Гу Линлин похлопала Ань И по спине, надеясь, что тот сможет благополучно пережить этот опыт. В конце концов, стоит кому-то одному из студии Розовый кристалл девичьих сердец выбыть, и всё развалится.
Увидев тревогу в глазах друзей, Ань И заверил их: пока он может дышать, значит, он жив, а дышится ему сейчас вполне неплохо.
Пока троица направлялась внутрь, к зданию один за другим подъезжали грузовики с багажом.
Гу Линлин с завистью вздохнула:
— Надеюсь, когда-нибудь я тоже смогу позволить себе приезжать куда угодно с целым грузовиком вещей.
Ань И и Линь Цзю обернулись. Если бы она захотела, это вполне могло бы стать реальностью.
Территория, предоставленная брендом для закрытого конкурса, охранялась строго. Когда подъехал грузовик с их вещами, вышел охранник, чтобы проверить документы и зарегистрировать их. Троица думала, что на входе всего один страж, но когда они подошли к пункту пропуска с приглашением, из ближайшего поста охраны один за другим вышли почти двадцать охранников в черных костюмах. На вид им было от двадцати пяти до тридцати лет, все крепкие, плечистые — сразу видно, что в обиду себя не дадут.
После того как студия Розовый кристалл девичьих сердец прошла регистрацию, к ним подошла женщина в строгом деловом костюме. Ее лицо было украшено безупречным макияжем, а на губах играла вежливая улыбка. Взглянув на только что внесенное в список название, она едва заметно дернула глазом, но быстро взяла себя в руки:
— Студия Розовый кристалл девичьих сердец, верно? Я ваш куратор от бренда, буду помогать вам решать все бытовые вопросы во время пребывания здесь.
Линь Цзю прошептал:
— Почему она на секунду замерла?
Ань И тихо ответил:
— Наверное, наше название ее ошеломило.
Куратор забрала регистрационную карточку студии и вложила ее в папку к остальным. Она уже давно не слышала настолько нелепых названий. В последний раз что-то подобное было в начальной школе — в то время, когда все были глупыми и бесстрашными. Стоило ей вспомнить, как она сама когда-то стояла на трибуне и представляла их детскую группу под названием Розовые феечки-мимимишки, как ей хотелось вернуться в прошлое и дать себе пощечину. А эти ребята взяли и сделали такое название официальным брендом.
Куратор молча окинула троицу взглядом. Вроде бы взрослые люди, странно как-то.
Троица выглядела вполне уверенно и не заметила пытливого взгляда куратора, идеально демонстрируя принцип: если мне не стыдно, то стыдно должно быть другим. Ничего не поделаешь, толстокожие.
— Скажите, вы планируете сразу пройти в главный зал или подождете здесь, пока соберутся остальные сотрудники? — спросила куратор.
Гу Линлин ответила сразу:
— Мы пойдем сразу, от нашей студии приехали только мы трое.
Куратор замерла:
— По регламенту в каждой студии должно быть от четырех до восьми участников. Вы уверены, что будете выступать втроем?
Гу Линлин кивнула:
— Да, всё верно.
Куратор невольно присмотрелась к ним внимательнее. Процесс создания коллекции — от идеи до эскизов и готовых образцов — невероятно трудозатратен, особенно в незнакомых условиях. Обычно даже команда из четырех-пяти человек едва справляется. Похоже, эти трое уверены в своих силах на все сто.
— Должно быть, вы очень уверены в себе, — улыбнулась куратор. — В других студиях обычно по семь-восемь человек, вы — самая малочисленная команда.
Гу Линлин почесала затылок:
— На самом деле, не совсем так.
Куратор вопросительно подняла бровь.
Ань И добавил:
— Просто нас в студии всего трое.
Подразумевалось, что они не то чтобы не хотели взять больше людей, просто больше никого и не было.
Куратор промолчала.
Обладая безупречной профессиональной выдержкой, она повела их в главный зал, поясняя по пути:
— Когда мы соберемся в зале и убедимся, что все на месте, исполнительный директор выступит с речью, после чего мы распределим вас по комнатам. Здесь всё подчинено интересам конкурса и дизайна. Условия проживания, конечно, уступают домашним, но бренд постарался подобрать комфортное место, чтобы вы могли спокойно творить.
Куратор сразу предупредила о главном: бренд не ставил целью создание роскошных общежитий, а людей приехало немало, так что отдельные комнаты не предусмотрены. Большинство участников — талантливые ребята из обеспеченных семей, привыкшие к жизни в достатке, так что недовольных будет предостаточно. Она сразу дала понять: если что-то не нравится, могут уезжать прямо сейчас, чтобы не создавать лишних проблем.
Троица следовала за куратором. Хотя жилой комплекс был возведен в спешке, место выбрали удачное — тихий пригород. Помимо необычной архитектуры, здесь было много зелени: ухоженные газоны и деревья радовали глаз. Пройдя мимо огромного работающего фонтана, они достигли цели — двухэтажного здания с панорамными окнами.
Ань И втащил чемодан внутрь. Интерьер был выдержан в сдержанном стиле с элементами металла, второй этаж был открытого типа, так что его было видно снизу. В зале стоял гул — большинство участников обменивались любезностями. Народу было вдвое меньше, чем на предварительном отборе. Говорили, что бренд ограничил количество участников в каждой студии, чтобы избежать конфликтов из-за разницы в подходах или численного перевеса. Всего приехало двенадцать студий, в общей сложности более ста человек.
В зале было много кураторов, но только трое из студии Розовый кристалл девичьих сердец пришли с багажом. На них бросали взгляды, но, заметив их простую одежду, тут же отворачивались: нет связей, нет статуса — значит, знакомиться не стоит. Троица нашла места в углу на диване и стала ждать директора.
Вскоре в сопровождении свиты вошел исполнительный директор. Под аплодисменты он поднялся на сцену, произнес приветственную речь и сообщил, что детали конкурса и концепция будут опубликованы завтра на электронном табло. Сегодня же участникам предлагалось освоиться и отдохнуть. После этого он сразу ушел.
Куратор осталась, чтобы закончить организационные вопросы:
— Сейчас мы распределим вас по комнатам. Хотя вы конкуренты, жить вам здесь полмесяца. Чтобы избежать конфликтов, мы не будем селить участников одной студии вместе. Распределение идет по возрасту — сверстникам проще найти общий язык. В каждой комнате по четыре человека, условия везде одинаковые. Еще раз подчеркиваю: надеюсь на дружелюбие. За драки — немедленная дисквалификация.
Все-таки вокруг были избалованные молодые люди, и если начнется переполох, проблем не оберешься.
— Как вы наверняка слышали, пресса проявляет огромный интерес к этому месту. Бренд будет приглашать журналистов, а во время конкурса приедут знаменитости. Ваше поведение — лицо вашей студии. Надеюсь, вы проведете эти полмесяца в мире.
Услышав о четырехместных комнатах, многие скривились.
— Тин-гэ, как думаешь, что там за комнаты? — осторожно спросил один из приспешников Хэ Тина.
Их студия финансировалась семьей этого молодого господина, и он был самым капризным из всех. Жить с кем-то в одной комнате? Для него это было хуже смерти. Хэ Тин происходил из влиятельной семьи, занимал высокое положение в деловых кругах и был невероятно красив, но его характер был под стать лицу — невыносимым.
— Откуда мне знать? — раздраженно бросил Хэ Тин. — Мне все равно, как селить.
Собеседник замер, не ожидая такой покладистости.
— В любом случае, — добавил Хэ Тин, — я ни при каком раскладе не буду доволен.
«…»
Он так и знал.
Хэ Тин стоял на втором этаже, с неприязнью глядя на толпу внизу. Четверо в одной комнате — даже думать об этом было противно. Он оглядывал других участников, ни с кем из них он не хотел делить комнату. Его взгляд задержался на одной фигуре, и в глазах промелькнуло отвращение: «Только бы не с этим деревенщиной, еще вкус испортит». Глядя на парня в белой футболке и черных брюках, Хэ Тин нахмурился: как такой безвкусный тип вообще сюда попал? Его приспешники проследили за взглядом и тоже презрительно фыркнули.
Но судьба — штука ироничная. Хэ Тину было двадцать два, и он оказался ровесником того самого деревенщины. Их принудительно поселили в одну комнату.
В этот момент Ань И как раз получил ключ от своей комнаты. Он еще не знал, что в глазах других превратился в деревенщину, и просто чихнул от щекотки в носу.
Маленькая лягушка насторожилась: кто-то явно его обсуждает за спиной.
Проводив Гу Линлин до женского общежития, Ань И и Линь Цзю направились в мужское. Линь Цзю поселили на первом этаже, а Ань И — на третьем. Попрощавшись, он, пыхтя, потащил чемодан по лестнице. У двери он обнаружил, что пришел первым — в комнате было пусто. Внутри стояли четыре кровати в ряд, справа была дверь в ванную и туалет.
Хэ Тин с мрачным лицом шел к своей комнате. Его багаж должны были принести позже. Он был в ужасном настроении: мысль о том, что придется жить в одной комнате с деревенщиной, была невыносима. На лестнице его похлопали по плечу:
— Тин-шао, давно не виделись!
За ним стояли двое парней, тоже из богатых семей. Хэ Тин даже не хотел отвечать. Стоило вспомнить о соседе, как раздражение вспыхнуло с новой силой.
— Зато ему повезло, — заметил кто-то из парней. — Контакт с таким человеком, как Тин-шао, — это шанс всей его жизни. Спорим, все содержимое его чемодана не стоит даже одного твоего кроссовка?
Они посмотрели на обувь Хэ Тина.
— Эти кроссовки сделаны на заказ, они даже круче той лимитированной серии, что вышла в прошлом месяце.
— Лимитку было не достать, всего сто пар на весь мир. Да и Тин-шао она не нравится, иначе заказал бы ее, верно?
Чем больше они говорили, тем мрачнее становилось лицо Хэ Тина. Они даже не поняли, что ходят по минному полю. Когда эскизы той лимитированной серии только появились, Хэ Тин хотел их купить, но их раскупили еще до официального старта продаж.
Видя, что Хэ Тин молчит, они перевели тему. Подойдя к двери, один из них усмехнулся:
— Спорим, этот деревенщина в жизни ничего стоящего не видел.
— Конечно, откуда у него что-то путное?
Однако, как только Хэ Тин распахнул дверь, он увидел, как тот самый деревенщина достает из чемодана ту самую лимитированную пару кроссовок, вышедшую в прошлом месяце, и аккуратно ставит ее у кровати.
Хэ Тин: …
Приятели: …
Стоявшие за спиной Хэ Тина парни остолбенели. Что за черт?! По виду Ань И — простая одежда, обычный чемодан — всё кричало о нищете. Откуда у него глобальная лимитированная серия?!
Ань И сидел на ковре, разбирая вещи. Услышав скрип двери, он обернулся и увидел трех впечатлительных соседей. Двое по краям, один в центре — выстроились, как гора.
Предстояло жить вместе полмесяца, поэтому маленькая лягушка издала дружелюбный звук:
— Привет!
До этого они видели лишь спину «деревенщины» и не особо интересовались им. Но сейчас сидящий на полу парень с улыбкой смотрел на них. У него была очень светлая кожа, а глаза-виноградинки блестели, выражая искреннюю доброжелательность.
Приятели Хэ Тина на мгновение замерли. Хотя парень и выглядел простовато, лицо у него было очень даже ничего. В их кругу они видели кого угодно, но такой непосредственности еще не встречали. Однако больше внешности их волновало, как этот нищеброд умудрился достать кроссовки, которые было не купить за деньги. Парень был незнакомым — они с детства вращались в одних кругах, и такого человека точно не знали. Может, купил подделку, чтобы пустить пыль в глаза?
Хэ Тин несколько секунд смотрел на кроссовки, затем отвел взгляд. Не удостоив Ань И ответом, он окинул комнату взглядом. Четыре кровати, расстояние между ними — метр. Он не хотел спать посередине или у двери, поэтому нацелился на кровать Ань И у окна.
С холодным лицом он подошел и пнул серый чемодан на полу.
Хэ Тин посмотрел на него сверху вниз:
— Эй, я буду спать здесь.
http://bllate.org/book/21437/2190968
Готово:
