Хо Ван:……
Линь Юй: OVO?
В следующий миг его подхватили на руки, уткнулись носом в мягкий пушистый животик и шумно вдохнули.
— Мяу-у! Мяу! — Линь Юй в ужасе выпучил глаза и выставил лапки, пытаясь сопротивляться.
Впервые его так нюхали в полном сознании. Казалось, душа вот-вот покинет тело.
Со стыда хвост свернулся тугой спиралью. Линь Юй отчаянно барахтался и вопил во все горло.
Почему одни и те же техники капризного нытья дают совершенно разные результаты у него и у аляскинского маламута!
— Мяу-у! — Извращенец!
Хо Ван понюхал ещё пару раз и невозмутимо поставил его обратно:
— Поиграешь с игрушками?
Вид — как ни в чём не бывало.
Линь Юй смотрел на него, не веря собственным глазам.
Кто бы мог подумать, что некоторые люди, снаружи такие безупречные и солидные, за закрытыми дверями способны творить подобные бесчеловечные вещи с пушистыми созданиями!
Оставалось схватить зубами игрушечную мышку и яростно затрясти ею:
— Мяу!
Видишь? Вот что бывает с теми, кто обижает пушистиков!
Хо Ван приподнял бровь. Раз малыш такой живой — значит, акклиматизация ему не грозит.
Глядя на его задумчивый вид, Линь Юй решил, что выглядел невероятно грозно — вот он и притих.
В следующий раз дважды подумает, прежде чем нюхать кого попало!
Мы, котики, тоже умеем за себя постоять.jpg
Двое думали о совершенно разном, но в итоге оба остались довольны.
***
До ужина всей группе наконец суждено было собраться вместе. Линь Юй к тому времени успел сменить головной убор — теперь это была шапочка-лягушонок: зелёная, круглая и пухлая, с розовыми щёчками, совсем как утёнок с утра.
Чжао Юю не переставала восхищаться, какой он милый. Линь Юй смутился и зарылся в объятия Хо Вана, хотя кончик хвоста при этом радостно подёргивался сам по себе.
Гид жила и питалась вместе с группой. Когда все блюда были поданы, она взяла инициативу, чтобы разрядить обстановку:
— Давайте познакомимся друг с другом.
Она взглянула на ближайшего к ней парня — в очках, с несколько отрешённым видом:
— Меня зовут Го Юйцзин. В следующем году гаокао, мама решила, что я слишком взвинчен, и отдала мне свой выигрышный билет.
Линь Юй посмотрел на него и заметил, что тот держит в руках учебник английского. Сказать было нечего. Похоже, расслабиться у него пока не очень-то получалось.
Рядом с парнем сидела единственная влюблённая пара. Девушка представилась первой:
— Зовите меня Сяо Юнь. Мой парень — А Ло… он немного застенчивый.
Она с лёгкой беспомощностью покосилась на него. А Ло почесал нос:
— Привет всем.
Представились ещё несколько человек. Когда очередь дошла до Лао Яна, тот поднялся с таким видом, будто держит речь на банкете, и взял со стола чашку чая:
— Меня зовут Ян Бяо, все кличут меня Лао Яном — вы тоже так называйте. Позвольте поднять эту чашку вместо вина и выпить за всех присутствующих.
Он с видом человека, совершающего широкий жест, выставил чашку вперёд — и расплескал добрую половину на стол.
Остальные вяло потянулись к своим кружкам и стаканам. Один лишь Хо Ван не шевельнулся — он сосредоточенно перекладывал кусочки еды в миску Линь Юя. Он привёз специальный набор посуды и только что лично приготовил на кухне блюда по вкусу малыша — ни дать ни взять родитель, до безобразия избаловавший ребёнка.
Лао Ян было открыл рот, но, покосившись на Хо Вана с его непробиваемой аурой «не подходи», счёл за лучшее заткнуться и сесть обратно.
К концу круга знакомств Линь Юй запомнил всех. Всего в туре было десять человек — остальные, получив ваучеры, предпочли обменять их на деньги.
Едва атмосфера немного потеплела, за столом раздался диссонирующий голос. Лао Ян бормотал так, чтобы все непременно услышали:
— Если бы я выбрал деньги вместо тура, они бы вернули мне только стоимость билетов. Вот только из-за этого я и припёрся в эту глушь.
— Это не глушь… — поморщилась гид.
— Так ведь кругом одни горы! — перебил он, брызжа слюной.
Гид была совсем молоденькой девушкой — переспорить его не могла, оставалось лишь хмуро смотреть в сторону. За столом повисла неловкость.
Одного человека это никак не затронуло.
Хо Ван выбрал кусочек тушёной говядины — мягкой, пропитанной бульоном — и положил Линь Юю. Дождавшись, пока тот доест, привычным движением потрогал ему животик: проверить, наелся ли. Убедившись, что всё в порядке, поднял его на руки, коротко кивнул остальным и направился к выходу — так ни разу и не взглянув на Лао Яна, будто того и вовсе не существовало.
Это лишь подлило масла в огонь. На Хо Вана злиться духу не хватало — и Лао Ян украдкой уставился на Линь Юя с таким видом, будто хотел содрать с него шкуру.
Линь Юй, высунувшийся, чтобы помахать маламуту на прощание, ничего не заметил. С довольным видом он помахал лапкой с того угла, где его никто не мог видеть.
Тот, кто его нёс, словно почуяв что-то, обернулся.
Тёмные глаза Хо Вана — холодные, бездонные — уставились на Лао Яна. Тот вздрогнул. Пальцы разжались, и палочки с горячей едой упали прямо на колени. Лао Ян взвыл.
Линь Юй и испугаться не успел — уши уже были прикрыты ладонями. Хо Ван с невозмутимым видом сказал:
— Идём в номер.
Внимание успешно переключено.
— Мяу. — Хорошо.
***
Вечером Хо Ван работал за ноутбуком, а Линь Юй возился с игрушками рядом. Мужчина, намеревавшийся поработать ещё немного, взглянул на него — и закрыл крышку.
Поднял малыша, устроил на подушке и похлопал по голове:
— Спи. Завтра у нас сбор персиков.
Линь Юй послушно зевнул. Хвост привычно свернулся, укрывая его. Краем глаза он увидел, как мужчина тоже лёг рядом. Знакомый запах — холодный, смолистый — обволок его. Лишь тогда он наконец спокойно закрыл глаза.
И медленно провалился в сон.
Во сне персиков было великое множество — они плыли хороводом, взявшись за руки: «Иди, срывай персики~»
Линь Юй радостно мяукнул и уже было двинулся следом — как вдруг прямо перед ним возник силуэт. Высокий, молчаливый. Смутно знакомый.
Линь Юй прищурился — и силуэт медленно приблизился.
Хо Ван. С каменным красивым лицом, бесстрастный — что-то бормотал себе под нос.
Любопытство победило. Линь Юй решительно шагнул ближе, чтобы расслышать.
Голос Хо Вана стал громче:
— Я хочу… понюхать тебя…
— Мяу-у! — В панике распахнув глаза, Линь Юй едва не скатился с подушки.
К-какой страшный сон.
Хо Ван, не открывая глаз, каким-то образом почувствовал это, вытянул руку и мягко притянул маленькое тельце обратно, похлопывая по спинке — баюкая.
Линь Юй только-только начал успокаиваться, как шерсть вновь встала дыбом.
Он снова услышал шорох. Но теперь — не во сне. Звук шёл не от Хо Вана, а с другой стороны, и в ночной тишине казался особенно жутким. Словно кто-то приник к самому его уху и что-то шептал — но слов было не разобрать.
Линь Юй оцепенел. Дрожа, он судорожно обхватил свёрнутый в клубок хвост и изо всех сил прислушался.
Тьма казалась огромным зверем с разинутой пастью — готовым поглотить его, маленького, беспомощного, несчастного пушистика.
Линь Юй: QAQ По-по-мо-ги-те…
http://bllate.org/book/20681/4619752
Готово:
