Джувон находился на первом этаже жилого корпуса для VIP-персон при институте подготовки кадров и как раз разговаривал по телефону с директором Чу.
— Во второй половине дня я посещу близлежащий научно-исследовательский центр, после чего направлюсь в аэропорт. Команда по связям с общественностью будет сопровождать нас до этого момента, так что численность охраны не сокращайте. Да.
Библиотека была спроектирована с большими окнами, через которые внутрь обильно лился свет с прилегающей территории. Лишь окно возле письменного стола, за которым сидел Джувон, имело иную конструкцию: оно открывалось и закрывалось по принципу складной двери.
Уже некоторое время Ыйджин, стоявший спиной к Джувону, время от времени внезапно принимался делать упражнения с собственным весом. Это было отчетливо видно сквозь прозрачное стекло. Если бы такое случилось лишь однажды, Джувон, вероятно, не обратил бы внимания. Проблема заключалась в том, что Джин Ыйджин занимался этим абсурдным делом уже бессчетное количество раз, причем прямо на глазах у Джувона.
Почувствовав, как закипает голова, он поспешно закончил разговор.
— В общем, скорректируйте расписание соответствующим образом. Я вешаю трубку.
Положив телефон, он поднялся с места.
Тук, тук, тук.
Он постучал по стеклу, находившемуся ближе всего к Ыйджину. Услышав стук, Ыйджин тут же обернулся. Джувон демонстративно покрутил пальцем у виска. Ыйджин в растерянности прижал руки к локтям, явно не понимая, что происходит. Не меняясь в лице, Джувон поманил его указательным пальцем.
Ыйджин постучал по смарт-часам на запястье, что-то говоря, но из-за закрытого окна Джувон ничего не услышал.
Не имея другого выбора, он распахнул дверь.
— Что ты сказал?
— Я говорил, что если носить смарт-часы, то связь с агентами безопасности становится гораздо быстрее и слаженнее. Почему вы их не носите?
— Возможно, я хотел общаться с агентом Джин Ыйджином медленным и неудобным способом?
Оставшись без ответа, Ыйджин перешел к делу:
— Зачем вы меня позвали?
— Разве я не велел тебе ранее возвращаться в жилой корпус? Почему ты не подчиняешься и устраиваешь гимнастику при лунном свете?
— Ну, я собирался вернуться, но директор Чу сказал, что мне не следует этого делать.
— Над моими приказами не должны стоять распоряжения директора. Это раздражает. Иди.
— Просто считайте меня невидимкой.
— Ты слишком эгоцентричен. Ты не невидимка. Волосы у тебя черные, лицо бледное.
— Вот поэтому я и прошу вас считать меня…
Джувон с силой ударил по стеклу и улыбнулся. Удар вышел весьма ощутимым, однако взгляд его оставался холодным. Вздрогнув от неожиданности, Ыйджин осекся на полуслове.
Это было предупреждением. Если он не уйдет прямо сейчас, трудно предугадать, чем всё закончится.
У него действительно не было намерения становиться обузой. Просто присутствие Джувона за спиной не позволяло ему спокойно оставаться на месте. Этот холодный, пристальный взгляд то и дело всплывал в его памяти. На ум приходили и прохладное тело, и прикосновения. Каждое едва уловимое шуршание, доносившееся от этого мужчины в его сторону, оставляло в голове смутный, тягучий след.
Он не знал, как точно назвать эту лихорадочную пульсацию. Как бы там ни было, они оба были мужчинами. Инстинктивно это должно было вызывать отторжение. Но этого не происходило.
Именно это глубоко тревожило Ыйджина. В последнее время из-за этого он почти не спал.
— В общем, я плохо сплю в последнее время. И всё благодаря вам, исполнительный директор.
— На том свете сможешь спать вечно. Хочешь, я провожу тебя в новый мир?
Слегка кашлянув, Ыйджин быстро сменил позицию:
— Мне некуда идти. Если я вернусь в жилой корпус, меня вышвырнут. Я останусь там, где вы велели.
Вместо ответа Джувон на мгновение задумался. Хотя погода постепенно теплела, ночной воздух всё еще оставался промозглым. Даже невооруженным глазом было видно, что кончик носа и щеки Ыйджина заметно покраснели.
Тот выглядел уставшим, и Джувон не видел ни причин, ни необходимости держать его на улице в такую погоду. Директор Чу был преданным и рациональным сотрудником с точки зрения охраняемого лица, однако порой придерживался жестких, старомодных методов. Будучи излишне принципиальным, он иногда не мог в полной мере позаботиться об агентах безопасности. Возможно, именно такое воспитание и сделало Джин Ыйджина слишком привычным к пренебрежительному отношению к себе. Это раздражало Джувона.
— Я сам позвоню директору Чу, так что возвращайся в корпус.
Сказав это, Джувон двинулся, чтобы закрыть окно. В этот момент Ыйджин резко подался вперед и перехватил рукой оконную раму, не позволяя ему это сделать.
Джувон был крайне озадачен. Это была естественная реакция. Никто прежде не смел подобным образом препятствовать его действиям. Даже сам Ыйджин, поступивший импульсивно, казалось, смутился и заговорил обеспокоенным тоном:
— Если я вернусь вот так, директор Чу задаст мне трепку.
Пока он говорил, просто всматриваясь в темные глаза Джувона, тот резко наклонился вперед. Их взгляды, до этого направленные под углом, теперь встретились совсем близко.
Вглядываясь в подрагивающие глаза Ыйджина, мужчина ответил глухим голосом:
— Если ты останешься здесь в таком виде, тебе задам трепку я.
— Почему… почему вы передразниваете меня?
— Ты сам сказал, что в твоей голове пусто, так неужели там нет и понимания иерархии?
— Есть. И предостаточно. Именно поэтому я прямо сейчас охраняю вас, разве нет?
— Тогда ты должен знать, что мой ранг выше, чем у директора Чу. Мое слово имеет приоритет. Ты мне не нужен, так что проваливай.
Когда Джувон снова попытался закрыть дверь, Ыйджин еще раз перехватил его руку. На этот раз поступок не был импульсивным. У него была цель, и он намеревался довести дело до конца.
Квон Джувон являлся куратором этого проекта и главным охраняемым лицом. Он был занят весь день. И даже когда у него наконец выдавалась минута уединения, Ыйджина задевало, что тот запирался в одиночестве, чтобы закончить оставшиеся дела. Даже если тем, чем занимался этот мужчина, был демонтаж компании его семьи — W, для него это всё равно имело значение.
— До каких пор вы собираетесь работать? Уже почти полночь.
Сверившись со своими часами, Джувон бросил короткий ответ:
— До двух.
Проверив время вслед за Джувоном, Ыйджин спросил:
— Вы ведь снова проснетесь рано?
— В шесть. С самого утра начнется полноценный график, так что явись вовремя.
— Как я могу спокойно спать, оставив вас одного в библиотеке? Я побуду здесь до двух.
— Ты твердо вознамерился идти мне наперекор. Неужели ты уже представляешь, как пишешь объяснительную?
— Я бы назвал это сверхурочной работой. Гимнастикой я заниматься не буду, так что работайте.
— Дождусь ли я когда-нибудь от тебя простого «да»?
— Одному быть одиноко.
Джувон молча закрыл рот.
Ыйджин, вероятно, не имел в виду, что сам одинок. Жилой корпус охраны из-за сопутствующих обстоятельств делили между собой сразу несколько человек.
В памяти всплыл голос того, кто, зная, каково это — остаться одному в этом мире, неуклюже, но искренне пытался его утешить.
Да как он смеет.
«Самонадеянный и дерзкий».
И тогда, и сейчас ему следовало бы разозлиться, однако он не почувствовал особого раздражения, и это уязвило его еще сильнее.
Пока он сопоставлял эти воспоминания, Ыйджин медленно убрал руку.
— Если вы проявляете заботу, то со мной действительно всё в порядке. Честно говоря, я не хочу идти в корпус. Так что, когда директор Чу велел мне остаться, я на самом деле обрадовался.
Сказав это, Ыйджин вежливо поклонился. Наблюдая за тем, как агент возвращается на свое прежнее место, Джувон провел рукой по губам. Он мог примерно догадаться, почему Ыйджин не хотел идти в жилой корпус.
Завтра, в последний день обучения новых сотрудников, наступал тот самый единственный день в году, когда все свободные агенты безопасности собирались на внутреннее мероприятие. Члены департамента охраны ежегодно знакомились с новыми лицами в зале близлежащего института. При частой полевой работе такие возможности были необходимы, чтобы сотрудники не теряли связь друг с другом на долгие годы. В каком-то смысле это уже стало традицией.
А значит, сегодня ночью ему пришлось бы спать в одном здании с этим проблемным Лим Чигю.
Джувон помнил об этом, и то, что Ыйджин заговорил об этом первым, оказалось почти кстати. Это также пробудило в нем желание высказать то, что крутилось в голове.
Он знал, что подобные слова, как однажды выразился На Джэхи, означают «проявлять слабость». Он понимал это, но его внутреннее «я» разрывалось от желания сделать именно это.
Желание что-то сделать.
Сама идея импульсивного выбора, основанного исключительно на эмоциях, была ему чужда.
Поборясь с собой, Джувон в конце концов указал пальцем внутрь окна.
— Агент Джин Ыйджин.
— Да? Вам что-то нужно?
— Сегодня ночью ты спишь со мной.
Джувон произнес это так, словно просто отмахнулся от собственных мыслей, полностью сохраняя самообладание. Однако Ыйджин замер с преувеличенно потрясенным видом. Что бы он там ни вообразил, обе его щеки мгновенно залились розовым. Покрасневшие щеки задрожали, словно трава на ветру.
Наблюдая за столь ярко и прямо на его глазах меняющимся выражением лица, Джувон лишился дара речи.
Действительно, мысли Ыйджина были прозрачны в каждый отдельный момент. Поскольку сам Джувон в последнее время демонстрировал некоторое подозрительное поведение, способное вызвать подобную реакцию, он посчитал необходимым внести ясность:
— Очередное недопонимание, переходящее границы. Я не имел в виду «спать со мной».
— …Да? А что тогда?
— Здесь несколько комнат, так что выбери любую. Это ведь из-за того парня по фамилии Лим, верно? Мне тоже не нужны лишние шумы.
— О-а. В этом смысле «спать». О-а…
Было ли это облегчением, разочарованием или радостью? Какое-то неописуемое выражение застыло на раскрасневшемся лице Ыйджина. Он, казалось, раздумывал, этично ли это, а затем покосился на невозмутимого Джувона, и его глаза блеснули.
Это одновременно и радовало, и раздражало.
Несмотря на свою простоту, он, похоже, был перегружен, пытаясь одновременно разобраться в нескольких эмоциях.
— Я побуду снаружи до двух. Я не смогу уснуть, пока вы всё еще работаете.
— Тогда заходи внутрь и жди.
— Всё в порядке? Я не стану обузой?
— Станешь. Шевелись, пока я не передумал.
Прежде чем он закончил фразу, Ыйджин перемахнул через оконную раму, которая была выше его талии.
С глухим стуком приземлившись на обе ноги внутри помещения, он обменялся взглядами с опешившим Джувоном.
— Агент Джин Ыйджин, как ты думаешь, для чего существует дверь?
— Для людей, которые не могут перепрыгнуть через это окно.
— Понятно. С хорошим телом разум, должно быть, пребывает в покое.
Осознав после просветленного «а-а», что его только что оскорбили, Ыйджин украдкой взглянул на Джувона. Почувствовав враждебный взгляд, Джувон покачал головой и двинулся дальше.
Наблюдая за тем, как тот направляется к письменному столу, Ыйджин отступил назад и устроился возле гостевого дивана, откуда ему был отчетливо виден Джувон.
Выпрямившись, Джувон сел за стол и поднял глаза. В его взгляде застыл огромный знак вопроса.
— Что ты делаешь? Почему не садишься?
— Жду ваших приказаний, исполнительный директор.
Тот издал сухой смешок.
— С чего это ты вдруг начал думать? Аж жутко стало. Веди себя как обычно.
Молча кивнув самому себе, Ыйджин поудобнее устроился на диване. Джувон следил за каждым его движением, не упуская ни одного момента. Несмотря на привычную беззаботность, Ыйджин двигался, как всегда, легко и бесшумно.
Во время их первой встречи Джувон сделал Ыйджину замечание за то, что тот попытался сесть без разрешения, и с тех пор Ыйджин редко позволял себе подобное. Он нечасто проявлял инициативу, зато всегда старался следовать инструкциям. Он относился к жизни — точнее, к каждому её мгновению — с бережностью. Почти неловко было наблюдать за таким усердием. Его прилежное стремление исполнить даже мелочный приказ Джувона не смеяться при нем непринужденно вызывало противоречивые чувства.
В последнее время Джувон всё чаще ловил себя на ощущении, будто его обычно безупречно контролируемые эмоции рассыпаются на осколки. По какой-то причине в груди подспудно ныло, а внутри нарастало беспокойство. Это тоже было новым чувством, которое он начал испытывать совсем недавно — и исключительно в присутствии Джин Ыйджина.
Спокойно проведя рукой по лицу, он произнес, избегая встречаться с ним взглядом:
— Я бы хотел чаю.
— Я передам. Какого именно?
Наклонившись вперед, чтобы снять трубку внутреннего телефона, Ыйджин замер в ожидании ответа. Джувон намеренно раскрыл папку с документами, хотя сосредоточиться на них, как обычно, не получалось, и бессвязно пробормотал:
— Что-нибудь успокаивающее.
Затем, словно пытаясь справиться с усталостью, прижал кончики пальцев к векам.
— Вы тревожитесь?
— Кажется, пульс немного учащен.
— Мне вызвать врача? Главврач находится в жилом корпусе для посетителей. Они, скорее всего, еще не спят.
— Ничего настолько серьезного. Достаточно чая. Ты тоже выпей. Ты поужинал? Тебя чуть раньше не было на месте.
На мгновение замешкавшись, Ыйджин ответил с небольшой задержкой:
— …Я позавтракал.
Не пообедал, а позавтракал. Джувон никак не ожидал подобного ответа и нахмурился:
— Который час, а ты моришь себя голодом?
Раздраженно взглянув на часы, он нетерпеливо махнул рукой:
— Закажи и себе что-нибудь перекусить. Выпечка подойдет?
— Да, вполне. От легких закусок у меня не бывает несварения, если не переедать.
Ыйджин позвонил на кухню, чтобы заказать чай для Джувона, добавил порцию для себя и немного легких чайных угощений, после чего повесил трубку и чинно сложил руки на коленях.
«Ты поужинал?»
Он поймал себя на мысли, что уже очень давно не слышал этой простой фразы.
Несмотря на годы, проведенные на этой работе, ни одно охраняемое лицо никогда не спрашивало его об этом. Окружение Квон Джувона куда больше привыкло получать заботу, чем проявлять её.
Товарищи по команде были такими же. Зная, что он редко ест в присутствии других, они почти никогда не расспрашивали его. По-видимому, они считали расспросы о его привычке есть в одиночестве бестактными. Это не было неприятно, просто доставляло некоторые неудобства. Иногда ему очень хотелось услышать такой вопрос.
Старая поговорка о том, что доброе слово способно отплатить за тысячу долгов, должно быть, действительно была правдой. Вернувшись с холода, он почувствовал, как сердце быстро согревается. Когда-то он думал о том, чтобы заставить Джувона почувствовать силу добрых слов, но теперь сам оказался тем, кто принимал это яркое, теплое сияние.
От мужчины, которого считал самым холодным человеком в мире.
Оттого, что Джувон даже не осознавал, какое влияние оказал на него, и не придавал этому значения, Ыйджину стало немного обидно.
Тук, тук.
Пока он украдкой поглядывал на работающего Джувона и наслаждался этим трепетным мгновением, в дверь постучали.
— Я возьму.
Переворачивая следующую страницу, Джувон хмыкнул:
— Разумеется, ты возьмешь.
— Ах. Точно.
Ыйджин поспешил к двери, забрал чай и вернулся к письменному столу Джувона. Судя по аромату, это была лаванда. Он скользнул взглядом по чайному столику в гостевой зоне, собираясь поставить поднос туда, но Джувон не шевелился, поэтому Ыйджин вместо этого поставил одну чашку прямо на письменный стол.
Некоторое время он стоял рядом. Джувон с любопытством поднял на него глаза и кивнул подбородком, предлагая забрать свою чашку. Только тогда Ыйджин заговорил:
— Вы собираетесь пить чай в одиночестве?
Джувон, казалось, опешил от столь прямого вопроса. Он в замешательстве посмотрел на оставшуюся на подносе чашку:
— Я что, заказал вино вместо чая? Нам нужно произнести тост?
— Нет, я имею в виду: раз уж вы собираетесь пить один, зачем заказали и на мою долю тоже?
— Чтобы успокоить тебя. Чтобы ты не лазил по чужим окнам.
«И чтобы ты немного остыл».
Эту часть Джувон объяснять не стал.
— О-а…
С неохотным поклоном Ыйджин вернулся к гостевому столику вместе с подносом. Джувон проследил взглядом за ним: как тот сел, поставил чашку и вдохнул душистый аромат.
После первого глотка глаза Ыйджина постепенно смягчились. Оглянувшись назад, он выглядел так, словно хотел что-то сказать, но не решался. Проще говоря, ему хотелось выпить чаю вместе.
Взгляд Джувона упал на чашку, стоявшую на его столе.
Нахмурившись, он нехотя поднялся. На Джэхи мог бы посмеяться над ним за такую мягкость, но ему нечего было возразить.
Он перенес чашку к гостевому дивану. Заметив, как Ыйджин неловко порывается встать, Джувон сел напротив него, а не во главе стола.
Опустившись обратно, Ыйджин слегка поправил позу, удивленно глядя на него.
Джувон не понимал:
— Мы всё равно находимся в одном пространстве. Какая разница?
— Разница есть. Находясь близко, можно лучше понять друг друга. Вы знали об этом?
— Ты спрашиваешь, знаю ли я? Ты? Меня?
— Говорят, люди инстинктивно хотят сесть напротив того, кто им нравится.
Пронзительный взгляд Джувона говорил о том, что его терпение подходило к концу.
Испугавшись, что его неправильно поняли, Ыйджин поспешно добавил:
— Я имею в виду, не то чтобы вы так поступили, исполнительный директор. Я говорю с точки зрения психологии.
— …
— Конечно, бывают и исключения. Например, люди с сильным самосознанием. Или те, кто слишком упрям и не склонен уступать.
Чем больше он говорил, тем сильнее запутывался. Следовало просто набить рот угощениями и замолчать. Горько сожалея о сказанном, Ыйджин принялся теребить пальцами ручку теплой чашки и наконец замолчал.
Джувон, наблюдавший за ним от начала до конца, закинул ногу на ногу. Слегка повернувшись, он пригубил чай и перевел взгляд за окно.
Ыйджин принялся изучать его профиль. Джувон сказал, что у него участился пульс, но внешне это никак не проявлялось. А вот лицо самого Ыйджина краснело мгновенно, что было поразительно.
Даже в обычное время, когда этот мужчина молчал, понять, о чем он думает, было невозможно. Он отличался крайней сдержанностью в проявлении эмоций. Если в самой глубине его сердца и скрывалась какая-то рана — большая или маленькая, — никто, кроме него самого, никогда не смог бы увидеть эту уязвимость.
Подавляя настойчивое желание узнать о Квон Джувоне больше, Ыйджин тихо отпил чаю. Душистый, мягкий аромат лаванды раскрылся в полной мере. В нем одновременно ощущались фруктовые и цветочные ноты.
— Вы обычно пьете это дома?
— Это вкус председателя Квон. Я притрагиваюсь к подобному только по необходимости.
— Скучно вы живете. Хм. Я тоже предпочитаю чай кофе.
— Почему тогда без чайника? Попроси еще.
— Одной чашки достаточно. Если выпью слишком много, не смогу уснуть. Я проверил состав в этот раз: этот чай оказался намного дороже обычного. Вероятно, из-за других экстрактов.
http://bllate.org/book/19797/2922258
Готово:
