На самом деле ей всё ещё не хотелось встречаться с ней. Они и раньше не были знакомы, да и говорить им было не о чём. Как могут сойтись два человека, у которых нет ничего общего?
Аккуратно сложив книги, она уселась на край кровати и снова погрузилась в чтение.
Вскоре появилась главная героиня.
Её звали Цзян Юаньюань. Она уже училась в выпускном, одиннадцатом классе и через год должна была сдавать единый государственный экзамен.
Увидев Гу Сян сидящей на кровати, а не в инвалидном кресле, Цзян Юаньюань на миг замерла от изумления, а затем воскликнула:
— Гу Сян! Ты выздоровела?
Гу Сян была погружена в книгу, а шаги вошедших были такими тихими, что внезапный возглас заставил её вздрогнуть. Книга выскользнула из рук и громко шлёпнулась на пол.
Она слегка нахмурилась и подумала: «Неужели в этом мире всё устроено иначе, чем в обычном?»
Ведь при первой встрече не бросают сразу: «Ты выздоровела?» — без приветствия, без вопроса, как дела.
Мать Гу Сян, очевидно, тоже не питала особой симпатии к этой девушке.
Хотя поступок её дочери был поистине бескорыстным, в глубине души она всё равно думала: если бы время можно было повернуть вспять, она непременно помешала бы ей.
Нахмурившись, она сухо пояснила:
— Сянсюнь сейчас проходит реабилитацию.
Цзян Юаньюань кивнула, но, глядя на две совершенно одинаковые ноги Гу Сян, всё равно не могла скрыть изумления.
«Оказывается, протезы могут быть неотличимы от настоящих!»
Этот пристальный, ничуть не скрываемый взгляд вызвал у Гу Сян острое раздражение.
Когда Цинь Ифэн впервые пришёл сюда, он лишь улыбнулся и смотрел ей прямо в глаза, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не переводить взгляд ниже.
Разница между тем, кто сознательно контролирует себя, и тем, кто просто не может отвести глаз, — принципиальна: одно — воля, другое — бессилие.
Заметив недовольство дочери, мать Гу Сян поспешила сменить тему:
— Юаньюань, ты ведь уже в одиннадцатом классе?
Цзян Юаньюань действительно отвела взгляд и хихикнула:
— Да, всё лето занималась с репетиторами, чуть с ума не сошла от усталости. А Гу Сян, наверное, так спокойно отдыхает! Только сейчас, перед началом учебного года, у меня появилось немного свободного времени, чтобы навестить тебя.
Гу Сян промолчала. Она не могла понять: жалуется ли та или хвастается.
«Разве главные героини не должны быть добрыми и нежными? Почему эта такая… кривая?»
Цзян Юаньюань, увидев, что Гу Сян не отвечает, невольно перевела взгляд на её книгу.
— Учебник по китайскому? Дай посмотреть!
Не дожидаясь ответа, она вырвала книгу прямо из рук Гу Сян.
— Ой! У моей соседки по парте такой же! Какой глупый учебник! Ха-ха-ха!
Она громко рассмеялась.
Гу Сян внутренне возмутилась, но по своей природе не любила вступать в споры.
Зато мать Гу Сян не сдержалась и с сарказмом произнесла:
— Моя Сянсюнь пострадала, спасая тебя. После этого она даже в школу ходить перестала — всё ради тебя! И ты смеёшься? Если не хочешь её навещать, никто тебя не просил!
Её слова прозвучали резко, и Цзян Юаньюань на мгновение опешила.
Вскоре её глаза наполнились слезами.
Надо признать, главная героиня и правда была другого уровня, чем такая «запасная» персонажка, как Гу Сян.
Обе девушки были ровесницами, но Цзян Юаньюань — белокожая, красивая, с длинными ногами, а Гу Сян — всего лишь миловидная, с неплохой фигурой.
Что до форм… ну, ей ещё несколько лет расти!
Теперь, с красными глазами, она выглядела так, будто пережила страшную несправедливость!
Гу Сян подумала, что мать, возможно, и перегнула палку, но это не значило, что она согласна со словами Цзян Юаньюань.
— Слышала, ты уже в одиннадцатом классе, — сказала она спокойно, — но твой уровень речи ниже, чем у дошкольников. По крайней мере, они ещё знают слово «пожалуйста».
Лицо Цзян Юаньюань то краснело, то бледнело. С глазами, полными слёз, она развернулась и ушла.
Мать Гу Сян смотрела на дочь, сидевшую с бесстрастным лицом, и сердце её сжалось от жалости.
Только сейчас она поняла: всё это время она думала лишь о своём гневе на ту девушку и совсем забыла о чувствах собственной дочери.
Гу Сян подняла глаза и увидела виноватое выражение лица матери.
— Мама, со мной всё в порядке. Её слова меня не задели. Ты можешь идти, мне нужно учиться, — улыбнулась она и снова взяла в руки тот самый «глупый» учебник.
Сердце матери сжалось, но она вышла.
Выйдя из комнаты, она тут же позвонила Цинь Ифэну.
— — —
Гу Сян лежала на кровати, разбирая комментарии к древнекитайскому тексту, как вдруг пришло видеосообщение от Цинь Ифэна.
Она посмотрела на время — был полдень.
«Почему он прислал видео именно сейчас?»
Она прислонила планшет к изголовью кровати и приняла вызов.
— Ифэн, разве ты сейчас не должен быть в школе? Почему прислал видео?
Цинь Ифэн улыбнулся:
— А разве в школе нельзя звонить? К тому же я сейчас в своей комнате в общежитии.
Он повернул камеру, и Гу Сян увидела три кровати помимо его собственной — всего, значит, четыре места.
Теперь она поняла, как выглядит школьное общежитие!
— Почему ты не идёшь обедать? Уже полдень.
Цинь Ифэн как раз собирался идти в столовую, но звонок от матери Гу Сян, в котором та сказала лишь: «Похоже, Сянсюнь расстроена…» — мгновенно отбил у него весь аппетит!
Если Сянсюнь грустит, это важнее, чем его обед!
— Сянсюнь, сегодня что-то случилось? Ты расстроена?
Цинь Ифэн всегда общался с ней прямо: что думал — то и спрашивал.
Гу Сян улыбнулась в камеру:
— Мама тебе сказала? Со мной всё в порядке.
Для неё это действительно не имело значения. Ведь она — не та самая первоначальная Гу Сян.
Если бы прежняя Гу Сян услышала сегодняшние слова Цзян Юаньюань, она бы, наверное, расстроилась. Но не она.
Прежняя была слишком пессимистичной, а она — наоборот. Поэтому слова Цзян Юаньюань на неё не действовали.
Однако сегодняшний разговор заставил её задуматься.
Университет, в который поступит главная героиня, — это же университет Цинь Ифэна! И тот, в который она сама мечтает поступить.
Представить, как она вместе с Цзян Юаньюань будет учиться в одном вузе… От одной мысли об этом на душе стало радостно.
Цинь Ифэн, увидев, как её лицо озарила мечтательная улыбка, не удержался:
— Сянсюнь, о чём ты думаешь? Такая счастливая?
Гу Сян вернулась из своих мыслей и почувствовала, как щёки залились румянцем.
— Ифэн, с сегодняшнего дня я хочу увеличить количество занятий!
Теперь она с нетерпением ждала момента, когда Цзян Юаньюань увидит её и остолбенеет от удивления.
Цинь Ифэн только сейчас осознал, что в этой девушке живёт настоящий боевой дух.
Он кивнул:
— Хорошо. Когда у меня не будет пар, я буду звонить тебе по видео. Я буду ждать тебя в этом университете!
Гу Сян серьёзно кивнула в ответ.
Они разговаривали долго, и Цинь Ифэн так и не пошёл обедать — просто достал из рюкзака сухой хлеб.
Гу Сян почувствовала укол в сердце и подумала: «Когда я поступлю в университет, обязательно буду заботиться о нём каждый день — в качестве компенсации».
Цинь Ифэн сказал, что после обеда у него свободное время, и до самого вечера объяснял ей задания.
Внезапно дверь открылась, и в комнату ворвался гомон нескольких голосов.
— Мои соседи по комнате вернулись, — пояснил Цинь Ифэн, заметив её удивлённый взгляд.
Гу Сян кивнула, чувствуя лёгкое любопытство.
Вскоре они закончили разбор задачи, и в этот момент планшет Гу Сян разрядился.
— Ифэн, у меня кончился заряд.
— Ладно, тогда до следующего разговора. Ты отключайся первая.
Цинь Ифэн смотрел на экран, где девушка с нежным, не желающим прощаться взглядом, и почувствовал, будто его пальцы скованы — никак не мог нажать кнопку «Завершить вызов».
Гу Сян покачала головой:
— Нет, ты отключайся первым!
Ей тоже хотелось продлить эти несколько секунд, чтобы ещё немного посмотреть на него.
«Значит, вот как он выглядит в университете…»
Цинь Ифэн усмехнулся и уже собирался нажать кнопку, как экран погас сам.
Ну да…
Его аккумулятор тоже был почти на нуле.
Ребята, увидев его нежное выражение лица, переглянулись и начали поддразнивать:
— Ты отключайся первым~
— Нет, ты отключайся первым~
— Ха-ха! Ифэн, у тебя этим летом явно цветёт любовь! Какая милая девчонка!
Цинь Ифэн раздражённо швырнул в них подушку:
— Не несите чепуху! Между нами ничего нет.
— Почему нет? Она твоя сестра?
— Нет.
Цинь Ифэн опустил глаза и начал аккуратно складывать черновики.
— Родственница?
— Тоже нет.
— Тогда в чём проблема? Ты что, не видел, как она на тебя смотрела? Такое нежное выражение лица! Как ты можешь так жестоко отказывать? Да ты, похоже, не ценишь удачу!
Цинь Ифэн нахмурился и вспомнил выражение лица Гу Сян.
Оно стало ярче по сравнению с их первой встречей: глаза теперь светились, уголки губ изогнулись в улыбке, и вообще она стала гораздо живее.
Но разве это «нежный взгляд»?
— Ей всего восемнадцать, — сказал он наконец. — Вы что, не боитесь, что вас обвинят в развращении несовершеннолетней?
Он думал, что причина в разнице возрастов.
Ведь он никогда не испытывал предубеждения к людям с физическими особенностями.
— Эй! — один из парней расхохотался. — Ты что, старик? Она — цветок юности, а ты ведёшь себя, будто тебе восемьдесят! Тебе же всего двадцать один! А помнишь пословицу: «Мужчина старше — золото в дом»? Это же отличное предзнаменование!
— Дурак! — бросил другой, швыряя в него подушку. — Пословица говорит: «Мужчина старше»!
После этого их перебранка слилась в неразборчивый гул.
Цинь Ифэн уже не слушал. «Всего на три года…» — подумал он и улыбнулся, глубоко вздохнув.
— — —
Тем временем в доме Гу
Гу Сян лежала на кровати, глядя на потемневший экран планшета, и досадовала:
«Как же быстро разряжается!»
Внезапно в сознании прозвучал системный сигнал: [Дзынь — уровень симпатии +5. Текущий уровень симпатии: 80. Прогресс задания: 80%.]
Гу Сян на мгновение замерла и только тогда вспомнила о Янь Цзине.
Она мысленно окликнула:
— Янь Цзинь?
— А? — откликнулся тот, но глаза его были прикованы к экрану!
«Чёрт! Неужели это действительно Му Цзычэ — тот самый парень, что только что так нежно улыбался?»
«Неужели система дала сбой?»
Янь Цзинь в панике начал проверять систему и обнаружил: в ней действительно была уязвимость.
Это устройство разработал сам Му Цзычэ. Обычно оно повышало эффективность устранения уязвимостей в трёх тысячах мировых измерениях.
http://bllate.org/book/1974/225621
Готово:
