Взгляд Ли Юэбая скользил по иллюстрациям одну за другой. Книга состояла не только из текстовых описаний, порой в ней встречались и картинки, но они были нарисованы до того неуклюже и грубо, что никуда не годились, и раньше он просто пропускал их.
Вскоре его взгляд остановился на простеньком рисунке. На нем был изображен какой-то крошечный человечек, похожий на эльфа, кривой и косой, но с натяжкой всё же узнаваемый по сравнению с белым эльфом из видео.
Рядом с рисунком красовалось правильное название этого эльфа — без использования китайской транслитерации, прямо иностранным словом: VILA.
Вила...
Робкие пояснения дополняли картину: Вила — это лесной дух, обитающий в горах и чащах на востоке западной страны Дацинь; числом они редки, обликом несравненно прекрасны, голос их звучит чарующе, а нрав манит за собой; стоит кровопийцам увидеть ее, услышать или почуять, как они теряют рассудок... Подобно им, после смерти она застывает, превращаясь в спящее тело на целую тысячу лет, а стоит ей столкнуться с раной, как она проникает внутрь, заменяя лишь плоть и кровь человека, не трогая его разума...
Если перевести это на простой язык, то получалось следующее: Вила — в транслитерации Вила — эльф, обитающий в лесах и горах на востоке Римской империи. Численность их мала, внешность прекрасна, а вампиры теряют рассудок, лишь завидев ее лицо, услышав голос или почуяв запах. Подобно вампирам, они способны впадать в спячку, сохраняя окоченевшее состояние тысячелетия напролет. Столкнись они с человеческой раной — и они тут же проникают в тело... захватывая его и превращая человека в носителя Вилы... Разница лишь в том, что она не проникает в мозг человека и не контролирует его мысли, а потому тот даже не подозревает, что оказался одержим...
Система. Ли Юэбай почти физически ощущал, как Система прячется в каком-то темном углу и наблюдает за ним со смешком: — Я что, одержим спящим телом Вилы?
— Совершенно верно, мой дорогой Носитель, — в голосе Системы всё так же слышался вежливый смешок.
Разве в этом мире существовали не только спящие тела вампиров?
— Дорогой Носитель, я никогда подобного не утверждал, — ответил голос. — В том черном гробу находилось не только спящее тело Шута, но и спящее тело Вилы, они сосуществовали в одном гробу... А спящее тело Шута — самое комичное и озорное среди всех вампиров, к тому же вы были ранены, вот Шут и устроил такую шутку...
...
А почему ты меня не предупредил? Мой дорогой Носитель, да потому что вы сами велели мне катиться!
Охотник на вампиров (часть тридцатая)
Иными словами, теперь он сам обладает сущностью Вилы, и его голос, внешность и аура несут в себе смертельную притягательность для вампиров, сводящую их с ума.
Если обычные люди — это просто пища, то Вила — это настоящий наркотик.
Теперь всё встало на свои места: только что, находясь в палате Вэн Цзычэня и держась в отдалении у самой двери, он не вызвал никаких проблем. Но стоило ему заговорить, как Вэн Цзычэнь услышал его голос, подошел ближе и смог разглядеть во всех деталях — и потому бросился на него со звериным безумием, жаждая растерзать и пожрать.
Ли Юэбай в одиночестве стоял в лифте и разглядывал свое отражение в гладких, словно зеркало, металлических стенах кабины: он по-прежнему выглядел в точности как Гу Сиша, никаких внешних изменений не наблюдалось. Именно поэтому ни Директор Ян, ни остальные коллеги, ни Лян Цзин не заметили ничего странного.
Человека, одержимого спящим телом Вилы, способны распознать лишь вампиры — те до безумия одержимы этим наркотиком и невероятно к нему чувствительны.
Если мысленно вернуться чуть назад... Ли Юэбай почувствовал резкую боль в груди: каково же было Е Цину, когда тот, пробудившись в образе вампира в том тесном кабинете, увидел его, уже превратившегося в Вилу? Какую же колоссальную силу воли проявил Е Цзин, раз сумел совладать с жаждой выпить его кровь до последней капли?
Раньше он думал, что Е Цзин сдержал лишь обычный порыв утолить жажду кровью простого смертного, но оказалось, что тот боролся с желанием, превосходящим прежнее в тысячу, в миллион раз.
В этот раз он сдержался, а что будет в следующий?
Ли Юэбай не смел даже думать о том, что произойдет дальше, но холодный рассудок заставлял его продолжать эту страшную цепочку умозаключений.
После исчезновения Е Цзина он позвонил ему.
Трубку сняла маленькая девочка и испуганно закричала: — Помо... помогите!
Дело происходило на подземной парковке старого жилого комплекса. Е Цзин был там с девочкой — возможно, он случайно встретил ее и попытался испить ее крови.
Сам он тогда тоже растерялся и лишь на уровне инстинктов произнес: — Сяо Е, умоляю, успокойся, во всем виноват только я...
А затем раздался пронзительный девичий визг, звук вонзающихся в плоть клыков — и звонок оборвался.
...
Вспоминая случившееся вновь, Ли Юэбай стоял в лифте, ощущая, как все внутри него леденеет. Впервые в жизни он испытал чувство полной растерянности, когда земля уходит из-под ног.
Из-за того злосчастного звонка Е Цзин услышал его голос.
А голос Вилы для вампира...
Прежде чем он заговорил, девочка была жива и еще могла звать на помощь.
Но Е Цзин услышал его голос.
Под воздействием голоса Вилы вампиры совершают поступки, неподвластные их воле.
...
Иными словами, виновником гибели той девочки от начала и до конца был он сам.
Это он превратил Е Цзина в вампира, это он спровоцировал его.
На мгновение Ли Юэбай потерял счет времени и пространству. Сердце пронзила острая боль, но на фоне всепоглощающего чувства угнетенности она казалась сущим пустяком. Лифт продолжал движение вниз, но он уже не замечал четырех металлических стен — ему казалось, будто он погрузился в кромешную тьму, затерявшись в бескрайнем пространстве без единой капли воздуха, совершенно один.
— Дорогой Носитель, если в этот момент на вас нападут, в вашем нынешнем состоянии у вас не будет ни шанса на победу, — напомнила Система.
...
Ли Юэбай попытался сжать кулаки, но понял, что правая рука дрожит и в ней нет ни малейшей силы.
Нет шансов так нет шансов. Быть может, его смерть станет благом для этого мира.
Ли Юэбай никогда не был пессимистом, да еще пару дней назад он был полон боевого духа и искренне верил, что победа у него в кармане.
Общение с Е Цином протекало так легко и непринужденно, что у него даже зародилась иллюзия: ему по силам спасти Е Цзина, избавить его от тяжести одинокого существования.
Однако один-единственный механизм банановой кожуры перевернул всё вверх дном.
Стоило сработать механизму банановой кожуры, как он шаг за шагом стал совершать бесчисленные выборы. Каждый раз ему казалось, что он спасает положение, но каждый раз ситуация лишь ухудшалась, увлекая его всё глубже в бездну.
Судьба избрала его, заставив сражаться поневоле, но та маленькая девочка... при чем тут вообще она? Почему именно ей выпало по воле слепого случая принять на себя самые страшные последствия? Почему она должна была погибнуть ради чужой игры?
— Система, какова твоя истинная цель?
— Никакой цели. Просто Главному Богу надоело скучное мироздание, и ему захотелось зрелищ, — усмехнулась Система. — Разве то, во что всё вылилось, не увлекательно?
— Будет куда увлекательнее, если Главный Бог подохнет, — холодно бросил Ли Юэбай.
— Ха-ха-ха-ха-ха, дорогой Носитель, неужели вы хотите убить бога? — Система звучала так, будто услышала самую уморительную шутку во Вселенной. — Главный Бог бессмертен, Главный Бог не уничтожим.
Главный Бог бессмертен...
Ли Юэбай мысленно зарубил себе на носу эти слова. Пусть до конца их смысл был ему непонятен, но раз Система сболтнула это в порыве самодовольства, значит, всё так и есть.
— Раз уж ты величаешь меня Носителем, — собравшись с духом, произнес Ли Юэбай, — почему же тебе так радостно видеть мой провал? Система из прошлого мира — она была такой же, как ты?
В мире музыканта из Шанцзина Система неизменно держалась стороны Ли Юэбая, разделяя с ним и победы, и поражения, да и манера ее речи заметно отличалась.
— Без комментариев. Миров бесчисленно много, Носителей тоже, а всё, что делаю я — лишь повинуюсь воле Главного Бога, — отозвалась Система. — В этом мире, хотя я и зову вас Носителем, ваша жизнь и смерть не имеют ко мне никакого отношения.
Вот как.
Этот мир устроен иначе: Система вовсе не обязательно поддерживает Носителя, и ее существование не зависит от него. Ли Юэбай больше не желал тратить силы на эту игру в угадайку, и потаенная злость вновь запылала в его груди. На секунду ему стало смешно от собственных мыслей минутной давности: неужели он всерьез подумывал о том, чтобы умереть? Как можно! Смерть — это слишком трусливый способ снять с себя ответственность. Задача еще не выполнена, грехи не искуплены, о какой смерти может идти речь? Даже если ему суждено отправиться в ад, он непременно утащит за собой и Систему, и Главного Бога.
На часах было четыре утра. В тишине и безмолвии лифта он ехал совсем один.
Рация вновь издала резкий пронзительный звук.
Снова что-то случилось?
Опомнившись, Ли Юэбай нажал кнопку приема видеовызова.
Руки все еще дрожали, но прежняя сила уже возвращалась к нему.
— Сяо Гу? — с экрана на него смотрел Директор Ян. Сидя на заднем сиденье мчащегося патрульного автомобиля, он хмурил брови. — Мы продолжаем поиски Е Цзина, но пока безрезультатно. Можешь подсказать какую-нибудь зацепку?
Нет. Как бы сильно он ни переживал за Е Цзина, сейчас у него не было никаких зацепок.
Стоило ли делиться ими с Директором Яном и коллегами, если бы они действительно нашлись? Ответ был отрицательным: вмешательство новых людей лишь сильнее запутало бы клубок, так что молчать было куда безопаснее.
— Нет, извините, — Ли Юэбай опустил голову.
— Ладно, я понял, — Директор Ян тревожно огляделся по сторонам и понизил голос: — Сяо Гу, сделай для меня одно одолжение.
— Директор Ян, боюсь, сейчас я не в том положении, — тут же отказался Ли Юэбай. Ни по своему статусу, ни по физическому состоянию он не годился для выполнения поручений.
— Это задание связано с вампирами. Поразмыслив так и этак, я понял, что ты — единственный подходящий кандидат, остальным я не доверяю, — голос Директора Яна звучал предельно сурово.
Вампиры...
Сердце Ли Юэбая вновь сжалось от тревоги. Подумав хорошенько, он всё же дал согласие.
В столь неспокойное время нельзя упускать ни единой крупицы информации, связанной с вампирами.
Директор Ян поручил ему немедленно вернуться в городское управление, отыскать его личный сейф и забрать на хранение то, что находилось внутри.
А что именно там лежало... Ли Юэбай знал слишком хорошо. Это было то самое спящее тело, что в прошлой жизни вселилось в Е Цзина, и которого тот избегал в этой.
Е Цзин отклонил задание по делу об ограблении Компании «Юнфэн», и оно закономерно легло на плечи других сотрудников. Операция прошла успешно: обнаружив спящее тело, Директор Ян привез его в городское управление, намереваясь сдать наверх, но тут в музее произошло землетрясение. Директору Яну пришлось лично выехать на место происшествия, сдать артефакты было некогда, а носить их с собой — неудобно, поэтому он запер находку в сейфе.
И снова сейф... Ли Юэбай невольно вспомнил Чжо Чжо, который поступил точно так же. Спящие тела не умели проходить сквозь стены, и запирать их в сейф действительно было надежным решением.
— Пароль от сейфа знаете только вы, в нем спящее тело в полной безопасности, зачем мне забирать его оттуда? — спросил Ли Юэбай.
— Подозреваю, что пароль могли взломать. Доказательств нет, чистое чутье, — голос Директора Яна на том конце провода стал еще жестче. — Сейчас дежурных в управлении мало, Директор Ван уехал в командировку в другой город, взломщик вполне может воспользоваться моментом... Поразмыслив, я решил, что спокойнее всего будет доверить это тебе.
Когда он добрался до городского управления, было уже пять часов утра.
С тех пор как Ли Юэбай подключился к расследованию дел о вампирах, его данные снова внесли в систему безопасности управления, и у него по-прежнему сохранялся допуск для свободного прохода.
Следуя указаниям Директора Яна, Ли Юэбай отыскал сейф, ввел продиктованный шефом пароль и извлек содержимое наружу. Перед ним снова лежал маленький черный гроб.
При виде маленького черного гроба Ли Юэбай едва не усмехнулся сквозь слезы: эта вещь в его руках не сулила ничего, кроме неприятностей.
Быстро убрав находку, он захлопнул сейф и зашагал к выходу.
Накануне рассвета на улице всё еще царила тьма. В управлении кто-то дежурил, но большинство кабинетов пустовало, а коридоры были безлюдны.
Едва Ли Юэбай вышел на парковку, как к нему на огромной скорости подлетела черная Соната и с резким визгом тормозов остановилась прямо перед ним.
Черная Соната с госномером 7826J — служебная машина высшего руководства городского управления. В ней мог находиться только сам Директор Ван. Он должен был вернуться из командировки лишь на следующий день, но сейчас было пять утра... С чего бы ему возвращаться посреди ночи?
Дверь распахнулась, и из салона вышел не только Директор Ван, но и несколько вооруженных до зубов людей.
Сердце Ли Юэбая ухнуло вниз.
— Сяо Гу, ни с места, — лицо Директора Вана было суровее тучи. — Вы подозреваетесь в укрывательстве преступника... вам придется пройти расследование.
— Я не преступал закон, Директор Ван, какая-то ошибка, верно? — Ли Юэбай глубоко вздохнул, напрягая все мышцы в готовности к самому худшему исходу.
— Еще и отпираешься? — повысил голос Директор Ван, в упор глядя на него. Он взмахнул рукой, и в ту же секунду десятки черных дул уставились прямо на него. — Е Цзин в бегах, совершил преступление, а ты утаил это и намеренно покрывал его! У тебя и без того старые грехи за душой, разве этого мало для начала расследования?! Ты прекрасно знаешь, чем грозит сопротивление при аресте — на месте откроем огонь на поражение!
Охотник на вампиров (часть тридцать первая)
Это ловушка?
Глядя на зияющие чернотой стволы, Ли Юэбай первым делом подумал, что его подставили.
После исчезновения Е Цзина Директор Ян допрашивал его о местонахождении парня не меньше трех раз, но он неизменно отвечал одно и то же: — Я не знаю.
Мог ли Директор Ян поверить в подобный ответ? Сколько ни допытывайся, а толку ноль, оставалось лишь смотреть на него с подозрением. И чем дольше длились подозрения, тем более подозрительным он казался: почему он вечно оказывается замешан в делах о вампирах вместе с Е Цзином? Почему хранит молчание об исчезновении Е Цзина? Почему средь бела ночи заявился к Лян Цзин? Почему... почему скрывает столько тайн?
Вполне логично, что руководство решило забрать его в участок и как следует допросить.
Но как его поймать, если он то появляется, то исчезает, словно призрак?
Проще всего было заставить его остаться в одиночестве и в такой особый час, как пять утра, когда весь мир погружен в сон, явиться в управление.
Но с чего бы ему покорно выполнять приказы и бежать сюда по первому зову?
— Директор Ван, вы с Директором Яном... сговорились заранее? — Ли Юэбай не стал сопротивляться. Стоя на месте, он опустил глаза и поднял руки, показывая, что при нем нет никакого оружия. — Директор Ян — мой самый уважаемый и почитаемый начальник, неудивительно, что именно он дал мне это липовое задание: забрать спящее тело из сейфа, чтобы потом вы могли взять меня в кольцо...
Директор Ван ответил не сразу. Из-за линз очков он изучал Ли Юэбая долгим, полным глубокого смысла взглядом, словно пытаясь насквозь прожечь его мысли. Директор Ван был уже в возрасте, его силы давно не те что прежде, но морщины на лице стали глубже, а во взгляде читалась суровая жизненная мудрость. Когда он так оценивающе смотрел на человека, выдержать это давление было непросто.
Наконец Директор Ван тяжело вздохнул: — Сяо Гу, задавая такие вопросы, ты ведь и сам понимаешь: раз уж дошло до такого, тебе остается лишь сотрудничать с управлением и во всем сознаться. Никаких уверток и недомолвок.
— Если этот спектакль разыграли вы, я еще могу понять, но Директор Ян... — волна обиды на предательство поднялась в душе Ли Юэбая. — Еще минуту назад я верил Директору Яну и думал, что он действительно доверил мне важное задание.
— Увиливаешь от ответа и не желаешь каяться, — в голосе Директора Вана сквозило разочарование вперемешку с упреком. — Сяо Гу, пусть ты больше не читишься в штате управления, но ты всё же ключевой свидетель по делу Е Цзина. Ты бегаешь от следствия, не идешь на контакт, а теперь еще и обвиняешь старого Яна в том, что он тебя не покрывает? Тот звонок он сделал по моему приказу. Ему тоже было тяжело, он не хотел загонять тебя в угол, но не сделай он этого — и ты бы сбежал. Кто бы взял на себя ответственность?
— Начальник, вы что, заранее просчитали, что я приду? — горько усмехнулся Ли Юэбай.
— Ты слишком зациклен на спящих телах. Стоило старому Яну сказать, что он поручает его тебе, как ты тут же клюнул, — в голосе Директора Вана звучали нотки глубокой досады и осуждения. — Это одна из твоих улик, на допросе тебе придется объяснить всё в мельчайших подробностях.
Двое полицейских с оружием наперевес осторожно двинулись в его сторону.
— Не стоит, — вздохнув, Ли Юэбай отстегнул со спины длинный серебряный клинок с узором лозы и швырнул его на землю. Раздался громкий, звенящий лязг. — Мой меч создан для борьбы с вампирами, а не с вами...
Они переглянулись, молчаливо выдохнув с облегчением, однако бдительности не потеряли: держа оружие одной рукой, второй они на ходу извлекли наружу наручники и шаг за шагом приближались к Ли Юэбаю.
— Сначала обыск, — мрачно бросил Директор Ван.
— Обыск? — услышав это слово, Ли Юэбай резко переспросил: — Вы ищете это?
Раздался короткий сухой щелчок, и что-то выпало из кармана Ли Юэбая прямо на асфальт — это был маленький черный гроб, опутанный серебряной цепью печати.
Кивнув в сторону упавшего предмета, Ли Юэбай приподнял бровь: — Е Цзин преступил закон, и я не собирался его выгораживать. Просто... он всё-таки мой ученик, и мне хотелось вернуть его своими силами, вот я сгоряча и не стал связываться с управлением... Не ожидал, что вы истолкуете это неверно. Прошу прощения. С этой минуты я готов сотрудничать. Все мы здесь делаем одно дело — боремся с преступностью, и мне совсем не хочется усугублять ситуацию.
Характер Гу Сиша всегда отличался жесткостью, поэтому слова Ли Юэбаева звучали вроде бы примирительно, но тон оставался бескомпромиссным и упрямым.
Директор Ван слегка кивнул: — Раз признаешь ошибки — значит, еще не все потеряно. Но в целях безопасности твою свободу пока придется ограничить...
Он не успел договорить, как Ли Юэбай сделал резкое движение ногой, отпихнув черный гроб в сторону стоявшего рядом вооруженного полицейского.
Тот опешил, но быстро сообразил, что перед ним важный вещдок, требующий охраны. Продолжая настороженно держать Ли Юэбая на мушке, страж порядка согнулся, собираясь поднять гроб.
— Стоять! — рявкнул Директор Ван. — Это опасный предмет, не трогай его.
Будучи главой городского управления, Директор Ван обладал определенными сведениями о спящих телах, хотя и не контактировал с ними лично. Заметив, что подчиненный тянет руку, он сделал шаг вперед и сам поднял черный гроб в защищенной перчаткой руке.
Все присутствовавшие полицейские были в курсе дела о вампирах и прекрасно понимали всю важность спящих тел, но вживую с ними еще не сталкивались. Увидев, что Директор Ван взял инициативу на себя, они невольно перевели на него всё свое внимание.
И в этот самый момент на месте происшествия возникла секундная пауза, когда все присутствующие на мгновение отвлеклись.
http://bllate.org/book/19096/1875439
Готово:
