Услышав слова средних лет мужчины, Чу Фэй оглядел стоявшую на арене Стражу Цзинъу и только теперь заметил, что их одежда различается не во всём.
Самым заметным отличием были вышитые на сине-фиолетовых халатах с открытым плечом золотые священные деревья: количество листьев на кончиках ветвей варьировалось от одного до девяти, а у последнего человека даже узоры на наплечниках превратились в резные изображения Золотого Священного Дерева.
Вторым отличием было их оружие. Хотя все ножны и рукояти были нефритовыми, у последнего бойца нефрит на рукояти явно был высшего качества, тогда чем у остальных качество нефрита различалось. Чем меньше было листьев на халате, тем хуже было качество нефрита на рукояти. Нетрудно было догадаться, что всё это отражало разные ранги.
— Пусть будет он.
Чу Фэй указал на второго человека с правой стороны. Тот тоже был чрезвычайно крепким амбалом лет тридцати, ростом под метр девяносто — просто уменьшенная копия Хэ Бэйшаня. Густая борода придавала ему ещё более свирепый вид.
— Салага, ты уверен, что выбираешь меня? Твой клинок с виду хоть и красив, но слишком похож на бабскую вещицу. Интересно, выдержит ли он хоть один удар моего топора?
Мужчина посмотрел на Чу Фэя с полным пренебрежением, насмешливо отзываясь о Сабле Белого Феникса, которую тот держал в руке, и разразился наглым смехом.
— В бою с тобой мне эта сабля даже не понадобится.
Чу Фэй тоже не собирался терпеть выпады и презрительно бросил в ответ:
— Хэ! Сопляк без году неделя, а замашки какие! Посмотрим, есть ли у тебя порох в пороховницах!
Мужчина раздражённо усмехнулся, сплюнул в сторону и прямо со взмахом топора ринулся в атаку. Правый топор рассекал воздух прямо перед его лбом, а левый наносил удар в поясницу.
И Чу Фэй действительно не стал обнажать оружие: он вонзил Саблю Белого Феникса в землю, а когда секиры приблизились, взмахнул обеими ладонями и с силой обрушил их на плашмя летевшие топоры, полностью отбив их в стороны.
Затем он отступил ногой назад, резко подался вперёд и обрушил удар локтем в грудь противника. Тут же, рывком притянув назад отлетевшее тело, он мгновенно выбросил вперёд левую ногу, словно с силой нацеленное копьё, и нанёс удар коленом в живот. После этого, схватив за горло, он швырнул мужика на землю. Тот мгновенно лишился боеспособности.
Все присутствующие замерли. Этот человек был одним из искусных бойцов Стражи Цзинъу, иначе он не стал бы девятилистовым стражем. Но сейчас он проиграл до того стремительно, что окружающие даже не успели прийти в себя.
— Ого, а вот и крутой парень пожаловал! Сюн Куй, и как это ты так быстро свалился?
Кто-то изумлённо вскрикнул. Сюн Куй обычно ходил здесь гоголем — как-никак девятилистовый страж Цзинъу, где угодно сойдёт за мастера, да к тому же за эти годы он пролил немало крови в боевых искусствах государства Гань, а его пара больших топоров пользовалась громкой славой.
— Ты победил, можешь продолжать. Выше тебя по рангу — центурион Цзинъу, пятый высший ранг. Разумеется, теперь у тебя появилась и ещё одна опция: бросить вызов мне. Победишь — станешь командиром Цзинъу, сможешь командовать целым подразделением Стражи Цзинъу, четвёртый высший ранг.
Мужчина средних лет был управляющим Правления Надзора по имени Янь Чжэншу. Он входил в первый состав Стражи Цзинъу, был доверенным лицом вана Цзинъу Е Цинсяо и одним из лучших мастеров Стражи. Хотя его выражение лица и тон по-прежнему оставались прежними, в этот момент он уже начал относиться к Чу Фэю всерьёз, а уровень испытания Чу Фэя был повышен — он заслужил право бросить вызов ему самому.
Конечно, таковы были правила Стражи Цзинъу: сильный поднимается, слабый падает, и всё решается исключительно силой оружия.
— Братец, послушай моего совета, брось вызов ему, задай ему жару!
В этот момент раздался звонкий мужской голос. Непонятно когда среди наблюдавших за боем зрителей появился молодой человек в светло-зелёном длинном халате. Среди толпы, облачённой исключительно в одежды Стражи Цзинъу, он выглядел невероятно броско. К тому же он фамильярно окликнул Чу Фэя, подбивая того выбрать Янь Чжэншу.
— Не дури, я только что прибыл в Чжаогэ и хочу погостить здесь подольше.
Чу Фэй потерял дар речи. Ему совсем не улыбалось сразу после приезда в Чжаогэ отправляться куда-то по назначениям — он ведь ещё даже толком ничего здесь не осмотрел. Впрочем, особой антипатии к этому парню он не испытывал: хотя тот и вёл себя излишне панибратски, выглядел он как беспечный молодой господин, да и приглянулся с первого взгляда. К тому же по нему было видно, что он затаил глубокую обиду на Янь Чжэншу, а вовсе не пытается просто подшутить над ним самим.
Что до проигрыша? Чу Фэй об этом даже не думал. Он всегда был полон уверенности в своём боевом мастерстве, а несокрушимый настрой побеждать в каждой схватке — это именно то, чем должен обладать истинный мастер боевых искусств.
— Да брось, такая огромная Стража Цзинъу, все места давно заняты. Даже если ты победишь его, тебя всё равно некуда отправлять, так что придётся тебе оставаться в Чжаогэ.
Снова подал голос тот парень, явно намереваясь во что бы то ни стало подбить Чу Фэя бросить вызов Янь Чжэншу и доставить тому хлопот.
— Если твоя шкура зачесалась, как освобожусь от дежурства — поговорим с глазу на глаз.
Лицо Янь Чжэншу не изменилось, но в тоне пропала прежняя суровость и отстранённость — было очевидно, что они хорошо знакомы.
— Я что, псих, что ли? — пробормотал парень, закатив глаза, а затем снова с улыбкой обратился к Чу Фэю: — Братец, поверь мне, сразись с ним! Ему тебя не одолеть, силы у него маловато. Четвёртый ранг! Всего-то и нужно, что десять дней в месяц нести караул во дворце, никакой отправки на чужбину, честно.
— Не хочу.
Услышав это, Чу Фэй тоже закатил глаза. Служить при монархе — всё равно что находиться рядом с тигром, так что желания у него стало ещё меньше. Впрочем, этот парень ничего и не скрывал: каждый раз, подстрекая его, он честно объяснял обязанности каждой должности.
— Эх, ну что ты за человек такой, почему не слушаешь советов? Второй брат ничуть не слабее дяди Яня, а чином ниже на целую ступень. Скажи на милость, чего ты добиваешься?
Кто бы мог подумать, что парень начнет качать головой и вздыхать с видным разочарованием.
— О! А вот это как раз по мне! Спасибо.
Чу Фэй услышал это и повеселел. Как раз то, что нужно: и с сильным мастером сразится, и не придётся ломать голову над тем, отправят ли его на внешнюю службу или во дворец караул нести — до чего же прекрасный исход! Сложив руки в приветствии перед парнем, он перевёл взгляд на того человека, на наплечниках которого были вырезаны узоры Золотого Священного Дерева.
— Ци Хэ, мастер парных булав. Прошу.
Тот парень тоже не замедлил выйти вперёд, громко назвав своё имя и излюбленное оружие, и, сложив руки в поклоне, принял боевую стойку.
— Чу Фэй, мастер меча и машо. Сегодня машо при мне нет, так что одолею брата этой Саблей Белого Феникса. Прошу!
Раз уж человек проявил вежливость, Чу Фэй, разумеется, не стал грубить в ответ. Сложив руки в ответном поклоне, он тоже назвал своё имя и оружие, после чего длинный клинок выскользнул из ножен, и он встал в стойку.
Едва взглянув друг на друга, оба сразу поняли, что принадлежат к школе армейских боевых искусств, поэтому не стали тратить слов на лишние разговоры и прямо бросились в атаку.
В руках Ци Хэ были две четырёхгранные булавы с желобами — одна длинная, другая короткая. Длинная, удерживаемая прямой хваткой, служила для нападения, а короткая обратным хватом обеспечивала защиту, образуя идеальный баланс между атакой и обороной. Его приемы не отличались сложностью — сплошные удары сверху, тычки, подсечки и блоки, — но в них крылась колоссальная мощь и молниеносная скорость.
Сабля Белого Феникса в руках Чу Фэя за счёт длины имела преимущество, и он умудрялся обращаться с длинным клинком так, будто это было кавалерийское копьё машо. Удары наотмашь, колющие выпады, парирования и сокрушительные удары следовали один за другим так легко, будто сами собой. Время от времени вспышки сабельного света и вовсе доводили рубящую мощь клинка до предельного совершенства.
Они обменивались ударами снова и снова, а зрители вокруг следили за схваткой во все глаза, молча запоминая имя Чу Фэя. Ци Хэ и сам по себе был одним из сильнейших мастеров среди молодого поколения Стражи Цзинъу, чьей боевой силой восхищались даже многие ветераны. То, что Чу Фэй мог сражаться с ним на равных, доказывало: подобная мощь — большая редкость даже для Стражи Цзинъу.
Самое главное — этот парень был намного моложе! Ци Хэ исполнилось двадцать шесть, и центурионом Цзинъу он стал меньше года назад. Если же этот парень победит, то вполне сможет стать самым молодым центурионом Цзинъу в истории. Многие следовали за ним ещё из Зала Записей и, регистрируя Чу Фэй, уже успели ознакомиться с его личным делом.
— Охудеть, этот братец просто зверь!
Воскликнул тот самый парень в зелёном халате, что недавно подначивал Чу Фэя.
Будучи близким другом Ци Хэ, он прекрасно знал его возможности и в данный момент всего лишь намеревался немного досадить Янь Чжэншу, никак не ожидая, что Чу Фэй и впрямь одолеет обоих бойцов. Но теперь его мнение кардинально изменилось: Ци Хэ от природы был склонен к атаке, но сейчас вынужден был уйти в глухую оборону, явно оказываясь в проигрышном положении.
— Знал бы — ещё сильнее бы подначивал. Если бы он и впрямь уделал дядю Яня, да ещё и оттаскал бы его так же, я бы вчера не зря отхватил от наставника деревянной линейкой.
Затем этот тип снова разочарованно забормотал себе под нос, мыслями всё ещё затаив обиду на то, что Янь Чжэншу вчера настучал на него наставнику, из-за чего ему пришлось отведать палочных ударов.
И как раз в этот момент, пока он отвлёкся, ситуация на арене изменилась. Чу Фэй плашмя ударил по летевшей на него длинной булаве Ци Хэ, заставив её отклониться в сторону. В тот же миг острие его сабли молниеносно взметнулось вверх. Отразив короткую булаву Ци Хэ, он, действуя по заранее задуманному плану, тут же полоснул клинком по горизонтали. Затем, искусно закрутив острием лезвия цветочный узор, он уколол прямо в область уха Ци Хэ.
Хотя длинная булава Ци Хэ в этот момент успела вовремя заблокировать выпад, Чу Фэй, используя инерцию, обвёл клинок вокруг поясницы на пол-оборота, выхватив его из-под левого бока. Острие проскользнуло горизонтальным уколом прямо между заблокировавших удар булав соперника и замерло в трёх дюймах от его горла.
— Брат Чу искусно превращает клинок в копьё, тут нечего сказать. Ци Хэ проиграл.
Ци Хэ благородно признал поражение, опустил булавы и воздал должное Чу Фэю. Он действительно восхищался боевым мастерством Чу Фэя, особенно его умением контролировать ритм схватки: казалось, весь бой развивался по его расчёту, и каждое движение выглядело естественным и непринуждённым, но стоило оглянуться назад, как становилось понятно — за всем этим стоял чёткий замысел и расчёт.
— Брат Ци льстит, я победил лишь чудом.
С улыбкой ответил Чу Фэй. Булавы Ци Хэ и впрямь были невероятно сильны, просто он сам слишком часто спарринговался с братьями Хэ и уже успел выработать немало ценного опыта против парного оружия.
— Всё ещё не хочешь бросить мне вызов? Я-то посильнее его буду.
Вновь подал голос Янь Чжэншу. Он уже отдал приказ доложить о происшествии вану Цзинъу: столь юный возраст в сочетании с подобным мастерством заслуживали самого пристального внимания. Поэтому тон его стал не столь безразличным, хотя и оставался холодоватым — такова была его неизбывная природа, которую уже не исправить. К тому же в этот момент у него и вправду зачесались руки: соперников подобного уровня найти нелегко, а со старожилами они уже до тошноты натренировались друг с другом.
— На сегодня хватит. Если захотите померяться силами в будущем, Вэнь Лань всегда к вашим услугам.
Чу Фэй тут же отказался. Нынешний статус центуриона Цзинъу его вполне устраивал: и положение достаточно высокое, и свободы предостаточно. А вот сражаться с сильными мастерами он по-прежнему был не против и даже жаждал сходиться с разными противниками, чтобы продвигаться дальше.
— Хорошо. Тогда выбирай себе место службы.
Янь Чжэншу кивнул в знак согласия, после чего перешёл к делу: стражи рангом от седьмого и выше имели право сами выбирать себе подразделение среди Пяти Залов и Трех Палат или Двенадцати Стражей.
— Зал Цзинву.
Чу Фэй определился с выбором уже давно. Зал Цзинву обычно был самым праздным, а если и случались задания, то они заключались в поездках по всему государству Гань — можно было попутно повидать мир, что идеально отвечало его планам.
— Тогда ступай вместе с Ци Хэ. С этой минуты вы сослуживцы, он тебе всё подробно объяснит.
Янь Чжэншу взял личное дело Чу Фэя, вписал туда его ранг и принадлежность к подразделению, велел отослать бумаги в Зал Записей, бросил эту фразу и гордо удалился.
— Братец, ну ты силён! Даже второй брат оказался не тебе по зубам.
Молодой человек подошёл ближе, обменялся приветствием с Ци Хэ и приобнял Чу Фэя за плечи.
— Мы были равны, просто у меня накопилось много опыта в противостоянии парному оружию, да и моя сабля, боюсь, редкость в здешних местах.
С улыбкой покачал головой Чу Фэй. Вырываться он не стал — ему самому хотелось завести новых друзей, а эти двое производили весьма приятное впечатление.
Правда, кое на кого он производил совсем противоположное впечатление. Сюн Куй, которого он так лихо поверг, уже успел прийти в себя. И хотя он всё ещё был ранен и пока не мог сражаться в полную силу, это ничуть не мечало ему затаить злобу на Чу Фэя. Впрочем, никаких громких угроз бросать он не стал: злобно зыркнув на Чу Фэй пару раз, он с чьей-то помощью тоже покинул плац.
Чу Фэй не стал придавать этому особого значения и вместе с Ци Хэ направился прочь, весело переговариваясь по пути.
http://bllate.org/book/20000/1972280
Готово:
