Все на мгновение перевели взгляд на Вэйань, и никто больше не обращал внимания на Шангуаня Миня и Вэнь Синь.
Узнав, что Чжоу Юньсюань и Вэйань остаются, Чжоу Тун тут же велел Чжоу Ао Чжи отправиться в посёлок, чтобы нанять строителей и закупить всё необходимое для беременной.
Вэнь Шэн и Вэнь Шу, увидев это, поспешили сказать:
— Дедушка, а нельзя ли построить сразу несколько дворов? Мы с братом тоже решили остаться.
По дороге они спросили у Вэнь Синь и узнали, что, вернувшись в столицу, она всё равно планирует переехать сюда жить в уединении. Поэтому братья решили не возвращаться в столицу, особенно Вэнь Шу: Цзы Юэ с самого начала свадьбы только и делала, что путешествовала, и ни дня не провела в покое.
Долина была просторной, с множеством свободных участков. Вэнь Синь и Шангуань Мин немедленно решили построить здесь собственные дворы. Ин Ир и Вэнь Хуайфу остались руководить строительством, а они с Ань И отправились обратно в столицу.
Климат Цзяннани был тёплым и мягко-влажным — идеальным для Вэнь Синь, которая не переносила ни холода, ни жары.
Вероятно, от старости Чжоу Тун очень любил шум и веселье — иначе бы он не велел Чжоу Ао Чжи забирать из города маленьких нищих.
— Хорошо, что остаётесь! Очень хорошо! — весь день он не переставал улыбаться.
Цзы Юэ знала, что Чжоу Тун раньше был канцлером, и целыми днями висла у него на шее.
— Дедушка, вы правда были канцлером? Это так здорово! А вы потом будете учить моего ребёнка? Я хочу, чтобы он стал таким же учёным, как вы, а Вэнь Шу пусть научит его боевым искусствам — тогда он будет и мудрым, и сильным!
Каждый раз, слыша это, Чжоу Тун громко смеялся и обещал:
— Конечно! Буду учить любого ребёнка, кто бы он ни был!
Днём Чжоу Илюй и Вэнь Хуайфу готовили на кухне, и ужин получился обильным. Ночью, поскольку жилья не хватало, все ютились вместе, многие даже ночевали прямо на открытом месте в долине. Весёлые голоса то и дело вспарывали тишину, пугая птиц, возвращавшихся в гнёзда.
На следующий день Чжоу Ао Чжи привёл в долину множество людей. Вэнь Синь решила строить традиционные китайские дворы-сыхэюани. Когда она показала чертежи, все единогласно захотели такие же дома.
После того как места для домов были определены, Вэнь Синь решила вымостить дорожки перед ними плитами из серого камня и отвела участок под общую площадь. Ин Ир записал все её пожелания — отныне это стало его обязанностью.
Вэнь Синь превращала долину в настоящий посёлок, очень напоминающий современные жилые комплексы. Здесь будут жить только свои люди, с отдельными местами для детей — учиться грамоте и боевым искусствам, и для пожилых — играть в шахматы и практиковать цигун.
Она так усердно трудилась над этим местом, потому что мечтала провести здесь старость.
***
Вэнь Синь тайком выпустила духовных зверей из своего пространства, разместив их по периметру долины. Отделение Звериной армии также осталось здесь под командованием Ин Ира. Если в долине возникнет опасность, окружающие звери превратятся в смертоносную Звериную армию.
Каждый день Вэнь Синь и Шангуань Мин находили время заглянуть в своё пространство. Дворец там уже был наполовину готов: двухэтажный домик из зелёного бамбука, перед ним — миниатюрный пруд с лотосами.
— Как хорошо, что здесь помнят только мы двое. Дом, конечно, выглядит немного небрежно, но внутри так тепло, — добавила она про себя: «Именно та теплота, что идёт из сердца».
Вэнь Синь сидела в сторонке, попивая чай и лениво комментируя, как Шангуань Мин трудится внутри пространства.
Когда настроение было хорошим, она иногда подносила ему угощения.
Большинство духовных зверей покинуло пространство, и оно стало казаться пустым и просторным. После завершения маленького дворика пространство вдруг показалось гораздо меньше.
Чтобы в будущем можно было наслаждаться разными фруктами, Шангуань Мин посадил за домом всевозможные плодовые деревья.
— Жена, ты что, считаешь мой дом уродливым? Правда так плохо? — спросил он, отложив работу и подойдя к Вэнь Синь, чтобы осмотреть бамбуковый домик.
Он внимательно его оглядел и, похоже, сам пришёл к выводу, что выглядит не очень. Но учитывая, что это его первая попытка построить дом и он хотя бы не рухнул, Вэнь Синь была приятно удивлена.
— Не уродливый, просто… немного неуклюжий, хе-хе, — поддразнила она, и настроение у неё ещё больше улучшилось.
— Эту комнату я сделаю кабинетом, эту — спальней, а ещё нужно построить детскую, ванную и кухню — всё как в современном доме, — Вэнь Синь, взяв Шангуаня Миня за руку, прошла с ним по каждому уголку пространства, рассказывая о своих планах.
Шангуань Мин запомнил все её пожелания. Вечером он передал Ин Иру чертежи санузлов и других помещений, приказав строить все дома в долине по современным стандартам.
Когда Ин Ир увидел чертежи, его глаза распахнулись от изумления.
— Господин, это что, дома? Похоже на жилище бессмертных! Так удобно!
Он особенно восхищался системой водоснабжения и канализации в современных туалетах, считая, что если все дома в долине построить так, жизнь станет гораздо чище и проще — даже носильщикам ночных горшков не понадобятся. А главное — зимой не придётся выходить на мороз, чтобы умыться.
— Строй, как сказано, и поменьше болтай! Если не справишься с такой мелочью, возвращайся в Тёмную Обитель!
Все знали, что Тёмная Обитель теперь подчиняется императору и стала его личной силой. Вернуться туда — значит лишиться свободы.
Ин Ир тут же заверил Шангуаня Миня:
— Обязательно всё сделаю! Ни единой ошибки не допущу! Когда вы с госпожой вернётесь, обязательно сможете заселиться в дома, как на чертежах!
Ему совсем не хотелось возвращаться в Тёмную Обитель. Он мечтал остаться здесь с Вэнь Хуайфу и обосноваться. Годы напролёт он был занят делами и не находил времени на личную жизнь. Теперь же, воспользовавшись возможностью уединиться, он намеревался приложить все усилия, чтобы скорее стать отцом.
За Вэйань присматривала Сунь Илюй, за духовными зверями — Ин Ир. Шангуань Мин и Вэнь Синь решили как можно скорее отправляться в столицу.
Услышав, что они уезжают, Чжоу Тун вызвал Шангуаня Миня к себе в кабинет.
— Ин Ир сказал, вы уезжаете через несколько дней? — спросил он.
В простом кабинете витало чувство грусти и неотвратимой разлуки.
— Да. Армия уже несколько месяцев в столице, а я, как главнокомандующий, всё ещё отсутствую. Если не вернусь скорее, чиновники начнут недовольствоваться, а императору станет труднее управлять. Лучше вернуться пораньше, — ответил Шангуань Мин.
Чжоу Тун кивнул:
— Разумно. И правда, лучше вернуться. Я слышал от Вэйань, что вы собираетесь просить разрешения на уход в отставку и уединение. Ты точно решил? Готов пожертвовать титулом и властью ради Вэнь Синь? Не пожалеешь?
На самом деле Чжоу Тун не хотел, чтобы внук уходил в отставку. Он прекрасно знал, насколько способен Шангуань Мин, и понимал: пока тот на посту, границы государства Юньго будут в безопасности.
Жертвовать столь многим ради личных чувств… Чжоу Тун не был уверен, стоит ли это того. Он задал этот вопрос, надеясь, что внук ещё раз всё обдумает, чтобы в будущем не сожалеть.
— Не пожалею, дедушка. А вы? Вы же ради Чжоу Юньсюаня отказались от должности канцлера. Вам когда-нибудь было жаль?
Шангуань Мин ответил вопросом на вопрос.
Чжоу Тун на мгновение замер, затем без тени сомнения произнёс:
— Конечно, нет!
Сказав это, он словно понял что-то важное и вздохнул:
— Главное — чтобы ты сам не сожалел. Синь — прекрасная девушка. Ты достоин всего, что для неё делаешь.
Шангуань Мин одобрительно улыбнулся. Конечно, достоин.
Вэнь Синь в последний раз строго наказала Бай Ли беречь Вэйань и напомнила той, что Бай Ли обожает жареное мясо.
— Если так переживаешь, почему бы тебе не остаться? Всё равно твой муж всё равно вернётся сюда. Просто подожди его здесь, — предложила Вэйань.
Она видела, как Вэнь Синь не хочет уезжать, и сама хотела, чтобы та осталась рядом.
Вэнь Синь на мгновение задумалась, но потом покачала головой.
— Он не согласится. Лучше уж съездить с ним в столицу, — с лёгкой досадой сказала она.
Хотя Шангуань Мин во всём ей потакал, он никогда не позволял переходить черту. Многолетняя привычка быть ваном наложила на него отпечаток властности, и он ни за что не допустил бы, чтобы она осталась одна.
Вэйань недовольно скривилась. Эта болезненная собственническая одержимость Шангуаня Миня раздражала даже её.
Каждый раз, когда он видел, как Вэнь Синь разговаривает с ней больше получаса, его взгляд становился таким, будто он хотел бы разорвать её на куски. Если Вэнь Синь брала её за руку, он тут же оттаскивал жену и несколько дней не удостаивал Вэйань даже взглядом.
Вэйань считала его одержимость патологической. Только Вэнь Синь могла это терпеть. Если бы Чжоу Юньсюань так с ней посмел, она бы его «перевоспитала». Ведь они просто дружат, а не заводят любовников!
Вэйань не знала, что ещё сказать, кроме как напомнить Вэнь Синь беречь здоровье.
Через несколько дней Шангуань Мин, Вэнь Синь и Ань И отправились в столицу. Вэнь Шэн и Вэнь Шу проводили их до выхода из долины.
Поскольку их стало гораздо меньше, обратный путь прошёл очень быстро.
По дороге на них несколько раз нападали убийцы, но Шангуань Мин и Вэнь Синь молниеносно расправлялись с ними, не давая Ань И и Мань Дун даже возможности вмешаться.
Прибыв в столицу, они незаметно вернулись во дворец вана Шангуаня Миня. В ту же ночь Шангуань Мин отправился во дворец к императору.
В императорском кабинете Шангуань Сюань смущённо сказал:
— Я не знал, что твои родители так быстро действуют… Они пока тебя не было, женили тебя на Шан Ханьлянь. Это моя вина — я не сумел уладить дело.
Он увидел, как Шангуань Мин, уставший после долгой дороги, с мрачным выражением лица явно собирался требовать объяснений.
Шангуань Сюань не ошибся: тот пришёл именно за этим. Узнав новость, Шангуань Мин чуть с ума не сошёл. Мысль о том, что Вэнь Синь может уйти от него, заставляла его мечтать о том, чтобы разорвать Шан Ханьлянь на тысячи кусков, а заодно и самого императора.
— Я принял императорский указ. Теперь, когда я вернулся победителем, ты должен исполнить своё обещание. Я ни дня не хочу оставаться в столице. Поторопись с оформлением — мы с женой хотим отправиться в путешествие, наслаждаться горами и реками, — Шангуань Мин закончил с довольной ухмылкой, от которой Шангуаню Сюаню захотелось его ударить.
Не дав императору ответить, он добавил:
— Слышал, ты потерял сына. Ничего серьёзного?
По дороге в столицу он получил доклад от Ань И: императрица была беременна, но на пятом месяце случился выкидыш. Мальчик умер в тот же день.
***
— Выяснили, кто виноват? — спросил Шангуань Мин, решив про себя, что больше не хочет детей ни от кого, кроме Вэнь Синь.
Лицо Шангуаня Сюаня потемнело.
— Выяснили. Но я не знаю, как поступить.
Шангуань Мин заинтересовался.
— Как это «не знаешь, как поступить»? Заговор против наследника — смертное преступление!
Он уже начал гадать, какая из наложниц имеет настолько мощную поддержку, что даже император боится её трогать.
В голове сразу возникло одно имя — Вэнь Лэ.
Увидев молчание императора, Шангуань Мин с удивлением поставил чашку с чаем.
— Неужели это она? Что ты собираешься делать?
Он прекрасно знал, какие чувства Вэнь Синь питает к Вэнь Лэ. Если тронуть Вэнь Лэ, Вэнь Синь точно не согласится.
Хотя Вэнь Лэ и не была родной сестрой Вэнь Синь, та всегда её защищала — Шангуань Мин это видел своими глазами.
Шангуань Сюань тяжело вздохнул.
— Пока не решил. Она ещё не знает, что я всё выяснил. Дело официально не закрыто, и она пытается найти козла отпущения. Видимо, поступок был импульсивным, без расчёта на последствия. Сейчас она очень боится — служанки говорят, каждую ночь ей снятся кошмары.
Конечно, все понимали: Вэнь Лэ боится не мести мёртвого младенца, а того, что правда вскоре всплывёт.
— Делай, как положено по закону, — сказал Шангуань Мин, уловив колебания императора. — Но постарайся оставить ей жизнь. Или хотя бы низложи до простолюдинки.
Убийство наследника обязательно должно караться смертью — иначе другие последуют её примеру. На этот раз Вэнь Лэ можно простить, но позже найдутся другие поводы для наказания.
http://bllate.org/book/1817/201186
Готово:
