко готовили сами, в холодильнике Ван Иньчэна всегда хранилось много всего — рыба, креветки, масса видов сашими. Гао Янь прихватил парочку живых рыб, немного закусок-засолок, а затем повернул к рядам со снеками. Он подумал, что Доуша обожает апельсиновый сок, Танъюань безумно любит шоколад, а Дундун... Дундуну сладкое почти нельзя, так что ему можно взять самую малость, просто чтобы тот поглядел, как уплетают лакомства братья. Впрочем, Дундун и сам говорил, что даже если ему нельзя есть, ему все равно радостно просто смотреть на то, как лакомятся братики Доуша и Танъюань.
Поначалу Гао Янь совершал покупки в супермаркете вполне методично, но постепенно процесс превратился в бесцельное шатание: он заглядывал туда, глазел сюда, кидал в корзину то одно, то другое, пока в конце концов вновь не вернулся в отдел бытовой химии к стеллажу с презервативами.
Бросив взгляд на ту самую коробочку, которую рассматривал раньше, он заметил, что их стало заметно меньше — видимо, тот маленький красный квадратик, который вертел в руках он сам, уже кто-то забрал.
Покатив тележку дальше, Гао Янь подумал про себя, что покупать презервативы среди бела дня — поистине бессмысленное занятие...
Накупив целую гору пакетов, Гао Янь приехал обратно в жилой комплекс, но за один раз донести все наверх не смог, поэтому пришлось подниматься дважды.
Балансируя пакетами в обеих руках, он подошел к квартире и с удивлением обнаружил, что внешняя защитная дверь приоткрыта. Озадаченно толкнув ее, Гао Янь вошел внутрь и обомлел: в гостиной преспокойно стоял Лю И и пил воду.
Зайдя в прихожую, Гао Янь пнул дверь ногой, закрывая ее, и бросил:
— Разве ты не на работу собирался?
Лю И опустил стакан:
— Передумал. — С этими словами он подошел, перехватил у Гао Яня пакеты и бросил взгляд внутрь: — Чего накупил?
— Кое-какие припасы и продукты, — ответил Гао Янь.
Лю И забрал у него все сумки. Гао Янь повернулся, приоткрыл дверь, собираясь вернуться к машине за остальным, но Лю И замер и озадаченно спросил:
— Куда это ты?
Не оборачиваясь, Гао Янь бросил на ходу:
— В машине еще осталось, спущусь заберу.
— Я сам, — отозвался Лю И, ставя пакеты обратно на столик в гостиной. Сменив обувь, он направился к выходу, но, проходя мимо Гао Яня, виновато покосился на него.
Пожав плечами от недоумения, Гао Янь переобулся, прошел в комнату, выудил пакет со средствами гигиены и направился с ним в сторону туалета.
Дверь в главную спальню была приоткрыта, а на пороге валялось несколько гаечных ключей и инструментов. Нахмурившись и остановившись на полпути, Гао Янь опустил вещи на пол и заглянул внутрь.
Толкнув дверь спальни, он в первый момент решил, что ошибся комнатой!
Куда делась та матовая стеклянная перегородка, что разделяла помещение? Где кровать Лю И и его тумбочка? Куда испарились шкафы, стоявшие у дальней стены?! Почему все это пропало без следа?!
Теперь же посреди спальни красовалась одна-единственная двуспальная кровать поменьше, застеленная белой простыней и увенчанная подушками. Те две прикроватные тумбочки, какими прежде поодиночке пользовались Гао Янь и Лю И, теперь стояли по обе стороны изголовья, а разделенные шкафы аккуратно объединили и придвинули вплотную к стене. От изножья кровати до шкафов пол покрывал слой мягкого бежевого ковра...
А над изголовьем красовалась... картина тушью с аллегорическим сюжетом «Высокие горы и текущие воды»?
Высокие горы и текущие воды?!
— Гао Янь? — раздался за спиной внезапный голос Лю Хэна.
Обернувшись, Гао Янь еще не успел с лица изумление, как Лю Хэн, явно намеревавшийся с ходу выдать парочку объяснений от имени Лю И — например, куда столь внезапно испарилась стеклянная дверь, — внезапно сам уперся взглядом в ту самую картину над кроватью.
— Это еще что такое? — ошеломленно выдал Лю Хэн.
Гао Янь скосил глаза на стену, чувствуя, как у него на голове начинают шевелиться волосы от черных полос недоумения, и спустя долгую паузу проговорил:
— Похоже... высокие горы и текущие воды.
Лю Хэн: «...»
http://bllate.org/book/21448/2191894
Готово:
