Готовый перевод Try Hitting My Support Again / Попробуй еще раз поставить меня на поддержку!: Глава 25

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Цяо Яньчжоу раньше со своей девушкой ЦАО Тин так себя не вел: три дня мелких ссор, пять дней крупных. В конце концов дошло до того, что даже расставание Цяо Яньчжоу воспринял как какое-то загадочное избавление, вот только когда матушка изредка заводила об этом разговор, ему становилось немного неловко.

Повесив трубку, Цяо Яньчжоу еще немного полежал в постель, прежде чем выйти, и обнаружил, что Гу Цзысин уже проснулся.

— Ты куда ходил? — Гу Цзысин зевенул.

— Телефонный звонок принял, друг звонил.

Гу Цзысин указал на толстого рыжего кота, который неизвестно когда запрыгнул к нему на колени и улегся там, и лениво произвел:

— Твой Маньтоу уже научился запрыгивать на диван.

— Его зовут Вотоу. — Цяо Яньчжоу протянул руки и подхватил кота с колен Гу Цзысина.

— Оставь, он теплый. — Гу Цзысин похлопал себя по коленям, улыбнулся Вотоу, сидевшему на руках у Цяо Яньчжоу, и потрепал его за уши. — Правда, Таньюань?

— Его зовут Вотоу…

— Хорошо, Дошабао.

— Я проголодался.

— Я тоже.

И они оба вот так — чёрт бы их побрал — спустились вниз поесть супа с начинкой в тесте.

Когда пришло время платить по счету, Гу Цзысин наотрез отказался уступать и заявил, что угощает. Цяо Яньчжоу не соглашался, они начали толкаться и чуть не подрались, чем привлекли внимание Гао Яна и Гэн Цина, сидевших за соседним столиком и заказывавших шашлычки на шпажках. Те за руки и за ноги притащили их к своему столу и заставили компанию составить им компанию за жареным мясом.

Усевшись на места, Гэн Цин и Гао Ян переглянулись. Оба решили, что Цяо Яньчжоу — это новый парень Гу Цзысина, поэтому долго перемигивались и делали Цяо Яньчжоу такие выразительные знаки, что тот едва не поседел от страха.

Заметив это со стороны, Гу Цзысин быстро замахал на них руками, показывая, что произогло недоразумение, и лишь тогда они оставили Цяо Яньчжоу в покое.

Однако упорный Гао Ян не унимался и исподтишка отправил Гу Цзысину сообщение в WeChat, суть которого сводилась к тому, что Гу Цзысин и Цяо Яньчжоу отлично смотрятся вместе и можно попытаться завязать отношения.

Увидев это, Гу Цзысин лаконично ответил двумя иероглифами:

— Натурал.

После этого Гао Ян умолк — он все же не был безумцем, способным подбивать Гу Цзысина переубеждать натуралов.

И хотя Гао Ян перестал болтать лишнее, Цяо Яньчжоу, наблюдая за поведением парочки напротив, смутно почувствовал что-то неладное. Он заметил, что некий Гэн Цин постоянно подкладывает Гао Яну кусочки мяса и ухаживает за ним, словно тот был совершенно беспомощен в быту.

Только что Гэн Цин палочками забросил в рот Гао Яну вареный арахис. Выражение лица Цяо Яньчжоу стало сложным — казалось, будто Гэн Цин кормил Гао Яна не бобовыми, а смертельным ядом.

Самое страшное случилось позже, когда они расплатились и собирались расходиться: Гэн Цин и Гао Ян пошли с ними одной дорогой. На узкой тропинке Гэн Цин наклонился, что-то шепнув на ухо Гао Яну, а затем резко обнял его за талию. Хоть Гао Ян тут же оттолкнул его ударом руки, зоркий глаз Цяо Яньчжоу зафиксировал это во всей красе.

Наконец, когда Гао Ян и Гэн Цин ушли, Цяо Яньчжоу, сдерживавший вопрос всё это время, не выдержал:

— Они что… пара?

— Разве это не очевидно? — бросил Гу Цзысин и начал шарить по карманам, но так ничего и не нащупал.

— Чего ты ищешь? Как обезьяна, у тебя что, вши завелись?

Сказав это, Цяо Яньчжоу вдруг подумал, что после нескольких дней общения с Гу Цзысином его язык стал заметно острее.

Гу Цзысин, судя по всему, тоже это понял. Он хихикал в кулак добрую половину минуты, прежде чем ответить:

— Сигареты ищу.

— У меня есть. — Цяо Яньчжоу без лишних слов достал из кармана маленькую пачку и протянул Гу Цзысину, ворча под нос: — Пообщаюсь с тобой еще пару дней, и меня точно поколотят за язык на улице.

— Слыхал старую поговорку? — Гу Цзысин взял сигареты, открыл пачку и с озадаченным видом уставился на Цяо Яньчжоу, обнаружив внутри ультратонкие дамские сигареты.

— Только такие и нашлись. Подруга Лян Дуна подарила, она не курит, вот и сунула что попало. — Цяо Яньчжоу выразил крайнюю степень беспомощности, а затем резко сменил тему, возвращаясь к словам Гу Цзысина: — Какая поговорка? С кем поведешься…

— Дракон рождает дракона, феникс — феникса, а мышонок с рождения умеет рыть норки.

— Иди к черту. — Цяо Яньчжоу не удержался от смеха. Увидев его улыбку, Гу Цзысин тоже рассмеялся.

Оба посреди ночи хохотали как парочка дураков.

Насмеявшись вдоволь, Цяо Яньчжоу вспомнил, что не закончил мысль, и легко хлопнул Гу Цзысина по плечу:

— Слушай, Гао Ян и Гэн Цин вроде так хорошо со всеми из вашей команды ладят. И как у вас в команде смотрят на то, что они пара?

— Глазами и смотрят, — усмехнулся Гу Цзысин. — Ци Чэнь высокий, он смотрит свысока.

Миссия выполнена: Ежедневная насмешка над Ци Чэнем (1/1)

Эта фраза сама собой всплыла в голове у Цяо Яньчжоу.

— А у вас в команде… не бывает тех, кто дискриминирует геев?

Заметив, с какой осторожностью Цяо Яньчжоу задал этот вопрос, Гу Цзысин на секунду замер.

— Ты к чему это спрашиваешь? Ты сам гей?

— Да нет же, я не… просто… — Цяо Яньчжоу замахал руками, но слова застряли у него в горле.

Гу Цзысин стоял и ждал продолжения.

— Просто я точно не гей, — Цяо Яньчжоу закусил губу и, приняв какое-то твердое решение, посмотрел на Гу Цзысина. — А ты?

***

Иногда Цяо Яньчжоу казалось, что этот мир поистине удивителен.

Чуть больше недели назад он каждую ночь сидел перед компьютером, выжимая из себя все соки на тяжелейших стримах, а спустя неделю в то же самое время он шагал по тропинке в сторону клуба EG и обсуждал со своим кумиром Гу Цзысином вопрос о его ориентации!

Удивительно, необъяснимо удивительно.

Между пальцами Гу Цзысина все еще тлела тонкая дамская сигарета. Его длинные белые пальцы отлично сочетались с ней, не создавая ни малейшего диссонанса.

Выслушав вопрос Цяо Яньчжоу, Гу Цзысин прищурился, склонил голову набок и с лукавой улыбкой посмотрел на него.

Цяо Яньчжоу от этого взгляда стало не по себе. Вообще-то, задавая этот вопрос, он уже был готов к тому, что Гу Цзысин рассердится и уй, гордо взмахнув головой. Он мысленно проигрывал варианты утешений по возвращении домой и даже представлял, куда податься, если его с позором выставят за дверь.

Но судя по реакции Гу Цзысина, он готовился зря.

Помолчав немного, Гу Цзысин легким движением пальца стряхнул пепел и вдруг рассмеялся.

— Чего ты смеешься? — не понял Цяо Яньчжоу.

— Сяо Цяо, — Гу Цзысин слегка подался вперед и понизил голос: — Когда я увидел тебя в тот день, у меня внизу все встало дыбом. Как думаешь, гей я?

— …

Это что, было признание?!

Цяо Яньчжоу никак не ожидал, что Гу Цзысин заговорит об этом напрямую. Застигнутый врасплох, он густо покраснел и принялся яростно мотать головой, открещиваясь:

— Но подумай сам, в тот день я был в женской одежде! Это же значит, что девочки тебе все-таки интересны!

— Чего ты так нервничаешь?

— …

На самом деле, еще до того, как задать Гу Цзысину этот вопрос, Цяо Яньчжоу и сам не раз ловил себя на раздумьях о его предпочтениях.

Он смутно помнил времена старшей школы: у них в классе учился парень по имени Чан Нань, у которого явно прослеживались однополые наклонности. При этом в общении с окружающими Чан Нань ничем не выделялся — учился со всеми, играл в видеоигры, и никто до поры до времени не подозревал о его ориентации. Разве что отличался он тем, что прекрасно рисовал, играл на гитаре и преуспевал во всем.

Но тогда во всем классе только Цяо Яньчжоу почему-то всегда чувствовал, что с тем парнем что-то не так.

В моменты особых сомнений Цяо Яньчжоу шептался об этом с Лян Дуном, правда, не выражаясь слишком прямо. Однако Лян Дун ничего подобного не замечал и называл Цяо Яньчжоу параноиком.

А в день выпускного Чан Нань внезапно поднялся с бокалом на классном вечере. Долго подбирая слова, он набрался храбрости и объявил всем — включая сидевшую рядом учительницу — что он гей, что его парень — это тот самый парень из параллельного класса, что они тайно встречаются уже два года и еще в начале прошлого года договорились поехать в Нидерланды и пожениться, как только станут совершеннолетними.

Закончив речь, под благосклонные возгласы одноклассников и учителей, Чан Нань при всех позвонил своему парню, вызвал его на праздник и они вместе сфотографировались.

Цяо Яньчжоу слышал, что прошлой весной они действительно улетели в Нидерланды и теперь живут там вместе.

Тогда Цяо Яньчжоу искренне порадовался за них, но главное — он понял, что его интуиция чертовски точна.

И вот теперь это предчувствие вернулось. Пожалуй, именно благодаря ему Цяо Яньчжоу и набрался смелости задать Гу Цзысину столь серьезный и щекотливый вопрос.

Факты вновь доказали: интуиция Цяо Яньчжоу обладает пугающей точностью.

Сказав это, Гу Цзысин покосился на спутника и не удержался от смеха:

— Кажется, я только что услышал звук раскалывающегося образа кумира в твоей голове.

— Нет, — придя в себя, поспешно замотал головой Цяо Яньчжоу. — Я так и знал.

Вот только если об этом узнает Чжао Линлин, она наверняка горько заплачет, — мысленно отметил Цяо Яньчжоу.

Честно говоря, он никак не ожидал, что Гу Цзысин признается так легко. Сам по себе Цяо Яньчжоу не испытывал никаких предубеждений против однополой любви, но столь откровенное признание почему-то лишило его дар речи.

Есть ли у Гу Цзысина парень сейчас? Знает ли кто-нибудь в команде о его ориентации? Будут ли за спиной судачить товарищи по клубу, если узнают? Цяо Яньчжоу никогда не считал себя большим любителем сплетен. Но сейчас перспектива выпытывать всё это у Гу Цзысина казалась ему невероятно страшной — он вдруг отчетливо понял чувства Чжао Линлин.

Посреди неловкого молчания телефон Гу Цзысина коротко вибрировал. Пришло сообщение от Гао Яна.

Остроумный Барашек: Босс Гу, честно говоря, тот парень сегодня — просто загляденье, вы идеальная пара!

Гу Цзысин поднял глаза на Цяо Яньчжоу, который о чем-то сосредоточенно размышлял в тишине, даже не глядя в его сторону.

Star: Натурал.

Ответил Гу Цзысин.

Остроумный Барашек: Далеко не факт

Гу Цзысин приподнял брови, слегка удивленный. Гао Ян никогда не страдал привычкой устраивать бессмысленные розыгрыши, с чего бы ему так вцепиться в этого Цяо Яньчжоу? Неужели тот напоил их приворотным зельем? Пока Гу Цзысин размышлял над этим, прилетело новое сообщение.

Остроумный Барашек: Серьезно, не факт!

Star: Если ты продолжишь, я еще и вправду влюблюсь.

Остроумный Барашек: Так вперед, нападай, чего ломаешься, как целка

Гу Цзысин не сдержал смешка.

Цяо Яньчжоу обернулся:

— Чего ржешь?

— Сяо Цяо, — Гу Цзысин поднял взгляд от телефона, не до конца скрывая улыбку.

Цяо Яньчжоу занервничал, гадая, что на этот раз затеял этот хитрец. По опыту прошлых дней, если Гу Цзысин обращался к нему подобным тоном, жди неприятностей.

Поэтому Цяо Яньчжоу с максимальной осторожностью поинтересовался:

— Что такое?

— Могу я тебя оприходовать?

— Могу я тебя отметелить?

***

Вернувшись в комнату, Цяо Яньчжоу машинально потянулся погладить Вотоу, но в этот момент зазвонил телефон.

— Алло, мам!

— Чжоу-цзы, ты чем занят?

— С ужина иду.

— А Тин-тин где?

Опять двадцать пять. Стоило матушке заговорить о Цао Тин, как у Цяо Яньчжоу начинала болеть голова.

— Я только что с ней говорил. — Цяо Яньчжоу горько улыбнулся и убавил громкость динамика. Звук был настолько громким, что Гу Цзысин, сидевший на диване и тискавший Вотоу, тоже всё слышал.

— Поздно же вы возвращаетесь, — обеспокоенно протянула мать. — Смотри, не мешай ей отдыхать.

— Да не мешаю я, не мешаю! Ей все равно делать нечего, хоть во сколько пусть спит.

— Найдется время — привози Тин-тин домой, слышишь?

— Слышу, мам.

— Пф-ф. — Гу Цзысин на соседнем диване тихонько хмыкнул и, понизив голос, съязвил: — Чего это ты перед мамой как попугай повторяешь?

— …

— Ладно, Чжоу-цзы, отдыхай, у мамы больше дел нет. — Матушка, судя по всему, голос Гу Цзысина не расслышала.

— Ага, давай.

Цяо Яньчжоу поспешно сбросил вызов и уставился на Гу Цзысина, возившегося с котенком.

— Твою девушку зовут Тин-тин? — Гу Цзысин посадил Вотоу на колени и принялся щекотать пухлые щечки кота, не сводя глаз с Цяо Яньчжоу.

Тот тяжело вздохнул:

— Давно уже расстались. Вечно ругались.

— Расстались — отлично. Свобода.

— Какая к черту свобода, я задолбался от мамы это скрывать. — Цяо Яньчжоу швырнул телефон на диван и посмотрел на Гу Цзысина. — А ты? Судя по твоим словам, у тебя тоже было что-то вроде разрыва?

Гу Цзысин поднял на него взгляд.

— У тебя есть парень? — выждав паузу, Цяо Яньчжоу наконец высказал вопрос, который так долго держал в себе.

— Раньше был, сейчас нет.

Вот значит как…

— Чего ты?

— Ничего, так, спросил… — Цяо Яньчжоу отмахнулся и поднялся с места. — Иди отдыхай, дверь в комнату плотнее закрывай.

— ??? — Первую фразу Гу Цзысин понял, но вторая поставила его в тупик. — Хочешь меня удушить?

— Да нет же, я забыл сохраниться в игре, в которую играл днем, сейчас придется переигрывать. Боюсь разбудить тебя шумом.

Мысль о тех десяти с лишним минутах геймплея, которые стерлись из-за его оплошности во время стрима, по-прежнему приводила Цяо Яньчжоу в бешенство. Какие там десять минут — даже одна потерянная минута казалась ему пыткой. Раз уж сегодня всё равно не хотелось спать, он решил добить этот кусок прямо сейчас.

— Во что играешь? — Гу Цзысин приподнялся на диване.

— Хоррор.

— Посреди ночи? Не боишься?

— Потому и прошу закрыть дверь, чтобы мои крики тебя не испугали.

Услышав это, Гу Цзысин расплылся в многозначительной улыбке.

Эта улыбка заставила Цяо Яньчжоу почувствовать себя уязвленным, словно его сочли слабаком, и он поспешно пошел на попятную:

— Шучу, с чего бы мне бояться?

— Спокойной ночи.

Уголки губ Гу Цзысина все еще хранили лукавую улыбку, когда он взял лапку Вотоу и легонько помахал ею на прощание.

***

Честно говоря, Цяо Яньчжоу понятия не имел, как его угораздило заявить Гу Цзысину о своем бесстрашии, но стоило ему нажать кнопку включения компьютера, как он горько пожалел об этом.

Он солгал Гу Цзысину. И ложь эта была чудовищной.

Подумать только: признайся он честно в своем страхе, Гу Цзысин, глядишь, из жалости составил бы ему компанию в комнате. Вдвоем-то всяко веселее, чем трястись в одиночестве.

Но как гласит мудрость: слово — не воробей, вылетит — не поймаешь.

Дрожащими пальцами Цяо Яньчжоу запустил игру. Как бы ни было страшно, ради успешного проведения будущих стримов отступать было нельзя.

На помощь какого-нибудь напарника, которого можно было бы спасти в этом проклятом виртуальном мире, Цяо Яньчжоу уже не рассчитывал. Единственным его требованием к себе было орать не слишком громко, чтобы не разбудить Гу Цзысина.

Эх, жизнь моя жестянка…

***

Поздней ночью Гу Цзысин, приняв душ, сидел на диване в комнате и вытирал полотенцем мокрые волосы, как вдруг услышал стук в дверь.

— Войдите.

Едва стихли его слова, как в проеме показалось мертвенно-бледное лицо Цяо Яньчжоу.

— Отличный тон тонального крема, — бросил Гу Цзысин, на секунду повернувшись к нему, и снова принялся тереть волосы. — Белый.

— …

Теперь Цяо Яньчжоу до конца прочувствовал значение фразы побелеть от страха — Гу Цзысину даже не потребовалось присматриваться.

— Гу… Гу-шэнь.

— Мм?

— Господин Гу.

— Выкладывай.

— Бабушка Гу.

— Пересолил на ночь глядя? — Гу Цзысин обернулся. — Что стряслось?

Цяо Яньчжоу неловко улыбнулся и переступил порог комнаты:

— Слушай, у тебя тут местечко довольно просторное…

У Гу Цзысина нехорошо ёкнуло сердце.

— Не мог бы ты… разрешить мне кинуть матрас на полу?

— …

Гу Цзысин отбросил полотенце в сторону. Они молча посмотрели друг на друга.

— Сяо Цяо.

— Слушаю вас, великий Чжоу Юй.

— Если вдруг захочешь поиграть в хорроры и станет страшно — в любое время приходи спать ко мне.

Услышав это, Цяо Яньчжоу мгновенно решил, что Гу Цзысин — милейший человек на свете, от которого исходит ослепительное, почти божественное сияние!

— Но за натурой.

Святой свет погас.

***

Время пролетело незаметно, и наступил вторник — день матча EG против STG.

Для Цяо Яньчжоу это был первый раз, когда он стоял в уголке и воочию наблюдал, как игроки EG переодеваются в аккуратную командную форму, собирают вещи и дружно садятся в автобус клуба, направляясь на арену. Когда они выходили из главного входа штаб-квартиры EG, штатный фотограф компании делал серию кадров — те самые случайные уличные снимки, над которыми потом часами колдовали дизайнеры в фотошопе.

Судя по всему, эти кадры требовались для официальных ресурсов EG, и Цяо Яньчжоу уже видел похожие фотографии на их страницах в Weibo и официальных пабликах.

М-да, как бы это описать…

Некоторая доля дерзости, крутизны и царственного величия полководца, отправляющегося в поход. Во всяком случае, выглядело это куда эффектнее, чем будни таких мелких стримеров, как он сам.

Воспользовавшись моментом, когда Гу Цзысин с рюкзаком за плечами шагал к выходу, Цяо Яньчжоу украдком сделал снимок исподтишка, случайно захватив в кадр и сидевшего на корточках фотографа, который как раз целился в Гу Цзысина объективом.

Не придавая этому особого значения, Цяо Яньчжоу тут же перекинул фото Чжао Линлин в WeChat.

Чжао Линлин ответила почти мгновенно:

Красотища невероятная!! Настоящий выход суперзвезды и не более того!!!!

Цяо Яньчжоу сам заглянул в телефон: на заднем плане виднелось монументальное здание клуба EG со сверкающими стеклянными фасадами, а Гу Цзысин, выходя из дверей, слегка улыбался, чуть опустив голову. Главное — Цяо Яньчжоу умудрился запечатлеть его длинные ноги во всей красе. До выхода суперзвезды, может, и не дотягивало, но смотрелось и вправду здорово.

http://bllate.org/book/20036/1978097

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода