Пока была передышка, Мо Чэнцзюэ усадил Лэ Нин на скамейку у входа. Заметив её тревожное состояние, он мягко произнёс:
— Не волнуйся. Скорее всего, всё не из-за этого.
— А если всё-таки из-за этого? — внезапно подняла на него глаза Лэ Нин, и на её личике застыло растерянное выражение. — Я… я ещё не готова!
А ведь в начале следующего месяца должен состояться концерт великого Ху Яна! Если окажется, что она беременна, Мо Чэнцзюэ наверняка не пустит её туда!
Ой-ой-ой! Концерт Ху Яна — событие, которого не дождёшься и раз в сто лет! Она и правда не хочет его пропустить!
Мо Чэнцзюэ уже собрался что-то сказать, как в этот момент медсестра назвала имя Лэ Нин. Он взял её за руку и повёл в кабинет врача.
Выслушав их рассказ, врач задал несколько вопросов, после чего выписал направления на анализы и взятие крови.
Лэ Нин не ожидала, что придётся сдавать кровь, и тут же с мокрыми глазами посмотрела на Мо Чэнцзюэ.
— Быстро пройдёт, — спокойно произнёс тот.
Конечно, не его же кровь берут — ему-то не больно!
Закончив все процедуры, они вернулись в холл и вскоре получили результаты.
— А?! — Лэ Нин уставилась на бланк, потом резко подняла голову и спросила медсестру: — Я не беременна?
Медсестра закатила глаза:
— Всё чётко написано в заключении. Если не верите — сделайте УЗИ.
Сейчас многие девушки из-за бессонницы, переутомления и постоянного стресса без отдыха испытывают задержку менструации. Это вовсе не катастрофа! А вы ведёте себя так, будто небо рухнуло на землю.
И вообще, в студенческой среде полно таких, у кого месячные не идут полгода — и никто из них не паникует до такой степени!
Услышав, что не беременна, Лэ Нин тут же расцвела.
Отлично! Значит, она всё ещё сможет сходить на концерт Ху Яна!
Если бы Мо Чэнцзюэ в этот момент знал, о чём она думает, он бы, вернувшись домой, немедленно увёл её в спальню и принялся бы за «строительство ребёнка».
Раз не беременность, значит, задержка вызвана переутомлением.
Вспомнив, как в последние дни он сам её изрядно «намучил», Мо Чэнцзюэ решил, что на некоторое время ему придётся воздержаться.
Подумав об этом, он обнял Лэ Нин за талию, нежно поцеловал в щёчку и вздохнул:
— Похоже, в ближайшее время я должен дать тебе хорошенько отдохнуть.
Лэ Нин тут же задрала подбородок и самодовольно заявила:
— Ну, ты молодец! Пошли, пора на работу!
Мо Чэнцзюэ только покачал головой. На работу? Да ведь уже почти полдень! Сначала нужно пообедать.
Вернувшись в компанию, они обнаружили, что весь отдел разработки собрался вокруг Лэ Нин.
— Лэ Нин, ты сегодня полдня отсутствовала! Говорят, даже генеральный директор не появлялся… Вы что, пошли регистрировать брак?
Но для регистрации брака столько времени не нужно!
Лэ Нин закатила глаза:
— Какой ещё брак! Мы были в больнице.
— В больнице?! — коллектив дружно ахнул и машинально перевёл взгляд ниже пояса. — Неужели… ты… в положении?!
Боже! Генеральный директор так быстро?! Лэ Нин работает в компании всего три месяца, а уже…
— Да нет же! Нет! — Лэ Нин замахала руками, пытаясь развеять их фантазии, и почувствовала, как щёки залились румянцем. — У меня просто месячные не идут, вот и пошла к врачу!
— И что сказали?
— Сказали, что из-за усталости цикл сбился.
— А-а-а… — раздалось несколько понимающих возгласов.
Лэ Нин: «…» Эти пошляки!
— Неужели генеральный директор такой выносливый~
— Конечно! Если бы Мо Чэнцзюэ не был таким выносливым, разве Лэ Нин чувствовала бы себя счастливой!
— Ого! Нинъянь, неужели Мо Чэнцзюэ — твой кумир?
— Ага! Я начала играть в «Юйцзе» именно потому, что эта игра принадлежит его компании! Иначе бы я в неё и не смотрела!
— … — Лэ Нин мысленно возопила: «Сун Нинъянь, я с тобой больше не дружу!»
Разговор на тему «выносливости» быстро закончился.
Почему?
Потому что появился сам генеральный директор…
В отделе разработки воцарилась гробовая тишина. Все наблюдали, как Мо Чэнцзюэ подошёл к столу Лэ Нин и поставил на него пакет.
Сотрудники принюхались. Этот запах… знакомый.
Лицо Лэ Нин потемнело:
— Ты когда успел это купить?
Отвар из яиц с бурым сахаром… Неужели он уже подсел на это?
Но Мо Чэнцзюэ лишь усмехнулся и спокойно ответил:
— Я сам приготовил.
Все замерли.
Сам приготовил?!
Боже милостивый!
Лэ Нин тоже растерялась и, держа в руках миску, ошарашенно спросила:
— Когда ты успел?
— Только что съездил домой, — ответил Мо Чэнцзюэ, пододвинул стул и уселся рядом, явно не собираясь уходить.
— Почему ты не уходишь? — прищурилась Лэ Нин, вынула из пакета ложку, открыла крышку — и аромат разлился по всему офису.
— Подожду, пока ты всё съешь, — улыбнулся Мо Чэнцзюэ и добавил с лёгкой издёвкой: — Боюсь, ты из-за смущения просто не станешь есть.
Лэ Нин: «…»
Она обернулась и увидела десятки любопытных взглядов, направленных на неё. Щёки снова залились румянцем.
После того как она доела, Мо Чэнцзюэ собрал пакет и ушёл.
Едва он скрылся за дверью, коллеги тут же окружили Лэ Нин.
— Вау! Лэ Нин, генеральный директор так к тебе заботлив! Превратился в настоящего нежного мужчину!
— Ты не поверишь, раньше у него всегда было лицо ледяного демона. А сейчас в компании будто солнце светит круглые сутки!
— Кстати, вы заметили? Кажется, генеральный директор недавно сменил причёску…
Действительно, теперь он выглядел ещё мягче!
Все как один перевели взгляд на Лэ Нин и прищурились.
Хм… Говорят, влюблённые источают сладковатый запах. Теперь понятно, откуда он!
Эту порцию собачьего корма они есть не будут!
…
К концу месяца, наконец, пришли месячные.
Но благодаря отвару с бурым сахаром, который Мо Чэнцзюэ приносил несколько дней подряд, боли на этот раз почти не было — разве что немного вялости.
А уж мысль о завтрашнем концерте великого Ху Яна заставила Лэ Нин совсем забыть про сон. Она вытащила из шкафа всю одежду и начала примерять наряд за нарядом перед зеркалом.
Мо Чэнцзюэ вошёл как раз в тот момент, когда Лэ Нин стояла перед зеркалом и прикладывала к себе то одну, то другую вещь.
Увидев, с каким энтузиазмом она выбирает наряд для встречи с другим мужчиной, он почувствовал раздражение.
— Мо Чэнцзюэ, как думаешь, что мне надеть? — Лэ Нин поднесла к себе две кофточки и повернулась к нему. — Вот это или вот это?
— Раз не для меня выбираешь, зачем мне давать оценку? — холодно бросил Мо Чэнцзюэ, протягивая ей кружку. — Выпей.
Лэ Нин надула губки, бросила одежду на кровать, взяла кружку и сделала несколько глотков. Её глазки всё ещё задерживались на лице Мо Чэнцзюэ.
Через пару минут она облизнула губы, подошла ближе, толкнула его локтем и с хитрой улыбкой спросила:
— Мо Чэнцзюэ, ты что, злишься? Может, пойдём вместе? Концерт ведь вечером, после работы мы точно успеем!
Мо Чэнцзюэ бросил на неё мрачный взгляд, в глубине глаз мелькнуло недовольство:
— Не нужно. У меня есть другие дела.
Он просто не хотел видеть, как его жена в восторге кричит имя другого мужчины. Ни один мужчина не вынес бы такого.
«Другие дела»?
Лэ Нин скривилась, допила отвар залпом и протянула кружку Мо Чэнцзюэ.
Тот взял её и молча вышел из комнаты.
Когда он ушёл, Лэ Нин потеряла интерес к примерке и набрала номер Сун Нинъянь.
В этот момент Нинъянь была в разгаре командной битвы. Увидев звонок от Лэ Нин, она на секунду замерла, одной рукой быстро ответила и зажала телефон между плечом и ухом:
— Алло, Лэ Нин, что случилось?
— Да всё из-за Мо Чэнцзюэ!
Нинъянь опешила и даже перестала двигать пальцами по клавиатуре:
— С Мо Чэнцзюэ что-то не так? Неужели он не пускает тебя на концерт великого Ху Яна?
— Нет… — Лэ Нин запнулась. Обычно Мо Чэнцзюэ наверняка бы запретил ей идти, но на этот раз он ничего не сказал, не запер её дома — просто хмурый, и всё.
Поэтому она никак не могла понять, что у него на уме.
Битва закончилась, и Нинъянь сразу написала в чат «Ухожу» и выключила компьютер. Прижав телефон к уху, она начала серьёзно обсуждать ситуацию с подругой.
— Думаю, Мо Чэнцзюэ боится, что ты сочтёшь его слишком властным и деспотичным, будто он ограничивает твою свободу. Тогда ты можешь начать его ненавидеть. Как женщины боятся, что мужчины разлюбят их, так и мужчины переживают, что женщины их возненавидят!
Анализ Нинъянь звучал убедительно, но Лэ Нин почему-то казалось, что в этом что-то не так.
Мо Чэнцзюэ боится, что она его возненавидит?
Да это же абсурд!
Ведь этот мужчина… уверен в себе до безумия! Самолюбования у него — через край! Откуда у него такие сомнения?
Нет-нет, такого просто не может быть!
Но если не это… тогда что?
— Слушай, а мне вообще идти завтра на концерт? Вдруг Мо Чэнцзюэ будет один дома… Мне даже немного жалко его стало, когда я увидела его лицо…
Нинъянь мысленно фыркнула: «Да ладно тебе! Даже не говори — я и так прекрасно представляю, как выглядел мой кумир в тот момент».
Но…
Она почесала щёку, тоже растерявшись.
Пригласить Мо Чэнцзюэ на концерт Ху Яна? Теоретически можно, но вдруг он затмит самого Ху Яна и займёт все заголовки в интернете? Да и билеты давно раскуплены. Хотя, конечно, с его связями, наверное, можно достать ещё один… Но захочет ли он этого?
Ой, теперь она переживает даже больше, чем Лэ Нин!
— Нинъянь, ты чего молчишь? — в трубке послышался встревоженный голос Лэ Нин. — Неужели даже ты не знаешь, как мне быть?
— Э-э… Лэ Нин, давай я спрошу у друзей, не найдётся ли лишний билет. Если да — потащу Мо Чэнцзюэ с нами! Только тебе придётся уговорить его переодеться, чтобы не затмил Ху Яна!
Ведь хоть Мо Чэнцзюэ и её кумир, но Ху Ян — настоящий идол!
Кумир и идол — вещи несравнимые!
— Хорошо! — тут же согласилась Лэ Нин, но в душе почувствовала лёгкую вину. — Прости, Нинъянь, что доставляю тебе хлопоты…
Просто ей больше не с кем было поговорить.
— Ха-ха! Да какие хлопоты! Просто пусть Мо Чэнцзюэ подпишет мне побольше автографов и постеров — я их в интернете продаю, сотни юаней заработаю!
Лэ Нин: «…» Хех… она явно недооценила боевой дух Сун Нинъянь.
На следующий день Мо Чэнцзюэ молча отвёз Лэ Нин в отдел разработки и уехал наверх. Даже на обед он её не позвал. Сердечко Лэ Нин тут же разбилось на тысячу осколочков.
http://bllate.org/book/2068/239030
Готово:
