— Яо Сянъи, ты что, держишь меня за дуру? Думаешь, я не могу проверить прогноз погоды в Нью-Йорке? — холодно спросила Цю Цинши.
Яо Сянъи молчала.
Жизнь и без того тяжела, не стоит рушить иллюзии.
К счастью, Сяо Лили устроила свадьбу в День защиты детей, что дало Яо Сянъи шанс встретиться с Цю Цинши. У Сяо Лили было великое множество фальшивых подруг в индустрии, поэтому свадьба была обречена на ослепительный звездный состав. В банкетном зале, куда ни глянь, повсюду были кинозвезды, влиятельные фигуры из пекинских, северо-восточных и северо-западных кругов, приехали даже гости из Гонконга. Больше всего внимания привлекал известный режиссер Чжоу Мэнде — коренной гонконгц, последние годы активно строивший карьеру в материковом Китае.
Он был тем, кто открыл Цю Цинши: десять лет назад именно благодаря роли цветочницы в его фильме она получила свой билет в большое кино. В этом году он готовил новый фильм в жанре уся и очень хотел пригласить Цю Цинши, иначе он не стал бы тратить время в своем плотном графике на свадьбу Сяо Лили — хватило бы и простого подарка. Многие актеры, когда-то работавшие с ним, подходили поздороваться и заодно представить ему кого-нибудь из новичков.
Яо Сянъи безумно скучала по Цю Цинши и приехала заранее, но Цю Цинши словно намеренно избегала ее — сколько Яо Сянъи ни ждала, та всё не появлялась. Чи Гуюань и Тан Сыли сидели рядом на диване в зоне отдыха, наблюдая за ее томительным ожиданием.
— Вы же как старые супруги, чего разыгрывать драму, как в период страстной влюбленности? — не выдержала одинокая Чи Гуюань.
Яо Сянъи закинула ногу на ногу, ее взгляд был острым, как игла:
— Если у тебя есть время обсуждать меня, лучше бы сходила наладить связи с режиссерами и продюсерами.
Чи Гуюань похлопала себя по груди:
— У меня есть папа, мне это не нужно.
Тан Сыли съязвила:
— Ты так и будешь всю жизнь подставлять своего отца.
Чи Гуюань показала ей язык:
— Бе-бе-бе!
Яо Сянъи, глядя на нее с досадой, решила, что не желает дышать с ней одним воздухом, и отправилась общаться с инвесторами. В этот момент она мельком увидела, как Цю Цинши выходит из гардеробной в окружении нескольких фальшивых подружек. Белоснежное длинное платье подчеркивало ее изящную и утонченную фигуру, она выглядела благородно и элегантно. В зале, полном ярких гостей, каждый невольно оборачивался, чтобы посмотреть на нее. На левой стороне груди у нее была приколота изящная красная брошь с надписью «Подружка невесты».
Приглашенные на свадьбу журналисты были в шоке: Сяо Лили сошла с ума? Решиться взять Цю Цинши в подружки невесты — не боится ли она, что та затмит ее своей красотой? Они принялись лихорадочно щелкать затворами, делая серию эффектных снимков. Фальшивые подружки же исходили завистью: все были подружками невесты, почему же все внимание достается только Цю Цинши?
Одна из них, чье лицо явно пострадало от избытка пластики, многозначительно протянула:
— Цинцин, посмотри, у Лили уже такой большой живот. Ты замужем четыре года, а новостей всё нет, нужно постараться.
Вторая подхватила:
— Точно, пока молодая, надо поторопиться. Если есть какие-то скрытые проблемы, обязательно сходи к врачу, не затягивай.
Цю Цинши поняла намек: они иронизируют над тем, что она не может забеременеть, да еще и намекают на проблемы в интимной жизни. И говорят так громко, будто боятся, что кто-то не услышит. Она уже хотела ответить с язвительной улыбкой, как вдруг подоспела Яо Сянъи. Она обняла ее за талию и невозмутимо произнесла:
— Не беспокойтесь за нас. Я постараюсь, приложу все усилия, чтобы в этом году Цинши забеременела.
Журналисты навострили уши, словно антенны. Из-за расстояния они не расслышали всей фразы, но последние четыре слова уловили отчетливо. Что? Цю Цинши беременна?! У них случился коллективный шок. Вскоре в ленте Вейбо появилась новая запись: #ЦюЦиншиБеременна#. Она потрясла умы интернет-пользователей и, обойдя по популярности #СвадьбаСяоЛили#, прочно заняла первое место.
Цю Цинши: «…………»
Я просто в шоке.
***
Сяо Лили поправляла макияж в гардеробной. Свадьба — дело изматывающее: она встала в три часа ночи, и с тех пор ее кружили, как юлу — макияж, прическа, переодевания, встреча жениха, чайная церемония, красный зонт… После всего этого она чувствовала себя наполовину мертвой. Едва добравшись до отеля и надеясь хоть немного передохнуть в гардеробной, она проверила Вейбо и обнаружила, что Цю Цинши снова ее затмила.
Она с силой ударила по зеркалу, скрежеща зубами от ненависти. Черт возьми! Она рассчитывала, что в день свадьбы будет выглядеть лучше, чем Цю Цинши! В конце концов, это ее сцена, ее лучший макияж, ее самое красивое платье — она и подумать не могла, что Цю Цинши перетянет все внимание на себя. Кто бы мог подумать… Цю Цинши купила тренды и сама объявила о беременности.
Ха. Не зря она любимица этой демоницы Яо Сянъи. Сяо Лили погладила свой округлившийся живот — разве ее беременность до свадьбы не более сенсационная новость? Ее личный визажист уже привыкла к таким вспышкам гнева, которые случались всякий раз, когда Цю Цинши попадала в тренды. Она искренне не понимала, зачем Сяо Лили постоянно пытаться соревноваться с Цю Цинши в красоте? Разве это не добровольное самоистязание? Визажист, делая вид, что ничего не замечает, продолжала наносить пудру и мягко проговорила:
— Сестра Лили, сегодня ваш счастливый день, будьте счастливы.
Счастлива, как же! Сяо Лили посмотрела на нее в зеркало и набрала номер Мэй Кайсюаня:
— Ты не видел тренды? И до сих пор бездействуешь? Плати деньги, вытесни новость о Цю Цинши!
Гардеробная была разделена на две части. Внешняя была просторнее: на двух диванах у стены сидели девушки, в основном знакомые лица из шоу-бизнеса или дочери из светских семей. Сяо Лили любила делить людей на сорта, и обычные люди не могли попасть в ее круг подруг. Внутри находились две маленькие комнаты: слева для переодевания, справа — для макияжа. Сяо Лили находилась именно там, и ее голос был настолько громким, что все подружки услышали требование сбить популярность Цю Цинши. Десятки многозначительных взглядов встретились в воздухе, искры полетели в разные стороны, болтовня стихла, и дух сплетен разгорелся с новой силой.
Заметив странную тишину снаружи, Сяо Лили велела визажисту закрыть дверь.
Мэй Кайсюань подозревал, что этот год для него неудачный: его артисты один другого хуже. Бай Мэнчжао безмозглая, а эта Сяо Лили вообще не имеет мозгов. Ему хотелось дать им обоим пощечину.
— Кто может перебить новость о беременности Цю Цинши? — глубокомысленно спросил он.
Сяо Лили — не Бай Мэнчжао, даже если ее популярность упала, она все еще имела вес, поэтому он не мог позволить себе слишком грубого тона.
— Значит, позволить ей сесть мне на шею?
Она не выпускала новость раньше или позже, выбрала именно день ее свадьбы — явно хотела насолить. Со времен университета и до самого шоу-бизнеса она ни разу не победила Цю Цинши. Раньше она хотя бы могла посмеяться над тем, что ее жена Яо Сянъи некрасивая, но та вдруг стала ослепительно прекрасной и постоянно мелькала в новостях. Это было невыносимо. Главное, она сама не могла отвести от нее взгляд. Это чертовски раздражало.
— Месть — это блюдо, которое подают холодным. Не волнуйся, я запомню эту обиду за тебя! — в глазах Мэй Кайсюаня блеснул злой огонек.
Он найдет способ отплатить той же монетой.
***
Яо Сянъи превратилась в хвостик, намертво прилипнув к Цю Цинши. Куда та шла, туда и она, и при каждом удобном случае называла ее «милая». Они демонстрировали свою любовь всем окружающим. Цю Цинши не выдержала и, немного пробежав, скрылась в туалете. Яо Сянъи вбежала следом, закрыла дверь на замок, прижала Цю Цинши к раковине и поцеловала.
Цю Цинши от злости побагровела:
— М-м… здесь люди.
Яо Сянъи подмигнула:
— Я проверила, никого нет.
Цю Цинши замахнулась кулачком:
— Вот и отлично, я оторву тебе губы, никто не увидит.
Яо Сянъи слегка обняла ее за талию и выпятила губы, прося их «оторвать».
— Почему я раньше не замечала, что ты такая бесстыжая? — Цю Цинши заерзала, пытаясь вырваться.
Яо Сянъи сжала руки, не давая ей двигаться, и нежно прошептала:
— Все еще злишься?
Цю Цинши уставилась на нее, глаза ее покраснели:
— Ты думаешь, я не злюсь, что ты без причины развелась со мной? И не только это, еще и потребовала, чтобы я ушла ни с чем! Теперь ты свободна, никто тебя не контролирует, иди гуляй, куда хочешь!
Яо Сянъи поцеловала ее в напряженную линию челюсти и удовлетворенно ответила:
— Я же отдала тебе свою зарплатную карту, все деньги у тебя, куда же я пойду?
— Не нужны они мне, забирай обратно!
Яо Сянъи действительно протянула руку с полными надежды глазами, ожидая, что она вернет карту.
Хлоп.
Цю Цинши ударила ее по ладони:
— Мечтай.
— Мои деньги — это твои деньги, трать как хочешь, — Яо Сянъи улыбнулась мягко и нежно, — только не забывай выдавать мне карманные расходы каждый месяц.
Смысл был очевиден: финансовая власть в доме перешла к Цю Цинши. Та удивилась: Яо Сянъи привыкла командовать, не любила подчиняться, и даже когда баловала ее раньше, всегда держалась с видом «я, великая, дарую тебе милость». А в последние дни она вела себя так, будто пыталась угодить, словно котенок, который просит хозяина погладить его. Редкое зрелище.
Цю Цинши озвучила свое недоумение. Яо Сянъи словно застыла, размышляя, как ответить. Не скажешь же прямо: я пытаюсь добиться развода, чтобы мы жили долго и счастливо? Цю Цинши точно бы ее прибила. Как только Яо Сянъи замешкалась, Цю Цинши поняла, что у той рыльце в пушку, и, приподняв бровь, спросила:
— Сделала что-то за моей спиной?
— Не выдумывай, — в глазах Яо Сянъи была искренность, — разве я похожа на ту, кто будет бегать налево?
— Тогда почему ты такая подозрительно послушная?
Яо Сянъи уткнулась ей в шею, жадно вдыхая прохладный аромат ее кожи, и прошептала охрипшим голосом:
— Вечером вернемся домой, накормишь меня — тогда и расскажу.
Сердце Цю Цинши забилось быстрее, ноги стали ватными, она погрузилась в теплые объятия Яо Сянъи и поспешно оттолкнула ее плечо:
— Не смей хулиганить.
— Меня выгнали из дома на полмесяца, ты по мне не скучала? — Яо Сянъи состроила жалобную гримасу, ее рука медленно скользнула к ягодицам Цю Цинши, но на полпути была перехвачена.
Цю Цинши отбросила ее руку и, словно этого было мало, укусила за палец. Не сильно, скорее как щекотка, а мягкий кончик языка случайно коснулся кожи между большим и указательным пальцем Яо Сянъи, что выглядело невероятно соблазнительно. Яо Сянъи решила пойти напролом:
— Милая, еще разок.
Цю Цинши не выдержала — почему она не может говорить нормально? К чему этот вид неудовлетворенной женщины!
— Ненавижу тебя.
Яо Сянъи опустила уголки глаз:
— Ну не надо так, мне будет больно.
— Отпусти меня, — Цю Цинши отвернулась, делая вид, что дуется.
Яо Сянъи, пока та не видела, снова прильнула к ее губам.
— Ты… невыносима… — Цю Цинши отчаянно сопротивлялась, пытаясь отстраниться.
Неизвестно, откуда у Яо Сянъи взялись силы, она устроила принудительный поцелуй. Цю Цинши хотела сопротивляться, но страсть взяла верх, инстинктивное желание Яо Сянъи вытеснило разум, и она, притворно сопротивляясь, сдалась, обняла ее за шею и сменила позу на более удобную…
Помада была съедена без остатка…
Яо Сянъи получила желаемое, облизнула губы, словно ей было мало, и снова потянулась за поцелуем. Цю Цинши больше не могла позволить ей так собой манипулировать, оттолкнула ее и, глядя в зеркало на распухшие губы, пришла в ярость:
— Я же просила полегче, ты ни в какую! Как я теперь выйду к людям?
Они вошли в туалет друг за другом, а вышли с размазанной помадой и опухшими губами — любой дурак догадается, что произошло. Новость о беременности еще не удалили, а она снова собирается поднять шум из-за туалета?
Яо Сянъи обняла ее со спины:
— Просто скажи, что у тебя аллергия.
— На что в туалете у меня может быть аллергия?! — это был ужасный совет.
Цю Цинши топнула ногой и сердито пробормотала:
— Яо Сянъи, я тебе по гроб жизни обязана!
***
Яо Сянъи, как ответственный гендиректор, позвала Чи Гуюань в гардеробную, чтобы та принесла сумку Цю Цинши, успешно решив проблему своей маленькой жены. Цю Цинши достала помаду и сосредоточенно накрасилась перед зеркалом. Чи Гуюань смотрела на это прямо:
— Вы слишком голодные, лучше бы сняли номер на верхнем этаже и закончили все быстро.
Яо Сянъи серьезно ответила:
— Так гораздо интереснее.
Чи Гуюань: «…………»
А-а-а, мои мысли становятся всё более непристойными! Она показала Яо Сянъи большой палец.
— Неудивительно, что Цинши не считает тебя уродливой и не бросает, у тебя есть скрытые таланты.
Цю Цинши прищурилась, глядя на нее с угрозой:
— Ты думаешь, я тут мертвая?
Чи Гуюань, покачивая головой, озорно ответила:
— Я просто скромно учусь у босса.
Яо Сянъи не унималась:
— Все благодаря тому, что Цинши меня хорошо учит.
У Цю Цинши запульсировало в висках. Не в силах больше терпеть, она убрала помаду, подняла руки над головой и осторожно сняла невидимую корону Первой светской львицы Хайши, положив ее на раковину. Яо Сянъи, поняв, что дело пахнет керосином, поспешно исправилась:
— Прости, милая, мы будем ждать тебя снаружи.
***
Музыка заиграла, церемония бракосочетания вот-вот должна была начаться. Гости заняли свои места, но Цю Фугуй опаздывал. Его располневшее тело стало обузой, он тяжело дышал. Опираясь на колени, он оглядывался по сторонам, ища глазами Яо Сянъи. Тан Сыли подсказала ей:
— Твой тесть пришел.
Яо Сянъи поспешила встретить его, поддерживая под руку:
— Папа, вы в порядке?
Цю Фугуй достал платок, вытер пот со лба и взволнованно спросил:
— Цинцин правда беременна?
Он выровнял дыхание, расправил плечи, поправил костюм-тройку и снова стал тем самым крепким предпринимателем-аграрием, от которого веяло радостью. Яо Сянъи честно ответила:
— СМИ просто раздули из мухи слона, не верьте им.
Цю Фугуй… сник. Он нашел свое место и сел, в одиночку переживая всю свою печаль. Яо Сянъи стало неловко, она утешила его:
— Папа, это рано или поздно случится, не спешите.
Цю Фугуй погладил свои кудри, похожие на шерсть барашка из мультфильма, и пожаловался:
— Я старею, у меня нет других желаний, кроме как поскорее понянчить внука. Посмотри на мои седые волосы, с каждым днем их все больше.
Сидевшая справа Чи Гуюань бездумно ляпнула:
— Разве они у вас не с юности седые?
Цю Фугуй: «…………»
Позади кто-то позвал директора Яо. Яо Сянъи обернулась, ее глаза загорелись:
— Режиссер Чжоу!
Чжоу Мэнде было за пятьдесят. Его родители были профессорами университета, так что он происходил из интеллигентной семьи. Выглядел он крепким, но на деле был настоящим джентльменом. Из-за того, что он много снимал на натуре, его кожа немного потемнела. В уголках его глаз играла улыбка:
— Хотел поговорить с тобой, но обернулся — а тебя уже нет.
Яо Сянъи, вспоминая нежности с Цю Цинши в туалете, извинилась:
— Возникла небольшая заминка. О чем вы хотели поговорить?
Чжоу Мэнде не стал ходить вокруг да около:
— Мой новый фильм уже в подготовке, хочу пригласить Цю Цинши на главную роль. Не знаю, согласится ли она?
— Сняться в вашем фильме — ее мечта, у нее нет причин отказываться. Почему вы спрашиваете меня, а не ее?
— Я слышал, что ради тебя она отказалась от всех недавних проектов.
Яо Сянъи… замерла.
***
Яо Сянъи: Моя жена так сильно меня любит, я тронута…
Две главы сладкой жизни, а потом развод — ЗАГС уже в пути, ха-ха-ха. Кроме того, я сразу предупреждала о разводе, если это вызывает у кого-то дискомфорт, пожалуйста, перейдите к другим авторам, в конце концов, есть много других хороших романов.
Поздравляю «Лапланд Мой» с получением 1000 баллов! Поздравляю-поздравляю.
***
Свадьба закончилась под шквал искренних или лицемерных поздравлений. Цю Цинши до самого конца удерживала первое место в трендах. Мало того, на всех крупных развлекательных форумах обсуждали ее беременность. Не успела утихнуть одна волна, как поднялась другая: местные СМИ, не боясь запачкаться, бесплатно выпустили статью о том, как она затмила невесту — #ЦюЦиншиПодружкаНевесты#.
Они выложили совместное фото с Сяо Лили. Текст был провокационным: сначала похвалили ее белое платье, а затем с помощью искусно подобранных слов намекнули, что она выставила Сяо Лили вульгарной девицей. Страница трендов обновилась: 15-е место, еще раз — и вот она уже на втором. Она заняла два места из трех.
Фанаты Сяо Лили взбесились. Они бросились в комментарии, чтобы восстановить справедливость:
— Что за дела! Раньше она постоянно соперничала с нашей Лили, но сегодня же свадьба! Главный день в жизни, а ты купила два тренда, то объявляешь о беременности, то хвастаешься, что красивее Лили! Совести совсем нет?
— Будь проще, еще встретимся, имей хоть немного достоинства!
— Лили пригласила тебя подружкой невесты, она считала тебя сестрой, а ты? Использовала ее как ступеньку? Столько лет постоянно против нее, когда это закончится!
Фанаты Цю Цинши не остались в долгу:
— Ха-ха-ха, главная шутка 2020 года. Сестра соревнуется в красоте с Сяо Лили? Фаны Лили, включите мозги, подумайте, разве она достойна?
— Этот вопрос слишком сложен для них, всем известно, что они — безмозглые фанаты, у них нет мозгов, чтобы до этого додуматься.
— Какая еще ступенька? Сестра — владелица Цзинхун Энтертейнмент, у нее лучшие ресурсы, Сяо Лили даже как ступенька не годится!
Фанаты двух топовых актрис были многочисленны и опытны в сетевых войнах. Они не стеснялись в выражениях, уничтожали площадки друг друга, поливали грязью, превратив все в хаос. Прохожие запаслись попкорном и наблюдали за шоу. Пиар-команды обеих сторон предпочли не вмешиваться. Во-первых, фанаты враждовали годами, и такие стычки были привычным делом. Во-вторых, это был бесплатный хайп, как манна небесная. Пока всё не переходило границы, они могли делать вид, что ничего не происходит.
В сети кипели страсти, а Цю Цинши, оставаясь невозмутимой, ушла в гардеробную, переоделась, попрощалась с фальшивыми подругами и ушла первой. Цю Фугуй отправился к своему старому сослуживцу — отцу Сяо Лили — обсуждать новости и болтать о жизни.
http://bllate.org/book/21445/2191674
Готово:
