Снежная Бездна — это владения Истинного Дракона, но, в отличие от метели за её пределами, здесь не ощущалось ни малейшего холода. Трава и деревья в долине пышно зеленели, напоминая прекрасный весенний пейзаж.
Взгляд Цзи Юйтан блуждал по сторонам, однако её нервы оставались натянуты до предела: при малейшем признаке опасности она была готова тотчас обрушить божественную драконью молнию.
— Под этим процветанием скрывается неискоренимая аура крови и смерти, — шествуя впереди Цзи Юйтан, негромко произнесла Ли Цзиньюй, глядя на цветник. Эта рогатая змея питалась людьми, и под землей были зарыты горы человеческих костей. Все здешние растения взрощенны на плоти и крови. Внезапно она услышала доносившийся с востока шорох и тут же насторожилась: Бусина Рождения Волн в Бирюзовом Море полетела вперед, опережая её движение.
Свиток с живописью тушью развернулся, и клубящийся туман подобно преграде принялся неуклонно ослаблять мощь Бусины Рождения Волн в Бирюзовом Море. Тот, кто скрывался в тени, вовремя вышел наружу, поправляя одежды, и торопливо заговорил:
— Младшая соратница Жань, погодите, это я, Линь Хэн!
В глазах Ли Цзиньюй мелькнул холодный блеск, и она тут же отозвала бусину. Говорил один лишь Линь Хэн, но вместе с ним появился еще кое-кто — Цинь Жошуй. Ли Цзиньюй помнила о своей нынешней роли, моргнула, взмахнула рукавом в сторону Цинь Жошуя и произнесла:
— Старший соратник Цинь.
Помедлив, она добавила:
— А где старшая соратница Чжао?
Цзи Юйтан молча подошла к Ли Цзиньюй, её взгляд на мгновение задержался на красивом лице Цинь Жошуя, после чего она нахмурилась и отвела глаза. Между этими старшим соратником и младшей соратницей и впрямь царила страстная и нежная любовь.
Линь Хэн тяжело вздохнул:
— Её утащили северные морские демоны-практики.
И пропала не только Чжао Хэчэнь — многие чужаки попали к ним в лару. Им не повезло: едва успев выбраться из Пустоши Сюаньмин, они сразу же столкнулись с демонами Северного Моря. Поначалу северные демоны-практики остерегались авторитета восьми бессмертных сектак и выказывали им уважение, но на этот раз они словно с цепи сорвались — хватали или убивали всех без разбору, стоило им оказаться инородцами. Поведав о своих злоключениях на море, Линь Хэн посмотрел на Ли Цзиньюй и Цзи Юйтан и спросил:
— А вы разве ничего не встретили?
Ли Цзиньюй покачала головой: кроме морских зверей в акватории, никакой опасности им не попадалось.
— Какая удача, — Линь Хэн поднял большой палец, обращенный к ним, полный зависти.
Цинь Жошуй произнес:
— Опираясь на поисковую технику нашей секты, я почувствовал, что младшая соратница появлялась здесь. Жаль только, мы долго искали, но ничего не нашли. Та рогатая змея тоже куда-то пропала.
Линь Хэн повернулся к Цинь Жошую, но ничего не сказал.
— Старший соратник Цинь, что думаете? — Линь Хэн снова перевел взгляд на Цинь Жошуя, приподняв брови.
Его слова затихли, и все трое — включая Цзи Юйтан — хранили молчание. Спустя мгновение Цзи Юйтан посмотрела на Линь Хэна и серьезно спросила:
— Достойный друг Линь, прибыв на эту ледяную равнину, не бывал ли ты в городе Сюаньмин?
Ли Цзиньюй улыбнулась, но промолчала, зато Цзи Юйтан заговорила снова:
— Это обитель рогатой змеи, вы пришли сюда тоже ради неё?
Линь Хэн опешил и покачал головой. Добравшись сюда, они сразу принялись разыскивать собратьев по Пути, похищенных демонами, когда им было до визитов в город Сюаньмин? Заметив такое выражение его лица, Цзи Юйтан понимающе кивнула, бросила Линь Хэну нефритовую пластинку и сказала:
— Обстановка на Севере лучше всего известна практикам из города Сюаньмин. Давайте сначала убьем нескольких демонов в качестве залога преданности, а войдя в город, во всем разберемся.
Линь Хэн предположил:
— А вдруг она в Драконьем Дворце? Чешуйчатые и пресмыкающиеся почитают истинных драконов превыше всего, а эта рогатая змея — одна из драконьих пород, и её конечная цель — отрастить драконьи рога и превратиться в истинного дракона. Для неё этот Драконьему Дворец — священная земля. Обычно Линь Хэн не стал бы выдвигать подобных предположений, ведь существ, не являющихся истинными драконами, редко пускают в Драконий Дворец, но разве сейчас не ходят слухи, что там творится беспорядок? У северных морских демонов нет хозяина, так что они неизбежно распустятся.
Упомянутые в нефритовой пластинке демоны, чьи головы годились в качестве залога преданности, не были простыми тварями, но даже если за ними стояли могущественные покровители, это не имело значения. Линь Хэн и Цинь Жошуй происходили из восьми бессмертных сект и нисколько не страшились угроз со стороны чужих покровителей. Расправившись с четырьмя демонами из списка, все четверо вместе предстали перед вратами города Сюаньмин.
Хотя Цинь Жошуй тревожился о безопасности младшей соратницы, они всё же не были частыми гостями Северного Моря и ориентировались здесь куда хуже местных практиков. Быть может, с их подсказками достичь цели окажется проще. Немного поразмыслив, он кивнул в знак согласия:
— Хорошо.
Ли Цзиньюй бросила косой взгляд на Цзи Юйтан: вчетвером путешествовать и впрямь было куда удобнее, чем вдвоем.
Отражение даоса, появившееся из ниоткуда, оказалось тем же самым, что и прежде. Вот только при виде голов демонов равнодушие на его лице исчезло, сменившись легкой улыбкой. На защитном массиве заструился свет, окутавший всех четверых безбрежной и глубокой аурой, и в мгновение ока они были перенесены в город.
— Это место ничем не отличается от городов Девяти Земель. Войдя сюда, вам не нужно бояться нападений демонического племени, — мягко произнес даос.
— Северные морские демоны — это...
Линь Хэн только раскрыл рот, как даос взмахом руки прервал его:
— Что к чему — можете узнать сами.
Линь Хэн: «……»
В городе то и дело снуют практикующие — особенно в смутные времена Северного Моря, когда искатели приключений, промышлявшие за пределами стен, вернулись назад. Из-за этого большая часть обителей, драгоценных домов, небесных пещер и благословенных земель оказалась арендована для медитаций, и после расспросов в нескольких местах свободных уголков не нашлось.
— Мы пробудем здесь недолго, так что нет нужды выбирать благословенные пещерные земли, сойдет и обычная келья... если, конечно, вы не против, — с некоторым трудом произнес Линь Хэн. — Если старший соратник Цинь не возражает, мы могли бы тесниться вместе.
Цинь Жошуй поднял взгляд на Ли Цзиньюй.
У Линь Хэна дернулось веко. Проследив за его взглядом, он тут же нахмурился:
— Старший соратник Цинь, хотя среди нас, практикующих, нет столь строгих преград между мужчинами и женщинами, всё же разница пола существует. Даже будучи учениками одной секты, мы не можем ночевать под одной крышей.
Лицо Цинь Жошуя помрачнело: слова Линь Хэна звучали так, будто у него были какие-то скрытые помыслы. Сам он и в мыслях ничего подобного не держал — просто помнил, как младшая соратница Жань питает лютую неприязнь к этой особе, и опасался неприятностей. Однако на глазах у Цзи Юйтан и Линь Хэна он не мог объяснить истинную причину и был вынужден хранить молчание.
Цзи Юйтан смотрела, как эта парочка старшего соратника и младшей соратницы переглядывается глазами, и лишь мысленно усмехнулась.
Ли Цзиньюй бросила мимолетный взгляд на Цинь Жошуй, подавила зарождавшееся раздражение между бровей и мягко произнесла:
— Я буду вместе с достойной подругой Цзи.
Словно боясь, что этого прозвучит недостаточно убедительно, она подошла ближе к Цзи Юйтан и взяла её под руку.
Цзи Юйтан автоматически попыталась стряхнуть Ли Цзиньюй, но та, к её удивлению, тайком применила заклинание. Устраивать сцену сейчас было никак нельзя, и Цзи Юйтан, глубоко вздохнув и напоминая себе о давно вынашиваемом грандиозном плане, тоже озарилась мягкой и нежной улыбкой, ответив:
— Весь путь мы проделали вдвоем. Не нарушать же этот порядок сейчас.
С этими словами она бросила взгляд на Цинь Жошуя, затаив в глазах легкий вызов.
Таким исходом Линь Хэн остался вполне доволен. Ему было не привыкать вести дела с людьми, и, обойдя несколько торговых павильонов и устроив вопрос с ночлегом, он в одиночку отправился на разведку.
В тихой келье.
Цзи Юйтан и Ли Цзиньюй сидели лицом друг к другу.
Делать было нечего, и Цзи Юйтан просто достала бумагу с кистью, опустив взгляд и сосредоточенно выводя письмена Дао.
Письмена Дао отличались от обычных иероглифов — они являли собой проявление великого Дао, и их начертание истощало духовную волю. Стоило ей выписать всего одну строчку: «Дао, которое может быть выражено словами, не есть постоянное Дао; имя, которое может быть названо, не есть постоянное имя», — как её духовные силы оказались полностью исчерпаны.
— Хочешь взглянуть? — Цзи Юйтан отерла пот со лба и подняла глаза на Ли Цзиньюй.
Встретившись с ней взглядом, Ли Цзиньюй с улыбкой покачала головой. В детстве она соприкасалась с Книгой Небесного Дао, но после пережитых событий уже не могла обратиться к тем изначальным Суверенным канонам. Её путь Дао был предопределен двумя иероглифами «Великий Инь», и изменить его не представлялось возможным.
http://bllate.org/book/19115/1877349
Готово:
