— Ты тоже… человек из Организации? — Голос Цзян Цы был жестким, а взгляд — непроницаемым, когда он смотрел на Линь Кунлу.
Возможно, удар пришелся слишком быстро и он просто не успел отреагировать, но в его выражении лица было трудно понять, чего больше — упрека или разочарования.
Линь Кунлу тоже растерялся, даже больше, чем Цзян Цы.
Кто такая Су? Ах да, его персонажа целиком звали Су Юй, но почему Су Юй тоже оказался связан с Организацией? Какая же это подстава!
Неужели тот человек в белом халате напротив пытался посеять смуту, или с личностью первоначального владельца тела действительно что-то не так?
В его голове царил полный хаос, и он инстинктивно попытался отнекаться: — Я не…
Однако противники не дали им возможности продолжить разговор. Человек в белом халате взмахнул рукой, и наемники с тяжелым вооружением тут же атаковали Цзян Цы, одновременно распыляя усыпляющий газ.
Линь Кунлу неизбежно задело. Даже в этот момент Цзян Цы рефлекторно попытался защитить его лозой.
Но в густом облаке усыпляющего газа оба они очень быстро потеряли сознание.
*
Снова очнувшись, Линь Кунлу обнаружил, что лежит в палате, наполненной слабым запахом дезинфицирующего средства.
Он резко сел, машинально подумав: как там Цзян Цы?
Тут же вспомнилось, что те люди использовали усыпляющий газ, целью которого несомненно было захватить их живыми, так что непосредственной угрозы жизни Цзян Цы пока быть не должно.
Но стоп —
Он тут же перевел взгляд на электронные часы на стене.
К счастью, прошло всего два дня, он не проспал целые полгода… Нет, ничего хорошего в этом не было.
Прошло уже два дня, и кто знает, через что Цзян Цы успел пройти за это время и как он теперь к нему относится. Неужели он уже решил, что тот — шпион и предатель?
Линь Кунлу с головной болью помассировал виски, в голове все еще стоял некоторый кавардак.
С какой стати его персонаж оказался человеком из Организации? Слишком внезапно… Нет, кажется, далеко не всё было лишено предзнаменований.
Линь Кунлу замер, внезапно вспомнив, что видел на письменном столе в спальне Су Юя стопку книг по вирусологии и ботанике. Когда Цзян Цы разнес горный лагерь этой Организации, он тоже «конфисковал» немало точно таких же книг.
Да и когда он только сюда попал, Су Юй как раз спускался с гор вместе с Су Вэй, а в их плетеных корзинах лежали собранные растения, в то время как цифровая камера была заполнена снимками самых разных редких цветов.
Эти две детали явно указывали на то, что Су Юй вовсе не просто вернулся в деревню навестить родственников, тем более что никаких родственников у него там толком и не было.
Это я упустил из виду. Линь Кунлу с досадой взъерошил волосы.
К тому же, Су Юй, Су Юй… чем больше он думал об этом имени, тем более знакомым оно казалось.
Пока он хмурился и размышлял об этом, дверь палаты внезапно распахнулась, и вошел врач в белом халате.
Линь Кунлу взглянул на бейдж на его груди, а боковым зрение заметил стоявшего у входа человека в черном. Внезапно, словно молния в голове, вспыхнуло воспоминание —
Это был фрагмент памяти, увиденный им перед погружением в Сферу сознания: в лаборатории женщина-испытатель с красивым лицом и в белом халате с серьезным видом за чем-то наблюдала, а стоявший рядом человек в черном о чем-то шептался с ней.
Он наконец вспомнил: на груди той женщины-испытателя красовался точно такой же бейдж, и звали ее как раз Су Юй.
Так в реальности истинной личностью Су Юя была женщина-испытатель из Организации? Женщина?!
Черт, черт, черт! Линь Кунлу был готов провалиться сквозь землю.
Неудивительно, что когда он только попал в дом Су Юя, на письменном столе помимо книг валялись помада и карандаш для бровей, и неудивительно, что деревенские жители позже принесли его в жертву в качестве невесты…
Потому что в реальности Су Юй была девушкой.
Просто когда он вошел в Сферу сознания и стал Су Юем, поскольку сам он мужчина, информация о поле и внешности Су Юя внутри этого мира тоже изменилась, поэтому местные жители не находили странным то, что он мужчина. Точно так же, как Цзян Цы, став Чэнь Яо, сохранил свою внешность из реальности, но ни крестьяне, ни люди в белых халатах не удивлялись и по-прежнему считали его Чэнь Яо.
Что же касается губной помады и карандаша для бровей, то, судя по всему, Сфера сознания просто не обратила внимания на столь мелкие детали и забыла их изменить, из-за чего и всплыла улика.
Додумавшись до этого, Линь Кунлу невольно схватился за лоб, даже не обратив внимания на то, что говорил ему только что вошедший врач.
И всё же, почему его замещающей личностью стала именно Су Юй?
Эта Сфера сознания принадлежит Чэнь Яо, а они с Цзян Цы заняли места Су Юя и Чэнь Яо — неужели всё потому, что Су Юй занимала особое место в сердце Чэнь Яо?
Кстати, те фрагменты памяти тоже принадлежали Чэнь Яо, и точка зрения в них определенно была его точкой зрения. Выходит, в той сцене с лабораторией Су Юй смотрела тогда на… Чэнь Яо?!
Неужели реальные Су Юй и Чэнь Яо тоже вместе возвращались на базу? Их тоже схватили? А потом Су Юй еще и приходила навещать Чэнь Яо?
Если так, то Чэнь Яо сейчас, должно быть, люто ненавидеть Су Юй, да?
Нет, в каком бы положении ни находились эти двое в реальности, ему нужно срочно идти к Цзян Цы, успокоить его, а лучше всего придумать способ вытащить его отсюда.
У Цзян Цы нет воспоминаний из реальности, и он слишком сильно погружен в сюжет Сферы сознания, что явно ни к чему хорошему не приведет.
Подумав об этом, Линь Кунлу немедленно сбросил одеяло и встал с кровати.
Врач поспешно протянул руку, преграждая ему путь, с недоумением на лице: — Куда вы встаете? Я только что хотел спросить, вас что-то беспокоит, чувствуете ли вы себя плохо?
Линь Кунлу покачал головой и тут же спросил: — Где Чэнь Яо? Я хочу его видеть.
Врач замер и на мгновение умолк.
Линь Кунлу нахмурился: — Что такое? Разве я не из Организации? Мне нельзя с ним видеться?
Врач замялся: — Сначала нужно спросить разрешения у мистера Хейса.
С этими словами он повернулся и о чем-то пошептался с человеком в черном у двери.
Через смотровое окно Линь Кунлу увидел, как человек в черном кивнул и развернулся уходя.
Вскоре появился тот самый мистер Хейс, о котором говорил врач — это был тот самый учтивый мужчина среднего возраста, что ранее захватил его и Цзян Цы.
Он по-прежнему был в белом халате и, едва войдя, тепло улыбнулся: — О, Су, ты наконец проснулся. Хорошо, что с тобой всё в порядке, иначе я бы мучился угрызениями совести. Кстати, та облава на горе тебя, наверное, напугала? Это вовсе не моя идея, а того парня Джоуна, все эти наемники — просто неотёсанные деревенщины, методы у них слишком грубые…
— Я хочу видеть Чэнь Яо. — У Линь Кунлу не было настроения слушать его речи, и он быстро прервал его.
Однако, помня о том, что он пока не знает положения этого мистера Хейса в Организации, он на секунду замолчал и вынужденно добавил более мягким тоном: — Можно?
Хейс поправил очки, блеснувшие стекла скрыли промелькнувший в глазах холод, а спустя мгновение он уголки его губ изогнулись в мягкой улыбке: — Конечно можно, Су, в конце концов, на этот раз ты совершил большой вклад.
Сказав это, он повернулся и отдал приказание человеку в черном, который тут же почтительно вошел внутрь.
— Пусть Нил проводит тебя, — с улыбкой произнес Хейс.
Линь Кунлу поднял взгляд на Нила и, разглядев его лицо, понял, что тот действительно оказался тем самым человеком в черном, который стоял рядом с Су Юй и шептался с ней во фрагменте памяти.
Ничего не говоря, он встал и надел верхнюю одежду.
Неизвестно, было ли это сделано специально, но одежда, которую велел принести Хейс, тоже оказалась белым халатом, к тому же с именным бейджем Су Юй.
Облачившись в него, он выглядел точь-в-точь как любой научный сотрудник Организации.
Линь Кунлу стремился лишь поскорее увидеть Цзян Цы и у него не было времени возиться с этим, к тому же он не мог позволить себе выдать странности перед Хейсом.
Он кивнул Хейсу и с невозмутимым видом вышел из палаты. Уходя, он прихватил с собой подаренный Цзян Цы ледяной синий цветок.
После его ухода тот самый врач снова вошел в палату и с сомнением в голосе спросил Хейса: — Разве это безопасно? Ведь статус Су всё еще вызывает вопросы…
Хейс покачал головой и с улыбкой прервал его: — Знаешь ли ты, Ханк, последние исследования показали, что негативные эмоции способны ускорить Падение монстров, делая их еще сильнее — например, страх или боль.
— Но почти у всех монстров нет самосознания, и вызвать у них достаточное количество негативных эмоций крайне сложно. Чэнь Яо — наше самое совершенное творение на сегодняшний день, у него есть самосознание, и мне очень хочется узнать, удастся ли ему пасть в то самое существо, которое нам так нужно.
Услышав это, врач просиял, а затем на его лице появилось выражение благоговейного трепета: — Тогда он станет богом.
Хейс кивнул: — Быть может, мы добьемся успеха даже раньше доктора Джона.
Помолчав, он благочестиво добавил: — Всё ради будущего человечества, и эта жертва необходима.
— Ради будущего человечества, — врач опустил голову и почтительно повторил.
*
Линь Кунлу шел по длинному холодному коридору, ведомый Нилом, и наконец добрался до лаборатории, где содержался Цзян Цы.
Лаборатория имела две тяжелые металлические двери, надежно запертые, а правая стена была сделана из пуленепробиваемого стекла, чтобы ученым было удобно вести наблюдение. Внутри стеклянной стены находилась сеть под напряжением, предотвращающая любые попытки заключенного напасть.
Линь Кунлу встал за стеклянной стеной, заглядывая внутрь лаборатории, и эта картина в точности совпала с воспоминанием из фрагмента памяти, где Су Юй наблюдала за Чэнь Яо.
Цзян Яо не был серьезно ранен, но его руки и ноги оказались привязаны к кровати фиксирующими ремнями, суровое лицо выглядело бледным и изможденным, а глаза были плотно закрыты — казалось, он еще не пришел в себя.
Линь Кунлу нахмурился, в глубине его души шевельнулся слабый гнев, и он постарался как можно более хладнокровным тоном спросить: — Зачем его связали?
Нил бросил на него взгляд и монотонно ответил: — Подопытный № 157 слишком силен, приходится принимать меры предосторожности.
Линь Кунлу хотел сказать, что он вовсе не № 157, у него есть имя. Но, приоткрыв рот, он понял, что в этом нет особого смысла.
Он закрыл глаза и произвел: — Откройте дверь, я войду.
Разве через эту стеклянную стену и электрическую сетку он сможет нормально пообщаться с Цзян Цы? Цзян Цы скорее поверит в призраков, чем ему.
Услышав это, Нил слегка удивился и нерешительно произнес: — Для этого нужно спросить разрешения у мистера Хейса.
Линь Кунлу: — Тогда сходи.
Он уже убедился, что авторитет Хейса здесь должен быть весьма высок.
Нил вышел на мгновение и вскоре вернулся, шепотом доложив ему: — Мистер Хейс разрешил.
Внутри комнаты Цзян Яо внезапно открыл глаза, устремив прямой взгляд на них двоих, и в глубине его глаз плетались холод и жестокость.
Линь Кунлу на секунду испугался этого взгляда, но, придя в себя, подсознательно сжал губы.
Стоявший рядом Нил тут же насторожился: — Он очнулся, сейчас заходить слишком опасно.
Линь Кунлу сжал пальцы в кулаки, но произнес: — Открывай дверь.
Его тон не допускал возражений.
Нил немного поколебался, но в конце концов подчинился. На базе статус научных сотрудников всегда был немного выше, чем у наемников.
— Если возникнет опасность, мы примем меры принудительного характера, — предупредил Нил перед тем, как войти, заметив, насколько бледным было лицо Линь Кунлу.
Шаги Линь Кунлу на мгновение замерли, однако он сказал: — Нет, если я не подам знак, не вмешивайтесь.
Если они полезут самовольно, его отношения с Цзян Цы испортятся еще сильнее.
Нил знал, что эти ученые порой бывают донельзя упрямы и идут напролом, не боясь смерти, поэтому лишь устало пожал плечами в знак согласия.
По мере того как металлическая дверь отворилась и вновь медленно затворилась, взгляд Цзян Цы наконец переключился со стеклянной стены на дверной проем, намертво впившись в Линь Кунлу.
В тот самый момент, когда дверь захлопнулась, Линь Кунлу быстрыми шагами приблизился к кровати, но, столкнувшись с полным холода взглядом Цзян Цы, слегка замер.
Он снова поджал губы, свернул пальцы в кулаки, наклонился ближе и проговорил: — Послушай меня, я не Су Юй, а ты не Чэнь Яо, мы просто застряли в этой Сфере сознания. Ты должен успокоиться, я обязательно придумаю, как вытащить тебя отсюда. Перед тем как войти, он велел Нилу отключить камеры наблюдения, так что звук из комнаты пока не транслировался наружу.
Цзян Цы лишь бесстрастно смотрел на него, его черные зрачки оставались неподвижными.
Увидев это, Линь Кунлу почувствовал некоторую неуверенность. Если бы тот ему не поверил, то наверняка стал бы ругаться, а если бы поверил — хотя бы шевельнул глазами, подавая знак.
Что это значит — такое каменное выражение?
— Т-ты как себя чувствуешь? — колеблясь, нервно спросил Линь Кунлу. — Они тебе ничего не сделали? Ты ранен?
Цзян Цы вдруг насмешливо усмехнулся: — Ранен? Переживаешь?
Линь Кунлу опешил, мгновенно сообразив, что тот ему так и не поверил.
— Пусть ты не веришь, но… — снова заговорил он. — Тебе нужно успокоиться, не сопротивляйся опрометчиво, береги силы, через пару дней я обязательно найду способ…
— Подойди ближе, — внезапно перебил его Цзян Цы, глядя прямо на него.
Линь Кунлу помедлил секунду и наклонился еще ниже.
Но в следующее мгновение взгляд Цзян Цы резко изменился, он внезапно порвал фиксирующие ремни, лозы стремительно взметнулись вверх, намертво оплетая его и прижимая к стене. Одна из ярко-зеленых ветвей, словно ядовитая змея, обвилась вокруг его тонкой белой шеи.
Линь Кунлу едва касался пола лишь кончиками пальцев ног, держась целиком за счет обвивших его лоз, и был вынужден запрокинуть голову.
— Ты спрашиваешь, что они сделали? — Цзян Цы подался вперед, сжав его изящный белоснежный подбородок, и холодно процедил: — Разве уважаемый исследователь Су сама этого не понимает? Разве они не за тем отправили в горы такого красивого научного сотрудника, чтобы изучить, способны ли монстры испытывать человеческие эмоции? Человеческие чувства? Ты блестяще справилась с заданием, не так ли?
Когда его подбородок сжали, Линь Кунлу лишь тогда заметил, что пальцы Цзян Цы покалывало слабыми разрядами тока — те ремни, что удерживали его, оказывается, находились под напряжением.
Снаружи Нил заметил неладное и уже собирался активировать систему принудительного вмешательства, но, увидев это, Линь Кунлу отчаянно закричал одними губами: — Не надо!
Хотя голос не мог пробиться сквозь звукоизоляцию, Нил отчетливо прочитал по его губам и на миг замер.
Краем глаза заметив движение снаружи, Цзян Цы снова опустил взгляд, заметив ледяной синий цветок в кармане Линь Кунлу. Его пальцы едва заметно ослабили хватку, но тут же сжались с прежней силой.
Снова подняв глаза, он заговорил с напускным безразличием, склонившись к самому его уху: — Неужели исследователь Су настолько предана своему делу? Раз уж ты лично занималась вещами вроде романов с монстрами, почему бы не сделать еще один шаг и не завести ребенка со мной, этим монстром? Человеческая женщина, вынашивающая детеныша монстра — это ведь куда более ценный материал для исследований, верно?
Линь Кунлу повернул голову, в шоке глядя на него, и первой его мыслью было: я вообще-то мужчина, как я могу родить?!
К тому же, когда это он крутил с ним романы?
Когда же до него окончательно дошло, что именно сказал Цзян Цы, он невольно разозлился, а его уши постепенно залились легким румянцем.
— Ничего подобного! — он вмиг рассердился, забыв о первоначальной цели визита, и сквозь зубы тихо бросил: — Что за чушь ты несешь?
Его прекрасные глаза гневно сверкали, а от злости в них заблестела легкая влага.
Цзян Цы пристально смотрел на него, в его угольно-черных глазах невозможно было разобрать никаких эмоций, а спустя мгновение он вдруг склонил голову и припал к его мягким губам.
http://bllate.org/book/18743/1812998
Готово:
