Илай потерял Кей из виду. То ли собственные ноги у него были заметно короче, то ли виной всему караван, задержавший его при переходе через главную улицу, но факт оставался фактом: как бы он ни спешил, едва ли не переходя на бег в запутанных переулках Фейса, за очередным поворотом след девушки окончательно затерялся.
Сжимая в руке недоеденный шашлычок, Илай огляделся вокруг. Забрел он, похоже, в самую глухомань. Ни души; тишина стояла такая, что собственное дыхание и шаги казались неестественно громкими.
«Может, повернуться и пойти назад? — подумал он. — А о причинах визита в Фейс расспрошу Кей в следующий раз, на полях или в городке».
Едва Илай собрался развернуться, как неподалеку раздался глухой стук. В обычное время на такой звук никто бы и внимания не обратил, но в царившем безмолвии он прозвучал подозрительно отчетливо. Илай нахмурился. Собственная безопасность интересовала его куда больше разного рода тайн, однако, заколебавшись на мгновение, он все же решил проверить: а вдруг с бедой столкнулась именно Кей?
Осторожность взяла верх — свеж еще был в памяти урок с огненными волками в Долине Драконьего Хребта. Перво-наперво Илай активировал карту «Восприятие опасности».
В ту же секунду, когда системный голос оповестил об успешном использовании карты, порыв ветра донес из подворотни душный, влажный запах. Илай замер на месте, принюхиваясь.
Кровь. Тягучий, железный дух.
В следующий миг все тело сковал нервный импульс. Повинуясь молниеносной реакции и животному инстинкту самосохранения, Илай резко откинулся назад. Белоснежная стрела прошла буквально в миллиметре от его кончика носа и с глухим треском вонзилась в каменную мостовую.
Чудом удержав равновесие, он отшатнулся на пару шагов. Сопутствующий порыв воздуха сбил с головы капюшон. Вскинув взгляд, Илай разглядел на крыше стоящего неподалеку здания того, кто едва не отправил его на тот свет.
Впрочем... нет, не человека. Илай с мрачной сосредоточенностью вгляделся в заостренные уши незнакомца. На таком расстоянии детали расплывались, но, вспомнив события на подземном аукционе торговой гильдии Уэллса, он вполне логично предположил, что перед ним эльф.
Вот только кто именно? Один из спасенных пленников или мститель, явившийся за кровью сородичей?
Не сводя с юноши настороженного взгляда, Илай чувствовал, как благодаря карте «Восприятие опасности» каждая клеточка его тела буквально кричит о смертельной угрозе. И тем удивительнее казалось поведение противника: стрелок замер, не проявляя агрессии, и даже небрежно опустил длинный лук.
Илаем овладело странное ощущение — юноша чего-то ждал.
Но чего?
Взгляд Илая полоснул по стреле, торчащей из мостовой. И ровно в то же мгновение мягкое белое свечение на ее оперении вспыхнуло и обратилось зловещим, непроглядным черным мраком.
***
С тех пор как здания торговой гильдии Уэллса обложили плотным кольцом отряды Защитной армии и личной гвардии, улица перед главными воротами превратилась в самый оживленный узел Фейса. Каждому горожанину срочно потребовалось пройти именно здесь: кто-то тащил мотыгу, кто-то нес молот, кто-то охапками огребал густую шкуру магических зверей. Напротив входа одна матушка даже устроила показательный нагоняй сыну, виртуозно крутя его за ухо: женщина бранилась на разный лад, а парнишка ревел во весь голос. Не косись они оба ежесекундно на запертые ворота гильдии, со стороны это выглядело бы трогательной сценкой семейного воспитания.
Чуть отдаль у кого-то «случайно» рассыпалась корзина — и толпа тут же кинулась помогать, разглядывая и поднимая три несчастных яблока едва ли не полчаса. Даже привычные к городскому укладу стражники Защитной армии еле сдерживали смешки, не говоря уже о гвардейцах, привыкших к суровой жизни на поле боя.
И пока воины с невозмутимым видом гадали, какую еще пантомиму выкинут зеваки, сквозь толпу толпящихся горожан пробрался стражник в серебряных доспехах.
Стоявший у входа капитан Защитной армии удивленно вскинул бровь:
— Разве он не должен дежурить у городских ворот? Что он тут забыл?
Стражник в серебряной броне подошел к командиру вплотную и быстро шепнул ему пару слов на ухо.
— Что?! — от изумления голос капитана сорвался на фальцет. — Ты хочешь сказать...
Солдат в серебряных доспехах с предельно серьезным видом кивнул.
«Простите уж, маленький молодой господин, — мысленно извинился он. — Но ребенку в такое беспокойное время шататься по огромному Фейсу в одиночку... уж больно это опасно».
***
Илай понятия не имел, что стражник у ворот уже успел сдать его с потрохами. Кашляя от поднявшейся при ударе стрелы каменной пыли, он прикрыл рот рукой, а когда поднял взгляд — обомлел.
Прямо перед ним и над его головой сомкнулся грандиозный полупрозрачный купол, сотканный из множества шестигранников. По его поверхности, точь-в-точь как на панели системы, мягко переливались синие сполохи света. Взрывная волна вместе с обломками камня и пылью беспомощно билась о невидимый барьер. Илай глянул под ноги: чуть дальше мостовую превратило в месиво, но пятачок, на котором стоял он сам, оставался безупречно целым.
В груди вспыхнуло четкое, неоспоримое предчувствие.
[Похоже, у тебя врожденный талант находить неприятности на свою голову.]
Прозвучавший в голове бесстрастный механический голос ничем не отличался от обычных системных уведомлений. В последний раз Илай слышал этот тон в день активации системы, когда установил ментальную связь с еще не вылупившимся Ризом и узнал, что назначен Избранником.
Догадка подтвердилась. На губах Илая проскользнула легкая улыбка:
— И что, мне теперь положено со слезами на глазах вымолвить «давненько не виделись»?
[Можешь попробовать. Но советую уложиться в кратчайшие сроки.]
— Это еще почему?
[Строго говоря, если не возникают технические сбои вроде утери карт или сбоя шанса выпадения, после активации системы я не должен возвращаться. Мне необходимо уйти до того, как Верховный Бог засечет несанкционированное вмешательство. Так что этот барьер долго не продержится.]
Чего система не уточнила, так это того, что для активации купола пришлось задействовать энергию Пространства Верховного Бога. Подобное самоволие считалось тягчайшим нарушением правил — одного этого хватало для полной отправки на заводскую перепрошивку. А ведь она к тому же параллельно выполняла совсем другое задание!
Двойное нарушение... Система пребывала в глубоком унынии. Но что поделать, если создатель наделил ее критическим изъяном — неадекватно завышенным чувством гиперопеки к каждому подопечному? И этот-то еще ладно, просто попал в переделку! Предыдущий умелец вообще пытался разнести в щепки небесный канал вознесения, вознамерившись затащить на высший уровень весь мир самосовершенствования скопом.
«Надо радоваться малому», — утешала себя система. Подумаешь, отправят на завод на техобслуживание! Будто из-за своих безумных подопечных она мало натерпелась за эти годы. Одним разом больше, одним меньше...
Илай и не подозревал, что с разгромом выиграл конкурс на самого адекватного хозяина системы. Вскинув голову, он натянуто наблюдал за Айзеком, достающим из колчана очередную стрелу, и параллельно лихорадочно рылся в пространственном инвентаре. Наконец пальцы нащупали редкую карту, выпавшую давным-давно вместе с бесполезным для мага луком — «Карта функции: Огненный столб».
В его арсенале это было самое смертоносное оружие, способное мгновенно высвободить разрушительное заклинание высшей магии огня.
В тот же миг в его ладони соткался Посох Надзирателя. Илай сжал пальцы на рукояти, и в глубоких фиолетовых глазах, прикрытых упавшей на лоб прядью, мелькнул опасный огонек.
Ему еще не выпадало случая объединить урон от атакующей карты с усиливающей мощью Посоха Надзирателя. Какое буйство разрушения вызовет магия огня, пропущенная через этот артефакт? Предвкушение азартной волной пробежало по венам.
Первым выстрелом убить мальчишку не удалось, но Айзек, как ни странно, сохранял ледяное спокойствие.
Впрочем, ничего удивительного. Маленький молодой господин Фрэнсис — тот самый, что спустя годы всадит клинок в его собственное сердце — не мог сгинуть так просто лишь потому, что сейчас был ребенком.
Не вышло с первой попытки — значит, получится со второй. Айзек неспешно достал стрелу и приложил её к тетиве.
Он преодолел огромный путь от Темного Леса на самом юге континента до земель Фрэнсиса, стянул наружу грязные тайны гильдии Уэллса и настоял на личном присутствии правителя на аукционе — и все ради того, чтобы выманить находящегося под домашним арестом мальчишку. И глупо было бы сдаваться после первой же неудачи.
Тетива вновь выпрямилась. Стрела ударила точно в центр защиты, и взрыв грохнул незамедлительно. Илай своими глазами увидел, как силовой барьер обреченно дрогнул и пошел трещинами. Прищурившись, он пытался разглядеть силуэт стрелка сквозь облако пыли, мысленно ругаясь:
«Да кто вообще пустил слух, будто эльфы не сильны в бою?! Этот хмырь же ходячий артиллерийский склад!»
[Потому что он не эльф.]
Илай разглядел фигуру на крыше. Айзек снова натягивал лук, но на этот раз на тетиве лежали сразу три стрелы.
— Забудем пока про расу, — процедил Илай. — Как думаешь, твой барьер сдержит эти три стрелы... вернее, три бомбы?
[Не сдержит.]
И система не лгала: выдержав два мощнейших удара, синее сияние купола поблекло, и щит едва ли справился бы даже с одной стрелой. Что уж говорить о трех.
Что ж, рассчитывать приходилось только на себя.
Илай с ловкой непринужденностью крутанул в пальцах Посох Надзирателя. Карта «Огненный столб» уже замерла в готовности на самом удобном слоте.
Взгляд Айзека обледенел. С резким свистом, рассекая воздух, три стрелы одновременно устремились вниз.
Слух Илая уловил тонкий звон — словно разлетался вдребезги хрусталь.
Пора!
[Карта функции: Огненный столб успешно активирована]
На этот раз Айзек не стал убирать лук. Поняв, что перед ним куда более опасный соперник, чем казалось, он не намерен был давать ему ни единого шанса — пусть даже не верил, что мальчишка переживет этот залп.
Вот только в бою прорехи в защите ищет не одна сторона.
Сквозь клубы каменной пыли к небесам рванулся исполинский столб ослепительно белого пламени. Объятый сжигающим жаром и леденящим дыханием стужи, огненный вихрь устремился прямо на Айзека. Извиваясь и вздымаясь до самых крыш, он напоминал чудовищного зверя, чей вид лишал всякой воли к сопротивлению.
В зелени глаз Айзека отразился отсвет этого безумия — точно так же, как много лет назад в них отражался черный шторм, поглотивший Темный Лес.
«Айзек...» — сквозь вопли и грохот рушащегося мира черноволосая женщина с уже стершимся из памяти лицом крепко прижимала его к себе, и соленые слезы падали на его щеки. — «Ты должен жить. Забудь все, чему мы тебя учили! Воруй, грабь, падай на колени, ползай в грязи и нечистотах — делай что угодно, но выживи. Любой ценой!»
***
Илай бессильно осел на мостовую. Наконец-то ему выпало счастье узнать, каково это — истощить магический резерв до капли. Раньше, по словам старших, он просто мгновенно отключался и избегал этого сомнительного удовольствия.
Руки и ноги налились свинцом, мысли путались, а перед глазами плыли мутные пятна. Ощущение напоминало сорокоградусный бред, когда заложен нос, а распухшее горло не пропускает воздуха.
«Да-а, отключаться сразу было куда приятнее», — прохрипел Илай.
Система не отозвалась. Похоже, она испарилась ровно в тот момент, когда рухнул купол.
Сделав несколько судорожных вдохов и немного придя в себя, Илай поднял голову, чтобы осмотреться — и разом утратил весь остаточный бред.
От его ног и дальше, покрывая мостовую и стелясь по темно-серым стенам дома, протянулась сверкающая корка льда, уходящая за дальний поворот переулка.
Юноша на крыше уже исчез.
Посох Надзирателя не даром носил суффикс «Суровая Зима» — превратить магию огня высшего порядка в подобное ледяное буйство! Илай выдохнул облачко пара и только сейчас сообразил, насколько же вокруг похолодало.
[Динь-дон! Поздравляем! Получено достижение «Эльф под астролябией». Награда: универсальные призывы ×2]
«Эльф?» — Илай озадаченно нахмурился. Разве этот народ не славился своей невероятной бледностью — от белоснежных волос до светлых глаз и кожи? Если его зрение не сыграло с ним злую шутку, у парня были смоляно-черные волосы.
[Динь-дон! Исправление оглашения: поздравляем! Получено достижение «Полуэльф под астролябией». Награда: универсальные призывы ×5]
«А, так он полуэльф», — сообразил Илай. Теперь пазл сложился. Должно быть, кто-то из его родителей-эльфов отличался весьма нестандартным вкусом на общепринятые стандарты красоты своего народа.
Но погодите... Зачем системе потребовалось вносить уточнение? Да еще и увеличивать награду за призывы больше чем вдвое из-за одной лишь приписки «полу»?
Размышления о тонких различиях между чистокровными эльфами и полукровками прервал исполненный ярости выкрик:
— Илай!
Илай вздрогнул всем телом и с ужасом уставился на Дилана, выраставшего в начале переулка.
Все. Никакие полуэльфы больше не имели значения.
Илай перевел взгляд на стоящего за спиной Дилана знакомого стражника в серебряной броне. Тот с преувеличенным интересом разглядывал небо, мостовую, собственные пальцы — словно что угодно, но только не Илая.
«Ах ты предатель! — кипел про себя мальчик, посылая стражнику лучи проклятий. — Мы же договаривались держать язык за зубами!»
Дилан приближался стремительным шагом, но, не дойдя пары метров, резко остановился и принюхался. Готовая сорваться с языка гневная тирада о том, какой разгром тут учинил Илай, так и застряла в горле. Сменив выражение лица, Дилан бросил быстрый, едва заметный знак подоспевшему Ленкрану. Затем натянул капюшон на голову мальчишки и, сцапав его за шкирку, потащил прочь.
Почуяв недоброе, Илай даже не пытался вырываться. Напротив, он послушно втянул голову в плечи и усердно затянул завязки капюшона, надеясь вовсе сгинуть из виду.
«Вот уж точно, у всякой халявы есть двойное дно», — мрачно размышлял Илай. Его сегодняшняя побег-эпопея, казавшаяся такой легкомысленной и удачной, закончилась тем, что он спустил карту точечной телепортации, но так и не избежал поимки.
«Эх, надо было сидеть ровно и ждать, пока Риз за мной прилетит», — сокрушался он.
***
В пустом, безлюдном переулке раздалось липкое хлюпанье — так звучит мокрая обувь, ступающая по сухой земле. Пара коричневых детских башмачков опустилась в глухую, успевшую подсохнуть лужу крови.
Прошагав по развороченным кускам плоти и окровавленным обломкам костей, незнакомец замер возле неприметного обрывка ткани. Носок туфли, вымазанный в темном месиве, слегка поддел тряпицу. Человек наклонился и поднял скрывавшийся под ней серебряный крестик.
К рельефу распятия наполовину прилипла кровь. Незнакомец пару секунд разглядывал высеченный лик Милосердной Богини с прикрытыми веками, после чего небрежно швырнул крест в свою корзинку.
— Идиоты, — донесся тихий голос. — Сдохнуть еще до того, как задание толком началось... Какой отброс.
http://bllate.org/book/20495/4743168
Готово:
