На ключице белел вырез одежды, а чуть ниже виднелась серебряная цепочка — наверное, она ainda хранила тепло тела своего хозяина…
Ся Минчи не смел продолжать эту мысль, стремительно отвел взгляд, чувствуя, как у него начинает гудеть голова.
Хотя одеяло еще минуту назад было холодным, почему сейчас стало так жарко?
Лу Цихуай посмотрел на парня и предложил:
— Если тебе так трудно уснуть, давай ляжем валетом — головами в противоположные стороны, тогда не будет никакой неловкости.
— Хорошо.
Получив согласие, Лу Цихуай переложил подушку к другому краю. Ся Минчи был благодарен ему за деликатность, и наконец-то смог нормально отдохнуть.
Шёл сорок восьмой день, и тысячи учебных пособий «5.3» лежали вокруг.
Ся Минчи спал крепко-крепко и даже видел сны.
Ему приснилось, будто он снова превратился в кота и вернулся в арт-пространство. Там Лу Жэньюань в серой рубашке и розовой клетчатой юбке мыл посуду у раковины. Заметив его, мужчина тут же прикрыл руками ноги и поднял панику.
Затем Ся Минчи почувствовал запах роз и понял, что врач одет в белоснежный костюм.
Окружающий пейзаж резко сменился потрепанной костюмерной.
Врач прижал его к стене, глядя безумным и страстным взглядом, и что-то шептал, но слов было не разобрать.
Врач сжал его руки в тиски и стал настойчиво, до исступления требовать своего. Ся Минчи знал, что на этот раз сбежать некуда — в конце концов, в прошлый раз он схитрил во время прохождения.
Ощущения были одновременно пугающими и странными.
Реальность и сновидение переплелись, слились воедино, словно переживались заново.
В этот момент в его теле, казалось, произошли невероятные изменения.
— Ух?! — Ся Минчи распахнул глаза. Часы на столе показывали, что до подъема осталось ровно пять минут.
Остальные трое, должно быть, еще не проснулись.
Ся Минчи осторожно приподнял голову и увидел, что Лу Цихуай лежит лицом к стене, его черные волосы растрепаны, а грудь мерно вздымается и опускается.
Он пошевелил ногой.
Среди ночи его стопа угодила кому-то под одеяло и теперь прижималась к чужой груди.
Раньше Ся Минчи каждое утро просыпался с ледяными ногами, но сейчас его ступни горели теплом.
Конечно, была еще одна вещь, доводившая его до крайнего смущения — ему требовалось сменить белье.
Наверное, всё дело было в ночном кошмаре. В части с арт-пространством всё было еще относительно прилично, но когда дело дошло до Луиса, сон превратился в эротический.
Когда он проходил тот уровень, его внимание было полностью сосредоточено на подземелье, и он ни о чем таком не думал. Но теперь, вспоминая об этом во всех подробностях... он оконфузился прямо во сне...
Прозвенел сигнал побудки, и остальные трое начали одеваться.
Ся Минчи сжался в комок под одеялом, не смея шевельнуться. Лу Цихуай заметил неладное: запах был слишком резким, а они ведь спали под одним одеялом.
Увидев, как парень отчаянно и беспомощно пытается прижать задравшийся уголок одеяла, Лу Цихуай открыл тумбочку Ся Минчи, достал оттуда чистые трусы и, сделав вид, будто поправляет собственную подушку, вложил их в руку Ся Минчи, спрятанную под одеялом.
Во взгляде Ся Минчи, обращенном к Лу Цихуаю, читалась бесконечная благодарность, однако тот не задерживался — с абсолютно невозмутимым видом он взял полотенце и кружку и отправился умываться.
Чжоу Чжэн тоже подгонял:
— Сяо Ся, давай быстрее, не опаздывай.
По дороге в класс Ся Минчи не находил себе места от тревоги.
Хотя для парней это сущещая мелочь, кому захочется, чтобы другие узнали о подобном?
Воспользовавшись моментом, пока Чжоу Чжэн и Чжэн Бинь пререкаются между собой, Ся Минчи поравнялся с Лу Цихуаем.
— Спасибо.
Парень выпалил это на одном дыхании, выглядя довольно зажатым.
Лу Цихуай мягко улыбнулся и тихо произнес:
— Это мне нужно тебя благодарить. Если бы не ты прошлой ночью, я бы точно заболел от холода.
— М-м, я имел в виду... э-э...
Проклятье, ну как такое сказать?
Ся Минчи редко когда бывал настолько растерян. От смущения он слегка закусил губу.
Его бледно-розовые губы тут же налились кровью и стали ярко-алыми.
Лу Цихуай взял себя в руки:
— Да, я понимаю, о чем ты. Вообще-то испытывать влечение к одноклассникам — это совершенно нормально, особенно с учетом наших текущих настроек пубертатного периода, так что очень легко...
Зайти слишком далеко.
— Если тебя это тяготит, ничего страшного. Сегодня вечером я уйду спать на свою кровать.
— Нет, не то...
Ся Минчи чувствовал, что его язык заплетается. Украдкой бросив взгляд назад, он убедился, что Чжэн Бинь и Чжоу Чжэн не обращают на них внимания.
— Мне приснились первые два уровня, и там были такие моменты... ну, знаешь... В общем, это не было направлено на тебя. Правда, я не имел в виду ничего такого! У нас чистая дружба, клянусь, если у меня были какие-то дурные мысли на твой счет, пусть меня молния поразит.
Ся Минчи искренне считал Лу Цихуая отличным парнем — мягким, внимательным, и хотя тот мало говорил, было заметно, как он умен и проницателен.
Он не хотел, чтобы тот подумал, будто у него «потекла крыша» от совместной ночевки. Тогда кем бы он в глазах окружающих выглядел?
Пошляком, думающим нижней половиной тела и зарившимся на красоту Лу Цихуая?
Услышав страшную клятву Ся Минчи, Лу Цихуай едва не расплылся в улыбке до ушей, а в его голосе прозвучало даже какое-то разочарование:
— Эй, неужели я совсем не привлекателен? Обязательно было так подробно оправдываться?
— А?
Ся Минчи опешил: что это еще за намеки?
Лу Цихуай протянул руку и привычно взъерошил волосы Ся Минчи, приглаживая выбившуюся от ветра прядку на макушке.
Он склонил голову к Ся Минчи, говоря так, будто делился секретом, известным только им двоим:
— Понял я, понял. Не буду ничего додумывать и никому не расскажу.
Только тогда на лице Ся Минчи появилась улыбка — яркая, словно внезапно распустившийся цветок, милая и игривая.
Чжэн Бинь заметил, что стоило ему отвлечься, как Лу Цихуай снова оказывается рядом с Ся Минчи.
Ускорив шаг, он в два счета обогнал Чжоу Чжэн и нагнал их:
— О чем это вы тут шепчетесь и улыбаетесь?
Лу Цихуай ответил:
— Мы гадаем, откуда мог взяться тот странный звук в музыкальном классе.
Чжэн Бинь не собирался так легко сдаваться:
— И что, это повод для такого веселья?
Ся Минчи промолчал, а Лу Цихуай продолжил:
— Ну, вообще-то веселье зависит не столько от темы разговора, сколько от собеседника.
Он прямо посмотрел в глаза Чжэн Биня; его темные зрачки сузились, и в точке пересечения их взглядов столкнулись немой вызов и скрытая борьба.
— Ладно уж. — Чжэн Бинь с сомнением поверил на слово и первым вошел в класс.
За ночь на партах стало еще больше учебных пособий «5.3».
Ся Минчи пришлось буквально запихивать эти стопки в парту.
На большой перемене Ся Минчи и остальные собирались пойти к Ван Сыци и Мэн Ицзе, чтобы обменяться информацией, но их прямо у выхода из класса перехватил Большой Циркуль.
Ся Минчи среагировал мгновенно — отвесил циркулю поклон и вовсю завопил:
— Здравствуйте, учитель математики!
Циркуль произнес:
— Перерыв! Чего это вы шастаете по коридорам вместо того, чтобы решать задачки?
Чжоу Чжэн нашелся:
— В туалет...
— Опять?!
Опять? Что значит «опять»?
Чжоу Чжэн потерял дар речи:
— Учитель, мы же обычные люди! Разве справлять естественные надобности и спать для обычного человека — это ненормально?
Большой Циркуль пару раз покачался из стороны в сторону:
— Пожалуй, верно.
Четверо парней бросили взгляд на одноклассниц, вышедших из одиннадцатого класса, и глазами показали им возвращаться назад и не предпринимать никаких опрометчивых шагов.
Однако Циркуль вовсе не собирался уходить:
— Раз уж мы встретились, я просто обязан устроить вам небольшую проверочную работу.
Боясь, что циркуль задаст какой-нибудь каверзный вопрос, Чжоу Чжэн попытался отшутиться:
— Не надо, учитель, я же прямо здесь в штаны намочу... К тому же я круглый двоечник, у меня по математике вечно хвосты!
Циркуль плавно подплыл к остальным:
— Разве среди вас нет тех, кто учится лучше?
Ся Минчи заступил перед Чжоу Чжэн:
— Учитель, у меня хромает предмет, математика — моя слабая сторона. Может, я лучше загадаю вам загадку про числа? Если вы ответите неправильно, то отпустите нас.
Большой Циркуль тут же оживленно затрясся:
— С удовольствием! Еще ни один ученик не мог поставить меня в тупик своими задачками! Выкладывай!
— Семь братьев Хулува собрались ехать на метро, сколько билетов им нужно купить?
— А? — Большой Циркуль опешил.
И не только оно — Чжоу Чжэн, Лу Цихуай и Чжэн Бинь тоже озадаченно переглянулись. Что это вообще за вопрос такой?!
Циркуль протянул:
— Погодите-ка, это ведь вроде бы не математическая задача...
— Я же сказал: загадка связана с числами. В условии четко фигурирует цифра семь.
Циркуль помолчал пару секунд:
— Ответ: семь, шесть или один.
Чжоу Чжэн заинтересовался:
— Это как понимать?
— Купить на каждого — получится семь билетов. Шестой братец ведь невидимка, так что если использовать единый проездной для Шестого, обойдутся шестью билетами. Ну а если все семеро сольются в единого великого воина Хулу Сяоцзиня, то хватит и одного билета, — с гордостью заявил Большой Циркуль.
Учтя все возможные варианты и разобрав их по категориям, ответ выглядел логичным и безупречным.
Товарищи по команде уставились на Ся Минчи, ожидая, пока он огласит вердикт.
Ся Минчи покачал головой:
— Неправильно.
— Как это неправильно?! Ну-ка скажи, сколько билетов им нужно?! — Большой Циркуль было возмущено.
— Ноль. Хулува умеют летать, им билеты не нужны, — с видом знатока заявил Ся Минчи. — Учитель, вы должны внимательнее читать условия, в них часто кроются скрытые параметры.
— Пф... — Чжоу Чжэн изо всех сил зажал рот рукой. Впервые в жизни он понял, что сдерживать смех гораздо труднее, чем позывы в туалет.
Лу Цихуай тоже отвернулся — иначе он бы просто не удержал серьезное выражение лица перед учителем.
Плечи Чжэн Биня судорожно подрагивали: этого чудака-младшего брата просто невозможно было не любить до смерти.
— Учитель, вы же человек слова, верно?.. Так мы можем идти в туалет? — Ся Минчи склонил голову набок, глядя на учителя с невинным и чистым выражением лица.
Большой Циркуль, казалось, вело ожесточенное внутреннее бормотание. Наконец оно пробормотало:
— Ну... в общем-то, можно. Твой вопрос был просто великолепным, ты даже меня загнал в тупик. В награду я решил оторвать тебе ногу... А, нет, пожалуй, лучше руку. Рука тонкая, ломается сочным хрустом — загляденье.
С этими словами Большой Циркуль резко набрало скорость и ринулось прямо на Ся Минчи!
Ся Минчи отступил назад, откинув корпус назад, чтобы уклониться. Циркуль атаковало снова, но в этот момент кто-то вихрем бросился вперед, заключая его в крепкие объятия.
Хлоп!
Один конец циркуля со всего маху обрушился на локоть Лу Цихуая. Тот издал сдавленный крик, и они вместе с Ся Минчи рухнули на пол.
Услышав шум, Ван Сыци и Мэн Ицзе выбежали из класса и замерли от ужаса перед открывшейся картиной.
Большой Циркуль больше ничего не сказало и молча уплыло.
Лу Цихуай поднялся с пола и, совершенно забыв про собственный локоть, тут же бросился к Ся Минчи:
— Ты в порядке?
— Я цел, а твоя рука... — Ся Минчи с ужасом заметил, что предплечье Лу Цихуая неестественно сместилось относительно плеча.
Проклятье! А ведь он думал, что благодаря своему уму сможет избежать этой катастрофы!
Первая ночь уже миновала, личность призрака по-прежнему покрыта мраком, да еще и Лу Цихуай получил ранение...
[Один из учеников сломал руку, его необходимо немедленно доставить в школьный лазарет, тамошний врач сможет его вылечить.]
[Ученицы Ван Сыци и Мэн Ицзе из 10-го класса 2-го года обучения, срочно явитесь на школьный радиоузел.]
Сюжет снова сделал шаг вперед.
Ся Минчи сказал Ван Сыци:
— Сначала мы проводим Лу Цихуая в школьный лазарет, а вы бегите на радиоузел. Как закончите вещание, сразу идите туда.
Школьный лазарет находился недалеко от учебного корпуса, словно специально поджидая игроков. Хотя шел перерыв, лазарет выглядел совершенно обычно: здесь были и врач, и другие ученики под капельницами.
Внутри сновали люди — ничем не отличается от нормального школьного лазарета.
Руку Лу Цихуая зафиксировали гипсом, а по всей территории школы разносился леденящий душу голос Мэн Ицзе:
— Похвальная грамота: похвалы заслуживает ученик Ся Минчи из 10-го класса 2-го года обучения за то, что проявил инициативу, задав вопрос учителю математики, и за усердие в учебе. Надеемся, что все последуют его примеру.
Затем зазвучал сладкий голосок Ван Сыци, но она успела произнести всего три слова:
— Грамота с порицанием...
На другом конце трансляции воцарилось долгое молчание, и больше никто не проронил ни звука.
В воздухе внезапно раздался механический голос Системы:
[Игрок Ван Сыци объявлен мертвой, выбывает из игры.]
Шлó сорок девятое дно, тысячи учебных пособий «5.3».
Побледневшая Мэн Ицзе вбежала в палату, спотыкаясь на ходу.
Ее глаза были красными, слезы вот-вот готовы хлынуть через край, а в руках она судорожно сжимала какой-то предмет.
Увидев всегда хладнокровную Мэн Ицзе в таком состоянии, Чжоу Чжэн испуганно закричал:
— Что в конце концов произошло?!
Мэн Ицзе отчаянно шмыгала носом, сдерживая слезы. Из-за быстрого бега она тяжело задыхалась:
— Сыци... Сыци увидела текст своей грамоты и не стала ее зачитывать, потому что во всех предыдущих случаях те, кого критиковали — умирали, а те, кого хвалили — жили...
Она протянула им измятый клочок бумаги, на котором было нацарапано несколько строк:
Порицание: Хань Ючжи, 3-й год обучения, 2-й класс, любит доносить на других. Надеемся, что остальные ученики примут это к сведению и сделают выводы.
Из-за того, что Хань Ючжи любил ябедничать, нужно было зачитать критическую заметку? И отправить его на смерть?
Мэн Ицзе продолжила:
— Старшеклассник из третьего года ухаживает за Сыци, и она узнала от него, что у Хань Ючжи раньше было прозвище Вечно Второй. Он вечно занимался со вторым результатом, а первое место всегда занимал Сунь Жуй. Позже Сунь Жуй выбросился из окна, и только тогда Хань Ючжи выбился в первые.
Кроме того, тем силуэтом, что мы видели прошлой ночью на крыше, был именно Хань Ючжи.
Мы с Сыци решили, что совпадений слишком много, и Хань Ючжи требует проверки — что, если зачитать порицание, и он действительно умрет? Поэтому мы хотели сначала вернуться ко всем и обсудить это.
Кто же знал, что, как только мы собрались уходить, Сыци упала прямо у радиорубки и больше не встала...
Ся Минчи произнес:
— Но если игра непременно хочет убрать Хань Ючжи, есть ли другой выход? Например, составить еще одну критическую грамоту и рандомно выбрать кого-то из нас в качестве диктора, и что тогда делать?
В первых двух подземельях, если не следовать сюжету, Система просто насильственно поворачивала события в нужное русло, но здесь игроки действительно погибали.
[Потому что сложность подземелий возрастает постепенно.]
Заметив, что все пали духом, Лу Цихуай попытался их успокоить:
— Давайте не будем заранее придумывать себе трудности, разберемся, когда столкнемся с ними лицом к лицу. Смерть Ван Сыци не должна быть напрасной, мы обязаны через Хань Ючжи докопаться до скрытой здесь истории.
Мэн Ицзе добавила:
— Да, вчера, когда мы только поднялись на крышу, то увидели, как Хань Ючжи стоит на коленях, а перед ним лежали яблоки и курительные палочки, словно он приносил жертвы. Когда мы спросили, что он делает, он ответил, что молится святому, чтобы тот помог ему всегда быть первым на экзаменах.
— На крыше есть какие-нибудь статуи знаменитостей? — задал резонный вопрос Ся Минчи.
Если на крыше ничего нет, молиться можно и в любом другом месте, так зачем обязательно выбирать именно ее?
К тому же крыша ради безопасности обычно заперта.
Возникает еще один вопрос: как туда проник Хань Ючжи?
Мэн Ицзе покачала головой:
— Ничего там не было.
Чжоу Чжэн поделился своей догадкой:
— А может, он поминал мертвеца? Например, Сунь Жуя... Слушайте, а вдруг тот призрак — и есть Сунь Жуй?
— Вполне возможно. Если Сунь Жуй учился с Хань Ючжи в параллели, то его падение с крыши произошло как раз пару лет назад, — поддакнул Чжэн Бинь.
— И еще кое-что. Когда ночью мы проходили мимо школьной библиотеки, я обратила внимание, что на настенных часах отсутствовала цифра десять. Иными словами, за девяткой сразу шла одиннадцатая позиция. — После гибели Ван Сыци Мэн Ицзе редко когда говорила так много.
Нет цифры десять?
Ся Минчи нахмурился:
— Помню, три урока вечерней самоподготовки заканчиваются в девять пятьдесят. Вскоре после этого остальные ученики в классе замерли, а примерно к одиннадцати часам всё вернулось в норму — как раз тот временной промежуток, когда на часах в библиотеке пропадают деления.
Это значит, что окаменение NPC совпадает по времени с исчезновением цифры на циферблате.
Ся Минчи принялся распределять обязанности — только слаженная командная работа принесет результат быстрее всего.
— Сегодня ночью мы с Лу Цихуаем осмотрим больницу, посмотрим, удастся ли найти зацепку. Чжоу Чжэн разыщет Хань Ючжи и вытянет из него всё о Сунь Жуе.
Мэн Ицзе после вечерней самоподготовки обойдет разные уголки школы — обращай внимание на любые часы, где отсутствует цифра. Чжэн Бинь, ты отправляйся в музыкальный класс и выясни, что за шорохи там раздаются.
Чжоу Чжэн и Мэн Ицзе сразу согласились на задания, а вот Чжэн Бинь выглядел крайне недовольным.
Раньше в реальной жизни он занимал более высокий пост и по должности, и в учебном заведении, чем Ся Минчи, и именно он отдавал приказы. Даже попав в игру, в первых раундах ведущую роль всегда играл он.
Ему было непривычно, что младший братец так внезапно берет командование на себя.
Разумеется, был еще один важный момент. Бросив взгляд на Ся Минчи, Чжэн Бинь прямо спросил:
— Ты останешься с ним?
— Да, мы будем вместе, — ответил Лу Цихуай, опережая события и устраиваясь на больничной подушке, со сломанной рукой, подвешенной на перевязи.
Непонятно почему, но Чжэн Биню показалось, что в глазах Лу Цихуая пляшут веселые искорки.
Завуч распахнул дверь:
— Уроки сейчас начнутся, марш по классам!
Ся Минчи послушно подошел к завучу, изображая примерного ученика:
— Учитель, я бы хотел попросить разрешения присутствовать на вечерней самоподготовке здесь, в палате.
Завуч: ?
— Поскольку товарищ Лу травмирован и ему неудобно решать задачки, я хочу помочь ему. Заодно мы сможем углубленно обменяться опытом в учебе.
— Вот как... — выражение лица завуча из озадаченного сменилось на благожелательное.
— Разрешаю. Если бы остальные ученики в классе были такими же старательными, показатели поступления в нашей школе взлетели бы до небес.
Завуч увел остальных игроков обратно в класс, а Ся Минчи перед уходом наказал Лу Цихуаю:
— Будь осторожен, сразу после окончания дневных занятий я вернусь.
Лу Цихуай сжал руку Ся Минчи, его взгляд был исполнен скрытого смысла:
— Угу.
С уходом остальных в пустой палате эхом раздался голос Системы:
[Похоже, в этот раз ты ведешь себя совсем не так, как в первых двух подземельях.]
— И в чем же разница?
Парень стер с лица сосредоточенное выражение, лениво откинувшись на больничной койке с пренебрежительной усмешкой, закинув длинные ноги.
Система предпочла промолчать.
Лу Цихуай развязал перевязь на шее и небрежно пошевелил рукой в гипсе.
— Ты, должно быть, хочешь спросить, почему в этом раунде я такой... сдержанный?
— В конце концов, сейчас моя роль — простой игрок...
Его голос звучал тихо, в тоне сквозили насмешка и отвращение, а эмоции в темных глазах сменялись с невероятной скоростью. Он просунул руку под воротник, нащупал на шее серебряную цепочку, а по ней добрался до причудливой подвески.
Изначально это была запонка в виде серебряной розы, которую горничная потеряла в прошлом подземелье.
Теперь он носил ее у самого сердца, спрятав глубоко под одеждой.
Буря в темных зрачках наконец была подавлена силой воли, и Лу Цихуай снова превратился в интеллигентного и застенчивого старшеклассника.
Как же медленно тянется время.
Он снова вспомнил того маленького котенка.
После окончания дневных занятий Ся Минчи пришел в школьный лазарет вместе со стопкой тетрадей.
На самом деле никаких уроков больше не было — сплошная самоподготовка.
Первое, что произнес Ся Минчи, переступив порог, было:
— Игра снова прислала учебные пособия «5.3», они уже на столе не помещаются.
— Нормально, нам же нужно прорешать целую тысячу штук, — прищурился Лу Цихуай, выглядя так, будто устроился в больнице на курорте.
— Как думаешь, если не пройти игру, игроков не завалит насмерть этими книгами? — пошутил Ся Минчи, а затем перевел взгляд на загипсованную руку Лу Цихуая.
— Как самочувствие? Ничего странного здесь не происходило?
— Нет, всё тихо.
— Значит, время еще не пришло. — Ся Минчи вспомнил утреннюю встречу с Большим Циркулем: он ведь победил в интеллектуальном споре, но циркуль все равно попыталось покалечить игрока, после чего последовала подсказка Системы отправить пострадавшего в школьный лазарет.
Это значит, что разгадка напрямую связана со школьным лазаретом.
Лу Цихуай предложил:
— Может, для начала осмотрим здание больницы?
— Ты уверен, что тебе можно?
http://bllate.org/book/19766/1947052
Готово: