В последний раз старший молодой господин так жестоко обошёлся со вторым ещё в том возрасте, когда тому было семь лет. Что же на сей раз натворил Хэ Хэн, чтобы так разозлить старшего брата?
По мере того как Хэ Юйюань шаг за шагом приближался, Жэнь Фэй и Хэ Сининь невольно отступили в стороны. В этот миг обеим особенно повезло, что они вовремя прекратили попытки наладить с ним отношения, ещё тогда, когда он начал их игнорировать.
Хэ Юйюань даже не взглянул на них — всё его внимание было приковано к Линь Ло, сидевшей в шезлонге.
Линь Ло не смотрела на приближающегося Хэ Юйюаня, а разглядывала лежавшего на полу Хэ Хэна. Лицо того было в крови, он громко стонал, но, к счастью, не умрёт — можно было не волноваться.
Заметив, куда устремлён её взгляд, глаза Хэ Юйюаня вдруг покраснели. Та тонкая нить самообманчивого достоинства, которую он едва удерживал до этого момента, окончательно оборвалась, и в его чёрных, холодных зрачках вспыхнула одержимость.
Уловив этот взгляд, Хэ Сининь инстинктивно отступила на полшага. Опомнившись, она уже собиралась что-то сказать, чтобы разрядить обстановку, но вдруг с изумлением увидела, как Хэ Юйюань нагнулся и крепко обнял Линь Ло.
Его окровавленная рука избегала касаться её одежды, но выражение лица всё равно оставалось устрашающим.
«Неужели старший брат подумал, что старшая невестка в чём-то виновата?» — мелькнуло у Хэ Сининь.
Тяжёлое дыхание щекотало ухо Линь Ло, заставляя её слегка наклонить голову. В ответ Хэ Юйюань, воспользовавшись моментом, зарылся лицом в изгиб её шеи.
«???»
Хэ Юйюань всё сильнее сжимал её в объятиях.
Все эти дни — ледяной душ в ванной, бредовые сны, от которых он просыпался в поту — всё это ясно показывало, насколько глубоко въелась в него эта навязчивая страсть. Но перед Линь Ло он по-прежнему оставался спокойным и сдержанным: он не хотел, чтобы она боялась его или испытывала к нему отвращение.
Однако сейчас всё рухнуло.
Линь Ло увидела его потерю контроля, его жестокость, увидела ту тёмную сторону, которую он так тщательно скрывал.
Если бы можно было начать всё заново —
он поступил бы точно так же. Нет, он бы ещё раньше, с первой же секунды, как Хэ Хэн переступил порог дома, швырнул его на землю и сломал бы руки и ноги, заставив вновь прочувствовать каждую боль.
Хэ Юйюань слишком хорошо знал, какие мысли питал Хэ Хэн по отношению ко всему, что ему дорого. Именно поэтому, увидев, как Хэ Хэн протянул руку к Линь Ло, он и потерял над собой власть, набросившись на него с яростью.
Как он посмел! Того, к кому он сам не осмеливался прикоснуться, Хэ Хэн осмелился тронуть этой грязной лапой!
— Линь Ло, — горячие губы Хэ Юйюаня коснулись её мочки уха.
Ему хотелось впиться зубами.
Ему хотелось сказать Линь Ло, что запрёт её, чтобы никто больше не мог посягать на её внимание, чтобы в её глазах был только он — и никто больше.
Линь Ло, едва почувствовав прикосновение к уху, раздражённо фыркнула:
— Твой младший брат просто невыносим! Я уже начала сомневаться, знакомы ли мы вообще, а он всё твердил и твердил без умолку! Совсем не понимает, когда пора замолчать!
Хэ Юйюань не видел её лица, но легко представил, как она надула щёки от раздражения.
Сила, с которой он сжимал её, внезапно ослабла.
— Ты меня понимаешь, — сказала Линь Ло, обвивая руками его шею. — Знаешь, что нужно подойти и отнести меня в спальню. Если бы мне не было так лень двигаться, я бы сама ушла, а не слушала его бесконечную болтовню.
Она похлопала Хэ Юйюаня по затылку, подгоняя:
— Ну же, отнеси меня в спальню. Я уже устала это слушать.
«Разве тебе не страшно теперь, когда ты увидел меня таким? Почему ты всё ещё без всякой настороженности обнимаешь меня?»
Хэ Юйюань молча поднял Линь Ло со стула и, даже не взглянув на прислугу, направился прямо наверх, в спальню.
Хэ Сининь растерянно потянула за рукав Жэнь Фэй:
— Мама, ты видела?
Жэнь Фэй всё ещё думала о том, как Хэ Хэна уносили слуги, и невольно сравнила его состояние с тем несчастным котёнком, которого Хэ Хэн когда-то жестоко убил. Поэтому, услышав вопрос дочери, она рассеянно спросила:
— Что видела?
— Старшего брата, — Хэ Сининь указала наверх. — В тот самый момент, когда старшая невестка его обняла, над его головой словно полоса «уровня одержимости» мгновенно снизилась с 100% до 50%.
Жэнь Фэй посмотрела на неё, как на сумасшедшую, но через мгновение ласково потрепала по голове:
— Поменьше читай романов и побольше общайся со старшей невесткой.
Путь от двора до спальни был недолог; по пути они прошли мимо кабинета.
Крик Хэ Хэна был настолько громким, что его услышали даже в кабинете: и дедушка Хэ, и отец Хэ видели, как слуги уносили избитого Хэ Хэна. Увидев Хэ Юйюаня, отец Хэ нахмурился и уже собрался было сделать ему выговор —
но Хэ Юйюань поднял глаза. Его взгляд, скользнувший от Линь Ло к отцу, был ледяным и безжалостным, а на тыльной стороне его руки и рукаве ещё виднелись пятна крови. Каждый его шаг будто нес угрозу — словно он шёл мстить.
Сердце отца Хэ дрогнуло. Он быстро юркнул обратно в кабинет.
Этого сына он не осмеливался трогать — только дедушка мог его усмирить!
Пройдя мимо кабинета, Хэ Юйюань даже не замедлил шаг, и дедушка Хэ тоже не окликнул его.
В кабинете отец Хэ не мог поверить своим ушам:
— Папа?
Дедушка Хэ схватил со стола чернильницу и швырнул её в него, гневно рыча:
— Вон отсюда! Говорят, в согласии дом держится, а весь разлад в этом доме — из-за тебя, ничтожества, не сумевшего совладать со своими похотями!
Чуть приоткрытая дверь спальни распахнулась от толчка ноги Хэ Юйюаня, и он вошёл в свою комнату в старом доме, всё ещё держа на руках Линь Ло.
Линь Ло окинула взглядом помещение.
Интерьер в стиле минимализма, изумрудные простыни. Управляющая Фу, предусмотрительно зная, что они останутся на ночь в старом доме, уже распорядилась принести их вещи и одежду.
— У тебя в комнате камера наблюдения?
Камера была установлена прямо над кроватью на потолке и мигала красным огоньком, явно находясь в рабочем состоянии.
Хэ Юйюань всё ещё не опускал Линь Ло, его взгляд скользнул по её уху, скрытому под прядью волос.
— Я установил её ещё в детстве, чтобы никто не проник сюда и не рылся в моих вещах.
На самом деле, кроме прислуги и тех, кого он сам допускал, сюда никто не заходил. Но без этой камеры он не чувствовал себя в безопасности — со временем просто привык.
Линь Ло было удобно в его объятиях, и она даже забыла попросить поставить её на землю. Её взгляд упал на книжный шкаф у стены, где стояли учебники времён студенчества и журналы по финансам.
Совсем не то, что у неё дома: её шкаф был забит романами, манхвой и сборниками оригами.
Перед шкафом стоял письменный стол. На нём — металлические песочные часы, подставка для кистей и фотография в рамке.
На снимке Хэ Юйюаню было лет шесть или семь. Он стоял под китайским камфорным деревом в маленькой рубашке и брюках, серьёзный, без улыбки — точная уменьшенная копия нынешнего Хэ Юйюаня.
Но в его руках был пушистый щенок лабрадора с круглыми, влажными глазами, такой милый, что сердце таяло. Сзади его обнимала молодая женщина, держа и мальчика, и щенка, и улыбалась мягко и тепло.
Солнечные лучи пробивались сквозь листву, окутывая их троих золотистым светом.
— Это твоя мама?
— Да.
— Сколько тебе было на этой фотографии?
— Шесть.
Неизвестно, было ли это из-за щенка, но Линь Ло показалось, что присутствие собаки на фото намного приятнее, чем если бы там стоял отец Хэ. К тому же черты лица Хэ Юйюаня явно унаследованы от матери, хотя и стали чуть более резкими.
Хэ Юйюаню уже почти тридцать, и щенок, скорее всего, давно умер своей смертью.
Линь Ло похлопала Хэ Юйюаня по руке:
— Поставь меня, хочу получше рассмотреть.
Они стояли посреди комнаты, и Линь Ло заметила, что Хэ Юйюань несёт её к кровати — вероятно, хотел сначала усадить. Разумно: ведь так удобнее сидеть, как раз для того, чтобы рассматривать.
Но в самый последний момент, когда он уже собирался опустить её, Хэ Юйюань внезапно ослабил хватку, и Линь Ло чуть не упала на мягкую постель. Болью это не грозило — кровать выглядела очень мягкой, — но Хэ Юйюань вовремя подхватил её.
В этот миг её мочка уха скользнула по его тонким губам.
Линь Ло подняла глаза на Хэ Юйюаня.
Тот смотрел в ответ, и через мгновение лёгким движением пальцев коснулся её мочки, сохраняя совершенно невозмутимое выражение лица:
— Прости, случайно задел.
(часть 1)
В ванной комнате, примыкающей к спальне, обычно безупречно чистая тумба была заставлена баночками и флаконами — всё это были любимые маски, тоники и сыворотки Линь Ло. У Хэ Юйюаня же здесь стояли лишь электрическая бритва и чёрная зубная щётка.
Линь Ло, только что вышедшая из душа, держала волосы в полотенце для волос, а капли воды стекали по её пальцам, лёгким нажимом опиравшимся на край раковины. Она не отрывала взгляда от зеркала, особенно пристально разглядывая мочки ушей. Обе были прозрачно-белыми, но правая слегка розовела.
Через мгновение она щёлкнула пальцами по покрасневшей мочке и слегка нахмурилась:
— Хэ Юйюань так резко меня опустил... Неужели он ещё и укусил?
Потирая горячее ухо, она вернулась к нанесению уходовых средств, про себя ворча:
— Не зря он в детстве собаку держал — сам такой же.
Тоник, эмульсия, сыворотка, крем для глаз, крем для шеи… Баночка за баночкой процесс становился всё утомительнее, и Линь Ло тяжко вздохнула:
— Дома всё же удобнее. Хоть прислуга по душе. Надо было заранее попросить управляющую Фу прислать пару человек.
Тем временем в спальне на кровати засветился экран телефона.
Хэ Юйюань отвёл взгляд от рамки с фотографией и сразу заметил сообщение с неизвестного номера. Даже увидев лишь половину экрана, он инстинктивно понял, от кого оно.
За дверью уже стих звук воды из душа.
Хэ Юйюань поставил рамку на место, нагнулся и взял телефон. Линь Ло даже не утруждала себя установкой пароля — достаточно было провести пальцем по экрану, чтобы разблокировать устройство.
Он открыл сообщения.
[Узнал твой номер у нашего старого однокурсника.]
[Не переживай за мои травмы, но я очень волнуюсь за тебя.]
[Старший брат с детства эмоционально нестабилен. Что, если он причинит тебе вред, пока вы живёте под одной крышей?]
Лицо Хэ Юйюаня потемнело, а в глубине глаз бушевал ураган.
Действительно, он ударил слишком мягко. Следовало сразу сломать Хэ Хэну обе руки, чтобы тот не смел больше присылать подобную мерзость.
Хэ Юйюань последовательно удалил все эти отвратительные сообщения, затем занёс номер в чёрный список. Но, собираясь отложить телефон, вдруг почувствовал, как в голове закричала новая мысль.
А вдруг кроме Хэ Хэна есть и другие, кто думает так же?
А вдруг Линь Ло получает подобные сообщения и от других?
А может…
она уже говорила кому-то о нём?
Хэ Юйюань прищурился, глядя на список контактов, и не спешил ни выходить, ни просматривать переписки. Разум и эмоции вели борьбу в его сознании, и снова в ушах зазвучали слова Хэ Хэна:
«Я знаю Линь Ло лучше тебя».
Линь Бэй, Цянь Лай, Сун Чжитин — все они знакомы с Линь Ло дольше него, все знают её лучше. А как насчёт других?
Одноклассники Линь Ло, те, кто прикрывал её, когда она прогуливала занятия; друзья по университету, с которыми она смеялась и веселилась; люди, которых она встретила после выпуска…
Пальцы, сжимавшие телефон, побелели от напряжения.
Он виделся с Линь Ло всего несколько раз, а она спокойно согласилась на этот брак сразу по возвращении. Значит, подходит любой — не обязательно он.
Свет с потолка отражался в экране телефона, превращая его в коробку Пандоры, готовую раскрыться в любой момент.
Если он откроет её —
та тонкая нить, которая едва сдерживала его перед Линь Ло, навсегда порвётся.
В этот момент открылась дверь ванной.
Хэ Юйюань опустил телефон с тёмным экраном и поднял глаза. У двери стояла Линь Ло.
Только что вышедшая из душа, её кожа слегка розовела, будто лепестки цветов, распустившихся весной под тёплым дождём. От остатков пара в ванной казалось, что лепестки падают прямо в бурлящую воду.
Взгляд Хэ Юйюаня скользнул по её уху, он сглотнул и прикрыл губы пальцем.
— Иди сюда, — Линь Ло, прислонившись к косяку, лениво приказала. — Отнеси меня на кровать.
Хэ Юйюань подошёл и, как всегда, поднял её на руки. На сей раз, укладывая на постель, он был особенно осторожен и аккуратен. Но когда он уже собирался выпрямиться, Линь Ло схватила его за воротник.
Она слегка запрокинула голову и кончиком пальца провела по его губам.
Хэ Юйюань, стоявший за её спиной, сжал кулаки, напряг мышцы, и всё его внимание было приковано к пальцу, касающемуся его губ.
— Открой рот, — прищурилась Линь Ло. — Хэ Юйюань, подозреваю, у тебя клыки.
http://bllate.org/book/2080/240865
Готово:
