Хотя Ван Е даже не знал имени Линь У, на удивление, после единственной встречи он хорошо запомнил, как тот выглядит.
Особенно его глаза.
Глаза у Линь У были очень красивыми: когда он хитрил, они вспыхивали ярким блеском, как у дикого зверька, а сейчас, в минуты тишины, казались подернутым легкой дымкой лесом.
И что еще важнее, Ван Е не покидало ощущение, будто он уже где-то их видел.
— Мяу...
Внезапное ленивое мяуканье нарушило тишину между ними.
В тени кустарника сидел круглый, упитанный рыжий кот. Неизвестно, как долго он там прятался, но сейчас он неторопливо и вальяжно умывал мордочку лапкой.
Линь У всерьез заподозрил, что Ван Е по своей природе — ходячая кошачья мята. Иначе почему при каждой встрече с ним обязательно объявлялся какой-нибудь кот?
Ван Е явно интересовался кошками куда больше, чем Линь У. Он тут же повернулся, слегка наклонился и позвал рыжего толстяка:
— Эрмао, иди сюда, Эрмао.
Линь У просто диву давался. Не подумав, он ляпнул:
— Почему у тебя любую кошку зовут Эрмао? У этого кота такие приметные черты, мог бы проявить хоть каплю фантазии и назвать его... ну хотя бы Эрмао...
Вдруг до него кое-что дошло, и он осекся на полуслове.
Ван Е медленно повернул голову и снова посмотрел Линь У в глаза. Наконец-то он вспомнил, где видел этого парня:
— Так это ты тогда сидел на заборе.
Слова прозвучали точно такие же, как в больнице при Школе, но теперь это был не вопрос, а утверждение.
— ... — Линь У всей душой захотелось повернуть время вспять и заткнуть собственный рот, но жизнь не имеет обратного хода, оставалось только стиснуть зубы и двигаться вперед. — М-м? На каком заборе?
Великий актер Линь У мгновенно включился в игру.
Ван Е усмехнулся:
— Да ладно тебе, хорош притворяться.
— А-а, ты про Эрмао? — разыграл Линь У внезапное озарение. — Я еще в прошлом семестре видел в Школе, как ты возился с кошками. Ты просто был слишком увлечен и не заметил меня.
Зная бесцеремонную манеру Ван Е тискать каждую встречную кошку и всех подряд называть Эрмао, Линь У не сомневался: скажи он, будто приметил его еще при поступлении, ложь все равно бы сошла ему с рук.
Кто же знал, что Ван Е выпрямится и с довольным видом уставится на него:
— Невозможно.
Линь У ответил:
— Не будь так уверен.
— Раньше я всех звал Кис-Кис, а имя Эрмао начал использовать только в прошлый раз, — парировал Ван Е.
Линь У лишь промолчал:
— ...
Именно в этот Праздник середины осени девятнадцатилетний Линь У наконец усвоил одну важную жизненную истину: если на твоем пути суждено быть яме, она обязательно там окажется. И ты либо сразу с разбегу туда провалишься, либо сначала будешь долго и запыхавшись уворачиваться, а потом все равно с треском полетишь на самое дно.
Ван Е никак не мог взять в толк: ну и подумаешь, событие, к чему так шифроваться?
— Ну увидел и увидел, делов-то. Я же не собираюсь тебя бить.
— Да ладно тебе, — раз уж карты были раскрыты, Линь У решил говорить начистоту. — У тебя тогда был такой вид, будто ты сейчас на меня с кулаками набросишься.
Ван Е недоумевал:
— Это когда еще?
Линь У уставился на его короткий ежик волос:
— Каждый раз.
Ван Е опешил. Он принялся честно перебирать в памяти их встречи, но в итоге запутался еще сильнее:
— Да я с тобой вообще от силы парой слов перекинулся за все время.
— Не считая сегодняшнего дня, в больнице при Школе была всего одна фраза, — так как разговоров было мало, Линь У запомнил их наизусть и даже в точности скопировал его интонацию: — «А, Ван Е, из Института машиностроения».
— Ну и разве это не прозвучало дружелюбно? — спросил Ван Е.
Линь У долго и молча смотрел на него:
— У тебя явно какие-то свои представления о дружелюбии...
Хоть Линь У и ворчал, но в процессе разговора заметил, что Ван Е держится совсем не так, как во время их первых двух встреч.
Когда Линь У сидел на заборе, Ван Е на него даже толком не взглянул. В больнице, хоть он и представился, от него все равно веяло неприступностью. И в этой его «неприступности» сквозило не просто равнодушие, а яростное отторжение — казалось, он был готов в любую секунду уложить на лопатки каждого, кто посмеет нарушить его границы.
Именно поэтому Линь У раз за разом пасовал перед ним. Да, он это признавал, и что с того?
Однако сегодняшний Ван Е словно стал немного теплее ко всему миру.
— Мяу...
Не желая оставаться без внимания, рыжий кот мяукнул снова. На этот раз он выбрался из кустов и пошел вперед уверенной, вальяжной походкой — сразу видно, студенты знатно его разбаловали.
Ван Е снова поманил его рукой:
— Эрмао, иди сюда.
Линь У лишь промолчал:
— ...
«Когда дело касается кошек, ты прямо на глазах делаешь успехи», — подумал он.
Рыжий кот оказался куда смелее того давешнего черного котенка. Стоило его позвать, как он тут же направился к Ван Е.
Однако, не дойдя до него полметра, он резко замер. Словно почуяв какую-то опасность, кот вытаращил круглые глаза.
Ван Е нетерпеливо протянул к нему руку, но кот с резким «мяу!» полоснул его когтями, ловко развернулся и мгновенно растаял в темноте.
Ван Е молча уставился на свежую царапину на тыльной стороне ладони:
— ...
Линь У, глядя на то, как Ван Е гипнотизирует взглядом свежую царапину, тоже промолчал:
— ...
Теперь он всерьез засомневался, что его первое впечатление о Ван Е было верным. Это как со многими крупными хищниками: на первый взгляд они кажутся свирепыми монстрами, но если понаблюдать за ними круглые сутки с близкого расстояния, выяснится, что девять из десяти — сущие недотепы.
— Я что, выгляжу таким уж грозным? — студент Ван Е наконец-то занялся самоанализом.
Линь У покачал головой:
— Да нет, не грозным, а скорее... свирепым. Кхм. Люди-то от тебя шарахаются, что уж про кошек говорить.
Ван Е медленно перевел на него взгляд и молча уставился, не произнося ни слова.
От этого пристального взгляда у Линь У по спине побежали мурашки, и он принялся лихорадочно выкручиваться:
— Но зато харизма у тебя убойная! Настоящий похититель женских сердец, ходячий секс-символ. Вон, даже первая красавица Школы тебе призналась...
— Завязывай с этой ерундой, — перебил его Ван Е. — Как тебя зовут?
Линь У:
— ...Очень своевременный вопрос, ничего не скажешь.
Сарказм сарказмом, но после столь долгого разговора Линь У и сам почувствовал, что они познакомились по-настоящему:
— Линь У. С экологического.
— Ван Е. Из Института машиностроения.
Линь У опешил:
— Ты уже говорил это в прошлый раз.
Ван Е сохранил бесстрастное выражение лица:
— Прошлый раз не считается.
В тишине ночи неожиданно раздался шум: неподалеку дежурный преподаватель из хозчасти поймал еще нескольких студентов.
Линь У не взял с собой телефон, но, прикинув время, сообразил, что уже перевалило за половину двенадцатого.
Сам он вовсе не планировал устраивать ночные прогулки — просто на него вдруг что-то нашло. Теперь, когда голова прояснилась, продолжать шататься в полночь и рисковать нарваться на выговор от преподавателей совсем не хотелось.
— Я возвращаюсь, — сказал Линь У. Тут он вспомнил, что их однокурсники из Института машиностроения тоже живут во втором корпусе, и кивнул в сторону общежития: — Вместе?
Ван Е промолчал, но по его лицу и так было ясно, что возвращаться он не планирует.
Линь У лишь спросил из вежливости. Поняв, что им не по пути, он развернулся:
— Ну, бывай.
Выйдя из тени деревьев, Линь У случайно поднял голову и увидел на небе полную луну.
Конечно, в Праздник середины осени луна должна быть полной, но он спохватился и по-настоящему взглянул на нее лишь тогда, когда этот день уже почти подошел к концу.
На темно-синем небосводе висел огромный диск луны — казалось, до него можно дотянуться рукой. Редкие облака плавно скользили по ветру стороной, не смея приближаться, даже звезды послушно скрылись с глаз, а безмятежный, чистый лунный свет разливался вокруг подобно прозрачной воде.
Линь У много раз видел полнолуние, но почему-то именно сегодня эта картина заставила его сердце трепетать от восторга.
Внезапно он остановился и обернулся к парню, который так и остался стоять на месте. Линь У окликнул его так же бесцеремонно, как тот сам сделал это при встрече:
— Эй!
Услышав его, Ван Е поднял голову. В лунном свете его силуэт слегка шевельнулся.
Линь У улыбнулся ему:
— С праздником!
На следующий день о ночной вылазке узнали все в 333.
А все потому, что когда Линь У прокрался обратно, его застукал Рэнь Фэйюй, вставший ночью в туалет.
В праздники выходить за пределы Школы запрещалось, занятий тоже не было, и парни из 333 как раз думали, чем себя занять. Услышав такую новость, они мигом оживились и, позабыв про завтрак, столпились вокруг Линь У, устроив настоящий мозговой штурм:
Ся Ян спросил:
— Насчет ночных животных — это пока твои догадки или уже точные сведения?..
— Практически точно, — ответил Линь У. — Сон днем, бодрствование ночью. Другого логичного объяснения, кроме повадок ночных животных, просто нет.
Рэнь Фэйюй добавил:
— К тому же Линь У сказал, что видел на улице целые толпы зве... ой, то есть толпы наших ребят. Не могли же они все разом пострадать от бессонницы.
Ли Цзюньчи возразил:
— Но ночных животных куча! От летучих мышей и гекконов до волков и тигров. Как тут определить наверняка?
Рэнь Фэйюй вставил:
— А как же скорость и выносливость? Ах да, еще и крепкие зубы. Если сложить все эти признаки, круг подозреваемых заметно сузится.
— Да ничего он не сузится, под такое описание все равно куча видов подходит... — проворчал Ли Цзюньчи.
Ся Ян перебил его:
— Так, стоп. Разве шакалы — ночные животные?
Ли Цзюньчи удивился:
— А разве нет?
— Разве да? — спросил Ся Ян.
— Э-э, погоди, сейчас сверюсь... — пробормотал Ли Цзюньчи.
Рэнь Фэйюй заглянул в книгу:
— В моей «Детской энциклопедии животных» про шакалов вроде ничего нет. Линь У, а в твоей «Большой энциклопедии животного мира» об этом написано?
Линь У вздохнул:
— ...Нет.
http://bllate.org/book/18288/1753619
Готово:
