Режиссёр Гу выкладывал промо-фотографии строго по графику, заставляя фанатов визжать от восторга. Волна интереса, поднявшаяся вокруг роли, принесла Сяо Яню уже более девяти миллионов подписчиков на Вэйбо, и благодаря непрерывному притоку ценителей красивых лиц цифра стремительно приближалась к десяти миллионам.
Для шоу-бизнеса темпы казались невероятными. Возьми любого популярного айдола вроде Е Чэна — у того двадцать девять миллионов подписчиков, что само по себе цифра колоссальная. А у Янь Юнь и Хэ Шуяна, выстреливших лишь недавно благодаря «Обители демонов», аудитория едва перевалила за десять миллионов и после завершения показа понемногу таяла.
Впрочем, девятимиллионную аудиторию Сяо Яня пока рано было считать преданным фан-клубом. По-настоящему увлечённых поклонников среди них набралось бы немного — большинство подписалось «за компанию», привлечённое яркой внешностью и шумихой вокруг съёмок «Хуаньхуа». Чтобы удержать этот аванс, требовались новые успешные проекты. Пока он оставался типичным новичком, задевшим планку второго эшелона: вспыхнул ярко, на слуху у всех, а вот удержится ли на вершине — один бог ведает.
Зато Гу Вэйчэн, сидевший перед монитором, не сомневался: парня ждёт большое будущее.
В его игре прослеживалась удивительная, трудноописуемая магия, легко заражавшая зрителя нужной эмоцией. Для актёра это качество — самое ценное и вместе с тем самое редкое.
Вдобавок Сяо Янь обладал феноменальной обучаемостью.
Прошлые слова о «готовности учиться» оказались не пустой вежливостью. Насколько бы абстрактно режиссёр ни объяснял задачу, юноша схватывал суть на лету. Пусть не всё получалось сразу, прогресс был виден невооружённым глазом.
Редчайший талант, подкреплённый мощной поддержкой компании и готовый пахать без устали.
Сяо Янь не догадывался о мыслях режиссёра — он разговаривал по телефону с госпожой Ян.
—... У меня всё хорошо, солнышко светит, воздух свежий-свежий. Я тут попросила людей научить меня обходить блокировки и посмотрела твой сериал — замечательная работа! Мы с соседями по палате вместе смотрели, они теперь твои фанаты, всё хвалят, какой ты красавец. Да я и сама вижу: сынок с каждым днём только хорошеет...
Сяо Янь слушал её неторопливое ворчание, изредка вставляя пару слов. Госпожа Ян, экономившая каждую копейку на разговорах, вскоре попрощалась и повесила трубку.
Едва завершился этот звонок, как тут же раздался следующий — от Ци Мо.
— А-Янь, А-Янь! Тебя номинировали на премию «Серебряная Сосна»!
Номинация за первый же сериал! Второй молодой господин Ци радовался так, будто только что закрыл сделку на десятки миллионов.
Лишь выплеснув первый восторг, он опомнился и, опасаясь выдать свои чувства, изобразил небрежный смешок:
— Ну я же говорил! Какое у меня всё-таки чутьё на таланты! А то эти стариканы вечно твердят, будто я способен только деньги разбазаривать...
Договорить он не смог — из динамика донёсся тихий, низкий смех Сяо Яня.
Хотя Ци Мо сохранял на высоком красивом лице надменное выражение, кончики его ушей вспыхнули так, словно их обдали кипятком. И этот кипяток по нервным окончаниям мгновенно хлынул прямо к сердцу.
Не подозревая о буре эмоций на другом конце провода, Сяо Янь перебросился с ним ещё парой фраз и, услышав, что режиссёр зовёт на площадку, попрощался.
Впрочем, тут же выяснилось, что первым снимают эпизод со вторым мужским персонажем. Появилось время перечитать оригинал романа, но в этот момент позвонил Чжао Цзи.
«Они что, сговорились сегодня?» — мелькнуло в голове у Сяо Яня.
Голос агента звучал размеренно и убедительно:
— В сети снова поднимается волна недовольства по поводу твоей роли Дао Цзюэмина. Прошлый скандал улёгся, так что тут явно поработали купленные боты. Не бери в голову, компромата на тебя нет, компания быстро всё уладит.
— Зачем им меня чернить? — коротко спросил Сяо Янь.
— Ты в курсе про номинацию на «Серебряную Сосну»?
— Да.
— А знаешь, в какой именно категории? — Не дожидаясь ответа, Чжао Цзи вздохнул: — «Лучшая мужская роль второго плана»!
Премия «Серебряная Сосна» хоть и не считалась вышкой среди телевизионных наград Китая, славилась умелым пиаром и звёздным составом гостей. Рейтинги у неё всегда зашкаливали, а вокруг каждого вручения разгорались нешуточные страсти.
Номинация актёров «Обители демонов» удивления не вызывала — сериал попал в тройку самых просматриваемых за год. Странность заключалась в другом: Сяо Яня выдвинули не как «Лучшего новичка», а именно за «Лучшую роль второго плана».
По правилам в эту категорию мог попасть любой персонаж со значительным хронометражем помимо главных героев, но исторически сложилось так, что на награду претендовали актёры второго плана — «актёры №2». И когда зелёный новичок из низкобюджетной драмы со своей ролью третьего плана вклинился в их стройные ряды, это мало кому понравилось.
Раз Чжао Цзи сказал, что всё уладит, Сяо Янь выбросил тему из головы. В тонкостях интриг шоу-бизнеса он не разбирался и предпочитал судить по результату. Подобное спокойствие вводило агента в заблуждение, заставляя то радоваться, то вздыхать: «Эх, парень, ты такой наивный и беспечный... Тебя же продадут — не заметишь! Хорошо, что с агентом повезло».
И «наивный» агент, засучив рукава, кинулся в бой.
***
— Брат Сяо, твоя очередь!
Шумиха в сети немного нервировала съёмочную группу. Гу Вэйчэн опасался, как бы это не сбило настрой Сяо Яня, но тот ел с аппетитом, спал крепко и выглядел куда бодрее самого режиссёра.
Снимали сцену первой встречи Дао Цзюэмина и переодетой мужчиной Святой девы Снежной горы. Выслеживая разбойников, Дао Цзюэмин спасает пленников. Именно тогда Святая дева запомнила его, чтобы позже вытащить из смертельной засады.
***
— Парень! Советую не сунуть нос не в свои дела, если жизнь дорога! — прохрипел Старец Фумо.
Дао Цзюэмин обнажил клинок. Сталь отозвалась тихим тонким звоном на лёгкое касание пальца. Улыбка на его лице казалась беспечной, но в ней таилась опасная, бритвенно-острая угроза:
— Жизнь моя при мне. Нужна — приди и возьми.
В следующее мгновение он слетел вниз. Белоснежные широкие рукава взметнулись, серебряные узоры на них закружились речным потоком, а лезвие блеснуло осенней водой. Из сумрака лесной чащи на миг показался его невероятно красивый лик — одного этого мгновения хватило, чтобы образ навсегда запал в чужое сердце.
Схватка длилась недолго. Когда всё стихло, суковатая клюка Старца Фумо оказалась отсечена вместе с правой рукой по самое плечо.
Поваленный на землю демоноборец плюнул кровью и с ненавистью выкрикнул:
— Я с тобой прежде не встречался! За что ты лишаешь меня жизни?! Неужели так поступает праведный муж?!
Дао Цзюэмин не спешил наносить решающий удар.
— Должно быть, всё дело в моем добросердечии, — лениво отозвался он. — Вижу зло — и рука сама тянется к мечу.
Слова звучали благородно, но сам он держался настолько высокомерно, что даже белоснежное одеяние и строгий венчик из резного тёмного дерева не могли скрыть бунтарского нрава. В нём чудилось нечто равно опасное и тёмное, и светлое — он совсем не походил на праведника.
— Знаю я таких! Увидел хорошеньких девиц и распалился похотью! Лицемер, искатель славы! Сколько я вашего брата повидал...
Дао Цзюэмин даже не взглянул на связанных девушек, а перевёл взор на юношу, сидевшего среди пленниц:
— Говори что хочешь. Я всегда снисходителен к мертвецам. — Он сделал паузу и добавил: — И к красавицам тоже.
Вспыхнул лунный свет клинка.
Голова Старца Фумо слетела с плеч.
Дао Цзюэмин сорвал с ветки несколько листьев и лёгким взмахом бросил их вперёд — превратившись в острейшие лезвия, они рассекли пута.
— Проверь остальных, — кивнул он переодетой Святой деве и растаял в воздухе, словно его и не было.
***
Гу Вэйчэн пересматривал этот дубль снова и снова. Каждый кадр дышал мощной экспрессией. Дао Цзюэмин приковывал к себе внимание даже в моменты ленивых пауз — от него исходило сияние настоящего лидера.
Поглаживая пухлый подбородок, режиссёр удивлялся: кто бы мог подумать, что молчаливый в жизни Сяо Янь способен выдать на площадке такую неимоверную харизму?
Сняли ещё пару крупных планов, и на сегодня работа закончилась.
Ассистентка Хань Вань сидела на стуле и с бешеным стуком пальцев по экрану вела ожесточённую словесную войну в сети, даже не заметив, что работодатель закончил съёмку.
Когда перепалка затихла, девушка перевела дух:
— Ха! Кучка диванных критиков! Да я в интернете воевала, когда вы ещё под стол пешком ходили!
Подняв голову, она столкнулась с пристальным взглядом Сяо Яня.
Хань Вань замерла. Можно ли ещё спасти образ кроткой помощницы?
— Как там в сети? — нарушил молчание Сяо Янь.
— Нормально, ситуация под контролем, брат Чжао организует защиту. Кстати, я вступила в фан-клуб и немного скорректировала их действия. В этот раз реакция куда лучше!
Сяо Янь протянул руку. Поняв намёк, девушка передала ему телефон с открытой страницей.
Её ник в чате фанатов гласил: «Росток Сяо-гэ».
«Росток Сяо-гэ»: «Янь-гэ дебютировал недавно, так что номинация неизбежно вызовет зависть. Наша задача сейчас — не устраивать срачи и не портить репутацию актёра перед публикой, а перетянуть нейтральных пользователей на свою сторону. У меня есть план...»
И пользователи сети стали свидетелями крайне необычной тактики защиты.
Пользователь А: «Кто вообще такой этот Сяо Янь? Столько заслуженных актёров без номинаций остались, а тут новичок с ролью третьего плана пролез? Вы издеваетесь?»
Фанаты: «Режиссёр Чэнь Лян: "Он очень талантливый и трудолюбивый актёр..." Янь Юнь: "Сяо Янь выкладывался на съёмках по полной..." Режиссёр Гу Вэйчэн: "Он идеальный Дао Цзюэмин". Наше мнение подкреплено фактами. Если вам не нравится актёр — ваше право, но просим не распространять сплетни и не выдавать домыслы за действительность. Благодарю.»
Пользователь Б: «Ему и двадцати нет, года не проработал — и уже Дао Цзюэмина играть? Сделайте из великого мастера нежного сопливого маменькиного сынка!»
Фанаты: «Режиссёр Чэнь Лян: "Он очень талантливый..." Янь Юнь: "Сяо Янь выкладывался..." Режиссёр Гу Вэйчэн: "Он идеальный Дао Цзюэмин". Подходит ли Сяо Янь на роль, решают сценарист и режиссёр. Судить о работе можно после выхода сериала, а сейчас делать выводы рановато. Пожалуйста, опирайтесь на факты. Благодарю.»
Вся фанатская база Сяо Яня переняла этот стиль. Сначала приводилась длинная цитата с похвалой от авторитетов индустрии, затем следовал призыв к разуму и вежливости, а в конце неизменно красовались два слова: «Благодарю».
Чёрт возьми, «Благодарю»!
Хейтеры рвали и метали.
Простые обыватели не увидели в фанатах хамства, посчитали подход ироничным и забавным, а вскоре сами начали осаживать грубиянов в комментариях, приписывая в конце фирменное «Благодарю».
Это вежливое слово мгновенно превратилось в вирусный мем.
А из сетевой баталии родился новый интернет-тренд, получивший название «Стиль "Благодарю"», который стремительно захватил всю сеть.
http://bllate.org/book/20456/4717266
Готово:
