Едва она пошевелилась, как услышала хриплый голос Су Юйшuang:
— Ли Сюйян, ты дурак! Ты даже не догадываешься, сколько рогов на тебя нацепила Цинь Юй!
Не успела она договорить, как Ли Сюйян резко обернулся и злобно уставился на неё:
— Да ты что несёшь?!
— Это правда! У меня даже есть запись самого интересного. Хочешь посмотреть… А-а!
— Бах!
Выстрел оборвал её слова на полуслове. Левая нога Су Юйшuang судорожно дёрнулась, на чёрных школьных брюках тут же расплылось тёмное пятно, и запах крови стал ещё сильнее.
— Ты подлый предатель! — прорычал Ли Сюйян. — Я считал тебя другом, а ты… Ты думал, я не знаю, как ты подстроил всё против Цинь Юй? Но какая разница… Я готов растерзать тебя на куски! Не мечтай, что свадьба состоится!
— Бах! Бах!
Ли Сюйян исказился от ненависти и, полный ярости, дважды выстрелил Су Юйшuang в живот.
Он снова нажал на спуск, но пистолет лишь щёлкнул — патронов больше не было.
Несколько членов семьи Су, с глазами, полными бешенства, бросились на Ли Сюйяна. Увидев это, Сяо Сяошао тут же вскочила и в два шага оказалась рядом с Су Юйшuang.
Трёх пуль было более чем достаточно — Су Юйшuang больше не нуждалась в заложниках. Ли Сюйян оказался отличным союзником, даже лучше, чем она рассчитывала, когда Чжоу Ци перехватил пистолет.
Если не считать неожиданностей, теперь, похоже, у неё в руках остался единственный пистолет!
В душе Сяо Сяошао ликовала, но на лице не дрогнул ни один мускул. Она холодно посмотрела на корчившуюся от боли Су Юйшuang и с ледяной насмешкой произнесла:
— Су Юйшuang, вот к чему привели все твои козни? По-моему, результат получился просто ужасный!
Ли Сюйян был словно одержимым. Его быстро скрутили члены семьи Су. Старший из них тут же поднял Су Юйшuang и собрался уходить.
Сяо Сяошао холодно прищурилась и ледяным тоном бросила:
— Кто разрешил вам уходить?
Молодой человек замер. Его пронзительный взгляд напоминал взгляд хищного зверя. Он прямо посмотрел на Сяо Сяошао и бесстрастно ответил:
— Люди из рода Су уже в пути. Можешь попробовать вступить с ними в бой.
— Мне всё равно, — спокойно ответила Сяо Сяошао, — но раны Су Юйшuang, боюсь, долго ждать не смогут.
Её слова попали в точку — выражение лица молодого человека мгновенно окаменело.
С лёгкой улыбкой Сяо Сяошао направила ствол пистолета на стоявшего на коленях, измазанного и жалкого Ли Сюйяна и небрежно сказала:
— Я человек миролюбивый и не требую многого. Убейте этого человека и повесьте убийство на госпожу Цинь Юй.
— Для вас это должно быть легко. Никто не узнает правду, если вы сами не проболтаетесь. Верно, Чжоу Ци?
Холодный взгляд упал на Чжоу Ци. Тот громко рассмеялся:
— Отличная идея! Будь спокойна, я никому не скажу. Такое интересное дело!
Не обращая внимания на крики Цинь Юй, Сяо Сяошао заметила почти безумное ликование в глазах Чжоу Ци и, улыбаясь, перевела взгляд обратно на молодого человека.
— Можете подумать, — медленно произнесла она. — Но если сделаете хоть шаг, не вините потом пистолет за то, что он не выбирает цель. Если Су Юйшuang получит ещё одну пулю, будет совсем плохо!
Улыбка Сяо Сяошао казалась доброжелательной, но собеседник видел в ней лишь угрозу.
Люди из рода Су мрачнели, но не смели шевельнуться, опасаясь, что Сяо Сяошао в отчаянии застрелит Су Юйшuang. Если это случится, им не поздоровится, даже если они выживут здесь.
— Надеюсь, вы сдержите обещание! — холодно бросил старший из них и многозначительно посмотрел на стоявшего рядом юношу.
Сяо Сяошао медленно отступила на несколько шагов назад. Чжоу Ци тоже отошёл от Цинь Юй, довольный ухмыляясь.
Цинь Юй кричала и вырывалась, но не могла противостоять силе юноши. Её потащили к Ли Сюйяну, и тот тут же обвязал ему шею грубой верёвкой, найденной неведомо где.
Концы верёвки оказались в руках Цинь Юй. Юноша схватил её руки и с силой дёрнул в разные стороны. Ли Сюйян, лежавший на земле, лишь пару раз судорожно дёрнулся — и затих.
Движения были точными и быстрыми, без малейшей заминки, будто человек делал это не впервые. Сяо Сяошао внутренне насторожилась, но внешне оставалась спокойной и невозмутимой.
— Прощайте, — бросил юноша и, не задерживаясь, направился к выходу.
Они, вероятно, боялись новых неожиданностей, поэтому всё прошло гладко. Но Сяо Сяошао прекрасно понимала: месть со стороны рода Су неизбежна.
Услышав за окном звук заводящегося автомобиля, она холодно взглянула на Цинь Юй, которая стояла в оцепенении, бросила взгляд на забытый на полу пистолет и едва заметно усмехнулась. Затем быстро направилась к выходу.
Здесь задерживаться было опасно — кто знает, когда подоспеют люди из рода Су.
Район на западной окраине был пустынным и малолюдным, но автобусы всё же ходили, хоть и приходилось немало идти пешком.
Смахнув пыль с одежды и убедившись, что на ней нет следов происшествия, Сяо Сяошао ускорила шаг к автобусной остановке.
— Ты куда так торопишься? — догнал её Чжоу Ци, широко улыбаясь — настроение у него явно было превосходное.
Она мельком взглянула на него и ещё больше ускорила шаг.
— Разве ты не понимаешь? Мы влипли в серьёзные неприятности!
— Какие неприятности? Мы ведь вообще ничего не делали! — Чжоу Ци приподнял бровь, улыбка исчезла, и он стал серьёзным.
— Пусть род Су и представит миру версию, будто Цинь Юй убила Ли Сюйяна, но не забывай: они никогда не простят нам, что мы были свидетелями. Так что… беги, пока не поздно! — Сяо Сяошао едва заметно усмехнулась, доброжелательно напомнив ему об очевидном.
Всё было ясно: семьи Су и Ли хотели заключить союз. Настоящая причина смерти Ли Сюйяна не должна была всплыть, иначе вместо союза возникла бы вражда.
Но в такой ситуации Сяо Сяошао и Чжоу Ци, как непосредственные участники событий, в глазах рода Су никак не могли остаться в стороне — особенно учитывая, что именно Сяо Сяошао предложила этот план, а Чжоу Ци его поддержал.
Сяо Сяошао отлично понимала свои возможности: она не была в силах противостоять такому гиганту, как род Су. Но это не мешало ей сеять раздор.
Обещания, которые выгодны врагу, не стоят и выеденного яйца.
Она не была святой, но и подлости ради подлости не совершала!
Автобус медленно двигался в сторону центра города. Навстречу ему, с включёнными мигалками и сиренами, проследовала пара полицейских машин.
По пути Сяо Сяошао рассталась с Чжоу Ци и направилась прямо домой.
К её удивлению, входная дверь квартиры была распахнута настежь, а металлическая дверь внутри лишь прикрыта.
Сердце сильно ёкнуло. Такая картина сразу навела её на мысли о недавних событиях, и в душе зародилось дурное предчувствие.
Она уже собиралась развернуться и уйти, как дверь внезапно распахнулась изнутри, и на пороге появилась знакомая, но чуждая фигура.
Элегантная, избалованная жизнью дама, чья аура благородства и изысканности резко контрастировала с этим скромным жильём. Возможно, одной её серьги хватило бы, чтобы купить всю квартиру целиком.
В глазах Сяо Сяошао мелькнуло удивление, но тут же исчезло, когда она увидела за спиной дамы Сунь Чживань. Её лицо снова стало спокойным.
Она ведь уже подозревала, что госпожа Лян не успокоится так легко. Оказывается, та решила пойти окольным путём.
— Госпожа Цинь вернулась из школы, — с достоинством приветствовала её госпожа Лян, несмотря на их прошлый неприятный разговор.
Сяо Сяошао ответила вежливой улыбкой:
— Госпожа Лян.
— Яньянь, раз ты вернулась, давай сядем и поговорим, — мягко сказала Сунь Чживань, увидев, как госпожа Лян кивнула и вошла в комнату. Улыбка на её лице стала ещё шире.
— Иньинь, ты ведь встречаешься с молодым господином Ляном? Почему не сказала маме…
Видя, что обе молчат, Сунь Чживань нарушила тишину.
Сяо Сяошао сразу поняла: госпожа Лян не рассказала Сунь Чживань всей правды, заставив ту поверить, что случилось нечто чрезвычайно удачное.
И вправду — ведь это же семья Лян, равная по статусу дому Цинь, а то и превосходящая его!
— Я изначально считала, что вы оба прекрасны и подходите друг другу, — спокойно начала Сунь Чживань. — Но, как вы знаете, в таких семьях невозможно допустить прекращения рода. После несчастного случая Цинь Янь больше не сможет иметь детей. Это, конечно, большая трагедия.
Едва Сунь Чживань договорила, как госпожа Лян, всё так же спокойно улыбаясь, продолжила:
— Поэтому я пришла с просьбой: прошу вас, госпожа Цинь Янь, оставить моего сына Цзыхана. Я не хочу разрушать вашу любовь, но в сложившейся ситуации, думаю, вы сами понимаете, что это невозможно.
— Госпожа Лян, что вы говорите?! — дрожащими губами выдохнула Сунь Чживань.
— Разумеется, это неожиданность для всех. В знак нашей искренней сожаления мы готовы предложить компенсацию: место в престижном зарубежном университете и чек на пять миллионов. Ведь вина за случившееся лежит не на нас, и мы считаем, что поступаем более чем щедро.
Госпожа Лян спокойно достала из сумочки чек и аккуратно положила его на журнальный столик.
— Вы что себе позволяете! Мы, может, и не богаты, но такие деньги не возьмём! — Сунь Чживань резко вскочила, её пошатнуло, и она в ярости уставилась на госпожу Лян. Увидев, как та достаёт второй чек, она едва не задохнулась от гнева. — Моего ребёнка вам не оскорбить!
Перед Сяо Сяошао разворачивалась классическая мелодрама. Глядя на Сунь Чживань, которая едва держалась на ногах, она почувствовала странное волнение в груди.
Эта женщина, хоть и имела множество недостатков и всегда отдавала предпочтение Цинь Юй, сейчас, в трудную минуту, встала перед своей дочерью, как настоящая мать, готовая защитить ребёнка всем, чем может.
Сяо Сяошао подошла и поддержала Сунь Чживань, затем холодно посмотрела на госпожу Лян и с усмешкой сказала:
— Я понимаю вашу позицию, госпожа. Могу согласиться на ваши условия, но сначала позвольте мне увидеться с Лян Цзыханом. После встречи я уеду за границу уже сегодня вечером.
— Яньянь! — в ужасе вскрикнула Сунь Чживань.
— Госпожа Цинь Янь, вы действительно разумны, — одобрительно кивнула госпожа Лян. — Ваше желание я исполню. Вот чек на семь миллионов. Машина за вами подъедет позже.
Она слегка постучала пальцем по чеку и быстро направилась к выходу, словно боясь, что Сяо Сяошао передумает.
Когда фигура госпожи Лян исчезла за дверью, Сунь Чживань вырвала руку из её поддержки и, обидевшись, отвернулась на диване.
— Мама, со мной случилось кое-что. Мне сегодня же нужно уехать. Визит госпожи Лян — как раз вовремя, — с горькой иронией сказала Сяо Сяошао, глядя на всё ещё недовольную Сунь Чживань. — Если хочешь, поедем вместе за границу.
Сунь Чживань повернулась к ней, и её эмоции вырвались наружу:
— Я не поеду! Яньянь, как ты могла так поступить? Такое важное дело скрывать от матери! Расскажи, откуда у тебя проблемы с бесплодием? Почему я ничего не знала?!
— И как ты можешь брать эти деньги? А завтрашний выпускной экзамен? Ты что, совсем с ума сошла?!
На все вопросы Сяо Сяошао отвечала спокойно:
— Почему я бесплодна? Спроси у своей «любимой дочери» Цинь Юй. Я тоже хотела сдать экзамен, хотела жить спокойной и размеренной жизнью… Но что поделать!
В её голосе прозвучала горькая насмешка. Она посмотрела на растерянную Сунь Чживань и тяжело вздохнула.
— Если не хочешь ехать, оставайся в санатории. Только… не признавай, что у тебя есть две дочери — Цинь Янь и Цинь Юй. Скажи, что давно с ними порвала все связи.
http://bllate.org/book/1937/216230
Готово:
