— Лу Пин, откуда ты знаешь, что у меня было несколько репетиторов-иностранцев? — Шэнь Юйцзэ чеканил каждое слово настолько чётко, что притвориться глухим не было ни малейшей возможности.
Тонкая футболка вмиг промокла от холодного пота. Лу Пин боялся даже моргнуть: он походил на мышонка, зажатого кошачьей лапой. Красивый хищник не спешил расправляться с добычей, лишь разглядывал её с пытливым прищуром. Лу Пин понимал: оступится хоть на слове — и его сожрут с потрохами.
— Я... — «Чёрт, почему голос так дрожит?» —...я слышал.
— От кого?
— От ребят в классе... Многие так говорят.
Ответ застал Шэнь Юйцзэ врасплох. Его брови медленно сошлись к переносице:
— Что значит «многие говорят»?
— То и значит. — Стоило первой лжи сорваться с губ, как последующие потекли уже куда легче. — Ты... ты ведь приехал в школу на безумно дорогой машине. С тех пор чего только о тебе не болтают! Мол, ты из богатеев, учился в Императорской столице в международной школе, летаешь на занятия на вертолёте, а дома тебя встречает дворецкий-иностранец с голубыми глазами. Ну и личные репетиторы, само собой. А горничные на безупречном лондонском выговаривают: «May I help you, sir?»
Слухи и правда ходили, но Лу Пин сгустил краски до нелепости, только чтобы прикрыть собственный прокол. Слава богу, природа наградила его физиономией безобидного простофили, так что даже откровенная ахинея звучала из его уст искренне и убедительно.
Шэнь Юйцзэ едва заметно изогнул губы. Трудно было сказать, что его забавило больше — абсурдность сплетен или жуткий акцент, с которым Лу Пин выдавил английскую фразу.
— И ты свято поверил во всю эту чушь?
Лу Пин — зверёк пугливый, но чуткий — мигом уловил, как давящая аура собеседника рассеивается. Сработало! Он медленно разжал пальцы левой руки, спрятанной в рукаве, и только сейчас почувствовал, как ладонь взмокла от напряжения.
Чудотворное спасение — какое же это облегчение.
— Ну... не то чтобы совсем, — осмелев, Лу Пин чуть выпрямил спину. — Некоторые байки вообще за гранью!
— Да? — спросил Шэнь Юйцзэ. — И что ещё болтают?
— Говорят, зимой ты плаваешь на лайнере серфить на Гавайи, а летом летаешь спасаться от жары в Антарктиду...
Лу Пин не успел договорить — Шэнь Юйцзэ не выдержал и рассмеялся.
Лу Пин впервые видел его таким. Напряжение, залегавшее между бровей, разгладилось, тёплый солнечный свет озарил лицо. В этот миг перед Лу Пином стоял не недосягаемый идол, а самый обычный, живой семнадцатилетний парень — такой же, как он сам.
— Спасаться от жары в Антарктиде? Ну и фантазия у людей, — покачал головой Шэнь Юйцзэ, продолжая улыбаться.
Лу Пин перевёл дух:
— Вот и я о том же! Это же другой край света, как вообще можно...
— Обычным туристам, не входящим в состав научных экспедиций, высадка на шестой континент разрешена только летом Южного полушария — с декабря по февраль. У нас в Северном это как раз зима. К тому же одними самолётами не обойтись: перелёт возможен максимум до аргентинской Ушуаи, а оттуда нужно пересаживаться на ледокол. До самого материка плыть ещё дня четыре.
Лу Пин лишился дара речи.
Он подавился воздухом, едва не закашлявшись:
— Так ты... ты правда там был?!
Шэнь Юйцзэ ничего не ответил, но его спокойный, выразительный взгляд не нуждался в комментариях: да, он ступал по этой ослепительно белой земле.
Лу Пин замер, не зная, что сказать.
До сегодняшнего дня все его представления об Антарктиде ограничивались параграфами из учебника географии. Она казалась недосягаемой сказкой — местом, куда мальчишке из провинциального городка путь заказан навсегда. Пределом дерзких мечтаний Лу Пина была поездка в Императорскую столицу: вот поступит в университет, накопит денег и повезёт родителей смотреть на подъём государственного флага на площади Тяньаньмэнь. А его ровесник Шэнь Юйцзэ уже побывал на самом суровом и холодном континенте планеты.
Они сидели за одной партой, плечом к плечу. Стоило протянуть руку — и можно было коснуться школьной формы Шэнь Юйцзэ. Но в эту секунду Лу Пин с болезненной чёткостью ощутил, какая между ними непреодолимая пропасть.
— Шэнь Юйцзэ... — Лу Пин так сжал шариковую ручку, что костяшки пальцев побелели. Собственный голос показался ему чужим: — У тебя остались фотографии? Покажешь?
***
Чэнь Мяомяо училась во втором классе старшей школы — в восьмой группе Первой средней Цзяоцзяна. Она хранила секрет, о котором не догадывался никто вокруг: популярный блогер, её главный кумир из сети, перевёлся в их класс и стал её одноклассником!
Мяомяо готова была отпечатать огромный транспарант и вывесить его прямо над школьными воротами, чтобы ошеломить весь город!
Но творить безумства запрещалось: идеал лично написал ей в личные сообщения и попросил сохранить его тайну.
Разве могла Чэнь Мяомяо отказать?
Да это же невероятно круто!
На фоне такой секретной миссии даже трагедия с конфискацией телефона отошла на второй план.
С начала учебного года мать Чэнь Мяомяо забрала у дочери смартфон — «чтобы не отвлекал от учёбы» — и строго ограничила экранное время: ровно один час в неделю. Поэтому каждую пятницу, едва прозвенел звонок с последнего урока, Мяомяо на всех парах летела домой, вытребовывала у матери заветный гаджет и погружалась в часовую эйфорию.
Двадцать минут уходило на ежедневные задания в игре, ещё двадцать — на переписку с подружками в чате, а оставшуюся треть часа она целиком посвящала самому популярному приложению — Partner.
Стоило войти в систему, как на экране всплыло уведомление:
[Системное сообщение: Ваш любимый блогер @fake-diamond опубликовал новый пост!]
Мяомяо тут же кликнула по аватарке, переходя на личную страницу.
За ту неделю, что она сидела без интернета, @fake-diamond успел выложить несколько публикаций. Самая свежая появилась всего полчаса назад.
@fake-diamond: Скучаю по антарктическому снегу. [Фото]
На этот раз @fake-diamond щедро выложил сразу четыре снимка!
На первой фотографии автор блога — а точнее, сам Шэнь Юйцзэ — стоял среди ослепительно белого, бескрайнего ледяного щита. Чуть позади, на мелководье, покачивался десантный катер.
На парне была ярко-алая штормовка, штанины заправлены в высокие зимние ботинки, в руках — трекинговые палки. Вся его фигура излучала подтянутую гибкость и ловкость. Меховая шапка и защитная маска скрывали лицо, оставляя открытыми лишь глаза, сиявшие чисто и ярко, словно звёзды. Если приблизить кадр, на ресницах можно было разглядеть крошечные кристаллики инея.
На остальных снимках застыли прозрачные лазурные айсберги, шумные колонии пингвинов и даже огромный кит, подплывший к самому борту судна.
Чэнь Мяомяо замерла с открытым ртом, сжимая смартфон.
Её! Одноклассник! Был! В! Антарктиде!!
Пост пробыл в сети всего тридцать минут, но счёт комментариев уже шёл на сотни:
«Простите, был слеп! Я-то думал, тут блог красавчика, а это блог сказочного богатея!»
«Специально погуглил: во всём мире только 79 судов имеют лицензию на высадку в Антарктиде, и половина из них — научные. Из тех, куда продают билеты туристам, самое дешёвое место в шестиместной каюте стоит от шести тысяч долларов! И это только плавание от Ушуаи до материка. А уж как ты будешь добираться до самой Ушуаи — совсем другие деньги...»
«Пропасть между людьми больше, чем между человеком и собакой. Гав!»
«Ежедневный вопрос: автор, раз ты такой богатый, может, отсыпаешь немного?»
«Слышал, в Антарктиде настолько чистый воздух, что даже козявки из носа прозрачные. Автор, это правда?»
«Только что вернулась из зоопарка. Выходит, мы с автором на одном уровне — я тоже видела пингвинов!»
Чэнь Мяомяо читала отзывы, и глаза её с каждой секундой округлялись всё сильнее.
Подросткам свойственно душевное соперничество. Вообще-то семья Мяомяо не бедствовала: Цзяоцзян славился как город кустарных промыслов и малых производств, и её отец владел фабрикой по выпуску шнурков. Не стоит недооценивать такую мелочь: пусть прибыль с одного шнурка исчисляется копейками, но если продавать их сотнями тысяч, миллионами? А если поставлять товар за границу?
С самого детства Мяомяо ни в чём не знала отказа и среди сверстников всегда выделялась лучшими вещами. Из трёх составляющих «богатая, красивая, успешная» главное слово — «богатая» — принадлежало ей по праву.
Раньше, листая блог @fake-diamond, она просто любовалась красивым парнем. Когда тот оказался её одноклассником, в уголке её души затеплилась романтическая сказка о принце и принцессе. Но теперь все розовые мечты разлетелись в прах. В голове билась единственная ошеломляющая мысль: неужели на свете есть кто-то, кто умеет сорить деньгами ещё шикарнее, чем она?!
С этой мыслью Мяомяо выскочила из спальни и помчалась на кухню.
На кухне мать Мяомяо раздавала указания домработнице. Увидев дочь, госпожа Чэнь бросила взгляд на настенные часы и удивилась:
— Какая сознательность! Час ведь ещё не прошёл, а ты уже спустилась отдать телефон?
Мяомяо послушно протянула гаджет, а затем вцепилась матери в руку и заискивающе заканючила:
— Ма-ам! Я придумала, куда хочу поехать на день рождения!
Праздник был не за горами, и мать заранее обещала достать билеты в какой-нибудь из соседних городов.
Продолжая следить, чтобы домработница нарезала свинину тонкой соломкой, госпожа Чэнь рассеянно спросила:
— Ну и куда же?
— В Антарктиду!
Мать замерла и вылупилась на дочь:
—... Куда-куда ты хочешь?
— В Антарктиду! Хочу посмотреть на пингвинов!
Госпожа Чэнь пару секунд молча разглядывала её, после чего выдавила:
— А тебе не кажется, что твоя мать похожа на Антарктиду?
Мяомяо осеклась.
Мать с чувством ткнула дочь пальцем в лоб:
— Мяомяо, Мяомяо... На прошлых ежемесячных экзаменах ты оказалась четвёртой с конца! Я на родительском собрании сгорала от стыда! Если так припёрло посмотреть на пингвинов, бросай школу, а я устрою тебя в зоопарк. Будешь каждый день чистить вольеры — до конца жизни на этих пингвинов насмотришься!
— Хнык-хнык...
— Нечего тут сырость разводить! — строго отрезала мать. — В субботу идёшь со мной в Книжный пассаж. На носу новые экзамены, докуплю тебе ещё несколько сборников тестов!
***
Пока Чэнь Мяомяо оплакивала погребённую свободу, её кумир @fake-diamond сидел в своей тесной комнатке площадью едва ли в десять квадратных метров и отвечал на комментарии поклонников.
Лу Пин устроил на столе учебники, над которыми ярко светила настольная лампа. Но вместо уроков он вглухую отлынивал, зависая в телефоне. Экран мобильника покрывала паутина трещин, но, хоть выглядело это убого, работе интернета ничуть не мешало.
Перед самым уходом из школы Лу Пин, перешагнув через стыд, попросил у Шэнь Юйцзэ снимки из Антарктиды. К счастью, у того в памяти телефона всё сохранилось.
Лу Пин въедливо отобрал несколько красивейших пейзажей и как бы между прочим прихватил один кадр с самим Шэнь Юйцзэ, после чего перебросил всё себе по блютузу.
И без зазрения совести соврал:
— В Антарктиде так красиво! Хочу сохранить себе на обои.
Но Шэнь Юйцзэ не так-то просто было провести:
— А мой портрет тебе зачем? Тоже на обои?
Что оставалось делать? Лу Пин сцепил зубы и, пересилив неловкость, кивнул:
— Ага. Поставлю твоё фото, чтобы стимул был. Буду смотреть, учиться у тебя и верить, что тоже когда-нибудь туда доберусь.
Шэнь Юйцзэ онемел.
Выражение его лица в тот миг описать было трудно: он явно хотел что-то сказать, но так и не подобрал слов под захлестнувшее изумление.
В душе Лу Пин проливал горькие слёзы. Он был уверен: в глазах Шэнь Юйцзэ новый сосед по парте выглядел либо извращенцем, либо жалкой шестёркой... А скорее всего — и тем и другим одновременно.
Но стрела выпущена — назад не вернёшь. Чтобы прикрыть одну ложь, приходилось громоздить на неё новую. Под пристальным взглядом Шэнь Юйцзэ ему действительно пришлось установить тот снимок на заставку.
А впрочем... смотрелось здорово.
Кадр действительно притягивал взор: кругом ослепительное белое безмолвие, и лишь ярко-алая куртка парня пылала посреди бескрайних снегов. Он был словно вспышка огня, словно лучик солнца. Лу Пин осторожно провёл пальцем по экрану, касаясь глаз юноши на снимке. На мгновение ему показалось, будто среди этих ледников и бескрайних снегов стоит он сам.
Завладев фотографиями, Лу Пин выждал подходящий момент и выложил четыре отборных кадра в профиль @fake-diamond.
Как он и ожидал, публикацию тут же захлестнула волна откликов.
Подписчики восхищались антарктическими пейзажами и ахали над роскошной, насыщенной жизнью @fake-diamond.
Лу Пин раз за разом обновлял ленту, перечитывая льстивые дифирамбы. Он прекрасно понимал: всё это ложь, восхищаются вовсе не им, завидуют и поклоняются чужому человеку. Но он всё равно захлёбывался в потоке хвалебных речей.
Как же приятно чувство, когда тебя ценят!
Это превратилось в своеобразную зависимость, избавиться от которой он был не в силах.
Лу Пин с увлечением перечитывал комментарии, как вдруг телефон завибрировал, и на экране выскочил входящий вызов.
От неожиданности парень едва не подпрыгнул: на потрескавшемся дисплее высветилось имя — Шэнь Юйцзэ!
Застигнутый врасплох нечистой совестью, Лу Пин чуть не уронил аппарат.
Пальцы дрожали, он раз за разом промахивался мимо кнопки ответа и лишь с третьей попытки смог принять звонок.
— Ш-Шэнь Юйцзэ, — заикаясь, выговорил он. — Ч-что-то случилось? Уже поздно...
— Да, — раздался в динамике слегка искажённый голос. Как всегда, сдержанный и скупой на слова. — У тебя есть планы на завтра?
— А?..
Лу Пин обомлел: судя по тону, Шэнь Юйцзэ собирался позвать его куда-то?
И правда, тот не стал ходить вокруг да около и сразу перешёл к делу:
— На носу контрольные. Я хочу съездить в Книжный пассаж, выбрать пособия для подготовки. Пойдём со мной.
http://bllate.org/book/20306/3765471
Готово:
