Мысли вернулись к реальности.
Воспоминания о прошедшей ночи Ландон запечатал глубоко в памяти. Се Чжи о них не помнил, а сам Ландон не собирался заводить этот разговор.
Ландону исполнилось двадцать два года. За долгие годы отчуждения большинство его эмоций угасло. Но то, что он чувствовал к этому юноше, было слишком запутанным: здесь переплелись и отторжение, вызванное прозревшим будущим, и внезапно возникшее чувство ответственности.
Зная, к чему всё неизбежно приведёт, он естественным образом взял на себя роль партнёра и заботился о нём. При этом Ландон изо всех сил пытался удерживать дистанцию, не переступая черту.
«Не влюбляйся в него», — постоянно твердил он себе.
«Ни сейчас, ни потом. Ландон, держи своё сердце на замке».
Взгляд его, полнея едва уловимым трепетом, замер на губах юноши. Ландон глубоко вздохнул и закрыл глаза.
— Ты устал? — Се Чжи крепко сжал обеими ладонями его ледяную руку. — Так совсем не помогает? Может, мне всё-таки принести тебе транквилизатор? Это лучше, чем мучиться.
Ландон молча смотрел на него, а затем медленно разжал пальцы, отпуская.
— Обеденный перерыв заканчивается, — тихо произнёс он. — Иди на занятия.
— А ты?
— Со мной всё в порядке.
— Ну, тогда я пошёл.
Се Чжи поставил стул на место, с беспокойством бросил на Ландона последний взгляд и вышел, прикрыв за собой дверь.
В комнате погас свет. Внезапно воцарившаяся тишина казалась студёной и неуютной, словно юношу вырвали из тёплого, живого мира и швырнули на дно тёмного ледяного грота.
Ландон прикрыл глаза ладонью, из его груди вырвался хриплый, тяжелый вздох.
Трудно было сказать, что истязало его сильнее — мучительный период эструса или глухая тоска, рвущая душу изнутри.
***
Спустя неделю полных невзгод испытаний период спада у Се Чжи наконец завершился. Пушистый Мандарин вновь обрёл прежний беспечный и задорный вид, и юноша время от времени призывал его прогуляться. Каждому встречному при виде кролика непременно приходило в голову пробормотать: «Чёрт, до чего же растрёпанный зверь!» А бросив взгляд на хозяина, они добавляли: «Мать твою, у хозяина причёска ещё более растрёпанная!»
В итоге Се Чжи впал в тоску и зарекся выводить Пушистого Мандарина на прогулки.
Но судьба не намерена была оставлять его в покое.
Сегодняшнее занятие как раз было посвящено духовным телам эсперов. Лекцию читал мягкий, мягкосердечный пожилой профессор по фамилии Линь. Он попросил курсантов призвать своих духовных сущностей, и в аудитории тут же поднялся гвалт: появились змеи, насекомые, грызуны, птицы и даже растения. Когда курсанты утихомирили своих питомцев, профессор Линь решил вызвать кого-нибудь на сцену для демонстрации.
И надо же было такому случиться — выбор небес с абсолютно бесстрастным лицом пал на Се Чжи. Вместе со своим нелепым, похожим на сваленный ком ваты кроликом он отправился на сцену в качестве наглядного пособия.
— Духовное тело тесно связано с силой эспера, — произнёс профессор Линь, потыкав указкой в гигантский пушистый шар Пушистого Мандарина. — По сути, духовное тело — это физическая материализация силового ядра в организме эспера. Чем оно могущественнее, тем выше потенциал самого владельца. Однако запомните: внешность обманчива. Даже крошечная мышь, будучи достаточно сильной, способна загрызть слона. Поэтому главное правило в бою — никогда не судить по одёжке.
— Возьмём, к примеру, ангорского кролика этого курсанта, — продолжил профессор Линь. — На вид он кроткий и милый. Но стоит ему проявить агрессию...
Профессор протянул руку к Пушистому Мандарину. Кролик замер на секунду, а затем с хрустом яростно впился зубами в его ладонь.
Се Чжи вместе со всей аудиторией ахнул, однако профессор Линь лишь добродушно улыбнулся и продемонстрировал всем четкий след от зубов.
— Вот, смотрите. Это последствия недооценки противника.
— Подумаешь, царапина от зубов, никакой опасности, — тут же подал голос кто-то с задних рядов.
— В мире насчитывается более семисот тысяч разновидностей эсперских способностей, — парировал профессор. — Как вы можете быть уверены, что во время атаки противник не использовал токсин?
Курсант мгновенно онемел, не найдя, что ответить.
Профессор Линь не стал его допекать и улыбнулся:
— Именно для этого и создавались военные академии: сделать способности понятными, а опасности и неизвестность — контролируемыми.
— А их правда можно полностью контролировать? Я слышал, что многие эсперы вообще отказываются поступать в академии...
Из десяти миллиардов населения Земли официальные эсперы составляли скромные полпроцента. Однако, насколько им было известно, внушительная часть способных людей скрывалась в тени, избегая учета и обучения. Более того, многие из них примкнули к Организации Антимеждународного альянса эсперов (AIMA). Они считали академии инструментом угнетения, требовали абсолютной свободы и мнили себя достойными высшей власти, из-за чего периодически совершали внезапные нападения на базы.
Впрочем, за последние пару лет их пыл поубавили жесткими зачистками, и в мире стало поспокойнее.
— Чтобы узнать, можно ли контролировать всё до конца, дождитесь выпуска и распределения по базам. Думаю, тогда вы поймете это куда лучше меня, старика, — не стал углубляться в тему профессор Линь и переключил слайд. — Ладно, вернёмся к нашей теме. Сегодня мы изучаем особенности духовных тел. И мне кажется, вместо долгих лекций об истории и будущем эсперов вас куда больше заинтересует вот это.
На экране вспыхнули четыре крупных слова: [Период эструса].
— Так у нас сегодня урок полового просвещения, — пробормотал Масер. — А я-то думал, нас готовят к суровому беспросветному мраку.
Мысли Се Чжи тут же вильнули в сторону. При слове «эструс» в его голове невольно возник образ Ландона, избавиться от которого никак не удавалось.
— Эсперы переживают специфический период эструса, обусловленный особенностями их духовного тела, — рассказывал профессор. — Возьмём ангорского кролика курсанта Се Чжи. Размножение этого вида не привязано к сезонам. Самцы после полового созревания способны спариваться круглый год. А вот самки вступают в течку каждые семь-девять дней, и длится она не менее трёх суток. Эти черты проецируются и на самого эспера, хотя, разумеется, не в точности копируют повадки животных, а усиливаются или ослабевают в зависимости от физиологии человека.
Профессор качнул Пушистого Мандарина, всё ещё сжимавшего зубами его руку, и невозмутимо добавил:
— Кроме того, у самок кроликов встречается такое явление, как ложная беременность. У них увеличивается матка и начинает вырабатываться молоко. В этот период самка впадает в фазу полного воздержания и отвергает любых самцов. Подобный эффект вполне может проявиться и у самого эсперa.
Аудитория уставилась на Се Чжи со странным, весьма двусмысленным интересом.
Се Чжи мгновенно открестился, отрезав громко и чётко:
— Я не самка! Я самец! Самец, чёрт возьми!
— О-о-о... — разочарованно протянула толпа.
Се Чжи устало закрыл лицо руками:
— Профессор, может, хватит обо мне? Пощадите меня, умоляю.
— Не смущайся, — похлопал его по плечу профессор Линь. — Это естественная черта большинства эсперов. Твой период проходит куда спокойнее, чем у многих. И я надеюсь, что остальные не будут смотреть на это через призму предрассудков. В конце концов, даже без духовного тела — разве у вас не бывает влечения? Частота сексуальной активности у людей повыше, чем у большинства животных на планете.
Курсанты переглянулись и дружно умолкли.
Профессор Линь отпустил Се Чжи на место:
— Так, о каких ещё духовных телах вы хотите узнать?
— О свинье!
— О капибаре! Расскажите про капибару!
— Профессор, а у рыбы-луны бывает эструс?
Вопросы посыпались со всех сторон.
Профессор Линь посмотрел на Се Чжи:
— Курсант, а тебя чьё духовное тело интересует?
Се Чжи мрачно подпёр подбородок ладонью. В его памяти сам собой всплыл образ Ландона.
И он невпопад проронил:
— Чёрная мамба.
Аудитория мгновенно затихла. Среди первокурсников духовным телом Чёрной мамбы обладал лишь один человек.
Сын генерала с Базы Ириса — Ландон.
Профессор Линь кивнул и пояснил:
— Период эструса у Чёрной мамбы приходится на майский сезон дождей. В это время они не просто спариваются, у них происходит так называемый семенной замок. Чтобы гарантировать успешную передачу семени, основание органа самца раздувается почти в полтора раза, а раскрывающиеся назад шипы полностью расправляются, фиксируя положение. Спаривание у Чёрной мамбы длится обычно более восемнадцати часов — куда дольше, чем у других змей.
— Мать твою, вот это мощь! — выдохнул Масер, сглотнув. — Восемнадцать часов! Бедняга, который ляжет в постель с Ландоном, просто испустит дух прямо там. Скажи, Се Чжи?
Он активно затормошил Се Чжи за рукав, глядя на то, как юноша с испугом сглатывает слюну.
Се Чжи выглядел скверно:
— Хорошо, что ему не нравятся парни...
— Но ты же живешь с ним в одной комнате! — Масер схватил его за руки. — Пообещай мне, что убережёшь свою задницу!
—... Я люблю девушек!
Масер кивнул:
— Ага, ага.
Се Чжи тяжело вздохнул. Разговаривать с ним больше не хотелось.
***
После занятий Се Чжи, полнейший мрачных мыслей, собрал вещи и отправился на подработку в ресторан.
Ландона снова не было. Его период эструса затянулся куда сильнее, чем период спада у Се Чжи — шла уже вторая неделя. Старшекурсница Ма Мяо тоже скучала по нему: Ландон оставлял самые щедрые чаевые среди всех посетителей.
— Опять мы без хорошего куша, — причитала Ма Мяо, обнимая поднос. — Сяо Чжи, ну неужели ты не можешь использовать своё неотразимое обаяние и призвать его обратно?
— У меня перед ним нет никакого обаяния, — возразил Се Чжи. — Только дебафф на вечные заблуждения в пространстве и постоянную нехватку денег.
Ну и, возможно, статус безумного психа, когда он болен.
Ма Мяо недовольно сморщила носик и отвесила проходящему мимо Аоки Рэю пинок под зад:
— Ты же каждый день ищешь себе топа! Не можешь завлечь к нам парочку богатых и щедрых папиков? На пятом этаже каждый день гуляют золотые мальчики, их выручка за месяц вдвое больше нашей!
Аоки Рэй едва не растянулся на полу и защитно прикрыл ягодицы:
— А я-то тут при чём?! На пятом этаже куча VIP-кабинетов со всякими дорогими развлечениями! Будь у меня деньги, я бы сам там обедал и развлекался, а не сидел тут под старую музыку и с убогим меню! Мы все курсанты, у кого тут вообще есть вкус к такой жизни?
— Ах ты ещё спорить будешь! — Ма Мяо отвесила ему серию пинков. — Мне всё равно, даю тебе два дня, чтобы придумать, как обогнать верхний этаж и сделать нас самым популярным рестораном в Элрасе!
— Да хватит пинаться! — разозлился Аоки Рэй. — Пойду я и поймаю тебе мужиков, ладно?! Чёрт возьми, в этой академии мужики либо натуралы, либо вонючие папики с замашками тиранов. У меня тоже есть вкус!
Искать готового было неинтересно, куда лучше вырастить самому — он как раз ждал, когда Се Чжи превратится в настоящего топа.
В этот момент глаза Се Чжи вспыхнули:
— Идёт!
Ма Мяо встрепенулась:
— Кто идет? Моя выручка?
Аоки Рэй:
— Чёрт, неужели мой топ?!
Се Чжи указал на вошедшего Ло Цзэ:
— Пришли наши чаевые!
Он сгреб QR-код для оплаты и метнулся к только что присевшему за столик Ло Цзэ, выдав эталонную улыбку на все тридцать два зуба:
— Здравствуйте, дорогой господин Ло Цзэ! Что изволите заказать сегодня?
Ло Цзэ даже толком устроиться не успел, как перед его носом возник QR-код.
Он прищурил зелёные глаза:
— Сяо Се, гостям сначала меню предлагают, а не счет на оплату.
— Главное, чтобы чаевые пришли, а гости и так сойдут, — ляпнул Се Чжи.
Ло Цзэ:
—...
— Ой, то есть... Я перепутал, сейчас принесу меню!
Он сбегал за меню, подал его Ло Цзэ, а рядом снова пристроил табличку с QR-кодом, к которой был приклеен стикер. Круглым детским почерком там было написано: «Побольше, пожалуйста! Еще побольше!»
Ло Цзэ не скупясь перевёл почти тысячу кредитов чаевых. Когда Се Чжи уже собрался довольный удрать, он окликнул его:
— За такие чаевые допуслуги не полагаются? Пока заказ готовят, посиди со мной, поговори.
Се Чжи выставил ладонь:
— Извините, у нас приличное заведение, услуги сопровождения не оказываем.
—... — Ло Цзэ достал комуникатор. — Заведение-то приличное, а вот я — человек невоспитанный. Где тут у нас кнопка жалоб... Укажем «мошенничество и обман клиентов».
— Впрочем, если подумать, — Се Чжи мгновенно сменил тон, молитвенно сложив руки и заискивающе улыбнувшись, — такой щедрый гость, как господин Ло Цзэ, безусловно заслуживает лучшего обслуживания!
Он отодвинул стул и сел с натянутой улыбкой, гадая, какая муха сегодня укусила этого богатого самодура.
Ло Цзэ усмехнулся, налил им по стакану воды с лимоном и, выждав момент, когда Се Чжи сделал глоток, небрежно выронил:
— Кстати, ту историю в лабиринте роз ты ведь всю слышал, верно?
Се Чжи поперхнулся водой и зашелся диким кашлем:
— К чему такая внезапность...
Прошло столько времени, с чего вдруг он вспомнил об этом именно сейчас? Се Чжи-то решил, что Ло Цзэ давно выбросил тот случай из головы.
— Думал, я про тебя забыл?
Се Чжи смутился:
— Ну... а разве нет?
— Хм, — Ло Цзэ постучал пальцем по щеке с самым невинным видом. — Кажется, я ни разу не говорил, что спущу тебе это с рук. Надо же, ты обо мне столь высокого мнения. Считаешь меня добрым?
Се Чжи едва сдерживал раздражение:
— Тогда почему ты заговорил об этом только сейчас?!
— Просто последние пару дней мне было скучно.
—... Чёрт возьми, что?!
Ло Цзэ не стал тратить время на препирательства, открыл на коммуникаторе афишу и скинул её Се Чжи:
— Я тут вступил в клуб детективных сценариев, но играть с тамошними занудами скучновато. Мне нужны развлечения. Завтра в девять придешь записываться.
— Господин Ло Цзэ, у тебя всегда мысли так хаотично прыгают?
Секунду назад казалось, что его шантажируют по всем законам классической драмы, а в следующее мгновение ему уже дают поручение — и всё ради того, чтобы развеять чужую скуку? Где тут хоть какая-то логика?
Ло Цзэ не оставил ему шанса на отказ, покачав гаджетом:
— Я уже договорился с председателем. Завтра в девять жду.
— А право отказаться у меня есть?
— Есть, — Ло Цзэ протянул руку. — Верни чаевые.
Се Чжи выдавил из себя улыбку:
— Раз уж господин Ло Цзэ так просит, как я могу не прийти?
В конце концов, это просто клуб. Он и сам планировал куда-нибудь записаться.
Об этом ему недавно напоминал Масер. С его характером Се Чжи набрал бы кучу секций, но подработка и уход за тремя сожителями-аристократами не оставляли свободного времени.
Обычный человек на его месте вообще отказался бы от внеучебной активности, но Се Чжи был не из таких. Он пришел в академию не для того, чтобы вкалывать двадцать четыре часа в сутки — общение и досуг тоже важны. Поэтому он просто сократил желаемое количество клубов с трех до одного.
Масер тогда долго не мог подобрать слов, а потом выдавил:
— Ты реально хотел записаться сразу в три клуба? Откуда у тебя столько энергии?
— А что такого? — искренне удивился Се Чжи. — Если бы не правило «не больше трех», я бы пошел в пять.
—... И ты уже выбрал, куда именно?
— А, это? — он беззаботно ухмыльнулся. — Нет конечно.
— Тогда зачем говорить про пять?
— Количество с содержанием не связано! Набрал бы любые пять, которые показались бы интересными.
Масер предпочитал не спорить. Он был просто искренне любящей поесть кукабарой и не понимал неуёмной кроличьей прыти.
Хотя Ло Цзэ и ожидал согласия, реакция Се Чжи оказалась неожиданно быстрой. Впрочем, сам юноша рассуждал предельно просто: перед лицом денег любые препятствия рушатся. А если не рушатся — значит, денег просто мало.
Ло Цзэ хохотал от души и перед уходом отвалил еще одну солидную сумму, назвав это «платой за первый ряд на комедийном шоу».
Комедиант Се Чжи надул губы, спрятал деньги в карман и демонстративно хмыкнул.
На следующий день он ровно в назначенное время явился на регистрацию. Вместе с ним приплёлся и Аоки Рэй.
Тот делал вид, что тоже страстно увлечен детективными играми, но Се Чжи прекрасно понимал: парень просто пришел заглаживать вину перед Ма Мяо и искать богатого папика. В конце концов, детективные игры — это почти что клуб знакомств.
— Я чувствую... — Аоки Рэй глубоко вдохнул и вытаращил глаза. — Я отчетливо чувствую этот запах!
Се Чжи посмотрел на него с сомнением:
— У тебя же заложен нос из-за простуды.
— Это тут вообще ни при чём! — Аоки Рэй громко высморкался и принялся утверждать с самым серьезным видом: — Я чую запах богатого, красивого и щедрого топа!
—... Кажется, у тебя реально сильный насморк, — с сочувствием вздохнул Се Чжи. — Ты лекарства-то вовремя Пьёшь?
Пока они препирались, к ним подошел молодой человек:
— Ты Се Чжи, про которого говорил Ло Цзэ? Я Милай, председатель ассоциации.
Се Чжи и Аоки Рэй переглянулись.
— Здравствуйте, очень приятно, — угодливо произнёс Се Чжи.
Милай кратко ввёл их в курс дел. Официально объединение именовалось «Ассоциацией любителей детективных тайн». Каждую неделю они разбирали интересные классические сценарии или играли по авторским текстам членов клуба. Жанры варьировались от леденящего душу хоррора до абсурдных комедий.
— Это твой друг? Он тоже увлекается детективными сценариями? — Милай перевел взгляд на Аоки Рэя.
— А, нет, он пришел завлекать... Ммм!
Аоки Рэй мгновенно зажал Се Чжи рот и расплылся в лучезарной улыбке:
— Да-да! Я просто обожаю детективы, постоянно играю и очень хорошо соображаю!
Се Чжи смерил его выразительным взглядом: «Ты же обожаешь исключительно богатых мужиков!»
— Ну будь заинькой, выручи! — шепнул Аоки Рэй. — Если мне с тобой не светит, дай хоть на других удочку закинуть!
Се Чжи мычал что-то невнятное, пока его не отпустили.
Вырвавшись, он тут же внес поправку:
— Я натурал, так что со мной тебе в любом случае ничего не светило!
Аоки Рэй пробормотал что-то неопределенное и махнул рукой:
— Ладно-ладно, проехали.
Председатель Милай, обладавший эсперскими способностями А-класса, прекрасно слышал весь их шепоток. Сделав вид, что ничего не заметил, он толкнул дверь кабинета и вынес два бланка.
— Нам как раз не хватает людей. Заполните анкеты, я их подпишу, и с этим не должно возникнуть проблем. Кстати, через пару дней завезут новую партию сценариев, приходите опробовать.
Се Чжи и Аоки Рэй переглянулись:
— С удовольствием! / Отлично, договорились!
Заполнив бланки, они попрощались с председателем. Виновника их появления, Ло Цзэ, они так и не встретили — оказывается, тот пропадал на мероприятиях других своих секций.
Этот парень воплотил в жизнь давнюю мечту Се Чжи: вступил сразу в три клуба! Он носился по академии как укушенный, не появляясь на одном месте дольше часа. Помимо детективного клуба, он состоял в баскетбольной секции и в каком-то союзе волонтёров. Се Чжи искренне сомневался, что в Ло Цзэ неожиданно проснулась жажда бескорыстно помогать людям.
Куда больше это походило на ухищрения изощренного садиста, который с улыбкой на лице гоняет других плёткой, заставляя заниматься благотворительностью.
Впрочем, какая разница? Се Чжи быстро понял, что детективные игры — штука действительно увлекательная, и вступить сюда было отличной идеей.
***
— Детективные сценарии?
Во время очередного обеденного сеанса связи, когда они с Ландоном держались за руки для снятия симптомов эструса, Се Чжи упомянул об этом. Ландон отреагировал сдержанно:
— Ты вступил?
Се Чжи, не разжимая пальцев, кивнул:
— Ага, кажется, там весело. И Ло Цзэ перевёл мне неплохие деньги!
Он попытался показать сумму свободной рукой, но Ландон без особых эмоций опустил его ладонь обратно:
— Он сказал вступить, и ты просто пошел?
— Ну да.
Ландон не знал обо всем, что произошло в лабиринте роз, да и Се Чжи не собирался посвящать его в эти подробности.
— Идея-то хорошая, почему бы не согласиться?
Ландон промолчал.
— Господин Ландон, а ты состоишь в каких-нибудь клубах? — осторожно поинтересовался Се Чжи.
— Нет. Не интересно.
Се Чжи надулся:
— А я думал, если тебе скучно, ты мог бы заглянуть к нам. Председатель Милай сказал, что скоро привезут новые сюжеты — говорят, будет очень остросюжетно, причем без всякой чертовщины. Я в сети читал, это правда здорово. Ты точно-точно не хочешь зайти?
Ландон наконец понял, что Се Чжи клонит к чему-то конкретному, и тихо спросил:
— Ты так сильно хочешь, чтобы я пришел?
Се Чжи не мог признаться, что планирует использовать Ландона как щит против возможных выходок Ло Цзэ, поэтому ответил туманно:
— Ну да, хочу, чтобы ты был рядом.
Он приподнял их сцепленные руки:
— Видишь, я помогаю тебе уже несколько дней подряд. Знаешь, как я устаю бегать в общежитие после подработки? Элрас — не маленькая площадка, где можно обернуться за пару минут. Я выматываюсь в хлам, у меня даже Пушистый Мандарин отказывается выходить на прогулки.
Бубнит и жалуется — всё в его стиле.
Ландон, не в силах с ним спорить, тихо вздохнул:
— Я подумаю.
— Вот и отлично!
Не успел Се Чжи обрадоваться, как Ландон добавил:
— Но у меня есть условие.
Се Чжи недоуменно моргнул.
Спустя пару минут чёрная змея медленно соскользнула с плеча Ландона на руку Се Чжи, гипнотически обвивая его предплечье. Условие Ландона заключалось в том, чтобы юноша погладил хвост его духовного тела — якобы это помогало лучше снимать остаточные приступы жара.
К счастью, Се Чжи не боялся змей. К тому же эта змея просто вяло липла к его коже, свесив голову и не проявляя ни малейшей агрессии.
— Вот так гладить? — Се Чжи провел пальцами вдоль хвоста.
Ландон перехватил его руку и сместил пальцы чуть ниже:
— Вот здесь.
Подушечки пальцев Се Чжи мягко скользнули по указанному месту.
Ландон с трудом подавил рвущийся из груди стон. На его шее вздулись вены, а хвост чёрной змеи мелкой дрожью затрепетал, наливаясь силой.
— Ого, а это место реально работает. У нее даже голова приподнялась.
— Это чувствительная зона, вроде оснований крыльев у водоплавающих птиц, — произнес Ландон.
Се Чжи кивнул с видом человека, узнавшего нечто полезное.
Однако на самом деле эта область являлась клоакой самца змеи — местом, где располагались репродуктивные органы. У змей они парные и спрятаны внутри, проявляясь во всей красе лишь при спаривании. Сейчас они были скрыты, так что увидеть или нащупать их прямо так было невозможно.
Из груди юноши вырвался тяжелый, сдавленный вздох.
Се Чжи тут же замер:
— Тебе больно?
— Нет. Продолжай.
Се Чжи продолжить поглаживать хвост змеи так, как указывал Ландон, чувствуя, как то и дело вздрагивает тело рептилии. Но он не был совсем уж наивным. Постепенно до него стало доходить, что происходит нечто странное, и продолжать стало невмоготу.
Это ведь выглядело так, будто он дрочит Ландону.
От этой мысли у Се Чжи мурашки побежали по коже. Ему безумно захотелось сбежать прямо сейчас, но ведь он сам согласился на это условие. Позорно отступать было нельзя.
— Может... Может, лучше снова просто подержимся за руки? А то я могу случайно повредить твоё духовное тело... — Се Чжи отвёл взгляд, не решаясь смотреть Ландону в глаза.
Ландон смотрел на него покрасневшими глазами.
Спустя долгую паузу он сипло отозвался:
— Ладно.
Они вернулись к привычному контакту ладонь к ладони. Се Чжи молчал, Ландон прикрыл глаза, укутавшись в тонкий плед.
Остаточный жар спадал медленно и неохотно.
***
Через несколько дней Се Чжи и Аоки Рэй снова пришли в клуб детективных сценариев. В комнате находились Милай, Ло Цзэ и, к удивлению Се Чжи, Ландон.
Он действительно пришел.
Ландон сидел вполоборота, держа в руках чистый бланк заявления.
Заметив вошедшего юношу, он перевёл на него взгляд, но Се Чжи словно случайно отвернулся и принялся увлеченно болтать со стоящим рядом Аоки Рэем.
— Сегодня как раз завезли новые игры. Ландон, может, сыграешь с нами одну партию, а потом решишь, вступать или нет? — предложил Милай.
Ландон вернулся из своих мыслей:
— Хорошо.
***
Всего в клубе состояло девять человек, но сегодня трое отсутствовали, так что Се Чжи, Ландон и Аоки Рэй идеально восполнили комплект.
Милай пояснил, что полученный сценарий не слишком сложен и отлично подходит для новичков, а главное — там весьма закрученный сюжет. История повествовала о четырёх семейных парах, приглашённых на виллу. В процессе общения выяснялось, что супруги остальных — это их собственные бывшие. Ночью разразилась сильная гроза, а наутро один из мужей был найден мёртвым. Задача игроков — не только вычислить убийцу, но и восстановить цепочку того, кто кому приходится бывшим.
Председатель Милай в роли ведущего раздал папки. Се Чжи осторожно открыл свою. Он впервые играл в подобное, но пересмотрел кучу детективов и был уверен в своих силах. Главное — не вытянуть роль убийцы с первого же раза.
Се Чжи с абсолютно спокойным видом перевернул страницу.
На первом листе крупными красными буквами было напечатано:
[Ты — убийца]
...
Зрачки юноши едва заметно сузились, но он изо всех сил сохранял бесстрастное выражение лица и, сделав вид, что внимательно читает текст, перевернул страницу.
Дальше следовала новая запись:
[Тебя зовут Се Тяньчэн, твой нынешний муж — Ли Юань, бывший — Чжао Саньшуй]
Что?!
Он играл роль бывшей жены?!
Се Чжи был крайне недоволен такой ролью и хмуро оглядел присутствующих, пытаясь вычислить своего «нынешнего» и «бывшего».
— Разрешите представиться, я Чжао Саньшуй, — Ло Цзэ отложил свой сценарий. Его жизнерадостная улыбка совершенно не вякалась с ролью человека, у которого только что погиб знакомый. Скорее казалось, что он только что сыграл свадьбу. — С убитым я знаком не был. В ночь убийства с 21:30 до 05:00 утра я находился в спальне своей бывшей жены. Если вы найдёте мою бывшую, она сможет подтвердить моё алиби.
Се Чжи про себя вопил: «Нет! Я не твоя бывшая жена, я этого не признаю!!!»
Один из членов клуба, сгорающий от любопытства, прокашлялся и поправил очки:
— А зачем вы среди ночи заявились в комнату к бывшей жене вместо того, чтобы спать у себя? Её нынешний муж знал об этом?
Ло Цзэ оскалился в ухмылке:
— Конечно не знал. Такие вещи делаются только тайком.
Он похлопал Ландона по плечу:
— Скажи, Ландон?
Ландон холодно сбросил его руку со своего плеча и закрыл папку со сценарием:
— Меня зовут Ли Юань.
Потом поднял взгляд и добавил:
— Нынешний муж Се Тяньчэн.
http://bllate.org/book/20482/3935624
Готово:
