Нет, ни за что! Брат Вэйчи ещё не выступил! Если бы он вышел на сцену, победа Мо Цюнъянь не досталась бы ей так легко!
Она повернулась к Вэй Чичжи, стоявшему неподалёку, и с надеждой спросила:
— Брат Вэйчи, теперь твоя очередь?
Тот лишь слегка покачал головой и спокойно улыбнулся:
— Музыка госпожи Мо — истинная небесная мелодия, достойная лишь высших сфер. Вэйчи не сравнится с ней.
Он собирался исполнить мелодию на сяо, но после того, как услышал эту пронзающую душу, трогающую до глубины сердца игру на цине, любое другое музыкальное выступление — особенно инструментальное — казалось бледным и бессильным. Даже он не смог бы достичь вершины после такого!
Ответ Вэй Чичжи был ожидаем князем Дуанем, и тот перевёл взгляд на Цинь Ханьфэна и Сяо Ханьи — оба славились крайней гордостью и, по идее, не должны были отказываться.
Однако следующее мгновение всё же превзошло его ожидания.
Сяо Ханьи слегка усмехнулся и посмотрел на Мо Цюнъянь с лёгким восхищением:
— Я признаю своё поражение.
Сейчас она действительно заслужила его особого внимания. Если бы она по-прежнему питала к нему чувства, он бы больше не отказался и направил сватов в Дом маркиза Мо.
Мо Цюнъянь чуть приподняла брови — реакция Сяо Ханьи её удивила.
В собранных ею сведениях наследный принц Сяо описывался как чрезвычайно высокомерный человек, никогда не склонявший головы перед другими. Почему же сегодня он говорит такие слова, полные признания чужого превосходства?
Тем не менее, она вежливо кивнула и ответила лёгкой улыбкой. Независимо от причины, раз он уступил и к тому же неплохо выглядит, ей стоит проявить вежливость.
Раз даже Вэй Чичжи отказался от выступления, а Сяо Ханьи признал поражение, Цинь Ханьфэн понял, что не сможет победить Мо Цюнъянь на сцене. Немного помедлив, он сказал:
— Искусство игры на цине госпожи Мо достигло вершин совершенства. Я не смею и сравниваться.
Их неожиданные ответы заставили лицо князя Дуаня окаменеть. Он обвёл взглядом мужскую часть зала и возложил последние надежды на принцев Наньгуна Яо и Наньгуна Чжэ.
— А вы, государи?
Наньгун Яо посмотрел на Мо Цюнъянь и спокойно улыбнулся:
— Госпожа Мо — истинный мастер. Я не в силах соперничать.
Мо Цюнъянь ответила ему тёплой улыбкой. Их «немой обмен взглядами» вызвал раздражение у Вэй Чичжи. Почему Яньэр постоянно выделяет этого юнца Наньгуна Яо? Она же не из тех, кто судит по внешности! Неужели они уже знакомы?
Надо сказать, Вэй Чичжи ревновал без причины — но угадал.
— Я также считаю, что первенство безусловно принадлежит госпоже Мо! — произнёс Наньгун Чжэ после недолгого размышления.
Ему тоже не хотелось так просто отдавать победу Мо Цюнъянь, но раз даже Цзяэр проиграла, а у него самого нет выдающегося таланта, способного превзойти её, лучше великодушно признать поражение — так он оставит в её сердце хорошее впечатление и в будущем сможет «поближе пообщаться».
Мо Цюнъянь знала, что о старшем принце в досье не было ни единой полезной детали и что он считался самым загадочным из всех. Она не осмеливалась недооценивать его и не хотела вступать с ним в конфликт. Раз он окончательно утвердил её победу и тем самым оказал давление на князя Дуаня, она с благодарностью приняла его жест и ответила лёгкой улыбкой.
— Разумеется! — воскликнул князь Дуань. — Госпожа Мо, вторая дочь Дома маркиза, великолепна и несравнима в своём мастерстве игры на цине. Она безусловно заслуживает звания победительницы на этом Празднике Сто Цветов! Однако, если кто-то не согласен, он может бросить ей вызов. Я уверен, она заставит вас признать своё поражение!
Князь Дуань громко рассмеялся, но в душе глубоко вздохнул от досады и бессилия — однако не посмел ослушаться.
Этот старший принц совсем не похож на третьего, который легко поддаётся уговорам. Третий принц не имеет за спиной ни влиятельных сил, ни императорской милости — его нечего бояться. Но старший принц — совсем другое дело: у него есть поддержка Дома Герцога Цинь, да и сам он весьма выдающаяся личность. Он — один из главных претендентов на трон, даже более перспективный, чем наследный принц, за спиной которого стоит лишь Дом маркиза Шэньхоу, обычная аристократическая семья. Князь Дуань ни за что не осмелился бы его оскорбить!
Мо Цинлянь, Цинь Цзяэр и другие девушки внизу сцены кипели от зависти. Им тоже не хотелось так просто отдавать первенство Мо Цюнъянь, но, вспомнив её недавнюю мелодию, они понимали: даже если не согласны, ничего не поделаешь. Их талант просто не дотягивает, и они не хотели выставлять себя на посмешище, став лишь фоном для её блеска.
Мо Цюнъянь с лёгкой усмешкой наблюдала за князем Дуанем, который продолжал накручивать на неё ненависть. Ей было совершенно всё равно — в конце концов, она и правда сорвала цель его праздника!
Князь Дуань, видя, что больше никто не решается выйти, прикрыл рот рукой и фальшиво рассмеялся, скрывая разочарование. Вздохнув с сожалением, он всё же улыбнулся и обратился к Мо Цюнъянь:
— Раз все единодушно признали ваше превосходство, победительницей Праздника Сто Цветов становится госпожа Мо.
Под аплодисменты молодых господ и их радостные возгласы в зале поднялся шумный гул одобрения.
Князь Дуань улыбался, не выказывая и тени недовольства. Мо Цюнъянь мысленно восхитилась: недаром он стал князем-иноземцем — даже в такой ситуации способен улыбаться. Действительно недюжинный характер!
— Принесите Тысячелетнюю Белую Сферу Духа, — спокойно приказал князь Дуань.
— Ваше сиятельство, беда! Тысячелетнюю Белую Сферу Духа украли!
— Что?!
Пока Дуань Фулин скрежетала зубами, проклиная Мо Цюнъянь в душе, из двора выбежали шесть стражников с побледневшими лицами и упали на колени перед князем Дуанем.
Все присутствующие, кроме Мо Цюнъянь и её служанок Би Юй с Би И, которые лишь притворились удивлёнными, изменились в лице.
Мо Цюнъянь мысленно презрительно фыркнула: похоже, охрана резиденции князя Дуаня не так уж и крепка — Сферу украли ещё вчера ночью, прошёл целый день, а они только сейчас об этом узнали.
— Что ты сказал? Тысячелетнюю Белую Сферу Духа украли? Когда это произошло?
Князь Дуань больше не мог сохранять вид добродушного аристократа и громко закричал на стражников, стоявших перед ним на коленях.
Он знал, насколько драгоценна эта сфера, поэтому объявил о ней лишь за день до начала Праздника Сто Цветов и приказал усилить охрану. И всё равно её украли!
— Мы… мы не знаем… — запинаясь, ответил главный стражник. — Вчера вечером я лично проверял — Сфера была на месте. Но только что, когда я пошёл за ней, её уже не было…
К концу речи у него на лбу выступила испарина.
Его сиятельство поручил им охранять Сферу, а они даже не заметили, когда её украли! Если бы вор пришёл не за сокровищем, а чтобы убить…
При этой мысли стражник покрылся холодным потом. Это уже не просто халатность — это катастрофа!
— Негодяи! Немедленно ищите вора! Если не найдёте — приходите ко мне с отрубленными головами!
Князь Дуань в ярости приказал.
Главный стражник поспешно кивнул и, поднявшись, вместе с остальными быстро удалился.
Мо Цюнъянь спокойно наблюдала за этим, в душе презирая их.
Им и вовсе не найти вора! Мастерство лёгкого тела и техники передвижения Секты Без Тени славятся по всему Поднебесью. Они никогда не оставляют следов. Даже она узнала бы об этом лишь потому, что заранее поставила своих людей следить за резиденцией князя Дуаня!
Вэй Чичжи изначально подозревал, что кража — инсценировка. Ведь Сфера так ценна, что князь Дуань вряд ли захочет добровольно отдавать её Мо Цюнъянь. Но увидев его искреннее возмущение, он засомневался: неужели Сферу действительно украли, а не спрятал сам князь?
Но если кража подлинная, то кто же осмелился проникнуть в хорошо охраняемую резиденцию князя Дуаня, украсть сокровище и исчезнуть бесследно? Такой человек должен обладать высочайшим мастерством! Неужели в столице скрывается подобный мастер?
Не только Вэй Чичжи, но и принцы Наньгун Яо с Наньгуном Чжэ сначала подумали то же самое: возможно, князь Дуань не хочет отдавать Сферу и сам устроил этот спектакль. Но вскоре они отвергли эту мысль.
Если бы князь Дуань так дорожил Тысячелетней Белой Сферой Духа, он бы никогда не выставлял её в качестве главного приза. Значит, он точно не стал бы позорить свою резиденцию ради неё. Следовательно, Сферу действительно украли…
Под подозрительными взглядами Вэй Чичжи и обоих принцев князь Дуань почувствовал неловкость и извинился перед Мо Цюнъянь:
— Госпожа Мо, простите за этот неприятный инцидент.
Мо Цюнъянь легко махнула рукой:
— Этого никто не ожидал. Ваше сиятельство не стоит извиняться.
Она и так знала, что Сферу украли, поэтому, конечно, не расстроилась.
Её спокойное выражение лица другие восприняли как незнание истинной ценности сокровища, но Вэй Чичжи засомневался. Разве Яньэр не очень хотела заполучить Тысячелетнюю Белую Сферу Духа? Почему же она так спокойна, узнав о краже?
В голове Вэй Чичжи мелькнула тревожная мысль.
Неужели… это она…
— Хотя так и есть, я всё же должен как-то загладить вину перед госпожой Мо, — сказал князь Дуань, обрадованный её тактичностью. Если бы она сейчас упрекнула его, ему было бы несказанно трудно выйти из положения. Он повернулся к княгине Дуань: — Ваша светлость, принесите Тысячелетнюю Кровавую Жемчужину Желаний.
— Ваше сиятельство, но эта Жемчужина… — княгиня Дуань была потрясена и явно не хотела расставаться с ней.
Эта Жемчужина Желаний — настоящее сокровище! Для обычных людей она даже ценнее Тысячелетней Белой Сферы Духа, ведь она не только отгоняет злых духов и защищает от нечисти, но и укрепляет тело, продлевает жизнь, а если положить под подушку — дарует спокойный сон.
Такое сокровище дочь просила в приданое, но она всё ещё не решалась отдать. А теперь нужно вручить его этой женщине, которая разрушила счастье её дочери!
— Что за глупости?! Иди и принеси, как я сказал!
Князь Дуань сердито взглянул на неё. Какая мелочная женщина, не умеющая читать обстановку!
Сегодня на празднике собрались представители самых знатных семей столицы, среди них — два императорских принца. Если в таком обществе произойдёт кража, репутация резиденции князя Дуаня сильно пострадает. Если эта весть разнесётся, все станут говорить, что в резиденции князя Дуаня охрана хлипкая, воры свободно входят и выходят — кто после этого захочет сюда приезжать!
Поэтому, чтобы максимально смягчить последствия, нужно вручить победительнице ещё более ценное сокровище (по его мнению, Кровавая Жемчужина Желаний лучше Белой Сферы). С одной стороны, это компенсация, с другой — сигнал всем присутствующим: смотрите, даже лучшее сокровище — Жемчужина Желаний — осталась нетронутой! Значит, кража Белой Сферы — чистая случайность!
Увидев гнев мужа, княгиня Дуань не посмела возражать и увела за собой Дуань Фулин, чьи глаза уже пылали яростью. Она не могла оставить дочь здесь — та в порыве гнева может наговорить лишнего, и тогда репутации несдобровать!
Дуань Фулин хотела было разразиться бранью: эта мерзкая Мо Цюнъянь не только испортила Праздник Сто Цветов, но ещё и посмела отнять у неё Тысячелетнюю Кровавую Жемчужину Желаний — её собственное приданое! За что она её получает?!
Но, поймав суровый взгляд матери, она неохотно позволила увести себя, бросив на Мо Цюнъянь последний злобный взгляд.
Мо Цюнъянь совершенно не обращала внимания на Дуань Фулин. Услышав о Тысячелетней Кровавой Жемчужине Желаний, её глаза загорелись.
Эта Жемчужина — отличный подарок для отца!
Не ожидала она, что в резиденции князя Дуаня, семье, не самой знатной среди столичной аристократии, окажется столько сокровищ! Невероятно!
Мо Цюнъянь не знала, что предки князя Дуаня были великими полководцами, покорившими множество пограничных земель и принёсшими Восточной Империи Хуан славу и триумф. Пограничные государства не только платили дань империи, но и лично дарили его предкам редчайшие сокровища — порой даже более ценные, чем те, что отправлялись в императорский дворец.
Но начиная с деда князя Дуаня, опасаясь обвинений в чрезмерной власти, семья перестала поставлять полководцев и ушла в тень, живя в столице. Лишь при нынешнем князе Дуане, женившемся на принцессе предыдущего императора и получившем титул князя-иноземца, прежние сокровища всё ещё хранились в семье!
— В таком случае благодарю вас, ваше сиятельство, — Мо Цюнъянь сделала почтительный поклон.
— Ха-ха! Госпожа Мо, ваш талант не знает себе равных. Это вы заслужили, — князь Дуань погладил бороду и обратился ко всем присутствующим: — Прошу прощения за этот неприятный инцидент во время праздника. Надеюсь, вы простите меня и продолжите наслаждаться торжеством.
— Ваше сиятельство слишком скромны. Кража — всего лишь несчастный случай.
— Да, такой праздник — истинное наслаждение!
— …
http://bllate.org/book/1853/208866
Готово:
