Чёрный Орёл яростно затряс головой:
— А-а-а! А-а-а-а-а! А-а-а-а-а-а-а!
Линлин перевёл:
— Нет! Ты, чёртов демон, немедленно отпусти меня! Я ничего не знаю!
Чу Цы мягко положила ладонь на макушку Чёрного Орла и одновременно вонзила в него своё сознание, начав применять технику чтения душ.
От боли Чёрный Орёл завопил:
— А-а-а!
Линлин тоже вскрикнул:
— А-а-а!
— Ты чего орёшь?! — возмутилась Чу Цы. Её сознание от этого «а-а-а» дрогнуло трижды, и ей пришлось срочно укреплять собственное море души, прежде чем продолжать исследовать чужое.
Линлин обиженно надулся:
— Так ведь это ты велела мне переводить слова Чёрного Орла! А он только что кричал «а-а-а» — ну и я перевёл «а-а-а»! Что мне ещё делать?
Чу Цы выругалась и рявкнула на него:
— Хватит орать! Не пойму, ты правда глупый или просто мстить мне решил! Всё, с этого момента переводы не нужны — замолчи и не мешай!
Линлин фыркнул, ясно выразив недовольство непоследовательностью и несправедливостью хозяйки, но послушно умолк.
Укун всё это время стоял у входа в пещеру, однако глаз с Чу Цы не спускал. Увидев, как её лицо на миг побледнело, он тоже почувствовал, как сердце его дрогнуло.
Но он не осмелился ни спросить, ни пошевелиться. Всем известно, что техника чтения душ — крайне опасное заклинание: культиватор должен быть полностью сосредоточен, погружая своё сознание в море души другого, и малейшее внешнее вмешательство может привести к беде. В лучшем случае — повреждение сознания, в худшем — потеря себя в чужом море души, утрата всей культивации и превращение в беспомощного идиота.
Чу Цы продвигалась довольно успешно: её сознание полностью проникло в море души Чёрного Орла и постепенно вытягивало его воспоминания.
Оказалось, Чёрный Орёл — человек не простой. Ещё в юности он последовал за Повелителем Демонов, и хотя его культивация никогда не была выдающейся, преданность и сообразительность снискали ему доверие хозяина.
После гибели Повелителя Демонов Чёрный Орёл случайно обнаружил у подножия Чёрного Утёса древний тайный трактат. В нём содержались не только давно утраченные массивы, но и зловещее искусство, позволяющее похищать жизненную силу других, чтобы продлить собственную жизнь.
Хотя Чёрный Орёл был предан Повелителю, к остальным в демонической секте он не питал никакого доверия. Чтобы избежать жадных взглядов и возможного убийства, он никому не раскрыл тайну трактата и тайком начал практиковать эти зловещие техники и массивы.
К счастью для него, демоническая секта переживала не один кризис распада, и все её члены были заняты лишь собственным спасением. Никому не было дела до незаметного главы секты на стадии Изначального, да и исчезновение нескольких подчинённых никто не заметил.
Позже почти вся верхушка секты погибла, остался лишь один старый страж на грани смерти и сам Чёрный Орёл — единственный уцелевший глава. Даже то, что его жизненная сила давно превзошла пределы его культивации, уже никто не осмеливался ставить под сомнение.
Поэтому, когда он предложил использовать жизненную силу простых смертных, чтобы пробудить Сяотяньхоу и возродить демоническую секту, все единодушно поддержали его, не выразив ни малейшего возражения.
В конце концов, по их мнению, даже если план провалится, погибнут лишь смертные — эти ничтожные муравьи.
Обнаружив в деревне Лицзячжуань благоприятное фэн-шуй место, Чёрный Орёл развернул собственный массив, созданный на основе трактата, — «Массив Чёрного Орла: Туман и Перенос». Сквозь проникающий повсюду чёрный туман он медленно высасывал жизненную силу жителей деревни.
Глазом этого «Массива Чёрного Орла: Туман и Перенос» действительно оказалось то самое кривое дерево. Оно передавало жизненную силу, собранную чёрным туманом, в фруктовый сад за деревней, откуда другой магический массив непрерывно направлял её на Чёрный Утёс.
Чтобы уничтожить глаз массива, нужно было вырвать кривое дерево, а метод его извлечения сводился всего к одной фразе: вокруг кривого дерева следовало выстроить обратный «Массив Чёрного Орла: Туман и Перенос».
Чу Цы поняла: это как с винтом — по часовой стрелке закручиваешь, против — откручиваешь.
Выходит, Чёрному Орлу сильно повезло, да и талант у него имелся. Жаль только, что жизненная сила, которую он вбирал, была слишком разнородной, и его культивация давно застряла на поздней стадии Поглощения, не продвигаясь дальше. Лишь благодаря различным зловещим техникам он поддерживал свой авторитет главы секты. Иначе его не так-то просто было бы поймать и использовать Чу Цы с Укуном.
И всё же, несмотря на свою, казалось бы, ничтожность, он чуть не добился успеха. Если бы не случайная встреча с Чу Цы и Укуном, ни одна из великих сект так и не узнала бы, что демоническая секта, еле дышащая, уже готовит масштабный реванш.
Чу Цы запомнила местоположение Чёрного Утёса и «Искусство Пяти Элементов, Непревзойдённое в Мире», а также получила содержимое самого трактата. Убедившись, что море души Чёрного Орла обыскано досконально и ничего не упущено, она медленно извлекла своё сознание.
— Уф… — глубоко выдохнула Чу Цы, убирая руку с головы Чёрного Орла, и села на землю в позу лотоса, чтобы восстановить силы.
Спустя мгновение она открыла глаза, убедилась, что её сознание не пострадало, и, поднявшись, тепло улыбнулась Укуну, который тревожно на неё смотрел:
— Не волнуйся, Укун, со мной всё в порядке.
Укун на секунду замер, а затем взвился вверх и повис на ней, как коала, детским голоском говоря:
— Учительница, я так рад, что с вами всё хорошо! Я ужасно переживал! Впредь, пожалуйста, не делайте таких опасных вещей! Я смотрел, как вы долго сидите без движения, и так испугался… Учительница, не бросайте меня одного!
Линлин: [Дружба повышена до 75%.]
Чу Цы мысленно вздохнула. Нелегко, видимо, ребёнку: от природы сильная настороженность и острый дефицит чувства безопасности.
— Обещаю, — сказала она, прижимая Укуна к себе, — я всегда буду рядом с тобой и постараюсь не делать того, что тебя тревожит. Хорошо?
Линлин не удержался:
— Хозяйка, хоть дружба Укуна и выросла ещё на пять процентов, я должен напомнить: вы ведь воспитываете его как сына? Вы не забыли, что в его душе — Великий Бог, да ещё и с примесью Безымянного Героя, школьного красавца Шэня и Аньского вана? При таком подходе к воспитанию вы явно перепутали поколения!
Чу Цы мысленно закатила глаза:
— Линлин, ты сейчас подстрекаешь меня к преступлению, понимаешь? Укуну же всего ничего лет! Как я могу думать в таком направлении? Пусть будет сыном — никто ведь не запрещает мне строить отношения с Великим Богом по-разному. Может, в следующем мире мы станем лучшими друзьями или подругами! От одной мысли радость берёт. ^_^
Линлин: [От одной мысли ужас берёт. (?_?)]
Чу Цы поставила Укуна на землю. Тот вдруг отвернулся и долго молчал, явно смутившись.
Чу Цы: Какой же он милый! (?˙▽˙?)
Чёрный Орёл: А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-......
Чу Цы удивилась и спросила Линлина:
— Что он там бормочет?
Линлин ответил:
— Он говорит, что апельсины на этом дереве огромные, но ужасно кислые, а вкус жизненной силы под землёй — свежий и сладкий!
— А, — кивнула Чу Цы, — его море души я основательно перемешала. Человек теперь бесполезен — бредит что-то.
Укун посмотрел на счастливо улыбающегося Чёрного Орла и спросил Чу Цы:
— Учительница, что делать с этим типом?
Чу Цы вернула вопрос ему:
— А как ты думаешь, что с ним делать?
Укун без раздумий ответил:
— Раз он уже ни на что не годен, прикончить!
Чу Цы погладила Укуна по голове и ласково сказала:
— Какой ты добрый, Укун. Будь по-твоему — даруем ему быструю смерть.
Линлин: [Два великана ведут себя так дерзко… Новичок дрожит от страха.]
Чу Цы проигнорировала притворяющегося наивным Линлина, подошла к Чёрному Орлу и сложила печать «Десять Смертей, Ни Одного Шанса». Тот мгновенно застыл, превратившись в статую. Укун подошёл и лёгким дуновением рассыпал её в прах.
……
Покинув пещеру, Чу Цы и Укун сразу вернулись в деревню Лицзячжуань. Используя воспоминания Чёрного Орла, Чу Цы выстроила вокруг кривого дерева обратный «Массив Чёрного Орла: Туман и Перенос». Дерево мгновенно рассыпалось, и из-под земли вырвался луч белого света, пронзивший чёрную мглу над деревней. Вся нечистая чёрная дымка была развеяна и исчезла без следа.
— Соседка, мне показалось, или я только что увидел вспышку света?
— И мне тоже показалось!
— Эй, странно как-то: вдруг почувствовал себя гораздо легче, даже дышать стало свободнее!
— Муж! Беги домой — наш Собачий Яичко очнулся! Он выжил! Ууу… Благодарю Небеса, благодарю двух божественных спасителей…
— Хуцзы, беги домой! Твоя мать проснулась и зовёт тебя по имени!
— Проклятие снято! Мы спасены!
Вся деревня, сотни людей, погрузилась в радость обновления. Камень, давивший на сердца, наконец сдвинулся, и жизни близких были спасены. Ни один день не был для них так радостен и волнителен, как этот. С тех пор ежегодно в этот день жители выходят на улицы, поют и пляшут, чтя двух бессмертных, спасших их от беды.
Увидев, что массив разрушен и деревня вернулась к нормальной жизни, Чу Цы и Укун отказались от уговоров старейшины и жителей остаться и, ступив на летящий меч, устремились к Чёрному Утёсу.
По пути, во время короткой передышки, Укун не выдержал любопытства и сказал Чу Цы:
— Учительница, у меня два вопроса, на которые я никак не могу найти ответ. Не могли бы вы разъяснить?
Чу Цы кивнула:
— Задавай.
Глаза Укуна тут же засияли, и он выпалил:
— Во-первых, как вы сразу поняли, что Цюйня — подделка, и заявили, будто настоящая Цюйня уже мертва? И во-вторых, вы сказали, что в деревне Лицзячжуань изначально было много духовной силы, но поколениями все жители оставались простыми смертными, без единого культиватора или духовного зверя. В чём тут загадка?
— Ответ на оба вопроса один и тот же, — сказала Чу Цы, указывая на полевой цветок у них под ногами. — Всё в мире одушевлено, а человек — венец творения. Эти травы и звери, хоть и кажутся ниже человека, тоже обладают жизненной силой и слабой духовной энергией. Духовная сила вокруг деревни исходит от этих гор, деревьев, трав и цветов. Хотя она и не наделила местных жителей способностью к культивации, она связала их жизненную силу с природой.
Обычные смертные не знают, что жизнь каждого из них связана с каким-то растением в его окружении — своего рода симбиоз. Если растение, символизирующее его жизнь, погибает по какой-то причине, человек может немного приболеть, но не более того. В течение часа другое растение само установит с ним новую связь. Однако если человек умирает, его растение-симбионт тут же засыхает, и его духовная сила возвращается в природу.
Когда мы пришли осматривать больных, я сразу это заметила. Цюйня тогда ещё жила, и её камелия, хоть и увядала, сохраняла слабую искру жизни. Но на следующий день, когда мы зашли к ней домой, камелии уже засохли как минимум два часа назад, и ни одно растение вокруг не проявляло признаков связи с человеком в доме.
Тогда я и поняла: «выздоровевшая» Цюйня — фальшивка. А цель нарушителя ясна — наша вчерашняя активность напугала его, и он решил напасть на нас.
Выслушав объяснение Чу Цы, Укун почувствовал, будто ему открыли глаза, и с восторгом воскликнул:
— Учительница, вы так мудры и эрудированы! Обязательно буду усердно учиться у вас, чтобы познать все чудеса этого мира!
Линлин: [Дружба повышена до 80%.]
http://bllate.org/book/1947/218540
Готово:
