Лю Хуаньцзяо пожала плечами. Впервые в жизни проявила доброту и помогла кому-то. Пусть уж этот третий мужской персонаж избежит столкновения с главной героиней — может, тогда ему улыбнётся удача.
Вечером наконец вернулись родители Лю Хуаньцзяо — и с отличной новостью: помолвка расторгнута.
Сначала всё казалось безнадёжным: родители Аня упирались изо всех сил, хотели временно затянуть дело и никак не соглашались. Ситуация зашла в тупик… но тут неожиданно вернулся Ань Чжэюэ. Узнав обо всём, он вспыхнул, как запалённый фейерверк: «Раз хотите разорвать — разрывайте! Кого боитесь?»
Из-за этого поднялся такой шум, что родителям Аня ничего не оставалось, кроме как согласиться.
Так Лю Хуаньцзяо и Ань Чжэюэ окончательно разорвали все связи.
Лю Хуаньцзяо чуть не запустила два хлопушечных фейерверка от радости. Таких мужских главных героев из марису-романов лучше вообще не трогать — можно и жизни лишиться!
А уж тем более, когда ты второстепенная героиня-пушечное мясо.
Лю Хуаньцзяо весело умылась, почистила зубы и улеглась в постель, решив завтра встретить второстепенного героя в самом бодром, жизнерадостном и прекрасном настроении.
О-хо-хо!
Как только прозвенел звонок с урока, Лю Хуаньцзяо тут же ускользнула из класса, избегая Чжан Шаньчэнь и Юй Юйюй, и направилась к редко посещаемой лужайке за учебным корпусом.
Сегодня должен был произойти важный поворот в отношениях между главной героиней и второстепенным героем.
Хотя они учились в одном классе, обычно почти не общались — ведь второстепенный герой был загадочной фигурой.
Он обожал лежать на этой лужайке и спать, порой целыми утрами напролёт.
Главная героиня, будучи старостой класса, не хотела, чтобы хоть кто-то отставал в учёбе. Заметив, что второстепенный герой снова не в классе, она решила лично найти его и уговорить пойти на занятия.
Второстепенный герой, разумеется, проигнорировал её!
Но главная героиня не сдавалась и продолжала убеждать, как важно учиться, а когда он всё равно не реагировал — просто села рядом и начала рассказывать, что проходили сегодня и какие темы были ключевыми.
И так она упрямо ходила к нему уже больше десяти дней подряд.
Почему же именно сегодня считался решающим моментом? Всё из-за «несчастного случая» — то есть, конечно, из-за авторского замысла.
Главной героине нечаянно подвернулась нога, и она рухнула прямо на лежащего второстепенного героя, оказавшись в позе «она сверху — он снизу», и их губы плотно соприкоснулись.
Бай Ляньи, конечно же, была вне себя от горя! Её снова лишили первого поцелуя! С ярко-алыми щеками и на грани слёз она вскочила и, даже не попрощавшись, пустилась бежать прочь.
Оставив за собой тетрадь с аккуратными записями.
Позже Наньгун Минцзе появился в классе и вернул тетрадь Бай Ляньи. С этого момента всё изменилось.
Хотя Бай Ляньи и так уже тронула его упорством, настоящий перелом в их отношениях произошёл именно после того поцелуя.
Лю Хуаньцзяо, разумеется, собиралась всё это предотвратить — разве можно иначе?!
Когда она, запыхавшись, наконец нашла Наньгуна Минцзе, чёрт побери, Бай Ляньи уже стояла рядом и что-то говорила, держа в руках свою тетрадь.
Опоздала!.. Хотя, возможно, и нет — судя по всему, роковой поцелуй ещё не случился.
Лю Хуаньцзяо выровняла дыхание, улыбнулась и уверенно направилась к ним.
Бай Ляньи как раз закончила объяснять последнюю формулу урока. Увидев, что Наньгун Минцзе по-прежнему лежит с закрытыми глазами, она тихо вздохнула — поняла, что сегодня, как и раньше, не удастся уговорить его пойти на занятия.
— Наньгун, мне пора на урок… — начала она, сделала паузу и добавила: — Но я всё равно надеюсь, что ты всё-таки прийдёшь в класс.
Ответа не последовало.
Как всегда.
Бай Ляньи смирилась, встала и начала отряхивать травинки с юбки, собираясь уходить. Но в самый момент поворота неудачно подвернула ногу, вскрикнула от неожиданности и всем телом полетела прямо на лежащего Наньгуна Минцзе.
Наньгун Минцзе уже открыл глаза, но не успел среагировать — лишь увидел, как над ним нависла чёрная тень.
И тогда в ту самую тысячную долю секунды чья-то нога вдруг появилась в воздухе и с точностью хирурга приземлилась прямо в поясницу Бай Ляньи, отправив её на целый метр вперёд, после чего она ещё полметра покатилась по траве.
Наньгун Минцзе: «?»
Бай Ляньи: «......»
Лю Хуаньцзяо застыла в позе после удара и с облегчением выдохнула: «Фух! Успела!»
Бай Ляньи несколько секунд приходила в себя, голова кружилась, поясница болела.
И всё это… Когда она наконец увидела знакомое лицо, чуть не завизжала от ярости: «Опять эта женщина!»
Но она сдержалась — ведь рядом был Наньгун Минцзе. Поэтому просто пустила слёзы, которые не нужно было подделывать: они были от боли.
— Лю… Лю Хуаньцзяо, зачем… зачем ты меня пнула?
Хотя после падения и катания по траве её волосы растрепались, а одежда испачкалась, она всё равно оставалась прекрасной даже в слезах!
Лю Хуаньцзяо поправила прядь волос и улыбнулась:
— Я ведь тебе помогала!
«Помогала?!»
Бай Ляньи с ненавистью смотрела на неё, мечтая разорвать эту ухмыляющуюся физиономию в клочья!
Но, стиснув зубы, так и не смогла подобрать достойного ответа на эту наглую ложь.
А Лю Хуаньцзяо, глядя на неё с грустью, добавила:
— Ты что, сердишься на меня? Я же тебе помогла, а ты ещё и злишься?
Наньгун Минцзе перевёл взгляд на Бай Ляньи. Та тут же снова приняла обиженный вид:
— Лю Хуаньцзяо, я знаю, ты меня не любишь… Но разве можно из-за этого пинать меня? Ты же добрая, не станешь же ты так поступать!
Ага, теперь перешла на личное?
Лю Хуаньцзяо кивнула:
— Да, я действительно добрая.
Бай Ляньи: «......»
— Поэтому я тебя и пнула — чтобы помочь.
Бай Ляньи чуть не сорвалась с места. Какой-то человек! Сама её пинает, а потом с таким видом, будто совершила великий подвиг: «Не благодари!» А ведь у неё до сих пор болит поясница! И на одежде чётко виден чёрный след от ботинка!
«Ладно, раз тебе кажется, что это помощь — считай, что помощь. Я просто уйду, и всё!»
Но Лю Хуаньцзяо, прочитавшая её мысли (ведь она знала сюжет наизусть), тут же опередила:
— Бай Ляньи, ты точно в порядке? Я ведь совсем легко пнула… Не ушиблась ли ты?.. Хотя я одна тебя в медпункт не дотащу. Может, позову подругу? Чжан Шаньчэнь, ты же её знаешь — она очень добрая!
С этими словами Лю Хуаньцзяо уже достала телефон, будто собиралась звонить.
Лицо Бай Ляньи почернело. Чжан Шаньчэнь?! Кто не знает ту, что влепила ей пощёчину!
— Нет-нет! — поспешно отказалась она, с трудом поднимаясь и терпя боль. — Со мной всё в порядке, Лю Хуаньцзяо, не звони.
Лю Хуаньцзяо широко улыбнулась и убрала телефон, даже не набрав ни одного номера:
— Отлично.
Бай Ляньи всё ещё выглядела растрёпанной. Она бросила на Наньгуна Минцзе мягкий, томный взгляд:
— Наньгун…
Лю Хуаньцзяо тут же замахала руками:
— Бай Ляньи, не нужно благодарить от его имени! Это же мелочь, разве не так? Всегда рада помочь!
Бай Ляньи: «......»
Стиснув зубы, она всё же ушла — скоро начинался урок. Уже уходя, Лю Хуаньцзяо напомнила:
— Бай Ляньи, твоя тетрадка.
Что, думала, кто-то другой поднимет и принесёт?
Когда Бай Ляньи потянулась за ней, Лю Хуаньцзяо сказала:
— Не надо, я сама тебе отдам.
Протягивая тетрадь, она поймала взгляд Бай Ляньи — полный затаённой ярости и бессилия — и ехидно усмехнулась:
— Что, не согласна?
Бай Ляньи промолчала.
Лю Хуаньцзяо улыбнулась ещё шире:
— Жалуйся! Ты ведь в этом лучшая!
А у меня правда на твою сторону — так что не боюсь!
Бай Ляньи ушла. Лю Хуаньцзяо вернулась к Наньгуну Минцзе.
После всего этого переполоха он даже не пошевелился — просто снова закрыл глаза и улёгся отдыхать.
Лю Хуаньцзяо сказала:
— Эй, парень, ты мне, кажется, кое-что должен?
Тишина.
— Слушаешь? Уснул?
Опять тишина.
«Так быстро заснул? Ха! Не верю!»
«Ну что ж, посмотрим, кто кого пересидит!»
Лю Хуаньцзяо решила во что бы то ни стало завязать разговор со второстепенным героем. Оглядев бескрайнюю зелень вокруг, она подумала: «Неплохое местечко! Недаром главный герой здесь отдыхает».
Найдя удобное место, она плюхнулась на траву и раскинулась в форме «звёздочки».
Прошла секунда.
Пронзительный визг:
— А-а-а!
— Пшшш-ш-ш!
С дерева с криком взлетели несколько птиц.
Лю Хуаньцзяо уже подскочила на ноги и, как обезьянка, прыгала на месте, хватаясь то за спину, то за руки, то за попу.
«Больно! Колется!»
Трава выглядела такой мягкой и приятной, а на деле — колючая и жгучая!
/(ㄒoㄒ)/~~
Наньгун Минцзе открыл глаза — шум был слишком сильным, чтобы спать дальше.
Он знал её имя.
Раньше встречал пару раз: как и прочие богатые барышни, была красива, умела танцевать и петь, имела характер «маленькой принцессы», но, в отличие от матери, ей недоставало гибкости и дипломатичности.
Но сегодня она удивила его.
Решительная — тот пинок был чётким и точным. Хотя он и не разглядел деталей, но по тому, как Бай Ляньи покатилась, понял: удар был профессиональным.
Хитрая — он видел, как она открыто издевалась над Бай Ляньи, заставляя ту проглотить обиду и не иметь возможности ответить.
Милая…?? Он и сам удивился этой мысли: «Неужели прыгающая обезьянка может быть милой?»
Боль быстро прошла, и Лю Хуаньцзяо наконец заметила, что Наньгун Минцзе смотрит на неё. Ей стало немного неловко.
По сюжету второстепенный герой влюбляется в главную героиню, предпочитая именно такой «белолилиевый» типаж.
Хотя Лю Хуаньцзяо тоже могла бы изобразить белую лилию, но в этом она никогда не сравнится с Бай Ляньи. Лучше выбрать другой путь.
Нахмурившись, она обвиняюще воскликнула:
— Ты меня обманул!!!
Её тон был настолько праведно-возмущённым, что Наньгун Минцзе даже усомнился: не сделал ли он ей чего-то плохого?
— Я тебя в чём обманул?
— Вот в этом! — Лю Хуаньцзяо ткнула пальцем в траву и сердито заявила: — Она же колючая! Больно! А ты лежал такой довольный! Ясно же, что обманул!
Наньгун Минцзе: «......»
Лю Хуаньцзяо приподняла бровь:
— Что молчишь?
http://bllate.org/book/1962/222429
Готово:
