Цзи Юйчуань взмахнул рукавом, обходя Сяо Ци, перестал обращать на него внимание и быстрым шагом направился вперёд.
— Эй, Господин, подождите меня!
Вэнь Сяоци понимал, что пересёк черту дозволенного для Цзи Юйчуаня, и поспешил следом. Неподалёку от речной косы возвышался огромный валун, его восточная сторона выглядела так, будто её срезали ножом, а внизу тянулось довольно узкое русло, по которому с шумом неслась река Утренней Воды. Цзи Юйчуань перепрыгнул через этот валун и скрылся за ним. Опасаясь, что тот действительно бросит его, Вэнь Сяоци прибавил шагу и кое-как карабкался наверх.
Пока Вэнь Сяоци тяжело отдувался на валуне, Цзи Юйчуань успел уйти далеко вперёд. Я считаю тебя Сяо Мэем, а не думаю, что ты похож на Сяо Мэя, — понятия разные, дай мне всё толком объяснить.
Раздался громкий всплеск воды. Цзи Юйчуань в тревоге обернулся: за спиной Вэнь Сяоци взметнулись брызги высотой в несколько чжанов, и из воды выпрыгнула большая рыба в синей чешуе с разинутой пастью. Вэнь Сяоци тоже почувствовал неладное за спиной, но прежде чем успел среагировать, ощутил, как мощный и свирепый порыв ци от ладони Цзи Юйчуаня с силой пронёсся возле самого его уха. В следующий же миг хвост огромной рыбы отбросил Вэнь Сяоци прямо в воду.
Река бурлила. От удара рыбьего хвоста Вэнь Сяоци едва не потерял сознание, наглотался воды, и на поверхность непрерывно всплывали пузыри. Не успел он толком побороться с течением, как увидел, что к нему снова несется та самая зубастая Сишуйская гигантская рыба. Когда Вэнь Сяоци уже почти смирился со смертью, какая-то сила оттянула его в сторону. Рыба промахнулась и, проплыв изрядное расстояние, развернулась.
Цзи Юйчуань одной рукой придерживал Вэнь Сяоци, а в другой сжимал валун размером с получеловека. Когда тварь снова бросилась на них, Цзи Юйчуань засунул этот камень прямо в пасть Сишуйской гигантской рыбы, в то время как Вэнь Сяоци, беспрерывно выплёвывая пузыри воздуха, был уже при смерти.
Длинное щупальце утащило Вэнь Сяоци на дно. Цзи Юйчуань увлёкся схваткой, а когда опомнился, в его руке остался лишь обрывок рукава. На глубине очертания тела Вэнь Сяоци постепенно растворялись.
Цзи Юйчуань широко раскинул руки и поплыл в самую глубь речного дна.
Ниже по течению от огромного валуна на безмятежной доселе глади воды взметнулся огромный водоворот. Цзи Юйчуань разорвал Девятипалую длинную змею со дна реки на куски, наконец вырвался на поверхность и вытащил Вэнь Сяоци на ровную полоску речной косы, принимаясь то и дело надавливать ему на живот, чтобы выплеснуть всю воду.
— Сяо Ци, очнись! — Цзи Юйчуань попытался влить в него немного внутренней энергии.
Вэнь Сяоци всё не дышал. Нахмурившись, Цзи Юйчуань склонился над ним, припал к губам, делая искусственное дыхание, заодно передавая крупицы истинной ци.
Очнувшись и увидев прямо перед собой гигантское лицо Цзи Юйчуаня, Вэнь Сяоци испуганно отпрянул. К нему вернулась чувствительность, и только тут он понял, что их губы плотно прижаты друг к другу, а Цзи Юйчуань делится с ним своим дыханием.
— Кхе, кхе-кхе...
Откашлявшись, Вэнь Сяоци перевернулся набок. Цзи Юйчуань выглядел несколько смущенным тем, что тот так внезапно пришёл в себя, и просто стоял рядом, а видя, как тяжело тот кашляет — казалось, он вот-вот выплюнет собственные лёгкие, — безмолвно и легко похлопал его по спине.
— Сп... кхе, спасибо... Господин, — беспрерывно бормотал Вэнь Сяоци. Когда Цзи Юйчуань только взмыл в воздух и скрылся за тем валуном, Вэнь Сяоци действительно подумал, что тот бросил его навсегда.
Глядя на губы Цзи Юйчуаня, Вэнь Сяоци не мог поверить: он ведь... действительно сделал искусственное дыхание какому-то слуге! Почему? Почему ты можешь относиться к другим так хорошо, быть таким тёплым, почему бы тебе тогда не спасти мир? Уставившись на губы Цзи Юйчуаня, Вэнь Сяоци на мгновение замер, а затем украдкой бросил взгляд на его глаза. Цзи Юйчуань тоже смотрел на него. Вэнь Сяоци не знал, отвести ли взгляд или оставить всё как есть. С чего бы Цзи Юйчуаню смущённо прятать глаза? В итоге они так и стояли, неловко глядя друг на друга добрую половину дня — вышло прямо как в дешёвой мелодраме.
Как только Вэнь Сяоци перевёл дыхание и его лицо немного порозовело, он тут же притворился потерявшим память, чтобы разрушить неловкое молчание, и вернулся к первоначальной теме:
— Господин, я просто хотел спросить: если существует книга, повествующая о нашем мире, как думаете, мог ли кто-нибудь попасть сюда из внешнего мира? Я хочу спросить: а вы случайно не извне этой книги?
Вэнь Сяоци больше не хотел играть в эти угадайки вроде «ты выслушай меня — нет, не буду слушать, не буду, не буду». Всё в мире демонов казалось до боли чуждым, каждый шаг таил опасность и одиночество. Ладно еще, если бы никто из них не происходил из реального мира — тогда пусть каждый просто играет свою роль. Но если хоть малейший шанс существовал, от него никто бы не отказался. Одиночество — заклятый враг человечества. И потому ему безумно хотелось узнать, является ли Цзи Юйчуань тем самым Сяо Мэем.
Цзи Юйчуань отвернулся. Вэнь Сяоци заглянул ему в лицо: выражение не изменилось, всё та же бесстрастная маска. Тот лишь добавил:
— Я не принимал тебя за Сяо Мэя.
— Я не он, — холодно ответил Цзи Юйчуань, услышав это имя.
Странно, неужели и впрямь нет? Да как такое может быть? Будь Цзи Юйчуань Сяо Мэем, всё сразу встало бы на свои места. Цзи Юйчуань читал «Историю хаоса мира демонов» и потому знал, что под третьей плитой пола в погребальном зале Поместья Цзи запечатан ишоу. Вероятно, желая помешать чудищу причинять вред людям в будущем, Цзи Юйчуань тайком выпустил его, но никак не ожидал, что ишоу покусает Сяо Ци, что и привело к перемещению Вэнь Сяоци.
А вместе с освобождением ишоу рухнул и барьер, соединённый с печатью под погребальным залом семьи Цзи, позволив Мяо Цзи проникнуть из мира демонов в ночь Цзянчэна, из-за чего и Гниющий Дракон пробудился преждевременно... Но главное — это объясняло бы, почему Цзи Юйчуань разорвал помолвку и отправился на Гору Наньмин искать Се Вэя.
Но он — чёртов не он!
Цзи Юйчуань шагал быстро, Вэнь Сяоци плёлся позади:
— Повелитель Демонов, выслушайте меня! Даже если вы не Сяо Мэем, даже если вы не попаданц, это ничего не меняет. Раз не получается объяснить — ну и ладно!
— Господин, подождите меня!
— Господин, не сердитесь, я правда не принимал вас за Сяо Мэя.
— Господин... — Ну зачем идти так быстро?
Юг Утренней Воды.
На тысячах му болот повсюду пестрели хаотичные следы ног, кое-где темнели недавно выкопанные глубокие ямы, на дне которых плескалась скудная жёлтая жидкость, похожая на чьи-то яйца. Судя по всему, здесь находилось убежище остакланного рода Сечи Мо, где в ожидании вылупления покоились рыбьи икринки. Теперь же всё было полностью уничтожено.
Вэнь Сяоци оглядел окрестности с помощью Небесного Ока — признаки жизни практически отсутствовали.
— Господин, здесь нет сформировавшихся демонов... кхм... сформировавшихся русалок.
— Угу, найди мне ветку, — кивнул Цзи Юйчуань. Проследив по двум следам на земле, он медленно двинулся вперед и остановился у самого обычного на вид места. Взяв принесённую Сяо Ци ветку, он с силой вонзил её в землю. Раздался глухой звук ломающихся костей и брызнувшей крови — судя по всему, это была еще не достигшая зрелости русалка.
Вэнь Сяоци про себя подумал, что, скорее всего, это были те самые выжившие сородичи Сечи Мо, которые спаслись, обратившись водяными змеями.
Цзи Юйчуань отыскал еще несколько мест, где могли прятаться живые существа, и методично покончил с каждым из них.
— Господин... — Вэнь Сяоци хотел было что-то сказать, но прекрасно понимал всю жестокость расправ в мире демонов: никто не желает оставлять в живых потенциальных противников, даже если те дадут о себе знать лишь спустя тысячи лет.
На обратном пути Цзи Юйчуань по-прежнему шел впереди. Вэнь Сяоци семенил сзади, беспрестанно умоляя:
— Господин, подождите меня, Господин, я виноват.
Усталость от этого щебетания переполнила чашу терпения Цзи Юйчуаня. Достав из пазухи свёрток в носовом платке — до боли знакомые Вэнь Сяоци три блекло-жёлтые леденца! — он протянул его спутнику.
— Снова есть конфеты? — с горечью подумал Вэнь Сяоци. — Если я съем их, Господин меня простит?
— Я спас тебя и сделал искусственное дыхание, как же тебя не простить?
Правда? Повелитель Демонов всё-таки не умеет долго сердиться. Раз велено есть конфеты — что ж, поедим. Пусть даже эти три штуки, пропитавшись потом и речной водой за пазухой Цзи Юйчуаня, выглядали не лучшим образом да и на вкус... оставляли желать лучшего. Тем не менее Вэнь Сяоци был безумно рад, вытащил одну ужасно липкую конфету и отправил в рот. Шагавший впереди Цзи Юйчуань молча усмехнулся: ну и дурак же этот малый.
Жуя конфету, Вэнь Сяоци вдруг сообразил, что здесь что-то не так. Искусственное дыхание... искусственное дыхание... Черт, в древности не было такого слова! В те времена говорили просто «передача дыхания»!
Погодите-ка, так ты и есть Сяо Мэй!
— Сяо Мэй... Сяо Мэй... Постойте... — с набитым ртом бормоча под нос, Вэнь Сяоци подбежал к Цзи Юйчуаню, пальцами вытащил конфету изо рта и выпалил в восторге: — Сяо Мэй, да ты же Сяо Мэй! Искусственное дыхание — я абсолютно точно никогда не использовал это слово в книге! Ты ведь прибыл из-за пределов этой книги, верно?
Цзи Юйчуань глянул на него, и его лицо, годами лишённое каких-либо эмоций, наконец треснуло, словно затянутый льдом пруд. Наконец он не выдержал, опустил голову и тихо рассмеялся, а затем, глядя на Сяо Ци, кивнул:
— Верно. Наконец-то догадался. Куда глупее, чем я думал.
Вэнь Сяоци поклялся себе, что это была самая большая удача в его жизни с момента попадания в это проклятое место; казалось, все прошлые невзгоды и неудачи были лишь платой за ожидание этого мгновения. И пусть Цзи Юйчуань снова назвал его глупым, Вэнь Сяоци всё равно был настолько потрясён, что не находил слов. Не раздумывая, он бросился вперёд и крепко обнял Цзи Юйчуаня. Как же трудно оказалось! Встретить в таком жутком месте человека из своего собственного мира — это ощущение земляков, чьи глаза наполнились слезами при встрече, Вэнь Сяоци прочувствовал сегодня в полной мере.
— Ты знаешь, кто я? — с недоверием спросил он.
— Вэнь Сяоци, — улыбнувшись, ответил Цзи Юйчуань.
Этого имени никто не произносил уже так давно, что Вэнь Сяоци и сам почти поверил, будто его зовут Сяо Ци.
— Почему же ты тогда промолчал, когда я спрашивал в прошлый раз?
— Дурень. Рядом околачивались Ло Дунсюнь с Се Вэем.
Цзи Юйчуань, похоже, тяготился столь крепкими объятиями Вэнь Сяоци, но отстранять его не стал.
— Ты уже тогда знал, что я — это Вэнь Сяоци, почему же потом ничего не сказал?
Тебе доставляло удовольствие водить меня за нос? Только не говори, что у тебя были на то веские причины.
— Хм... — со зловещим весельем подумал про себя Цзи Юйчуань. Веских причин и вправду не было, просто знать то, чего не знают другие, оказалось на редкость забавно. — Не в тот раз. Я понял, что ты — вовсе не настоящий Сяо Ци, ещё до этого.
— Тогда когда же?
— Просто хотел посмотреть, насколько ты глуп! И когда же ты догадаешься, что я — ненастоящий Цзи Юйчуань.
Цзи Юйчуань ни капли не стыдился того, что играл чужими чувствами.
Можешь не выражаться так прямо?!
— Значит, ты всё это время просто издевался надо мной?!
— Угу.
И неужели тебе было весело меня одурачивать? Ты хоть представляешь, как я мучился догадками, а тебе, оказывается, весело! Вэнь Сяоци захлестнула волна праведного гнева. Лицо Цзи Юйчуаня находилось совсем близко к его собственному, и в порыве злости он разинул рот, намереваясь впиться зубами в чужую шею.
— Опять кусаешься? — Цзи Юйчуань сообразил, что перегнул палку, и, зная, что Сяо Ци от злости может его укусить, холодно пресёк этот манёвр.
Вэнь Сяоци взял себя в руки, отвёл уже прижатые к шее Цзи Юйчуаня зубы и с неловким видом отпустил его. Да и прежде их отношения вроде бы не заходили так далеко, чтобы бросаться друг другу на шею и кусаться?
— Прости... — Вэнь Сяоци отступил назад, чувствуя себя немного удручённым. — Но нельзя же было так издеваться надо мной... К тому же, Сяо Мэй, я ведь был совсем один...
— ...Я не Сяо Мэй. — Какой ещё Сяо Мэй? От этого прозвища уже в ушах звенит, так и подмывает выволочь кого-нибудь на плаху!
— Ты и есть Сяо Мэй! — только теперь Вэнь Сяоци осознал всю степень собственной глупости. — Ты ведь читал тот роман в жанре страшных мистических историй «Хроники Мяо Маня»? Я его написал.
— Читал. И что с того?
— Твой аккаунт тогда назывался «Читатель Мэй», забыл?!
— М-м... — Цзи Юйчуань призадумался. — У меня слишком много запасных аккаунтов, подзабыл.
Впрочем, винить Цзи Юйчуаня не стоило: Вэнь Сяоци никогда не обращался к нему по имени Сяо Мэй во время переписок, оно значилось лишь в примечаниях, к чему он так привык. Так вот в чём была загвоздка? Вэнь Сяоци снова был готов разреветься от собственной глупости.
http://bllate.org/book/19780/1948928
Готово: