Добравшись до места назначения, Кун Янь остолбенел.
Перед ним стояла огромная роскошная яхта. Ее белоснежный корпус украшал золотисто-красный узор в виде расправляющей крылья птицы, словно феникс вырывался из морских волн. Рядом с узором летящей кистью был выведен иероглиф «Цан» (苍), издали напоминающий парящего синего дракона, и вместе они смотрелись невероятно гармонично.
Глядя на эту вещь, которая с первого взгляда кричала о своей баснословной стоимости, Кун Янь перевел взгляд на стоящего рядом мужчину и не удержался от мыслей: «Только не говорите мне, что всё действительно так, как я думаю...»
А затем он увидел, как Цан Ли первым поднялся на борт. Заметив, что спутник не последовал за ним, Цан Ли, стоя на палубе, обернулся и непонимающе посмотрел на него, словно безмолвно спрашивая, почему тот застыл. Высокий мужчина в белой рубашке стоял у борта, его прямые и длинные ноги приковывали взгляд, а лицо было поразительно красивым. В лучах заливающего всё солнца, когда морской бриз нежно ерошил его волосы, а за спиной расстилался бескрайний океан, он был до ослепления хорош собой.
Кун Янь почувствовал, что его глаза получили критический урон в десятки тысяч единиц, но не мог заставить себя отвести взгляд. И тут же в нем снова зашевелилось непреодолимое желание достать телефон и сделать фото...
Подавив этот порыв, Кун Янь поднялся на корабль и снова остолбенел.
Цан Ли, засунув руки в карманы, стоял возле обеденного стола и с улыбкой смотрел на него. На столе красовались свежие розы с капельками росы, лежала белоснежная скатерть ручной вязки с изящным узором и стояли изысканные блюда. Серебряные приборы мягко поблескивали на солнце. В сочетании с лазурным морем и голубым небом это выглядело как готовая картина.
В итоге Кун Янь всё-таки не выдержал: он молча достал телефон, навел объектив на этого мужчину и нажал на кнопку спуска. «Отлично, новые обои для экрана блокировки готовы».
Увидев, как Кун Янь с довольным видом убирает телефон, Цан Ли радостно улыбнулся: «Не зря я так долго позировал, Янь-янь наконец-то меня сфотографировал!» До этого он всё время переживал, не поблекла ли его красота и не приелось ли Янь-яню его лицо. Теперь он мог наконец вздохнуть с облегчением.
Когда фотосессия подошла к концу, Цан Ли отодвинул для Кун Яня деревянный стул, аккуратно разложил перед ним приборы и только после этого сел напротив. Официант во фраке подавал блюда, а неподалеку играл оркестр. Мелодичные звуки скрипки, подхватываемые морским бризом, уносились вдаль, наполняя сердце легкостью и умиротворением.
— Тебе нравится, Янь-янь? — Цан Ли держал в руке бокал красного вина. Его длинные пальцы идеально гармонировали с прозрачным хрусталем.
Высокое небо и бескрайнее море сливались на горизонте в бесконечную даль. Морские волны перекатывались под порывами ветра, и лишь изредка мимо пролетали чайки.
Кун Янь смотрел на красивого мужчину напротив, который с улыбкой отвечал ему тем же, и думал, что даже если бы этот стол накрыли в угольной шахте — всё равно было бы здорово, лишь бы напротив сидел он.
«Кажется, стоит только посмотреть на это лицо, как аппетит разыгрывается настолько, что можно съесть еще три миски риса. "Красота, утоляющая голод" — древние не врали».
— Очень нравится, я очень счастлив, — кивнув, ответил Кун Янь. Увидев, что Цан Ли поставил бокал, он не удержался, потянулся к нему и сделал глоток вина с того самого края, к которому только что прикасались губы дракона.
Цан Ли, сидя на стуле, неотрывно смотрел на него. Беловолосый юноша, слегка щурясь от солнца, обладал безупречной, словно нефрит, кожей. Его ресницы трепетали, а алые губы касались края бокала, сохранившего влагу чужой слюны. Рубиновая жидкость вливалась в приоткрытый рот, и кадык плавно двигался с каждым глотком. Допив, Кун Янь бессознательно облизнул губы кончиком языка, оставив на них влажный блеск. «Мой маленький птенчик, ты хоть понимаешь, как сейчас меня соблазняешь?»
Кун Янь, выпив немного вина, не почувствовал ничего особенного, да и вкус показался ему так себе, поэтому он вернул бокал Цан Ли. Тот взял его и небрежно поставил на стол. Заметив, что Кун Янь смотрит на него блестящими серебристо-красными глазами, точь-в-точь как маленький кролик, Цан Ли не удержался и ущипнул его за нос. Нежная кожа под подушечками пальцев оказалась такой приятной, что он погладил ее еще пару раз, явно не желая отрываться.
Наконец заставив себя убрать руку, он заметил, что Кун Янь смотрит на него так, будто хочет что-то сказать, но не решается. «О чем опять думает мой маленький птенчик?»
— Что хочешь спросить? — с улыбкой в голосе произнес Цан Ли. Кун Янь никогда не закрывался от него, и всё, что было у него на душе, всегда было написано на лице. Тут и гадать не приходилось.
Кун Янь окинул взглядом роскошную яхту, потом посмотрел на сидящего напротив мужчину и с легким трепетом спросил:
— А у тебя на море есть свой остров?
Этот вопрос слегка удивил Цан Ли:
— Янь-янь, откуда ты знаешь, что у меня есть небольшой остров в Южном море?
«Странно... Я и сам-то уже забыл, что у меня есть корабль и остров. Вспомнил об этом только по прибытии, когда Ли Юй и остальные мне напомнили. А Янь-янь откуда узнал? Неужели это телепатия? Вот что значит истинный партнер, предначертанный судьбой!»
Кун Янь: ... «Ого. Только сегодня до меня дошло, что мой парень не просто богач, а, похоже, олигарх мирового масштаба».
В этот момент в его голове, словно бегущая строка, пронеслись заголовки бульварных романов: «Богатая женушка сбегает с ребенком», «Тайный любовник президента», «Роскошная страсть аристократа», «Мой парень — крутой и властный тиран». Причем все они горели красным жирным шрифтом.
«Стоп...» Он украдкой взглянул на сидящего напротив Цан Ли и мысленно возблагодарил небеса за то, что тот не умеет читать мысли. «Воображать себя его сбежавшей беременной женушкой... Какой же это стыд! Наверное, я просто захмелел от вина».
После роскошного обеда Кун Янь стоял на носу корабля, любуясь пейзажем и переваривая пищу. Солнце припекало так приятно, что он не удержался и, лениво прислонившись к груди Цан Ли, почувствовал, как его клонит в сон. Внезапно вспомнив разговор между ним и Цзю Цином, он с любопытством спросил:
— На дне Южного моря живут акулы Цзяо?
Цан Ли, стоя позади, нежно обнимал его за талию. Его взгляд упал на слегка распахнутый воротник рубашки Кун Яня — из-за расстегнутой пуговицы под тканью соблазнительно проглядывали два «гранатовых зернышка». Цан Ли почувствовал, как внутри зарождается жар, во рту пересохло, а глаза уже не могли оторваться от этого манящего зрелища. Поэтому ответил он довольно рассеянно:
— Да, клан акул Цзяо испокон веков живет на дне Южного моря. Их подводный город огромен, а в самом центре находится Дворец Драконьего Шелка.
— Дворец Драконьего Шелка? У них монархия? — Кун Янь, не подозревавший, что мужчина позади него неотрывно пялится на его грудь, слегка шевельнулся. Он почувствовал, как тело Цан Ли мгновенно напряглось, а затем снова расслабилось.
Цан Ли незаметно сделал глубокий вдох, заставляя себя не смотреть туда, куда не следует, чтобы не дать волю непристойным мыслям. С трудом сосредоточившись, он продолжил:
— Нет. Клан Цзяо миролюбив и не любит воевать. Их правитель носит титул Жреца, который передается из поколения в поколение. Насколько я помню, несколько Жрецов в их истории были невероятно выдающимися личностями. — Однако, вспомнив о врожденном таланте этих акул, Цан Ли слегка поморщился.
«Плакать жемчугом — на самом деле это вовсе не так романтично, как кажется!»
Затем он рассказал еще немного из истории клана Цзяо. Кун Янь слушал очень внимательно, не отрывая взгляда от лица Цан Ли, словно в его глазах собрались все солнечные блики, играющие на воде.
Под таким чарующим взглядом голос Цан Ли становился всё тише и медленнее. Он нежно провел пальцем по уголку глаза Кун Яня, а затем, не в силах больше сдерживаться, наклонился и впился поцелуем в его губы. Сминая и посасывая мягкие губы, он проник языком внутрь, почувствовав, как тело Кун Яня обмякло, а дыхание сбилось. Цан Ли крепко прижал его к себе, одной рукой придерживая за талию, и, прижав к борту яхты, жадно и страстно поцеловал.
«Ты даже не представляешь, насколько сильно ты меня притягиваешь».
Когда они вернулись в отель, губы Кун Яня слегка припухли и подозрительно блестели — с первого взгляда было ясно, чем они занимались. Он-то думал, что после такого всплеска страсти их привычный распорядок дня хоть немного изменится, но оказалось, что он размечтался.
Жуя салат, Кун Янь в очередной раз осознал: «Обещания потакать любым капризам — это обман, сплошной обман!»
Вынужденный под давлением злого олигарха-президента съесть еще две порции фруктово-овощного салата, Кун Янь с огромным трудом проглотил последний кусок. Он погладил живот и с абсолютно безнадежным видом откинулся на спинку дивана: «Овощной салат... такое чувство, что я просто жую траву! Я ведь убежденный мясоед...»
Пока он бессмысленно пялился в пространство, к нему подошел Цан Ли с кусачками для ногтей:
— Вчера вечером, когда я вернулся, заметил, что у тебя ногти отросли. Может, подстрижем?
Уж не знал Цан Ли, что там снилось Кун Яню, но тот расцарапал ему талию до красных полос, и это было действительно больно. «Он что, когти об меня точит?» Обычное оружие не могло оставить на его теле и царапины, раньше ногти Кун Яня тоже с этим не справлялись. Но теперь, вспоминая жгучую боль от свежих царапин на шее, оставленных во время поцелуя на яхте, Цан Ли не мог не тревожиться: «И как нам быть в постели в будущем?»
С тех пор как они вернулись из города Соша, ногти Кун Яня становились всё тверже и росли с бешеной скоростью. Обычные кусачки их не брали, поэтому Цан Ли приходилось каждый раз покрывать лезвия тончайшим слоем драконьей ауры, чтобы срезать их. Из-за этого каждый раз, когда Кун Яню по привычке хотелось погрызть ногти, он рисковал сломать зубы.
Вложив руку в ладонь Цан Ли, Кун Янь с любопытством спросил:
— Ты вчера ночью ходил на ту стройку?
Вчера он уснул сразу после возвращения Цан Ли, а утром его мысли были заняты едой, так что он совершенно об этом забыл и вспомнил только сейчас.
Цан Ли, неотрывно глядя на кончики его пальцев, ответил кратким «угу» и добавил:
— Сделал там кое-какие приготовления на всякий случай.
Он говорил медленно, сосредоточив всё свое внимание на пальцах, которые держал в руке. Кун Янь только хотел спросить, что это за приготовления, как в дверь торопливо постучали. Не сдвинувшись с места, Цан Ли крикнул:
— Войдите.
Запертая изнутри дверь сама собой открылась. На пороге стоял Му Дяньмо. В его голосе звучала тревога:
— Босс, у нас проблемы.
— Что случилось? — глаза Цан Ли всё еще были прикованы к нежным белым пальцам. Он с бесконечным терпением, миллиметр за миллиметром, спиливал края ногтей, придавая им идеальную округлую форму.
Му Дяньмо, судя по всему, уже привык к позиции босса «Во всей Вселенной Кун Янь важнее всего», поэтому сразу перешел к делу:
— Жрец клана акул Цзяо вышел на берег. Говорит, что во Дворце Драконьего Шелка, похоже, завелся предатель. Девять юных детенышей акул Цзяо похищены, и, скорее всего, с ними случилось худшее. Буквально только что их лампы жизненной силы погасли.
Маленький театр от автора:
«Богатая женушка сбегает с ребенком»:
Кун «Женушка» Янь: Я тот самый человек, с которым ты провел ночь десять лет назад!
Цан «Президент» Ли: Я был пьян и ничего не помню.
Кун «Женушка» Янь: Ты мне лжешь! Точно лжешь! Ты прекрасно меня помнишь! Я ведь для тебя такой особенный...
Цан «Президент» Ли: (хватает женушку за руки) Посмотри мне в глаза!
Кун «Женушка» Янь: Нет! Не буду! Ты меня забыл... У-у-у, а нашему сыну уже десять лет!
Цан «Президент» Ли: ...Ты мужчина, как ты мог родить ребенка? И к тому же, раз уж ты «сбежавшая с мячом женушка», то смею напомнить: тогда ты просто стянул мой коллекционный мячик для гольфа и сбежал с ним.
Кун «Женушка» Янь: ...
Кун «Женушка» Янь: ...
http://bllate.org/book/17666/1701008
