Молодой градоначальник Бай никогда в жизни не пробовал ничего подобного. Пропитанный соусом рис был нежным, сочным, со сливочной сладщинкой и глубоким, насыщенным мясным ароматом. Каждое зёрнышко буквально заставляло истекать слюной.
Он даже не потрудился сесть. Посреди комнаты, орудуя ложкой с невероятной скоростью, Бай Цзунчэн в считаные мгновения уплёл целую миску луроу с рисом.
Не осталось ни единой ришинки — посуда была вылизана до блеска. Пожалуй, даже чище, чем в тот раз, когда к еде впервые приложился Большой Кот.
Нин Юньи с миской тушёного луроу в руках так и застыл от подобного зрелища. Лишь спустя пару мгновений он подошёл ближе и забрал сосуд из онемевших рук парня. Глядя на то, с каким блаженным трансом тот всё ещё смотрит перед собой, Юньи почти всерьёз воспылал опасением, как бы юноша не сожрал и саму миску.
— Всё, поел — иди переваривай, — нарушил оцепенение Нин Юньи.
Эти слова наконец вернули Бай Цзунчэна к реальности. На его лице смешались шок, прострация и глубокое потрясение, после чего он с умоляющим видом уставился на Нин Юньи.
Юньи окинул взглядом его заметно округлившийся живот и поморщился:
— Притворяться несчастным бесполезно.
Бай Цзунчэн опустил туманные от печали глаза. Поняв, что дядя непреклонен, он с тоской уселся на ближайший стул. Оставалось лишь жадно втягивать носом воздух и наблюдать, как двое людей и один кот уплетают лакомство за обе щёки.
«Эх... Знал бы, оставил бы половину желудка пустой и не наедался бы этими шашлычками!»
Но кто мог знать, что после консервов, смещённых с первого места шашлычками, сами шашлычки мгновенно слетят с вершины рейтинга? Нынче трон безоговорочно занял рис с луроу.
Молодой градоначальник непрерывно сглатывал слюну, переводя жадный взгляд с опустевающей посуды на своего неожиданного родственника.
От этого пристального взора Нин Юньи ощутил смутное недоброе предчувствие. Он вскинул голову и смерил парня холодным взглядом:
— Ты вроде собирался пойти прогуляться для пищеварения?
Бай Цзунчэн расплылся в самой ослепительной улыбке, на какую только был способен:
— Не горит, не горит! Это ведь то самое тушёное мясо луроу, что завтра поступит в продажу в тех двух лавках? Я просто хотел обсудить кое-какие детали, хе-хе...
Едва двое взрослых и малыш закончили трапезу, а робот-уборщик собрал посуду, Молодой градоначальник тут же устроился вплотную к Нин Сяомяо.
Мяу-малыш с довольной мордашкой болтал ногами и с живописным любопытством разглядывал пузо Цзунчэна.
Оно раздулось сильнее, чем у самого Сяомяо в самые сытые дни!
Цзунчэн свойски обнял Нин Сяомяо за плечики, расплываясь в умильной ухмылке. Вот только в глазах Большого Кота это выглядело точь-в-точь как серый волк, притворяющийся бабушкой Красной Шапочки.
— Ш-ш-ш!
Кот предостерегающе зашипел на парня.
Цзунчэн ничуть не обиделся. В конце концов, скоро они станут одной семьёй, а значит, и этот большой кот — тоже его родня.
Нин Сяомяо ничего не понял. Он хлопнул изумрудно-зелёными глазками и удивлённо спросил:
— Двоюродный брат, а почему ты так странно улыбаешься?
Молодой градоначальник изо всех сил изобразил братишку-заводилу:
— Братишка, ты ведь уже зовёшь меня братом, верно? Раз у нас такие отличные отношения, к чему эти условности с «двоюродным»? Можем ведь стать ещё ближе!
Большой Кот сощурился и настороженно подобрался ближе. Помахивая хвостом, он приготовился в любой момент смахнуть Мяу-малыша и утащить в безопасное место.
«Этот кроличий дух что, ради еды решил подмазаться к мелкому и набивается к нему в отчимы?»
Кот ни секунды не сомневался: от такого наглеца ожидать можно чего угодно.
Но даже Кот не подозревал, насколько бесстыдным окажется этот тип.
Какие ещё супружеские узы? Чувства — штука зыбкая, а Цзунчэну требовалось железобетонное, нерушимое семейное родство!
Оскалив белоснежные зубы, Бай Цзунчэн прижался макушкой к голове Нин Сяомяо и восторженно зашептал:
— Смотри: ты младший, я старший. Как здорово иметь родного брата, который всегда защитит! Так вот... Мелкий, а давай я признаю твоего отца своим приёмным папой? И станем мы с тобой родными братьями от разных родителей!
«Дядя» — это ведь совсем не так близко, как «приёмный отец»!
Стоит лишь один раз назваться сыном — и у дяди рука не поднимется оставить его без порции вкуснятины!
Занесённая лапа Большого Кота так и застыла в воздухе. Он знал, что этот кролик без комплексов, но чтоб настолько... Звать парня моложе себя дядей — уже верх бесстыдства, но Цзунчэн превзошёл сам себя, окончательно посрамив весь свой кроличий род.
Нин Сяомяо раскрыл рот и в изумлении уставился на Цзунчэна. Похлопав ресницами, малыш вдруг осознал суть предложения, и его глазки мгновенно наполнились слезами.
Едва Нин Юньи плотно запечатал крышку емкости с луроу и вышел из кухни, как к нему, семеня носками, подскочил Зайзай. Обхватив отца за талию своими маленькими ручонками, он с покрасневшими глазами всхлипнул:
— Отец! Не надо брата! Мне нужен только отец!
Подхватив малыша на руки, Нин Юньи перевёл взгляд на Молодого градоначальника.
Бай Цзунчэн заложил руки за спину и с невинным видом уставился в потолок. Он ведь просто хотел напроситься в сыновья, с чего бы вдруг слезы?
Большой Кот вильнул хвостом и посмотрел на него с нескрываемым недоумением. Если бы к Цзунчэну внезапно явился чужак и вознамерился отнять у него отца, неужто он был бы рад?
Бай Цзунчэн, впрочем, наверняка был бы только за — хотя бы потому, что этот чужак взвалил бы на себя заботу о Старике Бае.
Разгадав причину детской обиды, Нин Юньи со вздохом уставился на парня. Бывает ли кто-то более непутёвый?
Под этим тяжелым взглядом Бай Цзунчэн мгновенно выпрямился как по стойке «смирно» и нервно захехекал:
— Да я ж пошутил! Поздно уже, пойду-ка я спать, а то завтра вставать рано — лавку открывать!
Не дожидаясь ответа, он стрелой умчался к себе, опасаясь попасть под горячую руку.
Зайзая удалось быстро успокоить. В конце концов, Нин Юньи и сам не горел желанием обзавестись сыночком, который был старше его самого и без конца болтал бы «папа то, папа сё». Такое зрелище... точно не для слабонервных.
На следующее утро Юньи отправился в Подземный город в одиночку, оставив Большого Кота и Нин Сяомяо дома.
До полудня у него имелись дела вне Подземного города, и тащить их с собой было нерезонно.
Программу защиты убежища он накануне вечером перенастроил: при любом вторжении извне на его браслет тут же пришло бы оповещение.
Оставив малыша под присмотром Большого Кота в кабинете, Юньи со спокойной душой перешагнул порог.
К лавке с шашлычками у входа в Подземный город Нин Юньи подошёл ещё до официального открытия. Он рассчитывал застать пустырь, но, завернув за угол переулка, обнаружил внушительную очередь.
Заметив, что точек продаж стало на три больше, вчерашние зеваки, весь вечер исходившие слюной, не скрывали восторга: уж сегодня-то им точно перепадёт угощение!
А вот к двум другим заведениям с совершенно новыми вывесками пока никто не вставал.
Вчерашний пьянящий аромат шашлычков буквально въелся людям в память, лишая сна и покоя.
А что за «луроу»? Судя по описанию, тоже мясо экзотических зверей, но разве оно способно переплюнуть шашлычки?
Для повышения эффективности на каждую точку посадили по четыре человека, прошедших обучение по обжарке. Смазывать мясо соусом Цзунчэн сначала хотел сам, но, осознав, что в одиночку не справится, уступил эту ответственную задачу управляющему Ханне, Бонни и ещё двоим помощникам.
Сам же Молодой градоначальник решил взять под личный контроль распространение тушёного луроу в двух новых лавках.
Хао Янь со своим приятелем, так и не сумев вчера выманить лишний шашлычок у окружающих, явились еще до рассвета и теперь гордо возглавляли очередь.
Хао Янь был полон решимости урвать порцию в числе первых: вернувшись накануне домой, он всю ночь ворочался, грезя об ароматном мясе.
Его друг страдал аналогичным недугом, так что едва рассвело, оба сломя голову помчались к лавке. И, как выяснилось, весьма своевременно!
Сверяясь со временем, Хао Янь отметил, что открытие со дня на день, как вдруг его взгляд зацепился за фигуру Бай Цзунчэна.
Этот парень — племянник господина Бая, вчера именно он заправлял продажей шашлычков.
Вот только сегодня Молодой градоначальник почему-то маячил у дверей новехонькой лавки с тушёным луроу.
Пприятели мазнули взглядом по вывеске с изображением аппетитных, алеющих глянцем кусков мяса. Поначалу они думали, что луроу уступает шашлычкам, но, глядя на суетившегося Цзунчэна, постоянно посматривавшего на браслет...
Хао Янь и его товарищ обменялись быстрыми взглядами. Многолетняя дружба позволила им без слов разделить обязанности: приятель остался в очереди за шашлычками, а Хао Янь стрелой метнулся к дверям заведения с луроу, заняв первое место.
Цзунчэн и впрямь места себе не находил. Всю ночь ему снился безумный сон, где он гонялся за летающим куском тушёного мяса и от досады верещал по-кроличьи.
Дядя строго-настрого запретил ему заходить внутрь до открытия.
Опасался, видать, что племянничек сожрёт всё раньше времени.
«Ну неужели я способен на такую низость?.. Эх, да, способен!»
Он просто до безумия, до дрожи хотел отрезать себе кусочек.
Внезапно перед ним выросла тень. Цзунчэн вскинул голову — ба, знакомое лицо!
Встретившись взглядом с расплывшимся в довольной ухмылке Хао Янем, Молодой градоначальник смерил его одобряющим взором: мол, «смышленый малый!». И Хао Янь мгновенно понял: выбор сделан верно!
Пока они с нетерпением потирали руки, подошёл Нин Юньи.
Глаза Цзунчэна мгновенно вспыхнули:
— Дядя, уже можно открывать?
Нин Юньи кивнул, и защитные жалюзи всех шести заведений одновременно взвились вверх. Очередь к четырем точкам с шашлычками мгновенно забурлила, тогда как у лавки с луроу стояли единицы.
Бай Цзунчэн шмыгнул внутрь. Помещение переоборудовали точно так же, как и соседнее: стеклянная перегородка делила зал пополам.
Заскочив за стойку, он обнаружил, что вместо мангалов здесь стоят два огромных чана из особого термоматериала — внутри томилось то самое луроу, о котором он грезил всю ночь.
На прилавке аккуратными стопками возвышались изящные коробочки размером с ладонь, к каждой прилагалась маленькая вилочка.
Рядом покоилась абсолютно новая разделочная доска, острейший нож, способный рубить металл, а также крюк, разливательный половник и шумовка.
Убедившись, что всё наготове, Цзунчэн жадно сглотнул:
— Дядя, новичкам может быть трудно освоиться. Может, открывать лавки по очереди? Я бы сначала распродал тут, а потом пошёл в соседнюю!
Нин Юньи насквозь видел его хитрость:
— Ни к чему. Я уже всё объяснил работнику, от него требуется лишь уверенно владеть ножом.
Молодой градоначальник удручённо повесил нос:
— Ну ладно...
Ему оставалось лишь наблюдать, как Юньи вывешивает у входа лаконичный прейскурант:
[Тушёное мясо луроу: 1000星币 за порцию]
[Ограничение: не более одной порции в одни руки]
Увидев лимит, Хао Янь ещё сильнее утвердился в мысли, что вовремя сменил очередь. Его любопытный взгляд прикипел к массивным чанам в глубине помещения.
Там-то и томилось загадочное луроу.
Будет ли оно вкуснее шашлычков? Предвкушение захлестнуло юношу с головой.
Из соседних точек уже потянулся соблазнительный запах паленых специй и жареного мяса. Толпа у входа разрасталась: одни пришли за второй порцией, другие намеревались отыграться за вчерашний провал, а третьих просто привлекла ажиотажная очередь.
Расценив момент как подходящий, Бай Цзунчэн глубоко вдохнул, подмигнул Хао Яню и с размаху сдёрнул крышку с первого чана.
Благодаря особым свойствам чана, загруженное с утра мясо оставалось пышущим жаром. В то же мгновение лавку затопил такой невероятный, густой и ошеломляющий мясной аромат, что Хао Янь буквально остолбенел.
Что... что это за запах?! Как нечто может пахнуть настолько упоительно?!
Вчера ему казалось, что шашлычки — это вершина кулинарного искусства и предельный соблазн. Но сейчас он усомнился. Иной, но столь же сногсшибательный аромат полностью дурманил разум, заставляя судорожно глотать слюну.
— Дайте скорее! Одну порцию, поскорее, а-а-а! — потеряв всякое обладание собой, завопил он.
В голове шумело, но инстинкт выживания вовремя подсказал нужное действие: Хао Янь с ходу приложил карту к терминалу, страшась, что его кто-нибудь опередит.
И, как оказалось, сделал это не зря! Толпа, стоящая у соседних лавок за шашлычками, неожиданно уловила непередаваемое благоухание.
Этот аромат будто проникал через дыхание прямо в каждую поры тела. На улице мгновенно воцарилась звенящая тишина.
Спустя секунду десятки голов с хрустом повернулись в сторону заведения, откуда шёл этот божественный дух.
Прошло буквально пару мгновений, и те, кто еще не успел оценить шашлычки, толпой рванули к лавке с луроу.
Чёрт с ними, с шашлычками, но мимо ТАКОГО запаха пройти невозможно!
Едва Бай Цзунчэн зацепил крюком упитанный кусок и выложил на доску, как помещение наводнила орда голодных покупателей.
— В очередь! Сначала оплата! Не больше одной порции в одни руки! — завел речитатив Цзунчэн.
Толпа издала дружный оскалившийся вздох и моментально выстроилась в стройную шеренгу. Все взоры прикипели к стеклу, за которым на доске упруго и соблазнительно подрагивал сочный кусок мяса.
Казалось бы, обычная туша экзотического зверя! Но этот аромат... Он был совсем иным!
Слышалось дружное сглатывание слюны. Цзунчэн ловко взмахнул ножом, моментально разделив большой ломоть на четыре ровных кубика.
Подцепив один из них, он опустил его в белую коробочку и щедро окропил густым соусом из половника. Алый блестящий соус на белоснежном фоне смотрелся завораживающе.
Кто-то так яростно сглотнул, что едва не впечатался лбом в защитное стекло.
Хао Янь дрожащими руками принял коробочку, обуреваемый страхом ровно до тех пор, пока она не оказалась в безопасности.
Презрев вилочку, он прямо губами вонзился в мясо. Глаза его расширились: текстура кардинально отличалась от шашлычков!
Но если описывать впечатления одним словом — сочно! Двумя — тает во рту! Тремя — душу можно отдать!
За ночь маринования мясо пропиталось пряными соками до самой сердцевины. Оно буквально распадалось на нежнейшие волокна, обволакивая рецепторы густым соусом. Жаль было проглатывать такую вкуснотищу, но мясо само соскальзывало в пищевод.
Боги, до чего же вкусно!
Стоявшие следом покупатели дружно огласили помещение громким сглатыванием. Пришедший в себя следующий покупатель бесцеремонно отпихнул Хао Яня, приложил карту и протянул трясущиеся руки:
— Моё! Мою порцию, скорее! — В противном случае он рисковал скончаться прямо на месте от вожделения!
Едва Цзунчэн вручил ему коробочку, парень без памяти впился зубами в ломоть. Глаза его вспыхнули восторгами, он сделал ещё два яростных укуса и в три счёта проглотил кусок размером почти с ладонь!
Весь процесс занял от силы две секунды.
Опомнившись и уставившись на пустую коробочку, бедолага чуть не расплакался:
— Кончилось... Как всё?.. Всю порцию съел?..
Он молитвенно уставился на Цзунчэна.
Молодой градоначальник хихикнул и бессердечно взмахнул половником:
— Следующий!
Бедолага, стеная и сжимая пустую тару, был смыт напором следующего покупателя: каков жестокий, бессердечный тип!
В это время приятель Хао Яня, первейшим вырвавший заветные пять шашлычков, примчался к лавке луроу — и застал друга с пустой коробочкой в руках и блаженной ухмылкой на физиономии.
Втянув сшибающий с ног аромат, парень перевёл взгляд на коробочку и ошеломлённо качнулся:
— А... а где мясо?..
Хао Янь хлопнул глазами и, лишь теперь осознав масштаб катастрофы, виновато отвел взгляд:
— Э-э-э... ну...
У его друга глаза налились слезами:
— Мы же договаривались делить всё пополам! Ты меня обманул! Столько лет дружбы, а ты даже кусочка мне не оставил?!
Хао Янь смущенно замялся:
— Да я не со зла... Просто мозги отключились... Не ной, а? Тут на дне капля соуса осталась, будешь?
Всхлипнув, друг вырвал коробочку и замахнулся, намереваясь выбросить её, но чуткий нос уловил аромат. Смерив Хао Яня исполненным ярости взглядом, он всё же лизнул подливку... и зарыдал ещё громче.
Цена такой дружбе — грош в базарный день!
Цзунчэн сжалился и подал голос:
— Если прямо сейчас в хвост очереди встанешь, может, ещё успеешь.
Учитывая лимит в одни руки, шансы сохранялись.
Парень мгновенно преобразился: прижав к груди пять шашлычков, он вихрем помчался в конец шеренги.
Хао Янь даже не успел протянуть руку. Да, поступил он паршиво... Но луроу было до того вкусным! Он правда забыл обо всём на свете!
Едва началась торговля, Нин Юньи направился во второе заведение.
Принятый накануне новичок поначалу жутко нервничал, боясь сделать что-нибудь не так. Однако стоило сдёрнуть крышку с чана, как от мандража не осталось и следа. Работник будто воспарил на небеса от заполнившего комнату благоухания.
Господи, да как оно может НАСТОЛЬКО пахнуть?!
А ведь продавцам полагалось поощрение — целый кусок луроу, а это, на минуточку, целых четыре порции!
Мысль о том, что после смены он лично сцапает четыре порции, зарядила парня энергией лучше любого допинга. Он работал с ослепительной улыбкой на лице.
Убедившись, что всё идет гладко, Юньи вышел наружу.
В каждый чан вошло по несколько десятков крупных кусков — суммарно около сотни.
А поскольку крупный ломоть делился на четыре части, а мясо требовалось лишь нарезать, дело продвигалось стремительно. Торговля должна была завершиться менее чем за час.
Первым делом Нин Юньи навестил Градоначальника Сюаня. Забрав нужную вещь, он вернулся к первой лавке.
Цзунчэн уже вывесил табличку «ПРОДАНО», припустил жалюзи и, сидя спиной ко входу, уплетал луроу за обе щёки.
Хе-хе, статус управленца позволял ему оставить себе целых два больших куска!
Восемь порций! Каждая полита густой подливой. Мясо было невероятно нежным, сочным и тающим, а во рту расплывался богатый мясной букет. Эх, вот она — настоящая жизнь!
Послышавшийся сзади шорох Цзунчэна не отвлёк — он продолжил мести мясо. Лишь отправив в рот последний ломоть, парень сыто погладил пузо и повернулся.
От избытка чувств и вкусового экстаза в голове его туманилось. Сощурившись и смутно разглядев Нин Юньи, он чуть было не ляпнул лишнего:
— Пап... Кхм! Дядя!
Уголок губ Нин Юньи дёрнулся. Этот проходимец всерьёз собрался набиться в приёмные сыновья?!
Цзунчэн тут же распахнул глаза, с самым серьезным видом упёрся рукавом в губы и подскочил ближе:
— Дядя, всё распродано! А ты чего вернулся? Обедать пора? A на обед будет рис с луроу, как вчера — тот самый, рассыпчатый и ароматный?
— Обеда не будет, — отрезал Нин Юньи.
Бай Цзунчэн мигом повесил нос, но тут же вновь встрепенулся:
— Дядя, а во второй половине дня торгуем?
— Торгуем, — отозвался Юньи. — Но прямо сейчас ты идёшь со мной.
Молодой градоначальник мгновенно подтянулся:
— Куда?
Юньи скрывать ничего не стал — им всё равно предстоял общий путь:
— В Подземный город Южного района. Говорят, там скоро состоится особый аукцион.
Об этом мероприятии он вчера случайно услышал в очереди за шашлычками.
Их лавка располагалась в Западном районе, а отток клиентов тут случился именно из-за того, что три других Подземных города затеяли теневые делишки.
Юньи заранее прозондировал почву у Градоначальника Сюаня: оказывается, с молотка пускали полузверей.
Аукционы устраивали раз в десять дней, и сегодняшнее утро как раз выпадало на торги.
Именно поэтому Нин Юньи вознамерился лично взглянуть на происходящее: проверить, действительно ли речь идет о полузверях, и прояснить, откуда у организаторов взялся такой «товар».
Из расспросов выяснилось, что первые подобные торги в Районе F прошли ровно год назад. Сроки казались слишком подозрительными, чтобы списать всё на совпадение.
Один год... Примерно тогда же стряслась беда с его старшим братом. Неужели между этими событиями нет никакой связи?
К тому же, учитывая, что Нин Сяомяо тоже был полузверем, Нин Юньи просто не мог пройти мимо.
Что-то подсказывало: кроется некая тайная причина, заставляющая людей скупать полузверей за любые деньги.
Малыша Сяомяо брать с собой нельзя, сам Юньи полузверем не являлся.
Зато Бай Цзунчэн подходил идеально: уж он-то безошибочно опознает сородичей.
Духовная сила у парня была высокой, а с духовным заслоном Нин Юньи его настоящую природу никто не сумеет распознать.
Молодому градоначальнику было плевать, куда идти, лишь бы рядом находился дядя — хоть на край света!
Определившись с маршрутом, Нин Юньи вывел Цзунчэна наружу и неподалеку заметил вновь помирившихся Хао Яня с приятелем.
Впрочем, мир наступил лишь потому, что другу всё же удалось выстоять очередь и урвать порцию луроу, иначе от их дружбы не осталось бы и следа.
Хао Янь, заметив Нин Юньи, засиял и подбежал ближе:
— Господин Бай!
Юньи кивнул:
— Вы домой или ещё погуляете? У нас дела, так что вынуждены откланяться.
Хао Янь тут же замахал руками и с заискивающей ухмылкой предложил:
— Куда вы направляетесь? Мы прилетели на малом челноке, он быстрый, мы с радостью вас подбросим!
Юньи качнул головой:
— Вряд ли нам по пути, мы держим курс в Южный район.
У Хао Яня с другом глаза на лоб полезли:
— По пути, ещё как по пути! Мы тоже держим путь в местный Подземный город! Господин Бай, вы тоже про сегодняшние торги услышали? Вообще, эти три Подземных города в Районе F довольно забавные: устраивают по три аукциона в месяц, строго по очереди делится добыча.
Можно подумать, будто в Районе F всего три заведения, а Западный район совсем списали со счетов.
Нин Юньи удивился: выходит, эти три Подземных города не враждовали, а работали в тесной связке.
— Вы частый гость в тех краях, господин Хао?
— Зовите меня просто Сяо Хао! Сам-то я там не бывал, слышал от приятеля. Знакомьтесь, это Цзяо. Его семья заправляет торговлей рудой и поставляет редкие энергетические кристаллы в Подземный город, так что он всегда в курсе событий.
Вспомнив о местных порядках, о которых господин Бай, как новоприбывший на Главную планету, мог и не знать, Хао Янь подался ближе и шепнул:
— Говорят, на обычные аукционы пускают по простым пропускам, а вот на эти особые торги — ни за что. Нужна специальная клубная карта.
Сам Хао Янь не любил лишней волокиты, предпочитая развлечения, так что ни разу там не появлялся. И сегодня согласился лишь потому, что туда рвался Цзяо, а сам Хао Янь чувствовал за собой вчерашнюю вину.
Градоначальник Сюань об этом условии не заикался. Впрочем, ничего удивительного: тот презирал подобный бизнес и держался от него подальше, так что вполне мог не знать про закулисные нюансы.
Пропуск, полученный Юньи у Сюаня, был самым обыкновенным, а не клубным.
Подмечая замешательство собеседника, Хао Янь тут же добавил:
— Мы всё равно туда идем, так что давайте с нами! У Цзяо VIP-карта высшего уровня, по ней можно проводить сопровождающих без всяких ограничений.
Раз уж подвернулся такой удобный вариант, Юньи спорить не стал. В качестве благодарности он решит вопрос подарком позже.
Хао Янь от предложения отмахнулся: пустяки, мол, да и карта не его, а господин Бай — его спаситель, как можно брать плату?
Нин Юньи спускать тему на тормозах не стал, просто решил позже собрать контейнер с порцией луроу — Хао Янь будет на седьмом небе.
Спустя час компания прибыла в Подземный город Южного района.
Цзяо явно являлся здесь завсегдатаем. Охрана, распознав его, расплылась в приветливых улыбках и распахнула двери ещё до того, как тот успел достать карту.
Ступив следом за Цзяо внутрь, Нин Юньи убедился: народу здесь толпилось несравнимо больше, чем в Западном районе.
Повсюду сновали люди, и большинство торопилось в глубину переулка, стремительно приближаясь к месту проведения аукциона.
Поскольку Хао Янь слабо ориентировался на местности, Цзяо взялся пояснять вполголоса:
— В Южном районе два аукционных зала. Официальный работает постоянно прямо в центре Подземного города. А этот — новый, закрытый комплекс, выстроенный глубоко под землёй. Размах тут солидный, есть абсолютно всё.
Однако гости из других районов прибывали сюда ради сливаемого товара — полузверей. Прежде их отправляли на секретные базы для раскрытия потенциала, так что в открытом доступе они отродясь не появлялись.
Раз уж их выставили на подпольные торги, значит, эти экземпляры оказались с браком или с дефектом развития — иными словами, отработанный материал.
Тем не менее статус полузверей с них никто не снимал, и шкурный интерес богатеев подгребал сюда целые толпы.
Слушая эти разъяснения, Нин Юньи становился всё мрачнее.
Бай Цзунчэн, шагавший под боком, тоже сжал челюсти и хранил гробовое молчание. В конце концов... он ведь и сам являлся полузверем.
Слушая эти речи, он осознавал: не упрячь его отец в своё время подальше от чужих глаз, его судьбой стали бы либо изнурительные, живодерские тренировки ради раскрытия скрытого потенциала...
Либо статус бракованного лота на подобном аукционе.
Уловив подавленное состояние Цзунчэна, Нин Юньи скользнул по нему взглядом и негромко произнёс:
— Днём распоряжусь, чтобы тебе доставили порцию.
Он не уточнял, какую именно, но парень моментально понял отсылку. Глаза Цзунчэна выкатились из орбит, тоска улетучилась без следа, а сам он едва не совершил сальто от радости!
Прильнув к плечу Юньи, он восхищенно прошептал:
— Дядя, какой же ты всё-таки добрый! Эх, вот бы ты еще папой моим стал...
Уголок губ Нин Юньи нервно дёрнулся, он без церемоний отодвинул физиономию парня ладонью:
— Руки не распускай.
Цзунчэн довольнёхонько загибал пальцы, высчитывая, сколько осталось до обеда.
А ведь он только что умял восемь порций, а уже мечтает о следующей трапезе!
Хао Янь и Цзяо переглянулись: «А у дядюшки с племянником трогательная связь...»
Петляя по подземным коридорам, компания наконец остановилась перед арочным каменным сводом. У входа дежурила охрана, а за дверью лестница уходила в мрачную глубину.
Цзяо предъявил VIP-карту. Охранники переглянулись и без лишних вопросов расступились.
Коридор, похоже, выдолбили совсем недавно. По стенам чадили тусклые светильники, создавая гнетущую атмосферу.
Они миновали ещё один пролёт и упёрлись в очередные массивные двери. Цзяо вновь приложил карту, створки разъехались — и перед ними открылся огромный овальный зал, залитый ярким светом.
Пространство подпирали четыре массивные колонны, а внутри гудела плотная толпа.
Появление четверки гостей осталось незамеченным — народу набилось не менее нескольких сотен, а до начала торгов оставалось ещё полчаса, так что заходившие подтягивались непрерывно.
Они приостановились возле игорного стола, где бросали кости. Какой-то знакомый Цзяо тут же окликнул его:
— О, Молодой господин Цзяо! Тоже за «этим» пожаловали?
Цзяо усмехнулся:
— А разве тут есть кто-то, кто пришёл за чем-то другим?
Мужчина хохотнул, соглашаясь, и разжал лопатообразную ладонь, демонстрируя веер разноцветных фишек:
— Партейку?
Цзяо состряпал умоляющую мину:
— Побойтесь бога! Если старик прознает — шкуру спустит!
Вспомнив про крутой нрав Старца Цзяо, зазывала не стал настаивать и вернулся к игре.
Нин Юньи тем временем простёр духовное чутьё, осторожно сканируя присутствующих.
Сам он замаскировал собственную ауру под обычный А-ранг — уровень достаточно солидный, но не настолько высокий, чтобы вызывать лишние подозрения.
Результаты разведки весьма удивили Юньи: среди пары сотен присутствующих затаилось больше десятка обладателей S-ранга и даже парочка бойцов уровня 2S!
Вдруг шум у игорных столов стих, и гости принялись оборачиваться к дверям. Нин Юньи проследил за их взглядами — и взгляд его мгновенно потемнел.
Двух фигурантов во главе процессии он узнал без труда — не так давно их физиономии мелькали на всех экранах.
Му Цзяи и Цзун Линь.
За их спинами маячил ещё один тип с самодовольной ухмылочкой, показавшийся Нин Юньи весьма знакомым.
Покопавшись в памяти прежнего владельца тела, Юньи сощурился:
Нин Мондэ, младший сын Второго дяди Нина.
Именно он с наибольшим рвением выставлял за ворота прежнего Нин Юньи и едва не применил духовную атаку против него и малыша Сяомяо.
Если бы Второй дядя Нин не побоялся скандала перед усадьбой, Мондэ калекой бы сделал и отца, и ребёнка.
Мондэ шествовал за Му Цзяи и Цзун Линем, напыжившись словно петух. Внезапно по его спине пробежал ледяной озноб. Подчиняясь внезапной тревоге, он резко обернулся, но ничего подозрительного не заметил.
Нин Юньи своевременно отвёл взгляд, притворяясь, будто увлечён игрой.
Прибытие вип-персон произвело фурор. Скандалы с их участием прогремели на всю Главную планету, так что вряд ли нашёлся бы тот, кто их не знал.
Наследник клана Цзун и молодой господин Му явились в Район F! Для многих это был шанс всей жизни — завязать нужные знакомства.
Собравшиеся бросились навстречу, но Нин Мондэ верным псом отсекал подхалимов. Те, не смея перечить, лишь лебезили.
Цзун Линь поморщился и с трудом подавил раздражение:
— И это твоё «особое место»? Какая ценность может всплыть в Районе F?
Разве в Районе А мало аналогичных заведений?
Му Цзяи недовольно смерил его взглядом. Кабы не дефицит, он бы ни за что не потащил этого дурака за собой в качестве ходячего кошелька.
После того как Му Цзяи опозорился в Звёздной Сети, Глава семьи Му рвал и метал. И лишь статус жениха наследника Цзун уберег парня от суровой расправы, хотя карманные расходы ему урезали весьма ощутимо.
Так что даже с учетом всех сбережений, переданных подхалимом Мондэ, средств на покупку полузверя у Цзяи банально не хватало.
Пришлось подключать Цзун Линя.
А уж у кого-кого, а у Линя водились в избытке — ему и десяток таких лотов за раз выкупить раз плюнуть.
Му Цзяи мягко улыбнулся:
— Раз я обещал редкую вещь, значит, не вру. Когда я тебя обманывал?
Цзун Линь лишь фыркнул:
— Не обманывал?.. Раньше я верил, а теперь... — он не договорил, но сквозившие в голосе снобизм и неприязнь говорили сами за себя.
Му Цзяи стиснул зубы и, проглотив обиду, шепнул ему на ухо:
— Гвоздь программы — финальный лот. Ни в одном другом Подземном городе ты такого не найдёшь!
Торговые площадки элитных районов дорожили репутацией и с подобным грязным товаром связываться опасались. Зато Район F, превратившийся в притон для сброда, не брезговал ничем.
Цзун Линь, будучи не дураком, смерил его пристальным взглядом:
— Что за лот?
Му Цзяи склонился к его уху и шепнул пару слов. Глаза Цзун Линя округлились:
— Серьёзно?!
Средства для повышения духовной силы были величайшей редкостью!
— Абсолютно, — подтвердил Му Цзяи.
— А почему бы просто не купить редкие энергетические кристаллы? — усомнился Цзун Линь. Они тоже поднимали показатели, пусть и стоили целое состояние, а прирост давали скромный.
Му Цзяи снисходительно улыбнулся:
— Если за те же деньги ты можешь получить результат в два-три раза сильнее, что ты выберешь?
К тому же кристаллы высокого уровня на дороге не валялись.
Цзун Линь, переводя дыхание, выдохнул:
— Ты хочешь сказать, этот способ эффективнее и быстрее кристаллов?
Му Цзяи кивнул:
— А иначе зачем я тащил тебя сюда? Твоя духовная сила неплоха, но до идеала далеко. Неужели ты не хочешь уйти в ранг 2S? В твоем возрасте это гарантирует внимание Маршала Цзуна! А когда Нин Юньи увидит тебя на вершине славы... Неужто он не пожалеет, что променял тебя на другого?
Цзун Линь и без того сгорал от искушения, а от последних слов и вовсе сжал кулаки.
Картина того, как он предстаёт перед Нин Юньи во всём величии и заставляет того локти кусать от сожаления, лишала разума!
— Так что это за лот?.. — осипшим голосом выдавил он.
Поняв, что добыча заглотила наживку, Му Цзяи выронил:
— Полузверь.
— Что?! — Цзун Линь ошеломленно застыл.
Нин Юньи с бесстрастным лицом созерцал игорный стол, а в голове у него укладывались пазлы. Градоначальник Бай как-то упоминал, что до подросткового возраста Му Цзяи не блескал выдающимися способностями.
А потом вдруг ни с того ни с сего проявил себя как целитель S-ранга.
Недавнее сканирование подтвердило этот уровень, однако, как и отмечал Градоначальник Бай, духовная сила Му Цзяи была крайне нестабильной и колебалась на грани между А и S.
Это наводило на размышления. Если духовная сила исходит из естественного моря духовного сознания, подобных скачков быть не может.
Вывод напрашивался один: его внутренний резерв не тянул на S-ранг, его подняли искусственно с помощью некоего внешнего стимулирования, из-за чего реальный потенциал вступал в конфликт с фальшивым уровнем.
Появление Му Цзяи на этом аукционе и его аномальная духовная сила...
Неужели взлёт его показателей напрямую связан с полузверями?
Глаза Нин Юньи налились мраком. Если догадка верна, ажиотаж вокруг полузверей находил исчерпывающее объяснение.
Впрочем, гипотеза требовала веских доказательств, получить которые можно было только в ходе торга.
До начала аукциона оставалось время. Нин Мондэ, которому не терпится свалить, отчаянно завидовал. Он сох по Му Цзяи, но, сознавая пропасть между их семьями, таил чувства в глубине души.
Видя идиллию Му Цзяи и Цзун Линя, Мондэ изнывал от ревности и, буркнув, что пройдётся, свалил подальше.
Шатаясь по залу, он вдруг заметил знакомую фигуру. Присмотрелся — ба, и впрямь он! Мондэ вспомнил скромный баланс своего счета: денег хватало, но для Цзяи это были гроши.
Будь у него нужная сумма, разве Цзяи притащил бы с собой этого Цзун Линя?
«А вот если бы я раздобыл кучу денег... Цзяи точно обратил бы на меня взор!»
Потирая руки, Нин Мондэ протиснулся к игорному столу и будто бы случайно налетел на Хао Яня. Когда тот недовольно обернулся, Мондэ изобразил наивысшую степень радости:
— Молодой господин Хао! Это же вы! А я — Мондэ!
Хао Янь насупился, смерив жуликоватого типа брезгливым взглядом:
— Не знаю таких. Проваливай.
— Да вы что! Семья Нин! Я из того же рода, что и Нин Чжаньфэн!
Услышав имя Чжаньфэна, Хао Янь удивлённо воззрился на него:
— Ты хто? — Помнится, в Звёздной Сети всплывала информация про брата генерала... Неужто этот слизняк? Да ну, ни капли не похож!
Чуя перспективу, Мондэ затараторил:
— Генерал-майор Нин Чжаньфэн — мой двоюродный брат!
Хао Янь слабо разбирался в семействе Нин. Имя генерала гремело на всю планету, а после трагедии не сходило с полос новостей. Но кто там кому приходится родственником, Хао Яня не волновало.
Опасаясь, что его выставят, Мондэ подкинул идейку:
— Молодой господин Хао, пришли кости бросить? У меня тоже руки чешутся! Может, сыграем один на один? А то местным заведение комиссию дёрёт, а между собой — ни копейки сверху!
До Хао Яня наконец допёр умысел этого афериста, и он аж задохнулся от возмущения: надо же, надумал развести его на бабки!
Пусть Хао Янь не срывал кушей в азартных играх, но и лохом раздаточным становиться не собирался.
Он уже набрал воздуха, чтобы послать наглеца, когда стоявший рядом Нин Юньи подал голос:
— Звучит заманчиво. Как насчёт сыграть партию со мной?
— А ты ещё кто? — насупился Мондэ. Богатый дурачок Хао Янь — другое дело, а этот-то с какого боку?
Хао Янь, увидав, что господин Бай решил вступить в игру, мгновенно изменил решение и ударил себя в грудь:
— Идёт! Если господин Бай проиграет, я покрываю весь куш!
Юньи, разумеется, проигрывать не собирался. Заметив, как алчно вспыхнули глаза Нин Мондэ, он спокойно спросил:
— Что скажешь?
Мелочевка Мондэ не интересовала — аппетиты его простирались куда дальше. Скалясь, он выложил карты на стол:
— Раз уж Молодой господин Хао столь щедр, сыграем по-крупному! Если господин Бай продует, вы отдаете мне руководство над тем проектом, что клан Хао поручил вам разработать!
Для Хао Яня тот проект был просто тренировочной площадкой, но в случае успеха чистая прибыль составила бы свыше десяти миллионов!
Мондэ заранее навел справки и всё искал способ подкатить к Хао Яню, а тут куш сам плыл в руки!
С малых лет ошиваясь по подпольным притонам, в костях он не знал поражений.
Хао Янь от такой наглости выпал в осадок:
— Ты сдурел?! Кто станет ставить проект с десятимиллионной прибылью на кон в обычной игре?!
Мондэ невинно пожал плечами:
— Неужто богатый наследник зажал мелочёвку? Или струсил?
Он закинул удочку наудачу, не особо надеясь на успех. Но вдруг упрямый барчук заглотит наживку?
Десять миллионов! Взяв проект в свои руки, он докажет отцу свою профпригодность, и тот наконец признает его!
Получив доступ к семейным капиталам, он сумеет пристроить лапу и намыть кучу средств для Му Цзяи!
Хао Янь воздержался от брани и вопросительно взглянул на Нин Юньи:
— Господин Бай? — Поползновения шулера были очевидны, и Хао Янь сомневался, стоит ли влазить.
Нин Юньи въедливо оглядел афериста:
— Ты претендуешь на десятимиллионный куш. А что поставишь со своей стороны, если продуешь?
Мондэ едва не ляпнул «Да я не проиграю, я признанный королек костей!», но вовремя прикусил язык, дабы не спугнуть дичь. Пожав плечами, он протянул:
— Если проиграю — подгоню Молодому господину Хао аналогичный проект.
— Ты сам-то в это веришь? — осадил его Нин Юньи. — Хочешь игры — выкладывай эквивалентный залог.
Мондэ поперхнулся: продай его со всеми потрохами, десяти миллионов не наберется! Попытавшись сдать назад, он пробормотал:
— Сначала сыграем, а там видно будет. Если не устраивает — проехали, наличных у меня сейчас нет.
Нин Юньи неожиданно загадочно усмехнулся:
— Кто сказал, что у тебя ничего нет? Я слышал, предковская усадьба семьи Нин, что недавно прибрал к рукам твой отец, стоит немало. Как насчёт выставить её на кон?
Мондэ обомлел:
— Чего?!
Он поверить не мог, что посторонний осведомлён об этой тайне! Отец, дабы перестраховаться на случай возвращения дядюшки, обманом отжатую усадьбу временно переписал именно на него, Мондэ!
Нин Юньи вернул ему его же собственные слова:
— Или ты струсил? Играть не кишка тонка?
http://bllate.org/book/20669/4020943
Готово:
