— Так давай попробуем, я хочу посмотреть, насколько вы крепкие, — произнес Ань Сюань мрачным голосом. Он легко подхватил нищего, перекинул себе за спину, уверенно перехватил трезубец и принял бойцовскую стойку.
Увидев это, Фу Хэн не спеша взмахнул рукой, давая знак десяткам людей сомкнуть кольцо окружения и медленно двинуться вперед.
Шедший впереди мужчина шагнул вперед со стихийным копьем наперевес. Его оружие метнулось вперед подобно плывущему дракону, целясь прямо в Ань Сюаня. Ань Сюань стремительно взмахнул трезубцем, очертив опасную дугу; его удар нес в себе сокрушительную мощь грома и молнии, с легкостью отведя копье в сторону и целясь прямо в горло врагу.
Потеряв равновесие, копейщик в панике отпрыгнул назад, пытаясь ускользнуть от смертоносного жала. Стоявший рядом соратник обрушил вниз свой палаш, пытаясь подавить трезубец Ань Сюаня. Ань Сюань вернул трезубец назад для защиты, а затем резким движением снизу вверх отбросил противника вместе с клинком.
— Будьте осторожнее, в конце концов, это племя мань, их боевая мощь немалая, — холодно усмехнувшись, Фу Хэн отдал знак, и в схватку вступили еще два человека. — Все следите за собой, мне нужен живой.
Ань Сюань по-прежнему действовал играючи и легко справлялся с противниками, пока грохот выстрела не нарушил ход боя.
Пуля прошила живот Ань Сюаня, брызнув алой кровью. Морщась от боли, Ань Сюань поднял взгляд на Фу Хэна, и на дне его глаз мелькнуло мрачное выражение.
Фу Хэн крутил в руке пистолет, в его глазах промелькнула лукавая искорка, а уголки губ изогнулись в торжествующей улыбке.
— Око призрака — мое любимое оружие. Друг мой, как тебе? Если нравится, могу подарить.
У Лань слегка нахмурился и недоуменно спросил:
— Молодой господин, разве мы не должны были взять его живым?
Фу Хэн легко усмехнулся, переводя взгляд на пистолет в своей руке, словно любуясь его изяществом и мощью.
На самом деле они принесли с собой огнестрельное оружие, причем с глушителями, а территорию вокруг предварительно зачистили — если бы потребовалось подавить противника огневой мощью, ближнего боя можно было бы легко избежать.
Протирая Око призрака, Фу Хэн приподнял бровь:
— Всего лишь пуля, не умрет. К тому же я не целился в жизненно важные органы, возможно, даже шрама не останется. Но по крайней мере это поможет ему быстрее угомониться. Иначе расспросы людей из департамента полиции доставят немало хлопот, а я просил выделить мне всего один час.
Отступая в разгар боя, Ань Сюань скрылся у речного берега. Трезубец взметнул воду, поднимая водяную взвесь, которая скрыла его от глаз преследователей, после чего он прыгнул в воду и ушел на дно. Его движения напоминали движения речной рыбы — гибкие и стремительные, он растаял под мерцающей рябью водной глади.
Все присутствующие остолбенели, и даже Фу Хэн не смог скрыть удивления. В его черных зрачках замерцал холодный безжалостный блеск, способный, казалось, поглотить утреннюю зарю Линчэня, отчего по спине пробегал холодок.
— Интересно, а ведь прекрасно держится на воде. И подумать только, среди племени мань существуют такие создания, — в голосе Фу Хэна послышались игнорирующие нотки. — Приведите сюда этого нищего.
Стоявший рядом нищий дрожал всем телом; его толчками подвели к Фу Хэну. Фу Хэн с размаху пнул нищего в живот, тот со стоном свернулся калачом на земле, после чего Фу Хэн наступил ему на голову.
— Ничего не поделаешь, добыча сбежала, а если сегодняшнее происшествие утечет наружу, будет нехорошо, — Фу Хэн издал болезненный смешок и перевел взгляд на воду. — Бедняжка, ты стал свидетелем того, чего видеть не стоило. Что же теперь с тобой делать?
— Аба-аба...
— Тц, так он еще и немой, — с презрением бросил Фу Хэн. — Ничего страшного, помрешь — в следующей жизни сможешь говорить. Кто просил тебя иметь такую горькую судьбу и связаться с человеком из племени мань? Знай же, что это тягчайшее преступление.
Фу Хэн наклонился и, вцепившись в шею нищего пальцами, словно железными клещами, поднял его высоко над землей. Другой рукой он поднял Око призрака и приставил дуло к голове нищего.
— Не бойся, скоро все закончится, — в голосе Фу Хэна прозвучало холодное утешение.
— Стой! — ледяной голос прорезал напряженную тираду воздуха и вонзился в барабанные перепонки Фу Хэна.
Водяной поток, подобно торнадо, взметнулся к рукам Фу Хэна. Подброшенный вверх столбом воды, Ань Сюань стоял на речном берегу, в упор глядя на Фу Хэна холодным, пронзительным взглядом.
Фу Хэн швырнул нищего в сторону водяного потока и произнес:
— Если бы ты удрал вдоль этой реки, я бы действительно ничего не смог поделать и посчитал бы себя неудачником. Только вот никак не ожидал, что у племени мань найдется столько благородства, чтобы снова рисковать жизнью ради какого-то никчемного немого.
Ань Сюань процедил сквозь зубы:
— Поднимать руку на сородичей — какое бесчестие, вы недостойны зваться людьми.
— Едва появившись, ты уже обагрил руки кровью, с какой стати тебе читать мне мораль? До смешного нелепо, — Фу Хэн размял шею, и на его лице вновь появилась игнорирующая улыбка. — Эй, мое терпение небезгранично. Если ты покорно сдаешься, я, пожалуй, пощажу его жизнь.
Ань Сюань холодно усмехнулся:
— Мечтай!
Стоя на водяном столбе, он протянул руку и сорвал с плеч плащ, обнажив пару сапфирово-синих глаз. Казалось, в этих глазах таилась бесконечная глубина, способная прочесть любые человеческие помыслы. Вмиг его зрачки вспыхнули, и весь речной берег задрожал, вздымая вверх бешеные валы. Волны забурлили и под взмахом руки Ань Сюаня устремились вперед.
Не веря собственным глазам, Фу Хэн бросил нищего под ноги, вскинул Око призрака и выпустил в сторону Ань Сюаня весь магазин. Пули пронзили водяную завесу, но были остановлены и заблокированы окружавшими Ань Сюаня потоками воды.
— Шаман? Да он шаман! Ха-ха-ха, бейте в полную силу, главное — оставьте его в живых! — в голосе Фу Хэна звучали изумление и дикий восторг.
Взгляд Ань Сюаня походил на ледяную гладь замерзшего озера — холодный и бездонный. На его презрительное фырканье окружающая вода отозвалась словно по зову: живые потоки забурлили, воздвигая новые валы, и покатились валом на Фу Хэна и его приспешников.
У Лань среагировал мгновенно. Заслонив собой Фу Хэна, он выхвил из-за пояса парные пистолеты — его движения были быстрыми и решительными. Отдача этого оружия была колоссальной, но пробивная сила — просто поразительной; пули чертили в воздухе причудливые траектории, прошивали водяной заслон, созданный Ань Сюанем, и вонзались в его черный плащ.
Под раскаты выстрелов черный плащ разлетелся в клочья от огня орудий, обнажив синий рыбий хвост, который заманчиво сверкал в лучах солнца, выставив напоказ истинную сущность владельца.
Личность Ань Сюаня всегда оставалась загадкой, скрытой под покровом одежды. Теперь же Фу Хэн наконец разглядел его истинное лицо: зрачки мужчины резко сузились, все тело забилось в лихорадочной дрожи, а во взгляде вспыхнули жадность и фанатичное безумие:
— Русалка?! Среди племени мань тоже водятся русалки? Если приручить такую тварь, кто посмеет смотреть на меня свысока!
— Бах!
Раздался оглушительный грохот, и электрический разряд грозового гарпуна-аркана вырвался наружу, раскинув синюю сеть, которая накрыла Ань Сюаня. Ток бушевал внутри сети, издавая оглушительный треск и шипение.
Ань Сюань взмахнул трезубцем и разорвал электрическую сеть, но разряд змейкой скользнул по древку трезубца прямо на его тело, заставив оцепенеть.
Второй гарпун-аркан выпустил еще одну сеть, но на этот раз ее перехватил водяной поток, призванный Ань Сюанем; электрические дуги брызнули во все стороны по течению реки, ослепляя искрами.
— Кха!
Водяной вал подхватил трезубец и насквозь пронзил грудь одного из нападавших; того немедленно подхватили и оттащили в тыл. Повсюду полыхали вспышки выстрелов, заставляя Ань Сюаня отказаться от преследования, вернуть трезубец и укрыться за водным щитом.
Он поморщился: грудь сдавило так, что стало трудно дышать, а тело вновь пронзил разряд тока. Опустив взгляд, Ань Сюань с удивлением заметил, как по его белоснежной коже расползаются черные узоры. По мере того как он использовал технику управления водой, эти зловещие линии стремительно удлинялись, напоминая стайки черных змей, оплетающих его грудь.
— Проклятье!
С каждым новым черным узором контроль над водой неумолимо слабел. Нахмурившись, Ань Сюань вновь отступил к самой середине реки. Он попытался управлять потоками, чтобы унести нищего подальше, но Фу Хэн ударом меча рассек струю воды.
На губах Фу Хэна заиграла лукавая ухмылка. Презрительно наступив ногой на нищего, он принялся не спеша перезаряжать Око призрака, словно давая понять Ань Сюаню, что инициатива в этом бою по-прежнему целиком и полностью в его руках.
— Друг мой, ты, кажется, устал? — в его голосе прозвучали насмешливые нотки. — Почему бы тебе не сдаться? Мои слова все еще в силе: покорись мне, и я подумаю о том, чтобы пощадить его, а ты получишь всё, чего ни пожелаешь.
Ань Сюань процедил сквозь зубы:
— Ты думаешь, я поверю твоим словам?
— Что ж, тогда по-другому не получится.
Фу Хэн махнул рукой назад, и У Лань, поняв его без слов, сменил оружие на гарпун с тросом, прицелился в спину Ань Сюаня и спустил курок.
Ань Сюань, занятый отражением атак электрических сетей и огнестрельного оружия спереди, потерял бдительность и позволил гарпуну оплести его рыбий хвост. Трос со множеством скрытых зазубрин сжался, глубоко впиваясь в чешую.
Взмахнув трезубцем, он перерубил трос, бросил последний взгляд на нищего и нырнул под воду. Способность управлять стихией упала уже ниже тридцати процентов, а черные узоры полностью оплели его торс, сбившись на груди в змеевидную метку.
Это был яд, парализовавший саму его суть и сковывавший дар управления водой.
— Хочешь сбежать? Поздно.
У Лань бросил гарпун, выхватил у стоявшего рядом подчиненного штурмовую винтовку и выстрелил прямо в воду, взметнув фонтанчик алой крови.
В голубом сиянии грозовых гарпунов электрические разряды вились в воздухе, словно мелкие змейки. Ань Сюань почувствовал легкое головокружение, однако среагировал мгновенно: трезубец сорвался с места подобно выпущенной из лука стреле, вылетел из воды и пригвоздил человека с гарпуном наперевес прямо к каменному мосту.
Взгляд Фу Хэна скользнул по полю боя, и на его лице промелькнуло недовольство:
— Ничтожество, даже этого увернуться не смог.
У Лань проворно сменил оружие на новый гарпун и вновь открыл огонь по Ань Сюаню. Активировав электрический разряд на тросе, он пустил синие дуги прямо по натянутому канату к телу противника. Стиснув зубы, Ань Сюань с силой дернул на себя трос, срывая путы — чешуйки с рыбьего хвоста отлетели во все стороны, а кровь медленно растворилась в речной воде.
Он решил уйти на глубоководье, но крики о помощи нищего пронзили гладь воды подобно стрелам, раня его сердце прямо в цель. Этот отчаянный вопль заставил его замешкаться на мгновение, и в ту же секунду гарпун бесшумно прошил его грудь, после чего мощный разряд тока прошелся по всему телу. Сознание начало меркнуть, а невидимая сила потащила его обратно к берегу.
Придя в себя, он обнаружил вокруг сплошной полумрак. Ань Сюань понял, что заперт в глухой комнате без единого окна, а руки и талия опутаны тяжелыми железными цепями, подвешивающими его к металлическому каркасу.
Кроме того, на его шее красовались два следа от уколов иглы, а во всем теле не осталось ни капли сил. Черная метка на груди горела невыносимым огнем, лишая возможности нормально дышать.
— Цинь Жань!
Сквозь зубы процедил проклятия Ань Сюань. Одного взгляда на эти черные узоры было достаточно, чтобы понять — это дело рук Цинь Жань, ведь только она могла подавить его власть над водой. Но ведь той ночью он уклонился вовремя, почему же яд все равно попал в его кровь?
Если бы его водная стихия работала как прежде, он бы без труда прикончил их всех вместе с Фу Хэном.
Весть о его пробуждении быстро дошла до Фу Хэна. Спустя долгое время скрип отворяющейся железной двери разорвал тишину мрачного помещения. Шагая против света, Фу Хэн с хищным предвкушением уставился на Ань Сюаня.
— Друг мой, ты проснулся.
http://bllate.org/book/21068/2141388
Готово:
