Вислоухий крольчонок выглядел совсем крошечным. Он мягко уткнулся носом в ладонь Цзин Юаня, доверчиво обнюхивая её; его шёрстка была удивительно шелковистой и тёплой.
Поразмыслив, Цзин Юань осторожно опустил зверька обратно в клетку и смущённо поднял взгляд.
Цзи Янь пристально смотрел на него, словно поджидая ответа.
Цзин Юань поднёс пальцы к лицу, ловко сложил перед глазами аккуратное сердечко и кокетливо подмигнул:
— Спасибо, Янь-Янь!
Цзи Янь неторопливо прислонился к колонне. За тонкими дужками серебряных очков в его глазах заплясали ироничные искры:
— И это всё?
Цзин Юань, урвав своё, тут же включил кокетство:
— Ты завоевал моё сердце! Неужели тебе и этого мало?
Цзи Янь выпрямился и подхватил клетку.
Цзин Юань мгновенно подался вперёд, пытаясь её перехватить:
— Эй!
— В этом кролике половина — моя, — спокойным тоном отрезал Цзи Янь.
— Жмот, — буркнул Цзин Юань.
Цзи Янь изогнул бровь:
— М-м?
— Ладно-ладно, — тут же пошёл на попятную юноша. — Считай, что он наш общий.
Только после этого Цзи Янь с удовлетворением передал ему клетку:
— Пойдём. Пора обедать.
— Угу, — отозвался Цзин Юань.
Поглаживая сквозь прутья нового питомца, он принялся оглядываться в поисках подходящего места для обеда.
Хотя они находились в самом оживлённом районе городка, здешние заведения не отличались размахом или изысканностью кухни.
Осмотревшись, Цзи Янь предложил:
— Можем пообедать дома.
— А ты все свои дела закончил? — Цзин Юань бережно прижал клетку к себе.
— Да, Чэнь Тянь всё уладил.
В животе у Цзин Юаня предательски заурчало. Поймав взглядом вывеску лапшичной, он спросил:
— Может, зайдём за рамэном?
Цзи Янь задержал взгляд на табличке у входа и первым шагнул внутрь, увлекая юношу за собой.
Ассортимент в меню впечатлял, и Цзин Юань, вечно страдающий от проблемы выбора, долго перебирал варианты.
Цзи Янь сделал заказ без лишних колебаний:
— Пиалу лапши с говядиной.
Официант кивнул и повернулся к Цзин Юаню:
— А вы определились, сударь?
— Даже не знаю... — с мучительным видом протянул юноша. — Мне хочется и с говядиной, и со свиными рёбрышками. Какая у вас вкуснее?
Официант улыбнулся:
— Обе хороши! Если хотите попробовать обе, можете поделиться с вашим спутником — он как раз заказал с говядиной.
Цзин Юань украдкой скосился на Цзи Яня:
— Ладно, тогда мне со свиными рёбрышками.
Добавив к заказу пару закусок и холодное блюдо, Цзин Юань с гордым видом выудил из кармана купюру в сто юаней:
— Сегодня я угощаю!
Цзи Янь вскинул взгляд:
— Благодарю.
«Не стоит благодарностей, — мысленно ухмыльнулся Цзин Юань. — Главное — сохраняй мне жизнь в будущем, и мы в расчёте».
Ожидание заказа затягивалось.
Цзин Юань подпёр щеку кулаком и принялся играть с Цзи Янем в «гляделки».
Пауза становилась совсем уж неловкой, поэтому юноша решил взять инициативу в свои руки:
— Янь-Янь, а когда ты планируешь возвращаться домой?
Цзи Янь распечатал комплект приборов и сполоснул их горячим чаем:
— Это зависит от того, когда захочет вернуться мой малыш.
Цзин Юань наигранно прокашлялся:
— Мне ещё предстоит работать с исследовательской группой над новым сортом чая. Думаю, придётся задержаться до самого сбора урожая.
Обычно чайные листья созревали в марте. А на дворе стояло только начало января.
Цзи Янь отпил из пиалы и тихо произнёс:
— Значит, планируешь пробыть здесь два месяца.
— Угу, — Цзин Юань смущённо опустил глаза. — На самом деле мне и самому не хочется торчать тут так долго, но если я хочу, чтобы «Поток Облаков и Вод» заслужил имя и статус, нам необходим эксклюзивный сорт.
— И как только выведете новый сорт, ты сразу вернёшься домой? — переспросил Цзи Янь.
— Ну да...
Пиала с мягким глухим стуком опустилась на деревянную столешницу.
Цзин Юань мгновенно вцепился в клетку с кроликом, затаив дыхание.
Заметив его испуг, Цзи Янь заметно смягчился:
— Юань-Юань, пусть твоя исследовательская группа переберётся в Нинчэн. Я беру на себя их проживание и расходы. Какая разница, где проводить опыты?
— Но в Нинчэне совсем другой состав почвы! — попытался возразить Цзин Юань. — Для экспериментов это не подходит.
— Я распоряжусь, чтобы отсюда привезли несколько грузовиков с землёй, и у нас в поместье обустроят специальную экспериментальную делянку, — мягким, не допускающим возражений тоном ответил Цзи Янь.
— А как же климат? — осторожно парировал юноша.
— Поставим теплицу и воссоздадим температурный режим Гуйши.
— Но... — Аргументы у Цзин Юаня закончились, и ему оставалось лишь изобразить трогательную заботу: — Это же такие огромные расходы!
— Главное — не расставаться с тобой, а деньги — дело десятое, — с ласковой снисходительностью произнёс Цзи Янь.
Цзин Юань выдавил из себя бледное подобие улыбки и, поглаживая кролика, мысленно обругал своего жениха последними словами. Похоже, возвращения в поместье Цзи снова не избежать.
В этот момент к их столику подошёл официант:
— Господа, у нас сегодня фирменная новинка — порция лапши, состоящая из одной-единственной непрерывной нити. Не хотите бесплатно обновить заказ?
Глаза Цзин Юаня мгновенно засияли:
— Это же лапша долголетия!
— Именно так, — подтвердил официант.
— Спасибо! Давайте обе порции обновим.
— Отлично, сейчас всё устроим.
— Ой, постойте минутку! — Цзин Юань смущённо расплылся в улыбке и, маня официанта ближе, таинственно шепнул ему на ухо: — Передайте повару, пусть сделает мою нить как можно длиннее!
Официант не удержался от смешка:
— Будет сделано!
***
Вскоре перед ними поставили две дымящиеся пиалы. Цзин Юань с суеверной серьёзностью проинструктировал Цзи Яня:
— Нужно съесть всё за один раз, чтобы нить ни в коем случае не порвалась!
— Это ещё зачем? — удивился Цзи Янь.
— Только так можно прожить долгую жизнь!
С этими словами Цзин Юань втянул край лапшины и, словно хомяк, осторожно зашевелил щеками, боясь случайным движением оборвать заветную нить.
Глядя на его забавные ужимки, Цзи Янь после некоторого колебания решил не заниматься глупостями и принялся за еду привычным образом, аккуратно и неторопливо.
Заметив это, Цзин Юань мысленно посмеялся над его дремучестью в вопросах фэншуй и с удвоенным усердием продолжил набивать щёки.
Прошло пятнадцать минут.
Справившись с половиной порции, Цзи Янь промокнул губы салфеткой и перевёл взгляд на своего спутника.
Цзин Юань всё ещё самоотверженно сражался с проклятой нитью. Похоже, официант действительно передал повару его просьбу — лапшина в пиале казалась бесконечной!
Впрочем, мысль о том, что эта трапеза сулит ему сто лет жизни, придавала юноше сил, и он продолжал с увлечением жевать.
Однако, когда две трети порции были уже позади, Цзин Юань внезапно поперхнулся — и лапшина с треском оборвалась.
Надув щёки, Цзин Юань ошеломлённо уставился на оборванный обрубок. В его глазах мгновенно заблестели крупные, готовые сорваться слёзы.
Цзи Янь слегка нахмурил брови:
— Что случилось?
— Порвалась... — с глубокой обидой прожевал Цзин Юань.
Цзи Янь сжал губы, изо всех сил стараясь сохранять терпение:
— Это всего лишь примета, не принимай близко к сердцу.
Цзин Юань поддел палочками остаток лапши и трагически вздохнул:
— Судя по всему, теперь я доживу максимум лет до шестидесяти...
Сначала Цзи Янь не мог понять, отчего тот так помешался на продолжительности жизни, но, вспомнив о его слабом здоровье, мягко произнёс:
— Если будешь вовремя принимать лекарства, с твоим организмом всё будет в порядке.
Цзин Юань лишь тяжко вздохнул про себя.
«Моя жизнь зависит не от лекарств, а от твоей милости!»
— Перестань плакать, — Цзи Янь на мгновение замешкался, а затем достал из кармана белоснежный платок и протянул его юноше.
Цзин Юань шмыгнул носом и деликатно отказался:
— У меня сопли, я измажу твой платок.
Цзи Янь невольно усмехнулся:
— Постираешь и вернёшь.
Цзин Юань мысленно скривился от досады. Так он и знал! От Цзи Яня не дождёшься бескорыстной доброты.
Когда с обедом было покончено, в заведение вошёл Чэнь Тянь, чтобы забрать их и расплатиться. Но Цзин Юань тут же его остановил:
— Эй, я же обещал угостить Цзи Яня! Я уже за всё заплатил.
Счёт составил всего шестьдесят два юаня. Оказать за такую смешную сумму услугу Цзи Яню было невероятно выгодно, и Цзин Юань не собирался уступать эту заслугу никому!
Чэнь Тянь на секунду замешкался, а затем, скользнув взглядом по чеку, добродушно улыбнулся:
— А молодой господин Цзин поистине внимателен! Надо же, проведал, что у господина Цзи завтра день рождения, и загодя заказал лапшу долголетия.
Цзин Юань, только что строивший в голове хитроумные планы, мгновенно округлил глаза от изумления.
У Цзи Яня завтра день рождения?! Он же понятия об этом не имел!
Заметив нескрываемое изумление на лице Цзин Юаня, Чэнь Тянь тут же всё понял и виновато опустил голову:
— Поедемте.
Всю дорогу Цзин Юань не спускал с Цзи Яня вопросительного взгляда. Наконец, уже усевшись в машину, он набрался храбрости и спросил:
— Завтра твой день рождения... Что бы ты хотел получить в подарок?
Произнося эти слова, Цзин Юань буквально истекал кровью. Вдруг Цзи Янь захочет какую-нибудь дорогую машину? Ему же вовек не расплатиться!
В глазах Цзи Яня мельком проскользнуло удивление. Он повернулся к юноше:
— Юань-Юань хочет сделать мне подарок?
«Вовсе не хочу!» — вопил внутренний голос Цзин Юаня, но на лице его сияла искренняя готовность:
— Разумеется! У тебя же праздник, как я могу остаться в стороне?
Цзи Янь мягко ответил:
— Я ценю твоё внимание, но обойдёмся без подарков.
На губах Цзин Юаня мгновенно расцвела радостная улыбка, хоть он и попытался скрыть её за вежливым сомнением:
— Ну как-то это неловко...
— Всё в порядке, — спокойно отозвался Цзи Янь. — Я просто не люблю праздновать свой день рождения.
Эти слова застали врасплох всех, кто находился в салоне. Особенно удивился Чэнь Тянь: ещё в прошлом году господин Цзи созвал на свой праздник целую кучу друзей, с чего бы вдруг такое отвращение?
Цзин Юань предпочёл промолчать — он отчётливо уловил, как изменилось настроение спутника. Цзи Янь явно испытывал к этой теме антипатию.
Больше не лезя с расспросами, юноша крепче прижал к себе кролика:
— Ну ладно. Тогда пусть хотя бы Сяо Хуэйцю поздравит тебя.
— Сяо Хуэйцю? — переспросил Цзи Янь, вскинув взгляд.
— Ага, я только что придумал ему имя — Маленький Серый Шарик.
Цзи Янь слегка изогнул бровь и, развернув журнал, принялся перелистывать страницы.
Цзин Юань подался ближе:
— Ну и как тебе имя?
Цзи Янь подарил ему ласковую улыбку и вынес вердикт:
— Банальщина.
Цзин Юань тут же наградил его свирепым взглядом и, сжав в охапку Серый Шарик, отсел на самый дальний край сиденья, всем своим видом демонстрируя полную неготовность к контакту.
Переглянувшись с Чэнь Тянем, Цзи Янь снова уткнулся в журнал, но край его глаза всё время скользил по надувшемуся юноше.
Вечером Цзин Юань одолел Чэнь Тяня просьбами сколотить домик для кролика. Устроив Сяо Хуэйцю в новом жилище, он с усердием принялся штудировать руководство по уходу за грызунами.
— Заберёте его с собой в Нинчэн? — уточнял Чэнь Тянь.
— Конечно! — Цзин Юань погладил пушистые ушки.
Дворецкий слегка поклонился:
— В таком случае не буду вам мешать, отдыхайте.
— Постойте! — Цзин Юань окликнул его и после долгого колебания искусно закинул удочку: — Дядя Чэнь, а вы не знаете, почему Цзи Янь так не любит свой день рождения?
Чэнь Тянь качнул головой:
— Понятия не имею.
Цзин Юань поджал губы, откровенно не веря его словам:
— Это Цзи Янь запретил вам рассказывать?
— Честное слово, господин Цзин, я действительно не в курсе, — искренне заверил ассистент. — В прошлом году господин Цзи устраивал пышный приём, так что я и сам сбит с толку.
Лишь после этого Цзин Юань поверил ему и глубокомысленно кивнул.
Перед сном Цзин Юань достал свой личный дневник и занёс туда события последних дней.
Цзи Янь был поистине непростым человеком. Он откровенно использовал его в своих целях, но при этом умудрялся дарить ощущение искренней заботы.
И чего только Цзи Янь добивается?
***
На следующее утро Цзин Юань сделал пару обходов по чайным плантациям и принялся обсуждать с Сяо Цзяном идею Цзи Яня обустроить экспериментальное поле прямо в их поместье.
Выслушав его, Сяо Цзян разразился вздохами восхищения:
— Вот это размах у господина Цзи! Он вас просто безумно любит!
Цзин Юань невольно расплылся в довольной улыбке, млея от этих похвал.
— Вот видишь, мне просто приходится вернуться с ним, — вздохнул он.
— Конечно! — поддержал его Сяо Цзян. — Нет ничего лучше домашнего уюта.
Цзин Юань кивнул и на своём кресле-коляске отправился объезжать плантацию, прощаясь со старшими работниками, трудившимися в поле.
На обратном пути Цзин Юань невзначай поинтересовался у Сяо Цзяна:
— Как думаешь, почему человек может ненавидеть собственный день рождения?
Сяо Цзян на мгновение задумался:
— Наверное, в этот день произошло что-то ужасное.
По сути, отвращение Цзи Яня к празднику не должно было касаться Цзин Юаня, но неистребимое любопытство не давало ему покоя. К тому же интуиция подсказывала: эта история как-то переплетена с ним самим.
Вернувшись в дом, Цзин Юань крадучись подобрался к кабинету Цзи Яня и попытался заглянуть внутрь через окно.
Вдруг за его спиной раздался ровный голос:
— Юань-Юань, и что мы тут высматриваем?
Вздрогнув от неожиданности, Цзин Юань обернулся и с ходу выдал:
— Соскучился по тебе, вот и всё!
Цзи Янь взял его за руку:
— В таком случае заходи.
За спиной мужчины Цзин Юань скривился в недовольной гримасе, однако голос его прозвучал сладко, словно патока:
— А почему ты сегодня не на работе?
— Только что закончил с делами.
— Оу, — отозвался Цзин Юань.
Следом за Цзи Янем он прошёл в кабинет. Взглянув на идеально расставленные ноутбук и папки с бумагами, юноша осторожно спросил:
— Янь-Янь, можно задать тебе один вопрос?
Цзи Янь поднял взгляд от стола и после короткой паузы кивнул:
— Спрашивай.
Встретившись с его тёмными, непроницаемыми глазами, Цзин Юань долго мямлил и переминался с ноги на ногу, прежде чем выдать:
— Ты бы хотел на ужин куриные крылышки в коле или с чесноком?
Цзи Янь изогнул бровь:
— В коле.
— Понятно... — Цзин Юань поправил прядь волос у виска. Его живой взгляд, наполненный сомнениями, совершенно не укрылся от Цзи Яня.
Юноша трогал то одну вещицу на столе, то другую, отчаянно пытаясь набраться смелости, но всё же не решился озвучить главный вопрос.
«Вдруг я наступлю на больную мозоль, и мне тогда несдобровать!»
Взвесив все «за» и «против», Цзин Юань присел у стола и принялся разглядывать канцелярию. Цзи Янь явно страдал перфекционизмом и педантичностью: все вещи выдерживались строго в чёрно-белой гамме и лежали идеальными линиями.
Его внимание привлекла элегантная фарфорово-белая перьевая ручка.
На ней красовалась гравировка «Дабл-Ю Экс» — явный признак индивидуального заказа.
Оформленная в изысканном винтажном стиле, ручка несла на своём корпусе изящную надпись на французском языке, а колпачок украшал утончённый резной узор.
Цзин Юань задумался: кто же скрывается за инициалами «Дабл-Ю Экс»? Неужели подарок от бывшего ухажёра?
Если подумать, Цзи Яню уже двадцать шесть. Пусть он замкнут и тяжёл в общении, но личная жизнь у него наверняка была! Вполне возможно, эту ручку ему преподнёс какой-нибудь прежний «возлюбленный».
— Что высматриваешь? — раздался тихий голос.
Цзи Янь, успевший переодеться в свободный белый кардиган с V-образным вырезом, бесшумно присел рядом.
— У тебя очень красивая ручка, — похвалил Цзин Юань.
Цзи Янь кивнул. Его прохладный, изучающий взгляд буквально прикипел к юноше, отчего тому стало жутко неуютно.
— Я, пожалуй, пойду, не буду мешать, — Цзин Юань поднялся, намереваясь сорваться с места.
— Постой, — Цзи Янь перехватил его за тонкое запястье. — Я уже закончил. Можешь ещё побыть со мной.
Покрутив рукой в крепком захвате, Цзин Юань послушно опустился обратно.
С момента попадания в этот мир они редко общались вот так, без спешки, а уж тем более наедине в личных покоях Цзи Яня.
Боясь неловких пауз, Цзин Юань судорожно выискивал тему для разговора:
— Чудесная ручка...
Цзи Янь расслабленно откинулся на спинку кресла:
— Ты только что это говорил.
Цзин Юань смущённо почесал затылок и снова уставился на две буквы — «Дабл-Ю Экс».
— Цзи Янь, а у тебя раньше были парни?
Цзи Янь неожиданно протянул руку и аккуратно заправил за ухо юноши выбившийся локон:
— Юань-Юань так этим интересуется?
— Вовсе нет! — поспешно замахал руками Цзин Юань. — Просто спросил к слову, чтобы получше тебя узнать.
Он натянуто улыбнулся, зажмурив глаза полумесяцами.
Цзи Янь закинул ногу на ногу. Его взгляд скользнул по изящной, хрупкой шее юноши и остановился на его бледноватых губах:
— А у тебя, Юань-Юань? Есть кто-то, кто тебе нравится?
Цзин Юань качнул головой:
— Нет.
Цзи Янь перевёл взгляд на перьевую ручку:
— Это был залог любви, который мой отец преподнёс матери.
Сняв колпачок, Цзи Янь продемонстрировал золотое перо:
— Смотри, здесь выгравирован портрет моей матери.
— И правда! — Цзин Юань послушно наклонился ближе, затаив дыхание от изумления. — Невероятное мастерство!
Цзи Янь смягчился, его черты лица заметно расслабились:
— Да.
Цзин Юань поджал губы:
— Твои родители наверняка были ужасно романтичной парой.
— Почему ты так решил?
— А разве портрет любимой женщины на ручке, которую носишь с собой каждый день, — это недостаточное доказательство? — улыбнулся юноша.
— Пожалуй, ты прав, — кивнул Цзи Янь.
Заметив на столе рабочий календарь, Цзин Юань вновь вспомнил о предстоящем дне рождения. Им двигало не только банальное любопытство: если ему удастся разгадать эту тайну и утешить Цзи Яня, он обеспечит себе огромную порцию его благосклонности.
— Янь-Янь, — Цзин Юань смущённо положил ладони на колени и заглянул ему в лицо: — А почему ты всё-таки не хочешь праздновать день рождения?
Этот вопрос застал Цзи Яня врасплох.
Неужели Цзин Юань так долго мнелся и ходил вокруг да около именно ради этого?
— Если не хочешь говорить, не надо, — Цзин Юань прикрыл веки. — Зато мне меньше трат на подарок.
Пальцы Цзи Яня мерно застучали по полированному дереву. Пристально глядя на юношу, он положил руку на спинку его стула и слегка подался вперёд:
— Юань-Юань так сильно хочет знать?
— Я просто забочусь о тебе, — похлопал ресницами Цзин Юань.
Цзи Янь загадочно улыбнулся:
— Что ж, тогда я скажу тебе. Наклонись ближе.
Цзин Юань и без того находился в кольце его рук, и сокращение дистанции неизбежно нарушило бы все границы приличий. Однако всепоглощающий интерес взял верх, и он медленно подался вперёд, пока его ухо не оказалось буквально в двух сантиметрах от губ Цзи Яня.
Цзи Янь тихо произнёс:
— Потому что на одном из таких праздников близкий человек растоптал мою жизнь. А те, кому я доверял, отвернулись от меня и стали чужими.
Он выговорил это ровным, почти безразличным тоном, но в груди Цзин Юаня всё сжалось от тяжёлой, щемящей тоски, а к глазам подступили слёзы.
Цзи Янь хмыкнул:
— С тех пор я и не праздную.
Пять лет назад, именно в день рождения Цзи Яня, настоящий Цзин Юань лишил его всего. И когда того уводила полиция, ледяные, исполненные отчуждения взгляды друзей окончательно дали понять: он остался абсолютно один.
Цзин Юаню стало невыносимо душно и тяжело. Если подумать, Цзи Янь — глубоко несчастный человек.
Опустив голову, юноша машинально оторвал несколько узких длинных листьев со стоящего рядом драцены-папоротника, совершенно не представляя, как его утешить.
Заметив его молчание, Цзи Янь выпрямился и повернулся к окну, выходящему во дворик. Его голос звучал отстранённо:
— С тех пор я усвоил урок: в этом мире можно полагаться только на себя. Не проявишь жестокости — мгновенно станешь добычей.
Цзин Юань поднял на него глаза:
— Не печалься. Ведь сейчас у тебя снова всё есть, разве нет? Ты красив, богат, тебе завидуют тысячи людей!
Цзи Янь посмотрел на него с горькой усмешкой:
— Но перенесённая боль никуда не исчезает.
— Зато она со временем стирается из памяти, — Цзин Юань поджал губы и осторожно вытащил из-под стола руки: — Держи. С днём рождения.
Цзи Янь опешил: прямо перед ним была аккуратная зелёная роза, искусно сплетённая из жёстких длинных листьев.
Под его ошеломлённым взглядом Цзин Юань разжал пальцы мужчины и бережно опустил импровизированный цветок ему на ладонь.
Он научился плести такие розы по коротким видеороликам, рассчитывая, что после побега от Цзи Яня этот навык пригодится для ухаживания за симпатичными парнями. Кто бы мог подумать, что первым «испытателем» станет сам Цзи Янь!
Впрочем, не страшно — считай, опробовал технику на практике, в будущем будет получаться ещё лучше.
Цзи Янь поднёс лиственную розу к свету, и его губы тронула мягкая улыбка. Стоило признать: сработано было на удивление ловко.
— И где ты этому научился? — Цзи Янь прищурил узкие глаза. — Небось раньше обольщал так кого-нибудь?
— Конечно нет, я клянусь! — с горячим энтузиазмом воскликнул Цзин Юань.
«Это же мой секретный арсенал для будущих кавалеров!»
Цзи Янь снова поднял плетёное украшение, поймав пальцами заходящее золотистое солнце, и слегка повертел стебелёк:
— Весьма недурно.
Цзин Юань довольный расплылся в улыбке:
— Ещё бы! Если продавать такие на улице, за каждую можно легко срубить юаней по пять.
Цзи Янь качнул головой:
— Кажется, в твоей голове нет ничего, кроме денег.
— А кто их не любит? — фыркнул юноша.
Цзи Янь искренне улыбнулся:
— Спасибо за подарок.
Видя, что угодил жениху, Цзин Юань наконец перевёл дух. Пользуясь хорошим расположением духа Цзи Яня, он подобрался ближе и заискивающе протянул:
— Янь-Янь... А ты можешь обещать мне одну вещь?
Цзи Янь чуть сузил глаза:
— Какую?
За последнее время Цзи Янь успел немного изучить сбивчивую логику Цзин Юаня. Она была, мягко говоря, весьма специфической и абсолютно не поддавалась законам здравого смысла. Поэтому предугадать, что выкинет этот парень на сей раз, было решительно невозможно.
— Я хочу, чтобы ты гарантировал мне жизнь хотя бы лет до восьмидесяти, — смущённо пролепетал Цзин Юань, уставившись на него умоляющим, полным надежды взглядом.
Улыбка на лице Цзи Яня мгновенно растаяла. Ей на смену пришли предельная серьёзность и настороженность.
Они долго молча смотрели друг на друга, пока Цзи Янь с сомнением не произнёс:
— До восьмидесяти... Это будет непросто.
Цзин Юань недовольно надулся:
— Это ещё почему?
— Я сам не уверен, что проживу столько, так что давать подобные гарантии тебе — задача затруднительная.
Цзин Юань принялся канючить:
— Ну ты же пообещаешь! Если ты дашь слово, мне станет намного спокойнее. У меня поднимется настроение, и я проживу гораздо дольше!
Цзи Янь слегка нахмурился. Напрочь сбитый с толку этой нелепой просьбой, он всё больше поражался абсурдности ситуации. На его взгляд, за этим капризом скрывались две простые цели: во-первых, гарантировать себе безбедную жизнь до конца дней; во-вторых, заставить Цзи Яня опекать его вне зависимости от того, будут они вместе или нет.
— Ну так что, Янь-Янь, договорились? — Цзин Юань включил всё своё обаяние, выразительно косясь на зелёную розу: — Я ведь пока плёл её, даже пальцы изрезал...
Внимание Цзи Яня тут же переключилось на его руку. На белой коже действительно виднелся тонкий, уже затягивающийся порез.
Обхватив ладонь Цзин Юаня своими пальцами, Цзи Янь ещё секунду взвешивал решение, а затем произнёс:
— Хорошо.
Цзин Юань моментально просиял:
— Правда?!
— Да, — смягчился Цзи Янь.
Мрачные тучи, нависшие над Цзин Юанем из-за порванной лапши долголетия, растаяли без следа. Вдохновлённый юноша схватил жениха за руку:
— Пошли обедать! Я угощаю!
Цзи Янь поднялся следом:
— В ресторан?
— Угу! На въезде в деревню есть отличная кафешка. Готовят там великолепно, особенно клейкий рис с красными бобами.
— Хорошо, — Цзи Янь накинул пиджак.
***
В этот час в деревенском заведении было многолюдно: в разгар сезона здесь потчевали туристов, так что за качество блюд можно было не беспокоиться.
Завидев Цзин Юаня и Цзи Яня, закончившие смену чаеводы стали приветливо махать руками:
— О, босс Цзин, босс Цзи! Тоже прийти перекусить решили?
— Ага! — весело отозвался Цзин Юань.
Хозяин заведения лично проводил их в отдельный уютный кабинетик. Сделать заказ было для Цзин Юаня истинным удовольствием — с тех пор как Цзи Янь дал обещание, счастливая улыбка не сходила с его лица. На радостях он даже заказал бутылочку рисового вина со сливой.
Видя его восторг, Цзи Янь и сам заметно потеплел. Однако, стоило юноше потянуться за графином, он накрыл его ладонь своей:
— Ты принимаешь лекарства, тебе нельзя алкоголь.
— Это просто сливянка, она совсем слабенькая, — состряпал умоляющую мину Цзин Юань. — Я сделаю буквально один глоточек!
— Алкоголь несовместим с препаратами, — отрегулировал Цзи Янь.
Понимая, что жених заботится о его здоровье, Цзин Юань кивнул на его телефон:
— Ну напиши врачу! Если он разрешит хоть капельку — я пригублю.
Немного подумав, Цзи Янь отправил врачу сообщение.
Клейкий рис был страстью Цзин Юаня. В прошлый раз он снёс сразу две пиалы, правда, нежные кишки не выдержали такой нагрузки, и в полночь его дважды вывернуло наизнанку.
— Эх, сюда бы ещё торт... — Цзин Юань и сам понимал, что праздничный ужин выходит довольно скромным. Попросив у официанта бутылочку кетчупа, он вывел на картофельном оладушке аккуратные буквы: «С Днём рождения!». — Вуаля! Твой торт готов.
Цзи Янь держал в руках маленькую пиалу с вином:
— Из тебя получился бы гениальный продавец.
— Это ещё почему? — искренне удивился юноша.
Цзи Янь лишь загадочно улыбнулся и отправил в рот ложку риса.
Вскоре пришёл ответ от доктора Ли. Врач пояснил, что немного лёгкого фруктового вина юноше не навредит, главное — строго контролировать объём и избегать напитков на основе персика и османтуса. На них у Цзин Юаня была аллергия.
Получив официальное добро, Цзин Юань пригубил из пиалы и от удовольствия прищурился.
Сливовое вино отличалось мягким, бархатистым вкусом, в котором свежие сладковатые ноты сливы гармонично переплетались с деликатным хмельным ароматом.
— Смотри не увлекайся, — предупредил Цзи Янь.
— Знаю-знаю! — Цзин Юань с важным видом покачал сосудом и, вальяжно откинувшись на спинку стула, уставился во дворик, мысленно погружаясь в мечты о том, как после побега станет вольной птицей.
Час спустя Цзи Янь повёл юношу домой.
Всю дорогу Цзин Юань бессвязно бормотал какую-то ахинею, а каждые три шага с капризными воплями «у меня ножки подкашиваются!» плюхался на корточки.
Глядя на его хмельной румянец и поволокшиеся глаза, Цзи Янь со вздохом достал телефон и вызвал Чэнь Тяня.
Парень явно надрался.
Среди бескрайних тёмно-зелёных чайных холмов, прямо на обочине дороги, сидели две стройные фигуры, ожидая подъезжающую машину.
Организм Цзин Юаня плохо переносил прохладу, а к вечеру ощутимо похолодало. Опасаясь, что тот простудится, Цзи Янь снял своё пальто:
— Накинешь?
Цзин Юань, поплывший от хмеля, послушно закивал:
— Хочу-у...
Намереваясь передать ему пальто, Цзи Янь лукаво спросил:
— А кто я такой?
Цзин Юань сложил пальцы в колечки, приложил к глазам и протянул:
— Великий и ужасный демон!
Улыбка на лице Цзи Яня застыла. Он неторопливо натянул пальто обратно:
— Юань-Юань.
— Ась?
— Замерзай дальше.
Впрочем, юноша был настолько пьян, что вряд ли наутро вспомнил бы хоть слово, поэтому Цзи Янь не стал больше играть в вежливость.
Цзин Юань, точно замёрзшая перепёлка, сжался в куртке, спрятав нос в воротник, и принялся печально выводить пальцем узоры на земле.
— И что ты там вырисовываешь? — поинтересовался Цзи Янь.
— Насылаю на тебя проклятие, — буркнул Цзин Юань.
Фыркнув от смеха, Цзи Янь всё же накинул пальто ему на плечи и посмотрел на часы. Чэнь Тянь должен был подъехать минут через пять.
— Ты такой хороший... — укутавшись в тёплое шерстяное пальто, Цзин Юань подвинулся ближе и доверчиво уложил голову ему на плечо.
Цзи Янь косо взглянул на него, в его глазах блеснуло удивление:
— С чего это ты ко мне притулился?
— Темноты боюсь, — пробормотал Цзин Юань. — Там, в кустах, призраки...
Цзи Янь оглянулся на темнеющую гущу чайных кустов и, ничего не ответив, вновь задумчиво уставился вдаль.
Вскоре показались фары машины Чэнь Тяня.
Заметив, что в такой холод господин Цзи сидит без верхней одежды, а молоденький Цзин Юань укутан, точно пингвин, ассистент всерьёз обеспокоился:
— Господин Цзи, почему вы без пальто?
— Он перебрал, а одет легко, — спокойно ответил Цзи Янь, помогая юноше сесть в салон.
Заметив, как переплетены их пальцы, Чэнь Тянь сделал для себя определённые выводы и промолчал, сосредоточившись на дороге.
Всю дорогу Цзин Юань не замолкал ни на секунду, продолжая что-то непрерывно бормотать. Сливового вина он выпил всего-то пиалку, но хмель оказался коварным: после ужина голова закружилась окончательно, и перед глазами всё начало двоиться.
Любящий тишину Цзи Янь испытывал лёгкое раздражение от этой болтовни.
— Юань-Юань, — тихо окликнул он.
Цзин Юань хмельно моргнул:
— А?
Цзи Янь улыбнулся:
— Если не замолчишь, призраки снаружи услышат тебя и залезут в салон.
Фокус сработал безотказно: Цзин Юань мгновенно притих и с опаской вылупился в окно.
Цзи Янь с ухмылкой приоткрыл окно на узкую щель и сделал глубокий вдох.
Вдруг к нему прижался ощутимый источник тепла.
Опустив взгляд, Цзи Янь обнаружил, что Цзин Юань уже незаметно обвивает руками его талию. Брови юноши были жалобно сдвинуты.
— Что опять?
Цзин Юань снизу вверх посмотрел на него:
— Я ужасно боюсь призраков... Можно мне сегодня поспать с тобой?
Прежде чем Цзи Янь успел ответить, машина одолела подъём и плавно въехала в подземный гараж.
Чэнь Тянь, выдерживая идеальный такт, обернулся с заднего сиденья:
— Господин Цзи, приятного вам вечера.
http://bllate.org/book/20481/2161819
Готово:
