Глава 21
— Заведующий Сяо, поставьте подпись.
Сяо Чэнь скользнул взглядом по лежащему перед ним договору, затем посмотрел на перьевую ручку, которую Лян Цянь аккуратно подвинул к его руке. Он не шелохнулся и не произнёс ни слова.
Приходилось признать: поступок Лян Цяня застал его врасплох.
Лян Цянь не был глупцом. Однако эта его нынешняя выходка — поставить на карту всё, фактически принести себя в жертву — в глазах Сяо Чэня выглядела верхом безумия.
Добровольно отказаться от козырей. Передать инициативу, шагнуть из равного положения в подчинённое... Четыре года назад Лян Цянь на такое бы не пошёл.
— Заведующий Сяо опасается, что я спрятал в договоре подвох? — Лян Цянь улыбнулся. — Ничего страшного, я могу подождать. Хотите, вызовем вашего адвоката? Или сразу пойдём к нотариусу?
Он уже получил главный ответ, поэтому компания больше не имела для него никакого значения. К счастью, то, что Сяо Чэнь вернулся ради спасения семьи Бай, доказывало: всё сделанное за эти четыре года не было напрасным.
Сяо Чэнь поднял на него холодный взгляд:
— Причина?
Знакомый вопрос. Знакомый тон.
Улыбка на губах Лян Цяня стала чуть шире, а глуховатый голос зазвучал тише и мягче:
— За один промах я уже заплатил сполна. Зачем мне наступать на те же грабли? К тому же «Чэнцянь» и так по праву принадлежит тебе. Я лишь возвращаю то, что взял.
Секретарь Сюнь, стоявший неподалёку, окончательно потерял нить происходящего.
«У господина Ляна совсем крыша поехала? Раньше он хотя бы сомневался и сдерживал себя, а теперь полностью перестал отличать реальность от галлюцинаций! Сделать такой царский подарок двойнику... Босс, очнись! Оставь хоть немного денег на лечение!»
Но господин Лян, очевидно, не собирался оставаться в рассудке.
— Стоит тебе поставить подпись — и «Чэнцянь» твой, — Лян Цянь заботливо развернул документ на странице для автографа и аккуратно положил ручку на листок. — Я знаю, ты веришь: я не лгу.
[Хозяин, он не врёт...]
Ещё в ту секунду, когда цель предложила подписать бумаги, система тщательно просканировала весь текст. Договор вступал в силу с момента подписания, и в нём не было ни единой юридической ловушки. Иными словами, если Хозяин пожелает, с сегодняшнего дня корпорация «Чэнцянь» — мощный гигант, который Лян Цянь четыре года растил в поту и крови и который едва не раздавил семью Бай, — безвозмездно перейдёт в его руки.
Но подпишет ли Хозяин?
Сяо Чэнь действительно не сомневался в подлинности договора. Лян Цянь слишком высоко себя ценил; если бы у него оставалось желание сойтись в битве, он не стал бы разыгрывать эту дешёвую комедию. Но именно непоколебимая решимость Лян Цяня сдаться и спутала Сяо Чэню все карты.
Вчера, намечая встречу с Бай Цинюем, Сяо Чэнь учитывал подозрения Лян Цяня. Прежний Лян Цянь, увидав, что он снова выбирает семью Бай, никогда не оставил бы это просто так. К тому же, едва узнав о смерти «Дань Юйчэна», Лян Цянь находился во власти бурлящих эмоций, что легко могло толкнуть его на крайность.
Однако Сяо Чэнь не предусмотрел одного: четыре года спустя Лян Цянь научился безупречно контролировать себя. Новость о «Дань Юйчэне», казалось, вовсе не выбила его из колеи, и в той же ситуации он сделал совершенно противоположный выбор.
На этот раз конфликт не вспыхнул. Лян Цянь просто отдал ему право выбора — легко и безжалостно.
Глядя на стоящего перед ним человека, Сяо Чэнь был готов признать: за четыре года оперившийся волчонок сильно изменился. Достаточно, чтобы удивить.
[Хозяин, при таком развитии событий вероятность успеха крайне мала. Пожалуйста, скорректируйте план, пока задача не провалена.]
Сяо Чэнь протянул руку и подвинул договор обратно к Лян Цяню.
Лян Цянь не сводил глаз с его лица:
— Что это значит, заведующий Сяо? Вы не хотите принять мой подарок?
Сюнь Цзинь невольно вскинул голову. Увидев всё такую же чистую строку для подписи, он едва не выронил глаза из орбит.
«Что?! Неужели на свете бывают люди, столь равнодушные к богатству и власти?! Это же корпорация «Чэнцянь»! Такой лакомый кусок летит прямо в руки, а он даже бровью не повёл...»
«Господин Дань!» — внутренне возопил Сюнь Цзинь. Теперь и он был готов поверить. Если это не господин Дань, то кто?!
В этот момент из кармана пальто, висевшего на вешалке у двери, раздалась трель телефона.
Сяо Чэнь поднялся из-за стола:
— Эта щедрость мне не по чину.
Лян Цянь проводил его взглядом:
— Почему?
— Твои доводы меня не убеждают, — произнёс Сяо Чэнь.
На губах Лян Цяня проскользнула едва заметная усмешка:
— А если я назву другую причину?
«Брат, будь на твоём месте кто угодно другой, он не остался бы так равнодушен к этому договору. Ты даже не пытаешься скрываться. Правда прямо передо мной».
— Какую же? — спросил Сяо Чэнь.
— За эти четыре года, вынужденно управляя компанией, я понял, как тяжело быть одному, — тихо ответил Лян Цянь. — Думаю, мне будет куда спокойнее, если я просто вернусь под твоё крыло.
Сяо Чэнь не останавливаясь достал звонящий телефон из пальто. Прежде чем ответить на вызов, он оглянулся на Лян Цяня:
— Я уже сказал: ты ошибся человеком.
С этими словами он толкнул дверь и вышел в коридор:
— Можете располагаться, я вас не удерживаю.
Улыбка на губах Лян Цяня медленно угасла. Он застыл на месте, молча провожая его взглядом.
Сюнь Цзинь перевёл взгляд с пустой двери на своего босса, а затем на оставленный на столе договор о передаче акций, который никого больше не интересовал.
И почему-то тяжело вздохнул.
Ну и каша заварилась. Кабы не эти бредовые галлюцинации господина Ляна, он и сам бы охотно поверил, что заведующий Сяо — это господин Дань.
***
— Заведующий Сяо, прошу прощения, надеюсь, я вас не отвлёк?
Из динамика раздался сдержанно-радостный голос Бай Цинюя:
— Я звоню, чтобы сообщить: предложенная вами стратегия сработала безукоризненно! Всего за один день мы получили колоссальный эффект. У здания «Чэнцянь» сегодня всё тихо, план выполняется идеально!
Он трижды подчеркнул успех, давая понять, в каком восторге находится от результатов. Но голос Сяо Чэня остался по-прежнему прохладным:
— Вот и отлично.
Слушая его, Бай Цинюй невольно вспомнил Дань Юйчэна. Та же уверенная невозмутимость, та же непреклонная властность, с которой Сяо Чэнь отдавал распоряжения при их вчерашней встрече... Всё это слишком напоминало давящую ауру Дань Юйчэна. В душе снова вспыхнуло сожаление.
Подавив вздох, Бай Цинюй продолжил:
— Кстати, компания устраивает праздничный банкет в курортном комплексе «Цзюань» на горе Уян. Там чудесные виды и чистый воздух — отличная возможность сменить обстановку. Если вам интересно, завтра в десять утра я пришлю за вами машину.
Изначально Сяо Чэнь собирался отказаться. Но вспомнил о Лян Цяне и понял, что тот так просто не отступит.
— Хорошо, — ответил он.
— Тогда до завтра! — улыбнулся Бай Цинюй.
— До завтра.
Сбросив звонок, Сяо Чэнь замер на мгновение. Подумав, он не стал возвращаться в кабинет, а сразу отправился домой.
Бай Цинюй уже узнал его адрес прошлым вечером, поэтому ровно в десять утра следующего дня водитель постучал в дверь.
Увидев Сяо Чэня, он суетливо произнёс:
— Заведующий Сяо, господин Бай направил меня, чтобы доставить вас в «Цзюань».
Сяо Чэнь слегка кивнул:
— Едем.
Когда они прибыли в курортный комплекс, Бай Цинюй уже ждал у входа. Рядом с ним стоял понурый Бай Цинлин. Со дня, когда пришло известие о Дань Юйчэне, парень ходил сам не свой, подавленный и мрачный.
Садясь в открытый экскурсионный электрокар, Бай Цинюй с улыбкой проговорил:
— Я догадался, что вы не любите шум, поэтому забронировал самое тихое место. В общем банкете вам участвовать не обязательно — просто отдохните пару дней.
Поначалу в отношении этого всемогущего заведующего Сяо у него было полно подозрений: к чему он стремится, откуда взялся? Но «Даньин» стояла на краю пропасти, и у Бай Цинюя не оставалось выбора, кроме как поставить всё на карту. Даже если бы Сяо Чэнь пришёл со злым умыслом, это лишь на день раньше разрушило бы защиту компании — потерь было бы не больше, чем от поражения Лян Цяню.
К счастью, ставка сыграла. Вклад Сяо Чэня оказался куда весомее, чем предполагалось. И такого стратега, которому не нужна была власть, оставалось привлекать только искренним расположением.
Он до сих пор помнил слова Сяо Чэня о причинах помощи:
«Когда-то «Даньин» выделила мне грант, позволив вырваться из трущоб. Теперь, когда у меня есть возможность помочь компании преодолеть кризис, я считаю это своим долгом».
Фраза прозвучала сухо и буднично. Бай Цинюй не поверил ей до конца, но сейчас ему оставалось лишь слепо хвататься за эту версию.
Подумав, Бай Цинюй подал знак брату.
Бай Цинлин встрепенулся и выдавил подобие улыбки:
— Да, Врач Сяо, здесь потрясающие места. И днём, и ночью есть на что посмотреть. Если захотите прогуляться, я с радостью составлю вам компанию.
Сяо Чэнь скользнул взглядом по знакомым пейзажам и ровно ответил:
— Не стоит.
Бай Цинлин не стал настаивать и снова замолк. Случайно его взгляд упал на профиль Сяо Чэня, смотрящего в окно. Знакомый до боли поворот головы заставил парня оцепенеть. Осознав, что опять принимает чужого человека за Дань Юйчэна, он сжал кулаки и отвернулся.
Электрокар бесшумно поднялся на вершину горы.
После обеда, на котором Сяо Чэнь лишь составил братьям компанию, сотрудник отеля проводил его в номер. До самого ужина Сяо Чэнь не выходил, вернувшись только к вечеру в ресторан, полностью забронированный Бай Цинюем.
Едва он занял место за столом, как со стороны входа волной расползлась гробовая тишина.
Раздался дробный стук шагов, и Бай Цинюй поспешил к источнику этой мёртвой паузы.
— Лян Цянь? Зачем ты пришёл?
Сяо Чэнь едва заметно замер.
Система тут же вывела на виртуальную панель трансляцию с камер наблюдения ресторана. У дверей действительно стоял Лян Цянь.
***
Сюнь Цзинь, следовавший за боссом, не обладал его ледяной невозмутимостью. На лице секретаря застыло выражение глубочайшего смущения.
«У «Даньин» праздничный банкет! Господин Лян, какого черта вас сюда принесло?! Неужели о вашей вражде знает весь мир, кроме вас самих?! И ладно припёрлись сами, зачем было тащить меня?! На дворе выходной! У рядовых сотрудников есть право на личную жизнь?!»
Мысленно выплеснув всю желчь, Сюнь Цзинь сделал шаг к Лян Цяню и тихо, со всей угодливостью прошептал:
— Господин Лян, внутри действительно одни люди из «Даньин».
— Угу, — отозвался Лян Цянь.
Смерив Бай Цинюя коротким взглядом, он небрежной прохладной походкой двинулся внутрь, абсолютно игнорируя враждебные взоры со всех сторон.
— Я пришёл к... — он запнулся на мгновение, —...брату Сяо Чэню.
«Брату Сяо Чэню?» — Бай Цинюй нахмурился.
Неужели между Лян Цянем и Сяо Чэнем настолько близкие отношения? Вспомнив их вчерашнюю встречу в кабинете, когда Лян Цянь уже находился там, Бай Цинюй почувствовал, как в голове переплетаются сотни догадок.
А Лян Цянь уже отыскал взглядом нужную фигуру. В первую же секунду он заприметил знакомую спину. Сяо Чэнь не обернулся. Но это не имело значения — оставшийся путь Лян Цянь мог пройти сам.
Он уже сделал шаг вперёд, когда сбоку раздался голос Бай Цинлина:
— Брат Цинюй, что здесь...
Увидев Лян Цяня, Бай Цинлин опешил.
Заметив его, Лян Цянь слегка прищурился и вдруг произнёс:
— Пойдем со мной.
Бай Цинлин инстинктивно отступил на полшага. Бай Цинюй тут же закрыл его собой и насупился:
— Лян Цянь, что ты задумал?
Лян Цянь перевёл ледяной взгляд с одного на другого и фыркнул:
— Какая трогательная братская любовь.
Лицо Бай Цинюя перекосилось. По крови именно он и Лян Цянь были родными братьями, так что в этих словах не было и капли похвалы. Но за последние четыре года Лян Цянь хоть раз вспомнил о родстве?
Бай Цинюй не отступил:
— Покуда ты не объяснишь причин, я не позволю тебе его увести.
— Не позволишь? — Лян Цянь шагнул вплотную. Его высокомерный, презрительный взгляд скользнул по обоим братьям. Голос звучал надменно и лениво: — Господин Бай, если я захочу забрать его, у тебя не найдётся прав мне помешать.
— Ты...
— Брат Цинюй, не надо, — Бай Цинлин выступил из-за спины брата. Бледнея губами, он тихо проговорил: — Лян Цянь, я пойду с тобой.
***
[Хозяин, цель увлекла главного героя. Неужели он решил расправиться с ним?]
В коридоре за пределами ресторана камер не было, панель погасла.
Сяо Чэнь ответил:
[Нет.]
Лян Цянь не стал бы действовать в таком месте. К тому же после вчерашнего у него не было причин вредить Цинлину.
[Тогда с какой целью он пришёл?] — спросила система.
Ответа от Хозяина снова не последовало.
Система подождала немного и, увидав, что Сяо Чэнь спокойно приступил к ужину, принялась сама следить за обстановкой у дверей.
Спустя пятнадцать минут она подала сигнал:
[Хозяин, главный герой возвращается один. Он направляется к вам.]
Сяо Чэнь промокнул губы салфеткой и сделал глоток воды. В этот момент подошёл Бай Цинлин.
— Врач Сяо... — промямлил он, останавливаясь у стола. — Я... могу присесть?
Сяо Чэнь кивнул. Только после этого парень несмело опустился на стул.
Сяо Чэнь окинул его взглядом. В отличие от Лян Цяня, четыре года под гиперопекой семьи не дали Цинлину взрослеть: то же юное лицо, те же чистые, наивные глаза, в которых не таилось ни единого помысла.
— Эм... — Бай Цинлин опустил голову, судорожно теребя угол тканевой салфетки. На его лице не осталось бледности, но застыло какое-то странное, смущённое выражение.
Сяо Чэнь посмотрел на пустой вход в ресторан. Лян Цянь так и не появился.
— Врач Сяо, кажется, я поступаю слишком бестактно... — набравшись храбрости, выговорил Бай Цинлин. — Просто... вы так сильно помогли «Даньин», да и раньше осмотрели брата... Я давно хотел вас отблагодарить, но всё не выпадало случая. Сегодня мы встретились, и я... хотел задать вам несколько вопросов. Можно?
Сяо Чэнь ответил:
— Задавай.
Встретившись с его глубоким, проницательным взглядом, Бай Цинлин ещё сильнее закрутил салфетку в пальцах:
— Первый вопрос... У вас есть какие-нибудь увлечения или хобби?
— Нет, — произнёс Сяо Чэнь.
— Совсем нет? — удивился парень. — Вас вообще ничего не интересует?
— В целом — да.
Прежние задания-испытания ещё могли вызывать у него некоторую вовлечённость, но когда проходишь через это снова и снова, всё превращается в рутину.
Бай Цинлин продолжил расспросы:
— А фильмы, музыка, книги? Вы тоже ничего из этого не любите?
— Нет.
Бай Цинлин опять опустил глаза, судорожно вспоминая что-то:
— А как же вы коротаете время, когда вам скучно?
— Читаю, — ровно ответил Сяо Чэнь.
Парень округлил глаза:
— Но вы же только что сказали, что не любите книги...
— Какая разница, чем убивать время.
Система недоумённо подала голос:
[Хозяин, к чему главный герой задаёт эти странные вопросы?]
Ответ Хозяина ничуть её не удивил. В системном магазине хранились тысячи уникальных артефактов, но даже из них Сяо Чэня могли привлечь лишь единицы — да и то исключительно ради выполнения миссий. Сяо Чэнь стоял на вершине бесчисленных миров; разве мог этот обычный, заурядный мир предложить что-то, способное увлечь его?
Бай Цинлин между тем продолжал:
— А... есть ли у вас любимые блюда? Фрукты, сладости, какая-то особая еда?
— Нет.
Бай Цинлин приоткрыл рот от изумления:
— Врач Сяо... неужели вам абсолютно ничего не нравится?
— Да, — всё так же бесстрастно подтвердил Сяо Чэнь.
Парень выглядел так, словно столкнулся с неразрешимой загадкой. С момента знакомства с этим таинственным человеком его холодная властность, напоминавшая брата, вызывала у Цинлина неосознанную симпатию. В его глазах Сяо Чэнь казался идеалом. Но у этого идеального человека внутренний мир оказался выжженной пустыней...
Вдруг, ощутив в кармане твёрдый металлический предмет, Бай Цинлин встрепенулся:
— А есть ли у вас какое-нибудь заветное желание?
Задавая этот вопрос, он уже знал ответ. И действительно, в следующую секунду раздался сухой, глубокий голос, звучавший с неизменной невозмутимостью:
— Нет.
Бай Цинлин закусил губу.
— Ещё вопросы?
От этого тона парень окончательно смутился:
— Последний...
Сяо Чэнь смотрел в эти бегающие глаза. Перед ним сидел Бай Цинлин, но говорил не он. Эту беседу направлял Лян Цянь, дёргая за ниточки и используя чужой голос.
— Вы... — Бай Цинлин запнулся, покраснел и совсем тихо договорил: — Каков ваш любимый тип характера? Кто вам нравится?
Этот вопрос Лян Цянь уже задавал однажды. Четыре года назад Сяо Чэнь не дал ему ответа. Четыре года спустя ответ оказался далёк от того, что Лян Цянь хотел бы услышать.
— Послушные и смышлёные, — спокойно произнёс Сяо Чэнь. — Это лучший вариант.
Бай Цинлин кивнул, не придавая ответу глубокого значения. При характере Врача Сяо, перед которым даже брат Цинюй пасовал, любовь к послушным людям казалась вполне естественной.
Получив последний ответ, парень с облегчением выдохнул:
— Хорошо, я понял! Извините, что отнял у вас столько времени. Я пойду, не буду мешать вам ужинать.
— Угу.
[Хозяин, цель так и не появилась.]
Сяо Чэня это абсолютно не волновало. Банкет «Даньин» его не касался, а поскольку больше никто не докучал, он поднялся из-за стола и направился к себе в номер.
***
Глубокой ночью.
Сяо Чэнь, лежавший на кровати, проснулся от едва уловимого шороха.
Система тут же подала сигнал:
[Хозяин, это цель.]
Сяо Чэнь не стал поднимать руку, продолжая лежать с закрытыми глазами.
Система опешила.
Хозяин не собирается ничего предпринимать?
Пока она недоумевала, дверь тихо захлопнулась. Ковёр поглотил шаги ночного гостя, позволяя ему бесшумно подойти к самой кровати.
В комнате царила мёртвая тишина.
Лян Цянь застыл у изголовья. Благодаря контактным линзам ночного видения он чётко различал в темноте спящее лицо Сяо Чэня. Он поднял руку, намереваясь прикоснуться к этой незнакомой щеке, но в последний миг вспомнил о чём-то и сжал пальцы в кулак, опустив руку.
Но уже в следующее мгновение он медленно наклонился и осторожно приподнял край одеяла...
Сяо Чэнь чуть нахмурился и открыл глаза.
Окрепшее, налившееся силой тело скользнуло к нему в объятия, обжигая горячим дыханием и пахнув влажным паром после душа.
— Что ты делаешь?
Голос, раздавшийся над головой, заставил Лян Цяня на миг замереть. Но в следующую секунду он лишь крепче сжал руки на талии Сяо Чэня — теперь уже без всякой осторожности, так, будто хотел врасти в него.
— Отпусти, — сурово произнёс Сяо Чэнь.
Лян Цянь уткнулся лицом в его плечо и прошептал:
— Брат, я же сказал... Тебя я не отпущу никогда.
Сяо Чэнь попытался подняться, но Лян Цянь рывком перехватил инициативу. Извернувшись, он сел верхом на его бёдра и припал грудью к его груди.
— Извини, я снова оговорился... — пробормотал Лян Цянь ему на ухо. — Брат Сяо Чэнь, ты сказал, что тебе нравятся послушные и смышлёные. Обещаю, отныне я больше никогда не пойду против твоей воли.
Сяо Чэнь перехватил его левую руку, которая нагло скользила вниз:
— Тогда слезь с меня.
— Но, брат, тебе ведь ничего в этом мире не нравится... — не унимался Лян Цянь. — А я с таким трудом нашёл то, что может тебя заинтересовать.
— Лян Цянь, — Сяо Чэнь сжал его запястье, заставляя встретиться взглядами. — Прекрати.
Лян Цянь игнорировал адскую боль в захваченной руке. Он замер, но не отступил:
— Брат, ты видел столько грандиозного, что всё обыденное кажется тебе пресным. Но ведь этого ты никогда не пробовал! Как ты можешь судить?
Не давая Сяо Чэню вставить слово, он прижал его ладонь к своей бешено колотящейся груди:
— Попробуешь, брат? Попробуй принять мои чувства. Вдруг однажды ты ответишь мне тем же?
Взгляд Сяо Чэня стал ещё темнее:
— Думаешь, у тебя получится?
Лян Цянь знал наверняка: человек перед ним никогда не принимал его всерьёз. Но сейчас, глядя в эти глаза в полумраке комнаты, он точно знал — в них отражается только он один.
Жаль, что ему мало этого мгновения. Ему нужно было «навсегда».
— Это, брат, — Лян Цянь с трудом подавил бушующий внутри жар и тихо выдохнул: — Смогу сделать только я.
http://bllate.org/book/20474/3897573
Готово:
