Условия в постоялом дворе Сяньяна были несравнимы с теми, что предлагал Дом для заложников в Ханьдане, однако, лежа на мягком ложе, Янь Дань ворочался с боку на бок, не в силах уснуть.
Краткая стычка у городских ворот с Янцюань-цзюнем Ми Чэнем, хоть и завершилась его победой, заставила острее почувствовать, какие бурные течения скрываются под спокойной гладью Сяньяна.
Как и ожидалось, ближе к вечеру к нему тихо пожаловал Люй Бувэй.
Отослав прислугу, он встретился с Янь Данем в гостевой комнате наедине. При мерцающем свете свечей на лице Люй Бувэя играла привычная, загадочная улыбка, а в тоне невозможно было уловить ни гнева, ни радости: Ваше Высочество Наследный Принц, сегодня у восточных ворот вы показали… поистине блестящее красноречие и немалую отвагу.
Сердце Янь Даня сжалось, но он притворился простодушным и почесал затылок: Учитель, вы мне льстите. Мальчишке просто не оставили выбора, вот и пришлось молоть чепуху в спешке. В конце концов, я же не мог позволить, чтобы меня оставили за воротами глотать холодный ветер?
Люй Бувэй тихо усмехнулся, постукивая пальцами по столу: Янцюань-цзюнь — человек узколобый и мстительный. Хоть вы сегодня и вынудили его отступить, но тем самым окончательно настроили против себя клан Чу. В будущем в Сяньяне вам стоит быть осмотрительнее в словах и поступках.
Эти слова звучали как предостережение, но на деле были тонким внушением и угрозой.
Янь Дань тут же покорно кивнул: Я понимаю, благодарю Учителя за наставление. Впредь буду вести себя сдержаннее, чтобы не доставлять хлопот ни вам, ни А Чжэну.
Люй Бувэй, казалось, остался доволен такой «сговорчивостью». Перекинувшись еще парой фраз, он поднялся и ушел.
Проводив гостя, Янь Дань тяжело вздохнул. Воды Сяньяна и правда оказались глубокими, каждый шаг здесь подобен хождению по тонкому льду.
На следующее утро пришел дворцовый евнух с приказом: Гунцзы Чжэн, госпожа Чжао Цзи и Наследный принц Янь должны явиться во дворец.
Процессия въехала в тщательно охраняемый дворец Сяньян в более удобной карете, присланной из дворца. Высокие стены, стоящие навытяжку стражники в доспехах — воздух был пропитан удушающей торжественностью и напряжением.
В одном из боковых залов, пропахшем густым настоем лекарств, Янь Дань наконец увидел того, кто внушал трепет всему миру и чье имя заставляло дрожать шесть царств — Цинь Чжаосян-вана, Ин Цзи.
Легендарный старый правитель лежал на кушетке. Его лицо отливало воском, глазницы глубоко запали, дыхание было тяжелым и прерывистым — было очевидно, что он болен неизлечимо и жизнь его угасает.
Однако в тех глазах, что изредка приоткрывались, по-прежнему горела острота орлиного взора, пронзающая насквозь — смотреть на него было страшно.
Наследный принц Цинь Ин Чжу, сын Аньго-цзюня Ин Ижэнь, госпожа Хуаян и другие члены королевской семьи и высокопоставленные сановники стояли поодаль, и атмосфера была столь тяжелой, что ее, казалось, можно было резать ножом.
Евнух подвел Ин Чжэна, Чжао Цзи и Янь Даня, чтобы они могли отдать дань уважения.
Внук Ин Чжэн приветствует прадеда, Великого князя. Голос Ин Чжэна звучал по-детски чисто, но был на удивление ровным, а все обряды он исполнил безупречно, ничуть не робея.
Чжао Цзи и Янь Дань последовали его примеру и почтительно поклонились.
Мутный взгляд старого Циньского вана медленно переместился и замер на Ин Чжэне. Когда его взор коснулся лица мальчика — до боли знакомого, напоминающего молодого Ин Ижэня, но с более резкими чертами и спокойным взглядом — те, казалось бы, остекленевшие глаза внезапно дрогнули!
Будто в нем пробудилась спящая львиная кровь!
Он с трудом поднял иссохшую руку, чуть поманив Ин Чжэна, и прохрипел: Подойди… подойди ближе… дай мне… взглянуть…
Ин Чжэн послушно сделал несколько шагов к кушетке, слегка поднял голову и открыто встретил пристальный взгляд старого правителя.
Старик и мальчик, разделенные шестьюдесятью годами жизни и туманом болезни, встретились глазами. В зале воцарилась гробовая тишина, все затаили дыхание.
Ин Цзи долго смотрел на лицо Ин Чжэна, словно пытаясь разглядеть в нем будущее великого Цинь. Внезапно в его глазах вспыхнул странный свет, потрескавшиеся губы зашевелились: Похож… как же похож… на меня в молодости…
Он зашелся в приступе кашля. Придворный лекарь поспешил вперед, но Ин Цзи отмахнулся от него.
Переведя дыхание, он с горящим взором уставился на Ин Чжэна, и его голос внезапно окреп, обретая непререкаемую решимость: Хорошо! Хорошо! Достойный потомок моего рода Ин! Кто там!
Евнух поспешно склонился в ожидании приказа.
Принеси… принеси мой Меч Циньского вана! — приказал Ин Цзи.
Зал ахнул! Меч Циньского вана! Это был символ высшей власти правителя Цинь!
Евнух не посмел медлить и вскоре принес длинный меч с древним узором, от которого веяло холодом.
Ин Цзи дрожащими руками погладил ледяные ножны, а затем… протянул их прямо Ин Чжэну!
Чжэн-эр… возьми! — голос старого правителя был полон почти фанатичной веры. — Этот меч прошел со мной через все битвы… Сегодня я дарую его тебе! Надеюсь, ты… не предашь чаяний наших предков!
В этот миг время словно остановилось!
Ин Чжу и Ин Ижэнь застыли в изумлении. Лица госпожи Хуаян и всей клики клана Чу вмиг почернели. Янцюань-цзюнь Ми Чэнь и вовсе смотрел так злобно, что, казалось, готов был изрыгать пламя!
Люй Бувэй стоял позади всех, опустив веки, но его слегка подрагивающие пальцы выдавали охвативший его восторг!
Он сделал верную ставку! Это признание старого Циньского вана, похожее на передачу власти, в одночасье вознесло статус Ин Чжэна на недосягаемую высоту! А вместе с ним и положение поддерживаемого им Ин Ижэня стало незыблемым, как скала!
Ин Чжэн, очевидно, не ожидал такого поворота. Он на мгновение растерялся, но быстро взял себя в руки, протянул обе руки и с достоинством принял тяжелый Меч Циньского вана. Его детское лицо выражало крайнюю серьезность, и он громко произнес: Чжэн будет свято хранить наставление прадеда! Клянусь не посрамить этот меч!
Хорошо… хорошо! — Ин Цзи, казалось, выполнил свой главный долг, и на его лице появилась усталая, но довольная улыбка. Он медленно обвел взглядом присутствующих, задержавшись на сыне Ин Чжу, внуке Ин Ижэне и правнуке Ин Чжэне.
Может, вид продолжателей рода придал ему сил, а может, это был последний всплеск жизни перед концом. Он с трудом приподнялся, глядя на эту редкую цепочку из четырех поколений правителей Цинь, и произнес прерывистым, но пронзающим время голосом:
Чжу-эр… Ижэнь… Чжэн-эр… вы… запомните…
Он глубоко вдохнул и, собрав последние силы, отчетливо, слово за словом, произнес:
Мужи Цинь… не забывайте… о походе на Восток!!
Эти слова, словно удар колокола, отозвались в сердце каждого! Это была главная цель всей жизни старого правителя, его глубочайшее напутствие наследникам!
Как только слова затихли, старый правитель, будто исчерпав весь запас жизненных сил, тяжело повалился на кушетку, часто задышал, и его взгляд начал меркнуть.
Лекари в панике бросились спасать его, в зале воцарился хаос.
Янь Дань стоял на краю толпы, наблюдая за этой потрясающей сценой, и в его душе бушевал шторм!
В истории Цинь Чжаосян-ван Ин Цзи никогда не видел Ин Чжэна! Тот вернулся в Цинь только после его смерти! А теперь, из-за его вмешательства, Ин Чжэн не только вернулся раньше времени, но и получил прямое благословение и столь важный наказ от этого великого стратега! И даже получил Меч Циньского вана!
Взмах крыльев этой бабочки оказался слишком мощным!
Он посмотрел на Ин Чжэна, который, несмотря на юный возраст, держал Меч Циньского вана с прямой спиной и твердым взглядом, затем перевел взгляд на едва скрывающего ликование Люй Бувэя и на посиневших от ярости людей из клана Чу…
Ветры Сяньяна уже изменили свое направление из-за него, нежданного гостя.
[Дзынь~ Обнаружено значительное отклонение в ключевой точке истории (Ин Чжэн вернулся раньше срока и получил предсмертное признание Цинь Чжаосян-вана Ин Цзи). Уровень вмешательства Хозяина в судьбу ядра источника энергии (Ин Чжэна) значительно возрос, вероятность изменения мировой линии увеличилась. Награда: +100 очков! Достижение: «Рябь пространства-времени»! Дополнительная награда: +50 очков! Текущий баланс: 757 очков!]
Системное оповещение звучало с небывалым воодушевлением.
Янь Дань глубоко вздохнул, подавляя волнение.
Будущее уже стало другим.
И он, несомненно, в этой новой игре проложит для своего Чжэн Гэ путь к еще более великому величию!
http://bllate.org/book/18665/1800154
Готово:
