Месяц спустя.
Дворец Цзян, зал Янсинь.
Цзян Лисюань невозмутимо просматривал доклады, когда в зал вошел стражник:
— Ваше Величество, генерал Му и князь Пинъяо просят аудиенции.
Словно заранее зная об их визите, Цзян Лисюань взял со стола чашку и сделал глоток:
— Проси.
Когда они вошли и, закончив приветствие, застыли перед ним, Цзян Лисюань произнес:
— Позвать слуг, принести гостям стулья.
— Не стоит, — отмахнулся князь Пинъяо.
Служанки, увидев это, опустили головы и замерли в стороне.
Цзян Лисюань усмехнулся:
— Не знаю, что привело брата в такой поздний час вместе с генералом Му ко мне.
Князь Пинъяо подошел прямо к столу, посмотрел на лежащую там императорскую печать, бережно коснулся её пальцами и, с улыбкой глядя на Цзян Лисюаня, медленно произнес:
— Сколько же брат сидит на этом месте? Дай вспомнить… тридцать шесть лет, верно?
— Ты хочешь сказать, что тоже желаешь посидеть здесь? — невозмутимо спросил Цзян Лисюань.
При виде его спокойствия гнев князя Пинъяо вспыхнул с новой силой. Он смахнул стопку докладов со стола на пол и прорычал:
— Ты вечно такой высокомерный, вечно ставишь себя выше меня! Каково это — сидеть на этом троне? — Подумав о том, что должно произойти сейчас, он постепенно остыл, и на его лице мгновенно отразилась привычная доброжелательная улыбка. — Ты прав, брат, ты слишком долго занимал этот трон. Я тоже хочу попробовать. Почему бы тебе не уступить его мне?
— Ты замышляешь мятеж? — Цзян Лисюань насмешливо перевел взгляд на Му Юаня. — И ты тоже?
— Я… я… — голос Му Юаня дрожал, он в страхе опустил голову, не смея взглянуть на императора.
— Брат, ты полагаешь, что трон уже у тебя в кармане? — спросил Цзян Лисюань.
— Разумеется! — Князь Пинъяо гордо вскинул голову. — По пути к месту бракосочетания я приказал убить принцессу. Теперь Му Юань на моей стороне, а я заручился поддержкой князя Жуна. Как думаешь, стоит ли мне использовать смерть принцессы как повод, чтобы князь Жун стер твое государство с лица земли? Так что лучше добровольно отдай мне трон.
— Ты убил Чуэр? Она ведь твоя племянница.
— Племянница? Ха! Ради императорской власти я пойду на всё! К тому же, она плоть от плоти твоя, Цзян Лисюань, я давно хотел избавиться от неё! Какое мне дело до неё? Ну что, каково это — потерять любимую дочь?
— Мы рождены одной матерью, не думал, что сердце брата окажется столь жестоким, — горько усмехнулся Цзян Лисюань. — Но и к лучшему. Столько лет прошло, и наконец ты открыто признался в своих намерениях. Сегодня ты действительно пришел, чтобы совершить переворот…
— Что ты имеешь в виду? — Князь Пинъяо почувствовал, как у него задергалось веко, а на душе стало неспокойно.
Неужели что-то пошло не так? Нет, не может быть! Он тут же отбросил эту мысль. Его план был безупречен, ошибки быть не могло. Должно быть, это Цзян Лисюань перед смертью говорит подобное от бессильной злобы.
— Быстрее пиши указ об отречении, и я дарую тебе жизнь! Иначе не жди пощады.
Цзян Лисюань закрыл глаза, словно раздумывая. Спустя долгое время он открыл их и посмотрел на князя Пинъяо с долей сострадания:
— Ты хоть раз вспоминал о наших братских узах? — Он взял со стола письмо и бросил его перед князем.
Князь Пинъяо, не понимая, что происходит, поднял письмо и принялся читать. Вскоре он побледнел, словно его поразила молния: глаза округлились, а рука, державшая бумагу, затряслась.
— Нет… этого не может быть, — пробормотал он. — Принцесса не может быть жива. Мои тайные агенты лично доложили, что она мертва. Как мог погибнуть Му Цзыфэн?
Му Юань поднял голову, сердце его пропустило удар. Он застыл, оцепенело глядя на князя Пинъяо.
Сын мертв?! Услышав эту новость, Му Юань обессиленно рухнул на пол. Ведь это был единственный наследник его рода! Тот, кого он готовил долгие годы!
— Как сын мог погибнуть? Нет, невозможно! Он не мог умереть! — словно обезумев, шептал Му Юань. — Это письмо подделка, правда? — он попытался броситься к князю, чтобы увидеть содержание письма, но тело не слушалось его.
Слезы градом катились по лицу Му Юаня.
— Фэн-эр! — в конце концов, вскрикнул он в отчаянии, изрыгнул кровь и повалился на землю.
— Это письмо — фальшивка! — взревел князь Пинъяо, продолжая отчаянно цепляться за жизнь.
— Там стоит печать князя Жуна, ты сам можешь отличить подлинник от подделки.
Внезапно князя Пинъяо осенило, он вскочил на ноги и с ненавистью выкрикнул:
— Врешь! Даже если письмо настоящее, князь Жун всё равно захватит государство Цзян!
— Можешь не беспокоиться, моё государство уже выразило готовность подчиниться князю Жуну. И не надейся на верительную бирку: я всегда не доверял роду Му, так что бирка, разумеется, фальшивая.
— Ты… ты… — князя Пинъяо охватил бешеный смех. — Хорошо рассчитал, воистину хорошо… Ты с детства был умнее. Мой план, который я вынашивал десять лет, рухнул в одно мгновение. Отец любил тебя, мать тоже, все вокруг считали тебя будущим императором. А я? С малых лет я старался больше любого из братьев. Пока они упражнялись в стрельбе, я грыз гранит науки. Пока они развлекались в саду, я учился. Ты знаешь, отчего мои волосы поседели? Моих усилий никто не замечал! В их глазах был только ты! Только ты, Цзян Лисюань! Только потому, что ты законный наследник, все мои старания были напрасны!
— Брат, ты слишком предвзят. Отец был суров с тобой только ради твоего же блага, — вздохнул Цзян Лисюань.
— Пустословие! Всё это пустые слова! Если он так любил тебя, почему не был суров с тобой?! Хотя… верно… — взгляд князя Пинъяо затуманился, он выглядел совершенно потерянным. — Кто виноват, что ты — законный сын, а я — побочный…
— Сдохни! — Неизвестно, откуда в руках князя Пинъяо появился кинжал, и он с яростным лицом бросился на Цзян Лисюаня.
— Защитить императора! — Стражник сбил князя с ног ударом ноги.
Все стражники разом вонзили мечи в мятежника. В мгновение ока тело князя Пинъяо пронзили клинки, кровь хлынула на пол, окрашивая нефритовые плиты. Его глаза, налитые кровью, застыли в немом вопросе — он так и не смирился с поражением.
— Передайте мой указ: князь Пинъяо замышлял мятеж, лишить его титула, разжаловать в простолюдины, имущество конфисковать в казну. Му Юань, соучастник мятежа, лишается звания генерала, казнить весь его род до девятого колена!
Цзян Лисюань стоял у входа в зал, заложив руки за спину. Он смотрел на небо, откуда внезапно хлынул ливень, барабаня по твердой земле.
Глаза его были спокойны, как застоявшаяся вода, и никто не мог прочесть его мыслей. Он снова и снова потирал в руках верительную бирку.
http://bllate.org/book/19368/1892837
Готово:
