Генерал Ли внезапно пришёл в себя.
Подняв голову за пределами лагеря, он увидел перед собой фигуру, не имеющую себе равных в мире. Цзюйинь стояла спиной к нему.
С его точки зрения было видно лишь, как она слегка подняла подбородок.
Её профиль, окутанный мягким светом, был устремлён к чёрным точкам в небе — огромным камням, обрушивающимся на главный город.
— Оставайтесь здесь и защищайте Госпожу!
— Если с Госпожой случится хоть что-нибудь, я лично спрошу с вас! — строго и торжественно произнёс генерал Ли, особенно выделив слово «Госпожа».
В конце концов, ни он, ни солдаты и не думали, что Цзюйинь способна противостоять трём государствам, несмотря на её странные проявления силы ранее.
Но по сравнению с миллионной армией трёх государств…
Даже если человек невероятно силён и может одолеть сотни или даже тысячи врагов, он всё равно не выстоит против миллиона воинов.
Цзюйинь, оказавшаяся под охраной без её ведома, лишь мысленно вздохнула:
«Неужели в последнее время я недостаточно величественно себя вела?»
Положение становилось критическим. Генерал Ли слышал отчаянные крики раненых, и на его лице тут же появилось выражение ярости.
Он серьёзно обратился к Лин Тяньгэ:
— Слушай, Линь, честно скажи мне: уверен ли ты, что сможешь отразить атаку трёх государств?
— Перед нами — миллионная армия, а за нашими спинами — целый город мирных жителей и всё Лицкое государство.
— Поражение означает полный крах!
— Если ты скажешь «да», я передам тебе командование этой битвой и не стану эвакуировать народ из главного города.
Когда он замолчал, все солдаты с надеждой посмотрели на Лин Тяньгэ. На лице той появилась загадочная уверенность, и она ответила:
— Доложу генералу: у меня нет «не могу», есть только «могу».
— Всего лишь миллионная армия трёх государств!
— Раз я Лин Тяньгэ смогла отбить их первый раз, смогу и второй, и третий!
Эти слова, полные решимости, разожгли в сердцах солдат неукротимый пыл. На лицах каждого заиграла радость от предвкушения победы.
— Отлично! Прекрасно!
— Тогда скорее за мной к городским воротам! — Генерал Ли, не обращая внимания на свои раны, немедленно направился к главным воротам города.
Проходя мимо Цзюйинь, он почтительно поклонился и велел солдатам и Лин Тяньгэ идти вперёд.
Затем генерал Ли тихо сказал Цзюйинь:
— Госпожа, лучше оставайтесь в лагере. Я пошлю лучших воинов для вашей охраны. На улице сейчас опасно, простите, что не могу остаться рядом с вами.
Цзюйинь молчала. Генерал Ли стоял, склонившись, и не осмеливался уходить.
Видеть Госпожу — всё равно что видеть самого Императора!
Через мгновение Цзюйинь медленно выпрямилась. Это простое движение она исполнила с поразительной холодной грацией.
Её взгляд сначала скользнул по генералу Ли, а затем остановился на испуганном лице Су Ваньцин. На щеках той всё ещё виднелись следы от ударов, а глаза были полны страха.
Лишь одним взглядом Цзюйинь отвела глаза.
— Охрана?
Услышав эти два слова, произнесённые с лёгким безразличием, генерал Ли тут же ответил, будто искренне заботясь о ней:
— Именно так, Госпожа. Будьте спокойны, я ни за что не допущу, чтобы вам причинили хоть малейший вред.
Цзюйинь мысленно фыркнула:
«Разве мне нужна защита? Чёрт возьми!»
— С каких это пор мне понадобилась охрана? — произнесла она, равнодушно глядя вперёд. Под вуалью её губы изогнулись в холодной усмешке.
Пока генерал Ли в изумлении поднимал голову, Цзюйинь резко подняла опущенные ресницы. Алый знак на её лбу вспыхнул, и она развернулась, оставив генералу Ли лишь решительный силуэт уходящей спины.
Генерал Ли нахмурился и всё же последовал за ней, пытаясь уговорить:
— Госпожа, за городскими стенами опасно.
— Если с вами что-нибудь случится, как я смогу отчитаться перед Его Величеством?
По сути, генерал Ли по-прежнему не верил в силу Цзюйинь. Точнее, он не верил в силу женщины.
Цзюйинь шла неторопливо, но её голос прозвучал безапелляционно:
— Ты кто такой, чтобы указывать, куда мне идти?
— Я… я не смею, — генерал Ли почувствовал внезапный страх, хотя всю жизнь провёл среди сражений и крови. В её словах была такая власть, что он невольно опустил голову.
Такова ли Госпожа, о которой говорил Император?
Действительно, одного взгляда достаточно, чтобы вызвать благоговейный трепет.
Вскоре Цзюйинь вместе с Су Ваньцин поднялась на городскую стену.
Стена была изрыта воронками от падающих камней. Тысячи солдат лежали мёртвыми, у некоторых глаза выбиты из орбит. Земля была залита кровью — зрелище ужасающее и жуткое.
Посередине стены стояли Лин Тяньгэ и её люди, гордые и непоколебимые.
Едва Цзюйинь ступила на стену, за городом раздался насмешливый голос:
— Подлые трусы из Лицкого государства! Как вы посмели использовать подлый приём, когда наш полководец отвлёкся!
— Слушайте сюда! Сдайтесь немедленно и отдайте нам сокровище!
— Иначе мы уничтожим ваше государство и перережем всех до единого!
Эти слова были полны наглости и высокомерия.
Цзюйинь перевела пронзительный взгляд в сторону источника голоса. Что предстало её глазам?
Перед городом стояла армия, насчитывающая сотни тысяч воинов. Солдаты были разделены на три группы, каждая в своём цвете мундира.
Миллион человек плотно заполняли всё пространство за городскими стенами. На лицах каждого — решимость и жажда завоевания.
Вся битва окутана тяжёлой атмосферой.
Впереди трёх армий стояли четверо мужчин средних лет.
Во главе — полководцы трёх государств!
Один из них, увидев фигуру на стене, на миг затаил дыхание от восхищения, но тут же подавил это чувство и с сарказмом произнёс:
— Ха-ха-ха! Неужели это вся ваша помощь? Вы привели на поле боя какую-то хрупкую девчонку?
— Какая хитрость!
Услышав его слова, другие командиры тоже уставились на Цзюйинь и подхватили:
— Полководец прав! У вас нет сил, вот и прибегли к подлым уловкам.
— Теперь, когда поняли, что проиграете, решили использовать женскую хитрость?
— Ха-ха-ха! Действительно изощрённый план!
На лицах лицких командиров вспыхнул гнев. Они сжали кулаки и закричали в ответ:
— Как ты смеешь так говорить о нашей Госпоже!
— Генерал, позвольте мне выйти и сразиться!
Но прежде чем генерал Ли успел что-то сказать, со стены раздался издевательский голос:
— Госпожа? Что это за титул? Ха-ха-ха! Эта слабая женщина осмелилась явиться на поле боя? Наверное, уже готова сдаться!
— Да, какая там Госпожа… Скорее всего, её прислали...
— А-а-а!!!
Но не успел командир договорить свои оскорбления, как из его горла вырвался пронзительный крик боли!
От одного звука у всех по коже побежали мурашки.
Пока никто не успел опомниться, раздался оглушительный «Бум!»
Тишина!
На мгновение воцарилась зловещая тишина. Все, как один, повернули головы в сторону трёх государств.
Там, в луже крови, лежал командир с огромной дырой в лбу, из которой хлестала кровь. Глаза его были широко раскрыты — он умер мгновенно.
Один удар — и смерть! Прямо в центр лба!
Как такое возможно?
Кто совершил это? Командир даже не успел пошевелиться!
Полководец нахмурился, его лицо стало суровым.
Он резко взглянул на городскую стену.
И тут же его взгляд приковала фигура в белоснежных одеждах: «Неужели она? Невозможно! Я же не видел, чтобы она шевельнулась!»
Цзюйинь, на которую он смотрел с подозрением, выглядела совершенно безобидной.
Она мысленно бросила: «Что ты уставился на меня?»
— Боже мой! — закричали солдаты на стене, не веря своим глазам. — Командир трёх государств просто упал замертво?!
И без малейшего предупреждения!
Первой мыслью, мелькнувшей в головах солдат, было… что это сделала Лин Тяньгэ.
— Линь-лаодай! Линь-лаодай!
— Она даже не шевельнула рукой, а враг уже мёртв!
— Это и есть наш бог войны! — солдаты дрожали от восторга, приписывая убийство Лин Тяньгэ.
Лин Тяньгэ, услышав эту похвалу, не обрадовалась, а нахмурилась: «Этого командира убила не я. Кто же тогда?»
Но кто бы это ни был, она не собиралась объяснять.
— Хорошо же вы, Лицкое государство! Такие подлые методы!
— Три армии, слушай мой приказ! Берём город! Уничтожаем всех! — полководец трёх государств холодно посмотрел на тело и резко махнул рукой.
Мгновенно!
Миллион воинов выпрямились. От этого движения земля задрожала.
— В атаку!
— Захватываем Лицкое государство! За мной!
— Убивать! — разнёсся оглушительный рёв.
Миллионная армия хлынула вперёд, словно муравьиная река. От этого зрелища у некоторых солдат волосы встали дыбом.
Су Ваньцин никогда не видела ничего подобного.
Она прижалась к спине Цзюйинь, отчаянно зовя Чжунлиня в мыслях, умоляя и унижаясь:
«Ты здесь? Спаси меня, пожалуйста. Забери меня отсюда.
Забери меня из этого места, умоляю.
Госпожа точно не простит мне этого. Я хочу вернуться во Восточную Хуа».
Су Ваньцин действительно испугалась, особенно увидев этот адский рёв и хаос внизу. Для девушки, всю жизнь проведшей в утончённых покоях, это было словно удар судьбы.
Миллионная армия неслась вперёд.
Стена дрожала.
Цзюйинь холодно смотрела, как враги приближаются. Её чёрные глаза скользнули по Су Ваньцин — взгляд глубокий, непостижимый.
— Линь-лаодай! Армии трёх государств идут в атаку! — закричал один из солдат Лицкого государства.
http://bllate.org/book/1799/197690
Готово:
