В уезде Хуэйшуй, что располагался в тридцати с лишним километрах к юго-востоку от города Гуйян, собралось более пяти тысяч паукообразных монстров и около трехсот огромных боевых зверей. От одного их топота небольшой уездный городок практически превратился в руины.
В трех километрах к югу от уездного города, на горе Ляньхуа, среди густых зарослей кустарника Чжао Сунхань в армейском камуфляже стоял с биноклем, наблюдая за этими злобными силуэтами.
Два дня назад чудовища, полностью уничтожив город Аньшунь, без особых задержек устремились к городу Гуйян. Впрочем, по приказу Чэнь Фэна войска в окрестностях Гуйяна уже были отведены: часть производственного оборудования для электромагнитных пушек заранее вывезли в карстовые пещеры близлежащих гор, а другую часть экстренно разместили в бомбоубежищах, подземных торговых центрах и других укрытиях Гуйяна. Однако большую часть все же не успели эвакуировать и пришлось бросить.
Не встретив сопротивления на подступах к Гуйяну, армия монстров отказалась от масштабных бомбардировок. Потратив целые сутки на разрушение практически всех фабричных и промышленных объектов вокруг города, прошлой ночью они прибыли в уездный город Лунли. Предположительно, их конечной целью был район города Дуюнь, к которому относилась Гора Хулу.
Однако по пути через уезд Лунли монстры, планировавшие лишь немного передохнуть, увязли в стычках и до сих пор не смогли продолжить движение.
Пусть у них не было фиксированного распорядка дня, как у людей, но и паукообразные монстры, и боевые звери тоже уставали и нуждались в отдыхе, поэтому каждый день орда неизменно останавливалась на передышку.
Прошлой ночи, едва чудовища расположились на отдых за пределами уездного города Лунли, небольшой отряд численностью всего в несколько сотен человек атаковал их. Для столь огромных основных сил монстров эта горстка людей не представляла никакой реальной угрозы, однако бойцы изо всех сил поднимали шум, заставляя врага ошибочно полагать, что в атаку идет главная армия людей. Вся масса чудовищ бросилась навстречу, но дерзкий отряд, уничтожив лишь двух часовых на самом внешнем периметре, немедленно отступил. Используя особенности местности и эшелонированную оборону сил поддержки, они выманили главные силы монстров на десяток километров вперед, после чего внезапно растворились среди горных хребтов.
Погоня за зря отняла у монстров массу времени. Едва они вернулись и собрались продолжить отдых, как новый человеческий отряд снова пошел в атаку. Повторив маневр предшественников, они увели чудовища далеко в сторону и также внезапно исчезли.
Когда же удар нанес третий отряд, монстры раскусили тактику докучливых вылазок и выслали в погоню лишь несколько десятков проворных паукообразных монстров. Тем не менее глупые тварь снова угодили в человеческую ловушку: промчавшись несколько километров, эта стайка внезапно оказалась окружена затаившимися крупными силами. Несмотря на отчаянное сопротивление, их постигла неизбежная гибель, а когда сзади подоспели главные силы чудовищ, основные отряды людей уже просты и след простыл.
Попадаясь на удочку раз за разом, монстры бесновались от ярости, но ничего не могли поделать, в то время как Чжао Сунхань во главе следующей волны отряда изнурения уже завершал приготовления.
Приближался вечер. Оглядывая окрестности с вершины холма в бинокль, Чжао Сунхань видел, как густо и беспорядочно толпилась вдали чудовищная масса. Чудища без передышки бросились на Гуйян сразу после разрушения Аньшуня, громили город целые сутки, а затем прямиком направились в уезд Лунли. С прошлой же ночи их уже более двадцати часов подряд преследовали непрерывные набеги человеческих отрядов. За столь долгое время они не получили ни минуты на отдых, и теперь каждая тварь выглядела изможденной. Похоже, тактика изнурения и выматывания приносила отличные результаты.
Эту тактику изнурения предложил Чжао Сунхань на том самом совещании. Он лучше всех разбирался в расе теневых муравьев и знал, что эти существа тоже нуждаются в отдыхе, а потому посоветовал Чэнь Фэну разбить часть войск на взаимодействующие и поддерживающие друг друга боевые группы. Их задача заключалась в непрекращающемся прессинге главных сил монстров — не столько в уничтожении врага, сколько в истощении его сил и терпения бесконечными налетами, дабы вынудить и без того вспыльчивых и неорганизованных чудовищ совершать фатальные ошибки.
Предложение было единогласно одобрено, после чего более чем тридцать тысяч военнослужащих вокруг Гуйяна пришли в движение. Часть из них сформировала множество мелких отрядов по несколько сотен человек, действующих тройками или четвёрками. Один отряд дразнил и отвлекал монстров, в то время как остальные залегали на заранее намеченном маршруте на разной удаленности. Как только зачинщики вступали в дело, эти засадные группы эшелонированным огнем помогали им оторваться от преследования, одновременно подстегивая интерес чудовищ к погоне. В дальнейшем, если число преследователей оказывалось слишком велико, группы отводили врага на безопасное расстояние, после чего ускользали и готовились к следующему налету. Если же погоня была малочисленной, основная скрытая группировка численностью в двадцать тысяч человек внезапно наносила удар, окружая и уничтожая врага целиком.
Три серии вылазок, продолжавшиеся без перерыва с прошлой ночи более двадцати часов, доказали высочайшую эффективность этой тактики. И хотя из-за чудовищной разрушительной силы монстров каждый раз не обходилось без потерь, по сравнению с достигнутыми результатами они были более чем оправданы.
Когда этот план только утвердили, Чжао Сунхань заявил, что лично возглавит один из мелких отрядов, но руководство альянса поселений единогласно отвергло его затею. Хотя Чжао Сунхань не занимал официальных постов в альянсе, каждый прекрасно понимал, сколь колоссальна была его роль. Однако его одержимое стремление лично выходить на передовую для уничтожения монстров оставалось непоколебимым — так было на Базе Тайхан, так продолжалось и теперь, поэтому в конце концов он все же добился своего.
Монстры вдали постепенно успокоились, и паукообразные твари кучками залегли на земле.
Учтя горький опыт прошлых налетов, чудовища полностью стерли с лица земли все постройки в пределах сотен метров вокруг выбранного для стоянки места, образовав обширную открытую зону. Из-за этого люди больше не могли использовать укрытия зданий для сближения. Помимо этого, обнаружилось еще одно изменение: если в нормальных условиях боевые звери обычно держались в самом центре стаи, предположительно из-за своего высокого статуса, а патрулирование и охрану поручали паукам, то теперь внешний периметр лагеря неторопливой тяжелой поступью обходили свыше десятка боевых зверей. Похоже, это была дополнительная оборонительная мера, принятая чудовищами.
С этой мерой было невероятно трудно бороться, поскольку боевые звери обладали чудовищной боевой мощью. В сочетании с расчищенной мертвой зоной любая новая атака людей рисковала завершиться уничтожением от световых пушек боевых зверей еще до того, как они успеют приблизиться.
Чжао Сунхань опустил бинокль. С совершенно спокойным лицом он повернулся к стоявшему за его спиной бойцу и негромко бросил:
— Начинайте.
— Есть! — молодой солдат вытянулся по струнке, отдал честь, а затем помчался по извилистой тропке к соседнему холмику, где, вскинув сигнальный пистолет, выпустил в небо две красные сигнальные ракеты.
Алые ракеты медленно падали в сумеречном небе, сияя ярко и заметно, а секунды спустя со склона за спиной Чжао Сунханя донесся раскатистый глухой стук.
Чжао Сунхань перевел взгляд на источник звука. Из-за сложного рельефа и густой растительности ничего разглядеть было нельзя, но он знал: там шел беглый огонь из шести 82-миллиметровых минометов.
Повернувшись, Чжао Сунхань снова поднял бинокль и посмотрел на скопление монстров.
Взлетевшая ракета уже привлекла внимание чудищ, но после череды недавних налетов они остались невозмутимы. Лишь один боевой зверь с самого ближнего к этому сектору края выпустил сгусток из световой пушки, превратив вершину того холмика в ровную площадку. Впрочем, это не привело к человеческим потерям: боец, запустивший сигналку, уже давным-давно на всех парах умчался за обратный склон холма.
Десяток секунд спустя в самом центре лагеря монстров внезапно взметнулся гигантский сгусток пламени — разорвалась минометная мина. Следом одна за другой загремели взрывы, превращая вражеский бивуак в море огня.
Шесть 82-миллиметровых минометов извергали снаряды с максимальным темпом стрельбы: менее чем за минуту они выпустили свыше сотни мин. Причем по требованию Чжао Сунханя использовались исключительно зажигательные снаряды и напалм. И хотя традиционное оружие не наносило монстрам особого урон, устроить им огненную баню, чтобы напрочь отбить охоту спать, было поистине отличной идеей.
Обгоревшие и окутанные дымом чудища выбегали из пламени, оглашая окрестности разъяренным ревом, и гудящей толпой устремлялись к холмику. Но не успевали они добежать, как плотные лучи и выстрелы световых пушек практически сравняли этот маленький холм с землей.
Чжао Сунхань с бойцами минометного расчетов заблаговременно покинули возвышенность и укрылись неподалеку. Хотя гора Ляньхуа была не слишком велика, их крошечному отряду стоило лишь чуть-чуть затаиться, чтобы не опасаться обнаружения.
Бесноваясь битый час, монстры превратили некогда зеленеющую и заросшую густым лесом гору Ляньхуа в выжженную пустошь, но так и не обнаружили ни единой живой души, после чего с досадой повернули назад.
Впрочем, прямо на обратном пути, в семи километрах к западу, с двух гор по имени Нюнаоке и Шицзынаоке, лежавших севернее и южнее друг друга всего на расстоянии чуть более километра, снова ударил плотный залп минометов. Стодвадцатимиллиметровые осколочно-фугасные снаряды заставили чудовищ выглядеть еще более потрепанными и грязными.
Эта стая не сомкнула глаз уже два-три дня. Предельная усталость в сочетании с непрекращающимися издевательствами и провокациями людей вывела бы из себя даже истукана, не говоря уже об изначально дико вспыльчивых тварях из расы теневых муравьев.
Они окончательно взбесились. Забыв про всякую дисциплину и субординацию, дико вопя и словно обезумев, они помчались к источнику огня — точно стадо перепуганных диких быков.
Монстры двигались стремительно. Не прошло и десяти минут, как над обеими вершинами в семи километрах отсюда взметнулись столбы пламени, а содрогавшую землю череду взрывов сопровождали поднимающиеся клубы грибовидных облаков.
На небольшом земляном холме у подножия горы Ляньхуа Чжао Сунхань в бинокль наблюдал за ходом боя вдали. Расстояние было слишком велико, и в линзах уже не удавалось рассмотреть детали, но масштабы развернувшейся там бойни не вызывали сомнений.
За спиной Чжао Сунханя толпились два-три десятка бойцов. Как командир текущей операции, едва орда покинула гору Ляньхуа, он увел минометный расчет из укрытия прямо на эту заранее оговоренную точку.
Спустя несколько минут в небе послышалось жужжание, и боец с ранцевым полетным модулем за плечами легко приземлился перед отрядом.
— Докладываю! — подбежав на пару шагов, боец отдал воинское приветствие Чжао Сунханю и громко произнес: — Главные силы монстров разделились на две части и порознь атакуют горы Нюнаоке и Шицзынаоке. Наши приманивающие отряды отходят. Прошу отдать приказ о дальнейших действиях!
В глазах Чжао Сунханя блеснул огонек:
— Разделились на две части! Как распределены силы?
— Примерно пополам, — четко ответил солдат.
— Отлично! Пожалуй, это шанс, — Чжао Сунхань сжал кулак. — Приказать приманивающим отрядам на обеих вершинах с боями отступать на север и юг соответственно. Одновременно немедленно связаться с соседними братскими отрядами для координации: часть монстров, штурмующих Нюнаоке, увести на юг в сторону уезда Хуэйшуй, а ту, что атаковала Шицзынаоке — на северо-восток в сторону уезда Вэнъань. Обязательно разорвите эти две группировки чудовищ окончательно!
— Есть! — отрывисто откозыряв, солдат развернулся, сделал несколько разбеговых шагов и на тяге полетного модуля взмыл на полусотметровую высоту, стремительно улетев прочь.
Вся гора Нюнаоке превратилась в выжженную пустошь. Густо усеянные воронками и расколотыми скалами склоны покрывал толстый слой древесного пепла. Ни щебетания птиц, ни стрекотания насекомых — вокруг царила мертвая зона.
Однако из этой мертвой зоны изредка все еще вылетали единичные электромагнитные пули. И хотя любую точку, откуда велся огонь, немедленно разрывало на глубокую воронку чудовищно мощным взрывом, стирая бойцов в порошок, стрельба не прекращалась ни на секунду.
Монстры наверняка понимали, что это все еще мелкий налет, но, в отличие от прошлых раз, когда они даже не видели противника, на сей раз они наконец столкнулись с объектом, на который можно излить всю накопившуюся ярость. Более двух тысяч паукообразных монстров и сотня с лишним боевых зверей неотступно преследовали отступающих людей, поклявшись истребить эту мерзкую, ничтожную мелюзгу до последнего.
Позади остались пределы Нюнаоке, звуки выстрелов электромагнитного оружия становились все реже и слабее. И хотя благодаря пересеченной местности с обилием голых скал и кустарника побег не казался невыполнимой задачей, ради выполнения задачи по отвлечению храбрые бойцы упрямо продолжали вести бой на отходе, увлекая монстров за собой по проложенному их собственной кровью маршруту.
Впереди лежала россыпь причудливых известковых глыб. Узловая проселочная дорога вилась вдоль хаотичного скопления валунов, исчезая за одиноким, похожим на побег бамбука пиком в двух-трех километрах отсюда.
Раздался шипящий свист электромагнитной пули, разрывавшей воздух. Но не прошло и секунды, как метровый валун на позиции стрелка разлетелся в щепки под лучами паукообразных монстров. Боец, прятавшийся за камнем, молниеносно перекатился к другому укрытию еще до взрыва; мелькнувший силуэт дал чудовищам понять, что он жив. Немедленно последовавший новый залп превратил ту скалу в пыль, однако солдат проявил чудеса проворства: не успела осесть пыль, как в клубах дыма вновь зазвучал блуждающий свист электромагнитного оружия — до тех пор, пока подоспевший сзади боевой зверь не накрыл всю эту груду валунов выстрелом световой пушки, оборвав всё единым взрывом грибовидного облака.
На вершине похожего на булку холма в двух километрах к северо-западу от каменной россыпи Чжао Сунхань с мрачным лицом разглядывал в бинокль поднимающийся гриб взрыва.
Выстрелов электромагнитных пушек, так долго дразнивших врага, почти не осталось, да и монстры начали сбавлять темп, словно собираясь прекратить погоню.
— Командир У, дальше всё зависит от вас, — Чжао Сунхань опустил бинокль и обратился к стоявшему рядом офицеру в лесном камуфляже с капитанскими знаками различия.
— Будь спокоен! — офицер тяжело хлопнул Чжао Сунханя по плечу. — Задача будет выполнена! Даже если нам придется положить тут всю тысячу человек до последнего.
Чжао Сунхань кивнул:
— Хорошо! Я буду ждать вас в уезде Хуэйшуй в сорока километрах к югу. Берегите себя! — С этими словами он крепко пожал руку командиру У и повернулся уходить.
Проводив взглядом фигуру Чжао Сунханя, исчезающую под склоном, командир У оглянулся на далёкую стаю монстров и резко взмахнул рукой в сторону затаившегося неподалеку бойца.
Над полями и холмами внезапно раскатился пронзительный, заливистый призыв боевого горна — словно тысячи воинов разом обнажили клинки.
Звуки горна еще не затихли, как вокруг далёкой стаи прогремела серия яростных взрывов. Летящие осколки вперемешку с пламенем и пороховым дымом вновь растеребили и без того воспаленные нервы чудовищ.
Едва собравшаяся было остановиться орда заволала, словно наступили на хвост кошке, и с бешеной скоростью рванула к похожему на бамбук пику в трех километрах к югу — именно оттуда прилетали минометные мины.
Не успели монстры пробежать и половины пути, как из кустарника вдоль извилистой асфальтированной дороги перед той скалой вырвались два мощных тускло-красных луча. Энергетические щиты двух бежавших впереди паукообразных монстров лишь мгновенно мигнули и бесследно растаяли; крупнокалиберные сверхскоростные пули разорвали их плоть на куски, навылет прошив тела.
Одновременно с этим из зарослей с ревом вылетели две затаившиеся бронемашины. Пятиствольные шестимиллиметровые пулеметы на их крышах бешено изрыгнули ливни свинца, повергнув застигнутых врасплох чудищ в панику. Выскочив на дорогу, машины успели обогнуть горный пик и скрыться из виду еще до того, как монстры открыли ответный огонь.
Опомнившиеся чудовища едва не сошли с ума. Череда набегов, провокаций и издевательств со стороны ничтожных созданий, годившихся лишь в пищу, довела их до полного бешенства. Они действительно теряли рассудок.
Дико завывая, монстры ринулись к пику. Никакого порядка или строя: проворные паукообразные твари вырвались вперед, оставив относительно медлительных боевых зверей позади.
Тысячи острых лап и когтей топтали землю, превращая асфальт в подобие соты. Десятки пауков неслись в авангарде, их защитные энергетические поля отливали тускло-синим свечением. Они неслись в исступленной погоне, жаждя разорвать на клочки те две осмелившиеся атаковать их бронемашины. Они ничего не боялись — даже оружия, способного мгновенно убить их, ибо при стольких готовых собратьях у тех машин попросту не хватит времени выпустить достаточно пуль, у них не было ни единого шанса на быстрый ответ.
Однако, стоило этой дюжине пауков обогнуть крутой пик и столкнуться лицом к лицу с открывшейся за ним картиной, как они поняли, что ошиблись.
Позади скалы простирался тянувшийся с запада на восток пологий холмистый кряж, похожий на распластавшегося по земле гигантского питона. На его гребне в единую линию выстроились ровно двадцать четыре бронемашины: двадцать четыре пятиствольных пулемета и сто двадцать черных зевков стволов холодно целились прямо в них.
Монстры остолбенели. Кто-то вскинул орудия для стрельбы, кто-то с визгом попытался отступить, кто-то бросился в стороны в поисках укрытия. Но было уже слишком поздно.
Оглушительно взвизгнули электромагнитные стволы. Двадцать четыре мощных световых луча пронеслись сплошной стеной, словно двадцать четыре пронзивших небосвод меча возмездия.
Плотность ливня пуль, изрыгаемого столькими сверхскоростными пятиствольными электромагнитными пулеметами, была неисчислима. Сверхзвуковые снаряды безумно колотили по энергетическим щитам монстров, и вспыхивающие на них сине-белые электрические дуги почти осветили ночное небо. Но эти дуги погасли в то же мгновение, сменившись глухими звуками рвущейся плоти.
От начала до конца прошло, пожалуй, меньше двух секунд, а от нескольких десятков паукообразных монстров осталась лишь кашица из мяса. С момента начала борьбы человечества против вторжения теневых муравьев это, пожалуй, были самые славные две секунды: массированное применение крупнокалиберных электромагнитных пулеметов принесло ошеломляющие результаты.
Но сейчас праздновать победу было некогда. Успех крылся исключительно в факторе внезапности: неожиданность застала пауков врасплох, а чудовищная подавляющая мощь пулеметного батарейно-машинного парка сделала свое дело — фактически ни один паук не успел сделать и выстрела.
Пулеметные бронемашины отличались типичным дисбалансом в сторону нападения при слабой защите, и в нормальных условиях один на один они не шли ни в какое сравнение с паукообразными монстрами. И хотя сейчас передовой отряд из десятков тварей был уничтожен, за ними следовали еще тысячи, не говоря уже о сотне боевых зверей.
Лучше вовремя остановиться. Они были козырной картой людей, но в то же время оставались крайне дефицитным и ценным оружием — во всем альянсе поселений насчитывалось менее ста таких бронемашин, и впереди их ждало куда более важное применение, а потому тратить их попусту было нельзя.
Один за другим взревели двигатели. Мощная тяга стремительно разогнала тяжелые машины, бросая их вниз по склону кряжа навстречу спасительному исчезновению среди причудливого лабиринта окружающих пиков.
http://bllate.org/book/21112/2142568
Готово:
