Глубокая ночь.
В спальне наконец воцарилась тишина.
На просторной двуспальной кровати Лян Цянь лежал на боку, крепко обнимая Сяо Чэня. Его руки смыкались на талии мужчины все сильнее, и лишь когда Сяо Чэнь подал голос, он замер.
— Иди к себе.
Лян Цянь прижмурился и пробормотал, уткнувшись ему в плечо:
— Но у меня поясница ломит... Сяо-гэ, донесешь меня на руках?
Ответом ему было лишь короткое, веское молчание.
— Спи, — наконец произнес Сяо Чэнь.
Лян Цянь спрятал довольную улыбку, уткнувшись носом в его плечо.
— Спокойной ночи, гэ.
***
На следующее утро.
Сюнь Цзинь стоял перед дверью, за которой царила полная тишина. Он колебался, стоит ли звонить в третий раз — вдруг босс внутри занят чем-то сугубо личным? Промучившись минуты три и едва не содрав себе кожу на затылке от нетерпения, секретарь вдруг услышал, как за спиной щелкнул замок.
На этаже располагались всего две квартиры.
Кто живет напротив, Сюнь Цзинь прекрасно знал.
— Заведующий Сяо...
Он расплылся в вежливой улыбке и повернулся, чтобы поздороваться, но при виде спутника Сяо Чэня его лицо мгновенно одеревенело.
—... Господин Лян?
— Угу.
Сюнь Цзинь молча подошел ближе и торопливо пояснил причину своего визита:
— Господин Лян, в клинике все готово. Операцию можно проводить уже сегодня.
Лян Цянь повернулся к Сяо Чэню:
— Гэ, ты поедешь со мной?
— Если ты этого хочешь, — ответил Сяо Чэнь.
От этих слов рука Лян Цяня, опущенная вдоль тела, едва заметно дрогнула.
Он на мгновение опустил взгляд, а затем крепко переплел свои пальцы с пальцами Сяо Чэня.
— Спасибо, гэ.
Сюнь Цзинь плелся следом за ними. Всю дорогу он гипнотизировал взглядом асфальт и слившиеся воедино тени, но стоило ему случайно поднять глаза, как он тут же замечал алеющие багровые отметины под воротником Сяо Чэня. Секретарь стискивал зубы, отчаянно желая выколоть себе глаза и залить уши воском.
Проклятье.
С самого утра он крутится как заведенный, устал словно собака, так с какой стати он должен еще и смотреть на чужую нежность?!
Сюнь Цзинь с досадой перевел взгляд на босса и внезапно осознал, что одежда на том выглядит до боли знакомой.
Ах да.
Это же вещи заведующего Сяо. Он уже видел его в этом костюме.
Замечательно. Сожительство — дело святое.
Сюнь Цзинь с каменным лицом клял все на свете.
Чертовы капиталисты! Квартиру, которую он с таким трудом готовил, бросили пустой! Иметь кучу денег — это, по-вашему, поводы для гордости?!
— Днем перевезешь мои вещи к брату, — распорядился проклятый капиталист.
Сюнь Цзинь, мысленно исходивший желчью, внешне лишь послушно кивнул:
— Будет сделано!
— А та квартира пусть пока пустует. Можешь перебраться туда.
Сюнь Цзинь хлопнул глазами, и его лицо мгновенно просияло:
— Понял, господин Лян! Огромное спасибо!
Ему как главному секретарю полагалось быть на связи двадцать четыре часа в сутки. Живя по соседству с боссом, он избавит себя от сумасшедшего количества хлопот!
Он уже собрался отмочить парочку изысканных комплиментов, как заметил, что босс подвинулся к заведующему Сяо еще на полшага, абсолютно игнорируя его существование.
— Гэ, секретарь Сюнь совсем изведется, если будет каждый день ездить издалека. Я отдал ему жилье, так что ты ведь приютишь меня?
«...» — улыбка на лице Сюнь Цзиня мгновенно погасла.
Хватит.
С него хватит!
Неужели и это — часть вашей любовной игры, господин Лян?! Вы переходите все границы!
Сяо Чэнь ровно произнес:
— Лян Цянь, кончай паясничать.
Сюнь Цзинь тоже косо посмотрел на босса.
Да какое там «кончай»! Господин Лян паясничает уже который раз, и вы ни разу его толком не остановили. Пара брошенных невзначай фраз — да разве боссу не все равно? Он только наслаждается процессом!
Сюнь Цзинь спустился следом за ними на парковку, всю дорогу молча проклиная свою судьбу. Уже в машине на его телефон пришло сообщение.
Прочитав текст, секретарь открыл было рот, но, бросив взгляд в зеркало заднего вида на нерассуждающую парочку на заднем сиденье, так и не решился вымолвить ни слова.
Когда автомобиль въехал на территорию больницы, перед ними как раз парковался другой кортеж.
Лян Цянь заметил знакомые фигуры, выходящие из салона, и слегка нахмурился, обращаясь к Сюнь Цзиню:
— А они что здесь делают?
Сюнь Цзинь тоже увидел неподалеку господина Данья и Лян Юйцзин. Поняв, что скрывать бессмысленно, он сквозь зубы выговорил:
— Господин Лян, я собирался рассказать вам сразу после остановки...
Сказав это, он невольно бросил взгляд на Сяо Чэня.
По идее, заведующий Сяо должен был узнать об этом раньше него, и именно он должен был сейчас реанимировать больного.
— Это господин Дань... Сегодня утром у него внезапно отказало сердце, сейчас идет реанимация...
Лян Цянь медленно выпрямился.
Пальцы, сжимавшие ладонь Сяо Чэня, невольно напряглись, ощутив четкий, теплый контур его руки.
Осознание того, что самая дорогая для него душа находится прямо здесь, заставило его снова откинуться на спинку сиденья. Он лишь молча смотрел на Сяо Чэня.
Сюнь Цзинь, наблюдавший за его движениями через зеркало заднего вида, на мгновение засомневался в душевном здоровье своего начальника.
Неужели он и впрямь принимает заведующего Сяо за господина Данья?
В прошлый раз, когда передавали, что господин Дань близок к смерти мозга, босс вел себя иначе. Видимо, болезнь окончательно подточила его рассудок.
Вскоре машина остановилась.
Сяо Чэнь собрался выйти, но ощутил натяжение в запястье.
Он обернулся и увидел, что Лян Цянь остался на месте, не сводя с него глаз.
— Гэ, скажи мне... все это наяву или это лишь иллюзия?
«...» — сидевший на переднем сиденье Сюнь Цзинь не смел даже дышать. Переглянувшись с опешившим водителем, он торопливо выскочил из машины, захлопнув за собой дверь.
Сяо Чэнь спросил:
— А сам ты как думаешь?
— Я бы ни за что не ошибся, — произнес Лян Цянь. — Но в этом мире подобный исход просто невозможен.
— Ты слишком много думаешь.
— Раньше я бы и не допустил такой мысли, — Лян Цянь судорожно сжал его пальцы. — Почему ты вдруг стал так добр ко мне, гэ?
В голове Сяо Чэня подала голос Система, которую долгое время терзали те же сомнения.
Она не понимала: с тех пор как задание провалилось, хозяин, казалось, утратил прежнюю строгость к цели. Напротив, он выглядел невероятно попустительствующим, исполняя почти любую прихоть.
Это было совершенно не в его характере.
Или же... из-за провала миссии хозяин таким образом пытался компенсировать причиненный цели ущерб?
Неужели дело в этом?
Лян Цянь тем временем продолжал:
— Твое отношение изменилось слишком резко. Это заставляет меня бояться, что происходящее — лишь сон. А когда я проснусь, то снова останусь один.
Сяо Чэнь посмотрел на него и равнодушно ответил:
— Сон это или реальность — ты должен разгадать сам.
Эта фраза заставила Лян Цяня замереть. Спустя мгновение на его губах появилась тихая улыбка:
— Ты прав, гэ. Я смогу разобраться.
— Выходи из машины.
Лян Цянь послушно повиновался.
Ступив на асфальт, он снова крепко взял Сяо Чэня за руку и лишь после этого шагнул вперед, плечом к плечу с ним.
Однако у дверей отделения интенсивной терапии он все же замешкался.
— Гэ.
Сяо Чэнь остановился вместе с ним:
— М-м?
Лян Цянь спросил:
— Прежний ты и нынешний... кто из вас настоящий?
Сяо Чэнь ответил вопросом на вопрос:
— А как кажется тебе?
Лян Цянь сжал теплую ладонь и повернул голову, разглядывая профиль спутника.
Даже самое безупречное лицо померкло бы рядом с ним.
Как и самые яркие звезды не выдержали бы сравнения с этими глазами.
Лян Цянь никогда толком не обращал внимания на его внешность, замечая лишь взгляд, но теперь не мог не признать: это обличие — самое пленительное из всех, что он встречал.
И тот туманный силуэт, который мерещился ему на горе Уян, теперь окончательно слился с этим образом.
Он неотрывно смотрел на него и вдруг спросил:
— Гэ, ты ведь больше не уйдешь?
Сяо Чэнь уже шагнул вперед, бросив на ходу:
— Лян Цянь, не зацикливайся на бессмысленных вопросах.
Лян Цянь опустил взгляд на их сплетенные пальцы. Пусть Сяо Чэнь и не сжимал его руку в ответ, но и не отталкивал. В глубине глаз Лян Цяня блеснул темный огонек:
— Я понял.
На этот раз он не допустит ошибки.
Пока он проявляет достаточную осмотрительность, он останется рядом с Сяо Чэнем навсегда.
***
— Заведующий Сяо!
Увидев вошедшую пару, Бай Цинюй сразу же устремился к ним:
— Пожалуйста, взгляните! Операция Юйчэна прошла успешно, почему же сейчас начались осложнения?!
В палате собрались почти все члены семей Дань и Бай. На лице господина Данья застыло отчаяние.
Лян Юйцзин вместе с трех-четырехлетним мальчиком по очереди пыталась его утешить. Лишь Бай Цинлин стоял чуть отдалеке, смертельно бледный, погруженный в собственные мысли.
Когда Сяо Чэнь и Лян Цянь подошли к койке, дежурный врач лишь с тяжелым вздохом качнул головой, глядя на заведующего.
Заметив этот жест, Лян Цянь впервые перевел взгляд на лежащего на кровати Дань Юйчэна.
Как ни странно, это лицо, когда-то причинявшее ему невыносимую боль и въевшееся в самую душу, сегодня показалось абсолютно чужим.
Он отчетливо помнил все, что произошло.
Помнил каждую их встречу, каждую мелочь, каждое сказанное слово и даже интонации, с которыми они произносились.
Но прямо сейчас, стоя подле Сяо Чэня, он осознавал: эта пустая оболочка, лишенная духа, больше не имеет для него никакого значения.
Лян Цянь сделал шаг назад, укрывшись за спиной Сяо Чэня.
Он слушал, как тот ровным голосом отвечает на вопросы собравшихся, но судьба тела на койке его больше не волновала.
Пока врач не произнес тихим, сокрушенным тоном:
— Мне жаль... Мы действительно сделали все, что могли.
В палате раздался тихий, дрожащий всхлип.
Бай Цинлин прижал кулак к губам и отвернулся, уткнувшись взглядом в неподвижное тело Дань Юйчэна.
Родственники из семьи Бай кинулись его утешать.
И в этой скорбной тишине раздался ледяной, равнодушный голос Лян Цяня:
— Гэ, мы идем?
Бай Цинюй в изумлении обернулся.
Пока решалась судьба человека, он был слишком поглощен происходящим, но теперь, когда все закончилось, он наконец заметил нечто невероятное: Лян Цянь абсолютно ничего не почувствовал из-за смерти Дань Юйчэна. Более того, в тот самый миг, когда врач объявил о кончине, он открыто держал Сяо Чэня за руку.
Их близость бросалась в глаза — они выглядели как самая настоящая пара пылких любовников.
— Лян Цянь...?!
Бай Цинюй прекрасно знал, что Лян Цянь чувствовал к Дань Юйчэну.
Последние четыре года Лян Цянь даже не пытался скрывать свою почти болезненную привязанность — это был факт, очевидный для каждого.
Так как же человек, столь слепо преданный памяти Дань Юйчэна, мог сегодня остаться абсолютно равнодушным?
И когда, черт возьми, он успел так сойтись с Сяо Чэнем?!
Лян Цянь даже не повернул головы.
Он лишь сжал ладонь Сяо Чэня:
— Моя операция вот-вот начнется. Гэ, ты побудешь со мной сегодня?
Сяо Чэнь ответил:
— Да.
Задание было завершено.
Какая разница, чем именно занимать время в этом мире?
Лян Цянь едва заметно улыбнулся и пошел вслед за ним прочь из палаты.
Сюнь Цзинь поджидал их у дверей.
Реакция босса не стала для него сюрпризом — он догадался обо всем еще в машине.
Но едва он собрался проследовать за ними, как его окликнул Бай Цинюй:
— Секретарь Сюнь.
Сюнь Цзинь вздрогнул и повернулся:
— Господин Бай?
Бай Цинюй хмуро подошел ближе:
— Что все это значит? Ты в курсе?
«...» — уголок рта Сюнь Цзиня нервно дернулся. Объяснить истинную суть вещей было выше его сил, поэтому он решил отделаться обтекаемой формулировкой:
— Господин Лян... ну... сейчас его сердце, кажется, полностью принадлежит заведующему Сяо...
Бай Цинюй нахмурился еще сильнее, на его обычно мягком лице проступило явное раздражение.
Если Лян Цянь ведет себя так, то кем тогда оказываются семья Бай и корпорация «Даньин»?!
В свое время, чтобы забраться в палату к Юйчэну, Лян Цянь не побоялся пойти на конфликт со всеми, и за четыре года эта ситуация так и не сгладилась.
А теперь, стоило Сяо Чэню появиться всего на пару дней, как Лян Цянь без колебаний переключил свои чувства на другого, да так, что на смерть Юйчэна ему стало плевать! Не выглядит ли вся его прежняя любовь как одна большая, злая шутка?!
— Эм, господин Бай... — Сюнь Цзинь, уловив его настроение, не удержался от замечания. — На самом деле то, что господин Лян с заведующим Сяо, — это даже к лучшему. Насколько мне известно, ради заведующего Сяо господин Лян больше не станет зариться на «Даньин».
Бай Цинюй обомлел:
— Что?
Сюнь Цзинь продолжил:
— Вы разве не заметили? В последнее время «Чэньцянь» ведет себя тише травы.
Да какое там «разорить Даньин»!
Босс просто взял и переписал всю компанию на заведующего Сяо, где уж тут думать о старых обидах! Единственное, что его сейчас волнует, — как бы покрепче приклеиться к Сяо Чэню и не отходить ни на шаг!
Это действительно выходило за рамки разумного.
Почему раньше никто не замечал, что господин Лян — неизлечимый романтик в последней стадии?
Бай Цинюй и понятия не имел о мыслях секретаря.
Он застыл в замешательстве, и лишь спустя пару секунд до него дошло: в последнее время от «Чэньцянь» действительно не было никаких вестей. Если не считать нелепой смены названия.
Чэнь-цянь...
Бай Цинюя словно озарило.
Сяо Чэнь?!
Его лицо исказила сложная гамма эмоций.
Сюнь Цзинь не стал задерживаться:
— Господин Бай, вы пока занимайтесь своими делами, а у господина Ляна сегодня операция, так что я вас покину!
— Операция? — только и успел вымолвить Бай Цинюй, но секретарь уже сверкал пятками.
Глядя ему вследом, Бай Цинюй помялся, намереваясь пойти и посмотреть, что происходит, но из палаты его тут же окликнули.
Здесь он тоже был необходим.
Тяжело вздохнув, Бай Цинюй остался разбираться с последствиями.
Лишь к четырем часам дня, уладив все формальности, он вспомнил об операции Лян Цяня. Из чувства вежливости он решил нанести визит, но у дверей палаты дежурный персонал сообщил: хирургическое вмешательство прошло успешно, однако господин Лян категорически отказался принимать посетителей.
Услышав это, Бай Цинюй посмотрел на плотно закрытую дверь и вновь вздохнул.
В итоге он так и не решился потревожить больного.
***
— Гэ, ты прождал меня так долго. Давай я тебя с ложечки покормлю?
— Не надо.
— Если тебе тут не нравится, мы можем поехать восстанавливаться домой.
«...» — Сюнь Цзинь с совершенно каменным лицом сидел на диване в гостиной, уткнувшись взглядом в окно и изо всех сил делая вид, что не замечает происходящего на койке.
Господин капиталист, вы разуйте глаза! Это VIP-апартаменты высочайшего класса, с отдельной спальней за стеной — получше многих номеров в пятизвездочных отелях! Что именно вас здесь не устраивает?!
Вдруг раздался звон перевернутой пиалы.
— Прости, гэ, я случайно... Что же делать, я испачкал твою одежду.
Услышав знакомый зачин, Сюнь Цзинь судорожно скривился.
Краем глаза он заметил, как Сяо Чэнь действительно поднялся и направился в ванную. Нервы секретаря натянулись до предела — казалось, он сидит на пороховой бочке.
«Щелк».
Дверь ванной закрылась.
И тут же раздался сухой, ледяной голос босса:
— Где вещи?
Сюнь Цзинь подскочил, подхватил с дивана пакет и метнулся к Лян Цяню:
— Господин Лян, вот они!
Подойдя к кровати, он аккуратно вынул содержимое и разложил на покрывале, после чего с надеждой взглянул на начальника:
— Подойдет?
Босс, давно забросивший дела компании ради личной жизни, сдержанно кивнул, выражая скупое одобрение:
— Давай сюда.
Сюнь Цзинь торопливо переложил вещи ему под руку.
Лян Цянь провел пальцами по ткани, а затем замер.
Секретарь отступил на пару шагов, сжав онемевшие пальцы, и мысленно запричитал.
Несломленный духом инвалид?
Нет, пожалуй, такое описание звучит слишком благородно.
Хоть господин Лян и перенес операцию, временно став ограниченно подвижным, но направление его «несломленного духа» явно сворачивало куда-то не туда!
В таком состоянии нормальные люди отдыхают, а не...
Заводные мысли Сюнь Цзиня оборвались — шум воды за дверью ванной стих.
Секретарь вздрогнул и торопливо ретировался обратно на диван.
Ему не показалось: выходя из ванной, заведующий Сяо одарил его коротким, но весьма выразительным взглядом.
К счастью, босс вовремя подал голос:
— Гэ, я испачкал твою одежду...
Лян Цянь, опираясь на подушки, провел ладонью по покрывалу:
— Не хочешь переодеться?
Сяо Чэнь уже заметил у него под рукой белоснежный медицинский халат.
Лян Цянь без зазрения совести добавил:
— Не волнуйся, гэ, он абсолютно чистый.
Сяо Чэнь перевел взгляд с его забинтованной ноги на его лицо:
— Что ты задумал?
— Неужели гэ во мне сомневается? — Лян Цянь чуть изогнул тонкие губы, вкладывая в слова недвусмысленный намек. — В моем распоряжении все тело, кроме этой ноги. Можешь пользоваться им как пожелаешь.
«.....................»
Сюнь Цзинь пулей выскочил за дверь.
Никто даже не обратил внимания на его бегство.
Сяо Чэнь взял из рук Лян Цяня платок и вытер пальцы:
— Перестань капризничать.
Лян Цянь тихо произнес:
— Но одежда ведь грязная. Неужели гэ не хочет сменить ее?
Густая каша попала на ткань, и хотя Сяо Чэнь замыл пятно, полностью избавиться от следов не удалось.
Он и сам не собирался ходить в этом дальше.
Лян Цянь понизил голос:
— Или ты хочешь бросить меня одного в больнице?
Сяо Чэнь посмотрел в его опущенные глаза:
— Здесь есть квалифицированные сиделки.
— Мне не нужны сиделки, — отрезал Лян Цянь. — Я хочу быть только с тобой.
На мгновение установилась тишина.
А затем Лян Цянь увидел, как знакомая рука подхватила с кровати приготовленный халат, и Сяо Чэнь снова скрылся в ванной.
Лян Цянь не сводил глаз с его спины, пока за ним не закрылась дверь. Улыбка на его губах становилась все шире, и он больше не пытался ее сдерживать.
***
Спустя некоторое время дверь ванной вновь распахнулась.
Лян Цянь перевел взгляд на приближающийся силуэт.
Сяо Чэнь надел приготовленный халат.
Вне рабочей обстановки медицинский халат сидел на нем словно стильный легкий плащ. Под ним угадывалась приталенная белая рубашка, но галстук отсутствовал, а пары верхних пуговиц не было. На выпуклом кадыке еще блестели капли воды, которые при движении соскальзывали вниз, прячась в вырезе воротника и теряясь на ключицах.
Взгляд Лян Цяня вспыхнул. Когда Сяо Чэнь подошел к койке, Лян Цянь незаметно изменил позу, опершись рукой о матрас.
«Пип-пип —»
Сяо Чэнь взглянул на прибор мониторинга у изголовья.
Показания датчиков фиксировали учащение пульса.
— Врач Сяо...
Рука Лян Цяня стремительно метнулась вперед. Обхватив Сяо Чэня за плечи, он потянул его на себя, лишая малейшего пространства между ними.
Сяо Чэнь повел глазом.
Лян Цянь, избегая прямого взгляда, прижался губами к его шее.
— Ты не бережешь ногу?
— Берегу, — Лян Цянь прильнул к его уху, прошептав: — Поэтому и прошу врача осмотреть меня.
С этими словами он накрыл ладонь Сяо Чэня своей и увлек ее ниже по своему телу.
— Мне кажется, у меня здесь недомогание... Доктор, что мне делать? Я полностью в вашем распоряжении.
Сяо Чэнь позволил ему направлять свою руку, но ровно заметил:
— Твоя травма совсем в другом месте.
Лян Цянь вгляделся в его невозмутимое лицо. Его дыхание стало тяжелым, а голос — совсем тихим, хотя внутри бушевал пожар:
— Неважно... За любой осмотр сначала нужно внести задаток...
http://bllate.org/book/20474/3943254
Готово:
