Глава 6
Сыну исполнилось восемнадцать — возраст, когда у человека появляются собственные взгляды на всё. На Си не хотел быть деспотом и не хотел обременять больного лишними тревогами, поэтому уступил: убрал и телохранителей, и сиделок.
Без охраны, преграждающей путь, он решил, что как только состояние Шэнь Пиня стабилизируется, следует разобраться с любопытством домочадцев — на случай, если кто-то из непослушных вздумает нагрянуть к больному и помешать его покою.
Хорошо хоть пороговый уровень феромонов у Шэнь Пиня немного снизился — можно было немного выдохнуть.
Если кому-то становится легче, другому — тяжелее. На следующее утро, когда На Си дремал в комнате отдыха для вип-гостей, его поднял звонок Цзян Жуя.
Голос у того был тяжёлым.
— Босс, продавец внезапно изменил рейс и уже выехал в аэропорт. Извините, мне не удалось его задержать.
На Си спал скверно — всю ночь снилось что-то смутное и тягостное, от чего на душе оставался осадок. Проснувшись, он не смог вспомнить ни единого образа, лишь чувство — будто что-то важное ускользнуло и уже не вернуть.
Он потёр переносицу, скосил взгляд на настенные часы: половина восьмого утра.
Вчера он дал Цзян Жую приказ и назначил действительно щедрую цену — ни один человек, которому нужны деньги, не смог бы устоять. Нынешнее же положение вещей говорило об одном: продавца деньги не интересовали совсем. Мало того — чтобы избавиться от настойчивого Цзян Жуя, тот специально поменял рейс.
Земля в Юэси была ему нужна — это не обсуждалось. Человек может уехать, земля никуда не денется. Выход найдётся.
— Установи, куда направляется продавец, — сказал он. — Не хватало ещё потерять человека из виду. Остальное обсудим, когда вернусь в офис.
Цзян Жуй заранее знал, что босс его не отчитает. Он был именно таким человеком: в делах — жёстким, с виду — холодным и беспощадным, но за промах, не нарушающий принципов, на подчинённых не срывался. Напротив — сразу предлагал пути решения.
— Понял, — отозвался Цзян Жуй.
Закончив разговор, На Си вернулся в палату.
Накануне вечером Шэнь Пинь отослал Фэй Иса домой отдыхать, так что теперь в палате был только он один. На Си никогда не позволял рабочим делам отражаться на настроении в кругу близких, поэтому по его лицу Шэнь Пинь ровным счётом ничего прочесть не мог.
Однако Шэнь Пинь прикинул в уме: с тех пор как он оказался в больнице, На Си, кажется, ни разу отсюда не уходил. Он теперь знал, кем был На Си — человеком, в чьих руках сосредоточена власть над группой компаний «Наши»: такой не бывает праздным, тысячи дел ждут его каждый день. А значит, то, что он всё это время оставался здесь, — намеренный выбор.
С того момента, как этот человек впервые появился перед ним, Шэнь Пинь понял: у отсутствия На Си в его жизни, должно быть, была причина. Он никогда и не думал его упрекать — что за смысл обвинять того, кто просто не знал о твоём существовании?
Если уж винить кого — так только папу.
В кафе неподалёку от больницы Шэнь Минцзи чихнул.
[Эй, ты заболел, что ли?]
Из телефона донёсся голос — сочувствия в нём было немного. [Надо же, ты тоже чихаешь! Не верится. Сколько я тебя помню, ты вообще не болел…]
Шэнь Минцзи не стал реагировать на это удивление.
— Ты сейчас где?
[В Стране X.] В голосе собеседника послышалась виноватость. [До посадки ещё полчаса. Лечу до Страны H на пересадку, потом международным рейсом в Город А. Раньше послезавтра не доберусь.]
— Держи меня в курсе. Когда прилетишь — сообщи, встречу в аэропорту.
[Не надо, сам доберусь…]
— Я встречу тебя, — повторил Шэнь Минцзи, не оставляя места для возражений.
Обменявшись ещё парой фраз, он завершил звонок.
Опустил телефон на стол, взял чашку кофе, сделал глоток. Горьковатая жидкость скользнула в горло. Шэнь Минцзи проглотил — и перевёл взгляд на главный вход больницы напротив.
Машины подъезжали и отъезжали, люди входили и выходили.
Мужчина безмолвно смотрел на всё это — взгляд глубокий, непроницаемый.
— Отец, — произнёс Шэнь Пинь в палате, возвращаясь к прежней теме, — здесь я и один справлюсь. Врачи за мной присматривают. Тебе не обязательно всё время здесь находиться.
На Си опустился на край кровати и встретил взгляд сына.
— Если бы я не хотел здесь оставаться, я бы ушёл. — Голос был ровным. — Тебе сейчас нехорошо. Ни о чём, кроме отдыха, думать не нужно.
Он помолчал — всё же не хотел, чтобы у Шэнь Пиня возникало ощущение лишней нагрузки. Вэнь Чжэнцин сказал, что состояние мальчика относительно стабильное, и На Си добавил:
— Во второй половине дня мне нужно заехать в старый дом. Старик хочет тебя видеть, но с твоим состоянием лучше не тревожить. Я предупрежу их — пусть пока не приходят.
— Хорошо, — кивнул Шэнь Пинь.
— Вечером вернусь.
Перед отъездом На Си оставил Су Хэсюаня при больнице и велел:
— Если что-то случится — немедленно докладывай. Кроме просьб о выписке — выполняй всё, что он попросит.
— Хорошо, босс.
Су Хэсюань прекрасно понимал, насколько дорог боссу этот только что найденный молодой господин, и намеревался отнестись к поручению с полной серьёзностью.
— Ещё, босс, — добавил он, — несколько важных документов ждут вашей подписи. Крайний срок — завтра. Я уже положил их в машину.
— Пусть Чэн Цзян вечером заберёт их в старом доме.
Чэн Цзян был его вторым секретарём.
— Понял.
На Си сел в машину. Су Хэсюань заблаговременно оставил папку с документами на заднем сиденье, и пока водитель трогался с места, он уже листал её.
— В старый дом.
— Слушаюсь.
Машина плавно выехала в направлении старой усадьбы Наши.
Тем временем в кафе напротив Шэнь Минцзи проводил взглядом отъезжающий автомобиль. Он поставил чашку, поднялся со стула и вышел.
Лифт мягко звякнул. Су Хэсюань, стоявший в коридоре с телефоном у уха, поднял глаза и увидел выходящего Шэнь Минцзи.
— Добрый день, господин Шэнь.
— Добрый день.
Шэнь Минцзи улыбнулся — тепло и приветливо — и чуть склонил голову.
Памятуя о том, что перед ним отец будущего наследника «Наши», Су Хэсюань был сама любезность. Решив, что тот мог ещё не знать всех подробностей состояния сына, он вкратце обрисовал ситуацию:
— Директор Вэнь говорит, что с молодым господином всё в порядке. Сейчас не спит.
— Понял, спасибо. — Шэнь Минцзи чуть улыбнулся. — Вы и так хлопочете, Секретарь Су. Я загляну к Сяо Пиню.
— Конечно, прошу вас.
Шэнь Минцзи толкнул дверь палаты и вошёл.
Су Хэсюань посмотрел вслед стройной фигуре.
Воистину, от этого человека веет чем-то тёплым и светлым. Теперь он немного понимал, почему холодный и сдержанный На Си когда-то сошёлся с Шэнь Минцзи. Красив, изящен в каждом движении, улыбается в меру — не больше и не меньше нужного, в обращении прост и естественен. Досье, которое Су Хэсюань изучал, напоминало: этот человек скрыл рождение Шэнь Пиня — возможно, за этим стоял какой-то умысел. Но при личной встрече настороженность как-то сама собой таяла.
Слишком хорошее впечатление. Совсем не похож на человека с тайными целями.
Войдя в палату, Шэнь Минцзи окинул сына взглядом.
— Выглядишь неплохо.
— Папа, — сказал Шэнь Пинь.
— М-м. — Шэнь Минцзи взял из корзины апельсин, устроился на краю кровати и принялся чистить его — неспешно, с той же безмятежной невозмутимостью, с какой делал всё. — Сяо Са где?
Шэнь Пинь наблюдал за тем, как даже чистка апельсина у этого человека выходит изящной.
— Я отправил его на занятия.
Шэнь Минцзи кивнул:
— Правильно, учёбу запускать нельзя. Его папа с мамой сейчас путешествуют — пусть Сяо Са сидит на лекциях как следует. — Он сделал паузу. — И на ночь никого не оставлять. Ты знаешь об этом, верно?
Шэнь Пинь не ответил на вопрос.
— Почему ты никогда не говорил, что отец жив?
— Ты и не спрашивал. — Шэнь Минцзи поднял взгляд — совершенно спокойный. Разделил апельсин пополам, половину вложил сыну в руку, вторую начал есть сам.
—…
Шэнь Пинь протянул свою половину обратно. Сжал губы и промолчал.
Шэнь Минцзи забрал апельсин с лёгкой улыбкой — теперь у него были обе половины — и заметил:
— Давно не видел, чтобы ты так дулся.
Этот ребёнок характером похож на нынешнего На Си. Но не на того, каким был На Си в прошлом — по крайней мере, не на того, каким Шэнь Минцзи его помнил.
— Ты вводил меня в заблуждение, — сказал Шэнь Пинь.
— Я? Вовсе нет. — Шэнь Минцзи произнёс это без тени смущения и даже с готовностью порассуждать: — Если бы ты хоть немного следил за новостями, вместо того чтобы думать только о Сяо Са, ты бы давно его увидел. Он часто появляется на телевидении.
Добавил с улыбкой:
— Правда, только в финансовых программах.
Сын не интересуется экономикой — его вина в этом нулевая.
Шэнь Пинь думал иначе. Шэнь Минцзи никогда не упоминал На Си — только фотография, одна-единственная, и ту он показал лишь тогда, когда маленький Шэнь Пинь сам спросил. Как было не додумать лишнего? Ведь если судить по характеру этого человека — будь На Си жив, он бы не остался в стороне. «Добиваться желаемого любой ценой» — это Шэнь Пинь перенял именно у папы. А выходило, что отец живёт и здравствует, просто забыл о них обоих.
— Ты никогда не говорил мне, что он жив, — произнёс Шэнь Пинь. — Даже если бы я видел его по телевизору, я бы не решил, что это мой отец.
— Но ведь когда вы встретились — ты его узнал.
Шэнь Минцзи неторопливо вытер пальцы салфеткой и добавил, как бы между прочим:
— Вообще-то, главное тут другое: ты на него не похож. Будь иначе, другие давно бы вас связали.
Шэнь Пинь решил прекратить спор. Не было никакого смысла. Когда Шэнь Минцзи не хотел что-то говорить, вытащить из него нужное не мог никто.
Тем временем завсегдатай финансовых программ На Си в машине бегло просматривал документы: один отложил в сторону — требовал уточнения, остальные подписал.
Когда он убрал папку, машина как раз въезжала в ворота старой усадьбы.
В семье На давно знали о его приезде — все были дома и ждали.
— Вспомнил наконец, что сюда дорога есть.
На Цянь с его больными ногами стоял у лестницы наверху — спускаться не стал, просто смотрел сверху на вошедшего сына и постучал тростью о пол, выражая недовольство.
— Твои телохранители даже мне дорогу перекрыли. Совсем страх потеряли.
http://bllate.org/book/20686/2105955
