Рука Ди Цзюня неестественно вывернулась и плетью повисла на земле, грудь до сих пор была до мяса обожжена пламенем, а всё лицо покрывали кровавые подтёки и грязь — от былого величия будущего Владыки Демонов Ди Цзюня не осталось и следа.
— Твою мать, дела у Ди Цзюня выглядят паршиво, к тому же кто-то движется прямо сюда!
Цю Цю принял решение мгновенно: он уложил Ди Цзюня на спину Бэйдзэ, подхватил Ло Даньдань на руки и бросился отступать по узкой тропинке.
Хотя Жемчужина Хаоса скрывала их ауру и не позволяла никому обнаружить беглецов, пламя Феникса на теле Ди Цзюня продолжало полыхать, и за ними то и дело оставались кровавые следы.
— Цю Цю, они всё ещё преследуют нас, боюсь, на этот раз нам не уйти! — Интуиция Бэйдзэ на беды и удачи работала безотказно. На этот раз даже без использования своего врождённого божественного навыка он понимал: с Ди Цзюнем на руках им оставалось только дать отчаянный бой.
Глядя на потерявшего сознание Ди Цзюня, Цю Цю на мгновение заколебался в душе. Рядом с ним находились Ло Даньдань и Бэйдзэ, и он был вынужден думать об этих двоих.
В суете поспешной ходьбы Ди Цзюня сильно тряхнуло на ухабистой дороге, и он внезапно пришел в себя. Сквозь пелену затуманенного сознания разглядев тех, кто рядом, он торопливо дёрганул Цю Цю за рукав:
— Уводи ребёнка и Бэйдзэ, брось меня! Быстро уходите!
— Если мы уйдём, ты погибнешь! — Эта фраза была простой констатацией факта.
В этот самый момент Цю Цю тоже терзали сомнения.
Законы Хунхуана испокон веков гласили: выживает сильнейший, но поступить так он не мог.
— Даже если я умру, Тай И отомстит за меня! Нет смысла тащить вас с Даньданем на дно, уходите!
Все сомнения в сердце Цю Цю вдруг рассеялись. Он переложил Ло Даньдань на руки Бэйдзэ, а на его лице проступили решимость и облегчение:
— Ты отнесёшь Ло Даньдань в Долину Тан, защити её! Уходите!
Бэйдзэ остолбенел. Он велел ему забрать Даньдань и бежать?
Это означало оставить им шанс на выживание.
Бэйдзэ не стал слепо подчиняться приказу с первой же секунды и неуверенно предложил:
— Цю Цю, вообще-то я могу измазаться кровью Ди Цзюня и отвлечь их преследователей!
Существа, способные выжить в Хунхуане, вовсе не были глупцами, и сообразительности Бэйдзэ было не занимать.
Ди Цзюнь молча перевёл взгляд на Цю Цю, и по его лицу трудно было понять, о чём он думает.
Цю Цю неожиданно постучал Бэйдзэ по голове:
— Хватит глупостей, твоя сила не так уж велика, попадись ты им — и верной смерти не миновать! Я не могу так поступить! Убирайтесь отсюда живо!
— Я ведь всего лишь никчемный мелкий демон, если я умру, ничего страшного не случится…
— Что за сопли развел, собрался перед смертью коллективную панихиду читать? Я приказываю тебе немедленно уходить вместе с Ло Даньдань, с нами всё будет в порядке!
Ещё чего, неужели Ди Цзюнь мог вот так запросто умереть?
Только что ошеломлённый внезапной опасностью Цю Цю, немного придя в себя, сообразил: если Ди Цзюнь погибнет, разве у Небесного Пути останутся пешки для дальнейшей игры?
Цю Цю выпнул вон Бэйдзэ вместе с надрывающейся пронзительным чириканьем Ло Даньдань, а сам остался подле Ди Цзюня, спокойно поджидая преследователей у обочины.
Приняв пилюлю, Ди Цзюнь едва мог сохранять рассудок. Заметив, что Цю Цю решил остаться по собственной воле, он действительно изумился:
— Я думал, ты меня терпеть не можешь!
— Не то чтобы ненавижу или люблю, но ты всё же спас нас, долг платежом красен. К тому же ты — родной человек Ло Даньдань. Что за хрень с твоим огнем на груди? Как его потушить?
Ди Цзюнь горько усмехнулся:
— Пламя Феникса. Его нельзя ни погасить, ни уничтожить.
— Истинный Огонь Солнца не помогает?
— Нет, я слишком слаб… — Ди Цзюнь вдруг вспомнил о младшем брате и понял, что ему всё-таки предстоит уединение для тренировок. Тай И был прав.
Цю Цю на редкость услышал от Ди Цзюня абсолютную правду:
— Разумное решение! Возвращайся и закрывайся на затворничество!
— Сперва доживи до возвращения, а там посмотрим! — Ди Цзюнь крайне пессимистично оценивал их шансы.
Цю Цю внезапно вспомнил про свою способность всегда оказываться спасённым в критический момент:
— Держим пари, Ди Цзюнь?
Взгляд Ди Цзюня стал несколько сложным:
— На что?
— На то, что в решающий момент появится кто-нибудь и спасёт меня, бедную беззащитную красотку! — Цю Цю просто отказывался верить в то, что его удел — вечно играть роль девицы в беде.
— Цю Цю, а ты оптимист! — тяжело больной Ди Цзюнь воздержался от дальнейших комментариев.
— …
Старейшина Си Фэн, ориентируясь по следам пламени Феникса, взмыл прямо в небо над ними, и его резкий крик раскатился эхом:
— Продолжай бежать, Золотой Ворон! Попавшись под моё пламя Феникса, ты всё еще надеялся выжить?
Цю Цю заслонил собой Ди Цзюня и холодно посмотрел на противника:
— Меньше болтовни, подходи, раз кишка не тонка!
— Цю Цю, уходи же, тебе с ним не тягаться!
Цю Цю сдёрнул с головы Лассо, Связывающее Бессмертных, и выпрямился во весь рост:
— Не тягаться, и что с того?
Хотя в душе Цю Цю был далеко не так смел, как на словах, но раз уж он мужчина, то даже лишившись жизни, не должен терять мужское достоинство!
— Что с того? Тогда сдохните оба! — Старейшина Си Фэн прямо в их сторону извергнул пламя Феникса.
Огонь Феникса являлся одной из врожденных способностей Клана Фениксов, и стоило любому обычному демону коснуться хотя бы половины искры, как он расставался с жизнью. Тем более что этот Си Фэн был старейшиной клана, а его культивация достигла ступени Пика Золотого Бессмертного Таййи, так что недооценивать его мощь было нельзя.
Даже обладавший врожденным Истинным Огнем Солнца Ди Цзюнь лишился половины жизни, а для прочих демонов этот удар и вовсе нёс стопроцентную смерть.
Увидев приближающееся пламя Феникса, Цю Цю даже не стал раздумывать — он мгновенно развернулся и закрыл собой Ди Цзюня. Весь огонь обрушился прямо на него, и одежда на спине мгновенно обратилась в пепел.
— Цю Цю! — Ди Цзюнь никак не ожидал, что Цю Цю закроет его своим телом.
Ожидаемой боли не последовало, и Цю Цю не почувствовал ничего особенного, разве что спину слегка припекало…
Неужели это Жемчужина Хаоса?
— Я в порядке! — Сам-то он цел, вот только одежда на спине не выдержала испытания и сгорела дотла, обнажив огромный голый участок кожи…
Прикинув ситуацию, Цю Цю решил, что раз уж дошло до такого, спасать его больше никто не явится!
Как же он ненавидел это проклятое амплуа!
Мысли еще не успели толком оформиться в голове, как температура воздуха резко подскочила. После мощной волны давящей ауры с небес рухнул золотой верхний халат и накрыл Цю Цю с головой, закутав его тело целиком.
— Клан Фениксов! Смерти ищете!
— … — Черт… Опять чужой мужик! За что!
Увидев прибывшего, Ди Цзюнь наконец с облегчением выдохнул:
— Тай И… опоздай ты еще чуть-чуть, и твой старший брат прожарился бы до корочки!
— Старший брат, тебе пора научиться уму-разуму. — Голос Тай И оставался всё таким же холодным, от него исходила подавляющая аура высшего существа — Великого Золотого Бессмертного Дало, а величественный и устрашающий вид не требовал гнева, чтобы внушать трепет.
Стоило Колоколу Хаоса появиться, как он с молниеносной быстротой наглухо накрыл парящего в небе Си Фэна.
— Кто ты такой?! Да как ты смеешь так обходиться с Кланом Фениксов, неужели ты не боишься гнева фениксов?!
— Ты посмел ранить моего человека, так что ты умрёшь. — Тай И лишь холодно взмахнул рукой, и весь Колокол Хаоса издал оглушительный гул.
Раздались предсмертные крики феникса изнутри.
Исход решался в одно мгновение.
В этом и заключалась разница между Великим Золотым Бессмертным Дало и Золотым Бессмертным Таййи.
Цю Цю высунул голову из-под одежды и слегка дёрганул Тай И за рукав:
— Тай И, ты… погоди…
— Ты что, хочешь спасти его? — бесстрастно произнес Тай И.
— А? Нет, я к тому, что не разбивай его вдребезги, из него еще можно кое-что приготовить…
— …
— …
Оба присутствующих Золотого Ворона замерли…
Что это вообще за создание такое! У него в кулинарной книге даже фениксы числятся.
Вернувшись в Долину Тан, Ло Даньдань, крепко зажатое в лапах Бэйдзэ, горько-горько чирикало…
Оно хотело спасти папу и дядю!
— Даньдань, Цю Цю велел нам послушно ждать их здесь, с ними точно всё будет в порядке! — Бэйдзэ мог лишь так утешать малыша.
— Чи-и! — Ло Даньдань всё равно продолжало безуспешно рваться наружу.
Бэйдзэ вдруг заметил, как на скорлупе яйца появилась трещина, и перепугался до смерти:
— Мой маленький предок, прекращай упрямиться, твоя скорлупа треснула!
— Чи-чи-чи!
— Понял, ладно, я отведу тебя, доволен?! Тебя просто избаловал Цю Цю! Где в Хунхуане найдешь такого детеныша, как ты!
Вздыхая, Бэйдзэ смирился с судьбой и зашагал к выходу.
Но стоило им сделать всего несколько шагов, как Ло Даньдань утихло:
— Цзи?
— Цзи? Неужели они вернулись? — Бэйдзэ знал, что в этом отношении восприятие Ло Даньдань было куда острее его собственного.
— Цзи-цзи-цзи! — Маленькое золотое яйцо затерлось о Бэйдзэ, а затем неуверенно взлетело, направилось ко входу в Долину Тан и, виляя из стороны в сторону, с размаху врезалось прямо в объятия Цю Цю.
— Цзи-цзи! — Цю Цю утешающе погладил Ло Даньдань, но вдруг испуганно округлил глаза: — Ло Даньдань, почему на твоей скорлупе появилась маленькая трещинка?
Сердце Цю Цю сжалось от жалости.
Тай И со сложным выражением лица посмотрел на них: он знал, что это маленькое золотое яйцо — его ребёнок, и ему была известна истинная личность человека рядом с ним.
Но при новой встрече ему всё казалось, что перед ним всё та же глупенькая черная птица.
Опираясь на Тай И, обессиленный Ди Цзюнь утешил:
— Ничего страшного, похоже, Даньдань собирается вылупиться!
Только что нежничавший с отцом Ло Даньдань, услышав голос дяди, радостно вспорхнул прямо на макушку Ди Цзюня.
— Цзи?
Ди Цзюнь улыбнулся:
— Пустяки, царапина! Не переживай! Ну же, Даньдань, это твой отец, Тай И!
Ло Даньдань, в первый раз перепутавшее человека, на этот раз от смущения спряталось в объятиях Цю Цю: оно не только не стало звать отца, но и заслонило себя наглухо.
Сгорело со стыда.
Цю Цю позабавила эта картина — типичный пример домашнего бунтаря, робеющего на людях.
— Ло Даньдань, и откуда в тебе столько смелости, цзи!
Ло Даньдань наотрез отказывалось поворачиваться в сторону Тай И. Все рассмеялись, и больше ничего не говоря, они вошли в Долину Тан.
Бэйдзэ застыл у входа, не смея войти.
— Чего застыл? Заходи давай! — недоуменно позвал Цю Цю.
— К-кто это?.. От него исходит такая тяжелая аура! Выглядит жутко сильным! — При виде этого человека Бэйдзэ задрожал всем телом и не смел поднять голову.
Цю Цю вдруг понял, что давать подробные объяснения будет чертовски неловко:
— Просто названый брат. Ладно, побудь снаружи, если что понадобится — позову!
Бэйдзэ нерешительно кивнул, а затем вновь принялся ревностно выполнять свои обязанности, проявляя высший пилотаж лести:
— Цю Цю, этот твой брат еще красивее, так держать! Я всё понимаю! М-да… твои братья все до одного выдающиеся люди!
— … — За что он заслужил такие похвалы? Звучало так, будто он тот еще ветреный негодяй!
Пиком отправив Бэйдзэ за ворота, Цю Цю обернулся и заметил, что Ло Даньдань, витая в облаках, неизменно норовит уплыть в сторону горячих источников.
— Хочешь туда — ступай! — Цю Цю находил Ло Даньдань странным: если у него и не было врожденных воспоминаний, оно явно не было чистым листом бумаги, а его эмоции и мышление отличались такой развитостью…
Чьи же гены в нем проявились?
Только не мои же…
— Кхм, Ло Даньдань, хочешь мороженого?
Ло Даньдань тут же прижалось к Цю Цю, продолжая безостановочно чирикать.
— … — Ну вот…
— Леденец на палочке?
— Цзи-цзи-цзи-цзи-цзи-цзи! — Маленькое золотое яйцо закружилось в воздухе пируэтом.
Цю Цю вдруг почувствовал, как же ему тяжело! Да что он вообще мог передать по наследству!
Если не от Тай И, то разве что от истинной сущности Ло Хо!
Чему может научить ленивая соленая рыба, живущая ради дармовщины?
И тут!
Раненый Ди Цзюнь уже пришел в себя благодаря усилиям Тай И и теперь восстанавливал силы, прислонившись к Божественному дереву Фусан.
Тай И направился прямо к отцу с сыном, со сложными чувствами разглядывая эту парочку — большую и маленькую.
Всё происходило слишком внезапно, и он находил это нереальным.
Он никогда и помыслить не мог, что рядом с ним появятся такие создания.
— Кто ты такой на самом деле? И откуда этот ребёнок?
— Я — Цю Цю, а ребёнок… ну, он просто есть, это мой сын Ло Даньдань! — Цю Цю и сам толком не знал, как объяснить текущую ситуацию.
Тай И нахмурился:
— Демонический Бог Хаоса…
Цю Цю опешил, но спорить с таким определением не стал. Ему было лень возиться с увиливаниями, и он сразу выложил козыри:
— Я хочу забрать Ло Даньдань и уединиться, не вмешиваясь в мирские дела. Вы с Ди Цзюнем можете заниматься всем, чем пожелаете, и впредь можете о нас не беспокоиться.
— Не выйдет!
— А? Почему это? — Цю Цю растерялся. Даже Ди Цзюнь дал согласие, а этот упрямец Тай И опять за своё!
— Просто так.
— … — Чувствуя абсолютный барьер в общении, Цю Цю пустил в ход тяжёлую артиллерию: — У Ло Даньдань нет врожденного наследия, оно развито не полностью, в будущем это скажется на тебе.
— Плевать! Меня это не волнует.
— А меня волнует! Мы оба мужчины, это неправильно, а я люблю женщин! — Намеки на Тай И не действовали, и Цю Цю решил резать правду-матку.
Только теперь Тай И взглянул на Цю Цю всерьёз:
— Привыкнешь!
⊙_⊙… К чему привыкнуть? К тому, чтобы жить с мужиком?
Да он рехнулся!
Насильно мил не будешь!
— Да чем я тебе вообще приглянулся, хочешь, я изменюсь?! — не выдержал он.
Тай И в этот момент тяжело вздохнул:
— Изменяться не нужно. — Подразумевалось, что ему вообще ничего в нем не нравится.
— Черт… — Больше говорить не хотелось, на душе было тоскливо.
— Цзи-цзи… — Наблюдавший за разговором родителей Ло Даньдань почувствовал настроение отца и подал голос, пытаясь утешить его.
Только тогда Цю Цю отвлекся от шока, вызванного словами Тай И.
— Ло Даньдань, пошли, не будем обращать на них внимания! — С этими словами он наотмашь подхватил упирающееся Ло Даньдань и потащил его искать Бэйдзэ.
— Цзи-цзи-цзи… — Ло Даньдань грустно чирикнуло пару раз. Боясь рассердить отца, оно послушно устроилось у него на руках, втайне думая о своем новом папе.
http://bllate.org/book/19614/1925354
Готово:
