Пассажир и космический ковбой — звучит как нечто, что подразумевает бессмысленную и недолговечную связь. Юлиану не стоило так переживать, раз уж он с самого начала понимал, к чему всё идет. У него была своя цель, у Z — своя. Они использовали друг друга, получая то, что им нужно. Юлиан был всего лишь пассажиром, а у Z, возможно, таких пассажиров была не одна сотня. Он не был особенным и не входил в планы Z на будущее.
Юлиан раскинул руки, позволяя магнитам притянуть его к внешней обшивке «Альберта», и почувствовал досаду. В другой ситуации он бы, конечно, перешел в наступление, но Z этого не хотел, поэтому Юлиану пришлось отступить. Он мог бы довольствоваться тем, что есть, не требуя большего. Почему даже это оказалось невозможным?
Юлиан раздраженно вздохнул. Он не мог навязываться, особенно когда погряз в собственных проблемах.
— Не приноси свои эмоции в космос, — раздался голос Z в канале связи.
— Я этого не делаю, — машинально парировал Юлиан.
На самом деле он прекрасно понимал, что происходит, и слова Z только разозлили его ещё сильнее. Подтекст был ясен: космос не терпит эмоций, там нужен только рассудок. Юлиан понимал, что Z прав — он сам не хотел погружаться в сомнения, но иного способа справиться с ситуацией не находил. Опыт доказывал, что чувства и страх — вещи, которые трудно контролировать.
Z подлил масла в огонь:
— Сосредоточься. Ты здесь, чтобы починить «Альберт», а не чтобы умереть.
— Спасибо за напоминание, — ледяным тоном ответил Юлиан. Едкая манера Z выражаться лишь усложняла эмоциональный самоконтроль. До конца путешествия оставался месяц, и Юлиану нужно было приложить ещё больше усилий, чтобы не разрушить это оставшееся время из-за нежелания принимать грядущее расставание. Какая ирония.
Завершающая тренировка по выходу в открытый космос была назначена на предпоследнюю неделю. К этому моменту задач за бортом у них практически не осталось, но никто из них не стал отменять план тренировок. Z даже добавил дополнительное упражнение: симуляция ремонта ферменной конструкции с требованием выполнения работы вслепую. До этого Юлиан отработал все пункты учебного пособия с активным визором и оптической разведкой. Он не понимал смысла работы без визуального контроля, но Z, похоже, не собирался ничего объяснять.
— Ты доверяешь мне? — спросил Z. В его голосе звучало такое предостережение, будто, если Юлиан ответит «нет», его прямо сейчас выбросят за борт. Ответ был очевиден.
Юлиану пришлось принудительно отключить систему оптического наблюдения. Виртуальная панель внутри шлема показывала лишь состояние скафандра и ближайший объект — внешнюю лестницу-поручень «Альберта». Он закрепил страховочный трос и на ощупь ухватился за поручни, стараясь оставаться неподвижным относительно корабля.
— Ферма слева от тебя. Теперь двигайся в ту сторону и пристегни второй карабин, — скомандовал Z.
Юлиан на секунду задался вопросом, стоит ли Z сейчас у того же иллюминатора, что и обычно. Он отбросил лишние мысли и двинулся влево. Скафандр был жёстким и громоздким. Человек быстро привыкает к своим габаритам, из-за чего легко ошибиться в оценке расстояния между костюмом и препятствием. Он осторожно продвигался вперёд, пока не нащупал второй узел крепления.
— Стоп, — сказал Z. — Пристегни карабин.
Юлиан потянулся к поясу, отстегивая карабин. Перчатки скафандра плохо подходили для тонкой работы: у скафандра были сменные насадки-манипуляторы для разных задач. Тем не менее, без визуальной информации открыть замок карабина было невероятно трудно. Две первые попытки провалились, и на третий раз Юлиан решил сменить насадку на ту, что обладала меньшей точностью.
Юлиан полностью сосредоточился на замке, забыв о положении собственного тела. В ту секунду, когда замок открылся, он поспешил зацепить его за поручень, но локтем врезался в корпус корабля. Ускорение тут же оттолкнуло его от обшивки «Альберта», и тело Юлиана начало неконтролируемо вращаться.
Страх мгновенно захватил его разум. Он оторвался от «Альберта» — единственной точки опоры в этом безбрежном космосе. Вращение дезориентировало его. Мозг пытался вспомнить правильный алгоритм действий, но конечности лишь бесполезно дергались. Юлиан неизбежно погружался в панику, пока в наушниках не раздался голос Z, вернувший его в реальность. Тот, очевидно, следил за ним через внешние камеры корабля. Не дожидаясь, пока Юлиан придет в себя и отчитается, он резко скомандовал:
— Поза номер 3, сопло номер 1!
Что за поза номер 3? Где это сопло? Юлиан не мог вспомнить. Он тяжело дышал, выполняя команды исключительно на уровне рефлексов. Головокружительное вращение замедлилось, он почувствовал рывок в области ног — сработал первый страховочный трос, не давший ему улететь в пустоту.
— Мне... мне нужна визуальная информация. Я включаю оптику, — прохрипел Юлиан. Он хотел только одного — быстрее вернуться на борт.
— Нет, — отрезал Z.
— Тогда что мне делать?! — гневно рявкнул Юлиан.
— Делай то, что должен. Вернись к обшивке, установи второй карабин, продолжи задание или подавай заявку на возвращение в шлюз, — голос Z стал жёстче. — Ты что, собираешься просто ждать смерти, если ничего не видишь?
— Я хочу знать, почему я вообще должен быть слепым! — дерзко парировал Юлиан.
— Потому что в космосе ты очень часто ничего не будешь видеть! — Z тоже был раздражён несговорчивостью Юлиана. — Ты не должен открывать визор шлема при работе в открытом космосе, а система оптической разведки — самое ненадёжное звено во всём оборудовании, от скафандра до крейсера.
Z сделал паузу и добавил:
— Мне плевать, боишься ты или нет, есть ли у тебя психологические травмы или тяжёлое прошлое. Честно говоря, мне даже плевать, справишься ты с заданием или нет — если ферма сломана, «Альберт» всё равно полетит. Я лишь хочу быть уверен, что в случае аварии ты сможешь выжить и вернуться. Твоя жизнь имеет лучшее применение, не трать её на глупость. Теперь продолжай задание или возвращайся.
— А если я не смогу вернуться? — сквозь зубы процедил Юлиан.
— Я выйду и спасу тебя, — без колебаний ответил Z.
Юлиан онемел. Это был не тот ответ, которого он ожидал, он даже заподозрил, что это какая-то саркастическая метафора. Но нет. Он знал, как звучит саркастический тон Z и как звучит серьёзный, и сейчас Z был серьёзен настолько, насколько это вообще возможно. Эта позиция не давала Юлиану возможности выплеснуть эмоции. Негатив, рождённый страхом, наткнулся на невидимую преграду и растворился.
Юлиан ненавидел свою рассудительность, но простое обещание Z его успокоило. Он выровнял положение тела, перевел сопла в импульсный режим. Виртуальная панель показала координаты «Альберта», и Юлиан, прикоснувшись магнитными перчатками к обшивке, начал движение. Z было совершенно безразлично, выполнит он задание или нет, но для самого Юлиана это имело огромное значение.
Смирившись с отсутствием визуальной информации, Юлиан смог сосредоточиться на цифровых показателях. Благодаря командам Z и отклику скафандра, задание прошло довольно гладко. Отстыковавшись от фермы, Юлиан доложил:
— Тренировка по работе без визуальной информации завершена.
Это была стандартная процедура, и он не ждал ответа от Z. Однако тот включил микрофон и спросил:
— Ты правда думал, что сегодняшняя тренировка была посвящена только работе без визуального контроля?
Юлиан замер. А про что же ещё?
Z уже начал командовать возвращением. Юлиан отстегнул карабины вдоль поручней и вошёл в шлюз. Пока ждал выравнивания давления, он всё думал, что же имел в виду Z. «Ты доверяешь мне?». Этот вопрос Z задал ему перед выходом в космос.
Конечно, Юлиан доверял Z. Как доверял наставнице Эделин, как доверял посреднику Йесоту. Возможно, даже больше. Когда Z не разрешил ему включить визор, он даже почувствовал себя обиженным. Так что же это было? Тренировка без визуального контроля была проверкой на доверие. Z хотел, чтобы Юлиан доказал, что верит ему. Неужели Z не знает, что доверие невозможно протестировать?
Юлиан почувствовал недовольство. Он уже заявлял Z о своём доверии, но тот явно не принял его слова всерьёз. Z мог одним устным обещанием развеять все его сомнения — вот настолько сильно Юлиан доверял ему. И всё же Z продолжал его тестировать.
Когда гермозатвор открылся, Z ждал его с другой стороны. Возможно, он хотел дать какие-то наставления, но Юлиан не умел следовать системе приоритетов Z. Он снял шлем и, не дожидаясь, пока тот заговорит, перебил его:
— Я доверяю тебе. Но с чего ты взял, что имеешь право требовать того же самого? Сам-то мне доверяешь?
— Нет, — Z выглядел озадаченным. — С какой стати мне доверять космическому новичку, чей суммарный опыт выходов в космос меньше 100 часов?
— Я не об этом, — сказал Юлиан. — Не о технических аспектах. Если отбросить это...
— Почему я должен это отбрасывать? — парировал Z. — Я принимаю в расчёт только это.
Они были на совершенно разных волнах. Юлиан разочарованно вздохнул и оставил попытки допроса:
— Что ты там хотел сказать?
— Вот что. — Z переслал ему полный план высадки. Это был их график на следующий месяц. Стыковка с орбитальной станцией Титана, следование за зелёными стрелками на земле, прохождение таможни, а затем — их пути расходились. Каждое действие было расписано по секундам. Гораздо плотнее, чем они планировали раньше.
Юлиан усмехнулся:
— О, теперь ты веришь, что я справлюсь с этим?
— Я не верю, что твоё суждение стало лучше, но я верю, что ты можешь стать хорошей марионеткой, м? — Z вскинул подбородок, получив в ответ гневный взгляд.
— Насколько я знаю, марионеткам не нужны тренировки на доверие, — сказал Юлиан, чувствуя, как сердце сжалось от боли. — И пассажирам тоже.
— Пассажирам — тем более, — с важным видом заявил Z. — Ты что, не подписывал протокол доверия? Значит, Йесот подписал его за тебя.
Юлиан смотрел на Z с недоумением. Он часто задавался вопросом: этот человек от рождения не умеет справляться с человеческими чувствами, или ему действительно настолько плевать?
Может, наконец заразившись эмоциями Юлиана, Z замолчал на мгновение и добавил:
— Впрочем, для тебя этого недостаточно. Тебе нужно больше тренировок на доверие. Тренировок во всех аспектах. До тех пор ты не подходишь на роль моего члена экипажа... напарника.
Юлиан уже подготовил контратаку, но последние слова Z заставили его замереть:
— Напарника? С чего бы это?
— Ты и сам знаешь. У тебя есть моя карта доступа, ты помогаешь мне чинить роботов, ты занимаешься по моему тренировочному плану, — Z пожал плечами. — Кто станет проводить тренировки в космосе для пассажира?
— Но я... — Юлиан на мгновение растерялся. — Но ты ведь говорил, что мы, скорее всего, больше не увидимся.
— Краткосрочные напарники, — сказал Z, отводя взгляд. — А насчёт будущего — откуда мне знать? Может, ты освоишься на Титане, может, вернёшься на Землю и продолжишь быть пещерным человеком, а может, решишь стать космическим ковбоем. Ковбой Юлиан. — Z бросил на него быстрый взгляд и снова устремил взор в пустоту. — Если такой день настанет, может быть, я начну тебе доверять.
«Может быть». Это звучало бесполезно, вовсе не как обещание. И то, что Z называл доверием, совсем не совпадало с тем, что вкладывал в это слово Юлиан. Но к своему собственному разочарованию, он понял, что его снова утешили.
http://bllate.org/book/17728/1736789
Готово:
