«Сяобай?»
Сквозь оглушительный кошачий гвалт едва пробивался хриплый, лопающийся пузырями голос «тётушки».
Су Бай подавил желание заткнуть уши. Когда все кошки исчезли из квартиры, а их истошные крики слились с булькающим шепотом копошащейся тьмы, парень содрогнулся. Прошлый визит с сотней горящих глаз в темноте казался куда более уютным.
«Сяобай, почему ты вернулся?»
— Мяу… мяу… — доносилось отовсюду.
С трудом разбирая слова призрака, Су Бай замер у входа и приподнял котенка:
— Да вот, выходил, а эта кроха увязалась за мной.
«А, новенькая? Она не похожа на остальных. Озорная… и держится особняком, – „тётушка“, казалось, тяжело вздохнула прямо сквозь мяуканье. – …Сяобай, поднеси ее сюда».
Из кресла выпростались два длинных черных щупальца, при ближайшем рассмотрении до боли похожих на вытянутые кошачьи хвосты.
Су Бай не сдвинулся с места. Вместо этого он вновь въедливо осмотрел гостиную левым глазом.
Взгляд зацепился за обеденный стол. На нем по-прежнему стоял стеклянный чайник с «лимонадом», коим хозяйка тщетно пыталась его напоить.
Но теперь Су Бай отчетливо видел: внутри прозрачной жидкости плавал вовсе не лайм, а… человеческий глаз.
Парень медленно перевел дыхание. В Мире Кошмаров осторожность с едой и питьем спасала жизнь.
«Сяобай, что с тобой?»
— Мне кажется… мы с этой малышкой привязались друг к другу. Дозвольте мне забрать ее с собой? — Хотя Су Бай только познакомился с котенком, его левый глаз не видел в зверушке ничего монструозного. В Мире Кошмаров не водилось живых животных, но это вполне могла быть душа невинного питомца.
Отдай он ее «тётушке» – и кроха сгинет без вести, как и прочие кошки.
— Тётушка, а где остальные коты? — Чтобы не поднимать шума во всем комплексе, Су Бай тихо прикрыл за собой дверь 402-й.
Сквозь алый фильтр левого глаза он прекрасно видел и тусклую гостиную, и фигуру в кресле. У самой двери на вешалке подмигивал Чёрный Зонт-Трость. Случись стычка, он станет отличным оружием.
В конце концов, сила Чёрного Зонта распространялась на любые длинные шесты и палки. Сам дух питал нежную страсть именно к зонтам, отчего и получил свое имя.
«Они так проголодались… Я побоялась, что они разбредутся по округе, и спрятала их внутри», – голос «тётушки» окончательно утонул в кошачьем вое.
— Я проходил мимо соседних квартир, — осторожно подбирая слова, произнес Су Бай. — Ваша орава уже успела плотно перекусить. Все двери, кроме четыреста первой, пусты.
«…», – копошащийся мрак замер.
Су Бай прекрасно понимал: если его расспросы заденут духа за живое, тот может обрести память и наброситься на него. Наставляя Фэн Лин отыгрывать роль, парень берег ее, ведь девушка не могла сражаться с нечистью на равных.
Но сам Су Бай, имея шансы на победу, предпочитал бить первым. Чем меньше монстров останется в комплексе, тем ниже балл аномалии.
Да и другим игрокам будет проще выжить, если они натворят глупостей.
Однако, к его удивлению, копошащийся ком тьмы продолжал размеренно качаться в кресле, не проявляя агрессии.
«Да… – …сквозь мяуканье вновь пробился вздох. – …Эти крошки стали такими странными. Сколько ни корми – все мало. Обчистили всё подчистую, а всё равно вопят от голода».
«Но твой хлеб им понравился, – щупальце подняло бумажный пакет, оставленный Су Баем. Выпечку внутри уже разорвали на куски. – …На вкус один в один как то пропитание, что они добывали раньше».
Взглянув на пакет, Су Бай увидел вместо хлеба кусок тухлого, заветрившегося мяса.
Нин Янь собирала буханку у них на глазах. Почему свежий хлеб обратился в гниль под взглядом левого глаза? Неужели продукты в квартире 204 изначально были сотворены из скверны?
«…», – Су Бай порадовался, что отказался от чашки кофе у Нин Янь.
«Ты пришел, чтобы забрать их? – …внезапно спросила копошащаяся тьма. – …Знаешь… а ведь я тебя не знаю. И никакого племянника Сяобая у меня никогда не было».
— Вы вспомнили, — утвердительно произнес Су Бай. Спокойствие монстра его удивило. — Вспомнили, почему они так голодны?
Кошачий хор в комнате начал стихать.
Тьма не ответила сразу. Одно из щупалец отодвинуло штору на окне. В комнату лился алый свет, падавший на копошащийся ком и его отражение в стекле.
«Мы с крошками любим смотреть на луну».
«Я ведь им не хозяйка… Напротив, это они породили меня, чтобы я заботилась о них, – раздробленный голос звучал всё отчетливее. – …Не знаю, как мы здесь оказались. Ведь раньше наш дом был…»
Она запнулась, подбирая слова.
— Кладбище домашняя животных? — Подсказывал Су Бай.
«… – …тьма качнулась и кивнула. – …Большинство этих кошек выбросили люди. Кто-то уехал после учебы, кто-то расстался с парой, кто-то переехал, у кого-то умерли старики… У всех них были хозяева. Но, оказавшись на улице, они не смогли стать дикими зверями. Кто-то умер от голода, кто-то под колесами…»
«И все же им повезло. Их тела не сгнили под дождями. Их сожгли и привезли на скромное кладбище для бродячих животных. Их прах смешался в общей урне, где больше не было разделения на „своих“ и „чужих“».
«Но многие из них скучали по людям. По тем самым людям, что бросили их на произвол судьбы. И со временем… родилась я, – сквозь копошащуюся массу вырвался тяжелый вздох. – …Чем больше кошек находило покой в той могиле, тем больше эмоций переполняло меня. Мое тело не выдержало… и стало таким. Больше всего в той земле было обиды и ненависти к людям. Но кошки не прогнали меня. Они липли ко мне, грелись рядом и вместе со мной смотрели на луну».
«Быть может…»
«Сколько бы боли им ни причинили, они продолжали любить своих хозяев?»
Тьма повернулась к Су Баю, вытянув два хвоста-щупальца:
«Я вспомнила. Эта черная малышка попала на кладбище недавно. Ее не бросали… она просто заблудилась и не смогла найти дорогу домой».
«Иди ко мне, крошка, – щупальце поманило котенка. – …Остальные уже укрылись в моем теле. Там тесновато, но я постараюсь уберечь вас всех».
Су Бай прижал кошку к груди и сделал шаг назад – к стоящему у двери Чёрному Зонту.
Он сочувствовал этой сущности и не хотел разлучать дух с ее подопечными. Но раз уж маленькая черная кошка сама прибежала к нему за помощью, он не позволит затащить ее обратно в холодную, искаженную могилу.
http://bllate.org/book/18156/1742735
Готово:
