— Ой-ой-ой, ну до чего же славный мальчуган! Чем больше смотрю, тем сильнее он мне нравится! Ну какая же лапочка! Так и хочется его за обе щёчки потискать, хе-хе-хе… — бабушка, не переставая, радостно смеялась, бережно держа в руках планшет.
Её покрытое морщинами лицо лучилось самой искренней нежностью и любовью.
Она то и дело всматривалась в экран, что-то прикидывая в уме и активно жестикулируя.
— Вот только глазки у него маловаты, а иначе они с Чжопу… — «были бы ещё сильнее похожи», — старая госпожа осеклась на полуслове.
И хотя её дочь в этот момент хранила молчание, мать прекрасно видела, как той сейчас тяжело и горько на душе.
Самой бабушке перевалило уже за восемьдесят, и её собственная жизнь прошла гладко, мирно и счастливо. В силу этого ей порой было трудно навязать дочери свои взгляды. Но смотреть, как та упорно загоняет себя в глухой угол и вместо нормальной, благополучной жизни целыми днями ходит с каменным лицом, было решительно невыносимо.
Говоря начистоту, дочь просто опустила руки и сама не хотела жить в радость. Но почему её внук не может, пока молодой, сполна насладиться тихим семейным счастьем?
У него ведь даже близкого человека рядом нет. Чжопу ведь не из тех ветреных молодых людей, которые, даже не вступая в брак и не заводя детей, умудряются жить на полную катушку, порхать по жизни и брать от неё всё.
Напротив, её внук с самого детства был на редкость послушным и правильным мальчиком, никогда не заставлял близких неоправданно волноваться. Да и когда вырос, почти не изменился.
Если не считать того случая в средней школе, когда он открыто признался в своей ориентации, Чжопу всегда прилежно учился. Он не заводил бурных школьных романов и не бегал за первыми красавцами и красавицами. А после кончины зятя внук сразу вернулся из-за границы, чтобы возглавить компанию. И вот, когда он наконец-то встретил свою любовь, дочь совершила такой неблаговидный поступок.
— В общем, я скажу тебе прямо: чтобы впредь ты и думать не смела как-то обижать этих двоих, отца и сына. Даже если они тебе совсем не по душе, просто притворись немой, — строго наказала бабушка притихшей дочери, после чего снова перевела взгляд на экран, и её настроение мгновенно улучшилось.
Госпожа Цинь подпёрла голову рукой и весьма недовольно пробурчала:
— Мама, ну что ты опять на меня наговариваешь? Когда это я обижала маленького ребёнка? — «Какой бы сильный гнев я ни испытывала, я бы никогда не опустилась до подобного».
— Я же просто делаю тебе превентивную прививку. Верю, что ты так не поступишь. Когда ты была совсем крохой, я специально водила тебя в приют заниматься волонтёрством и помогать несчастным сиротам. Мой посыл должен быть тебе предельно ясен. Ты и сама долгие годы неизменно занимаешься благотворительностью, делаешь всё своими руками. Наша семья всю жизнь ни в чём не нуждалась, поэтому мы в первую очередь должны уметь проявлять великодушие и доброту. Подумай сама: ты без тени сомнения помогаешь совершенно чужим детям, так почему не можешь подарить капельку тепла близким людям? И перед Чжопу, и перед Лу Ином ты кругом виновата.
— Ладно, ладно, ты во всём права, — удручённо бросила госпожа Цинь, не желая вступать в спор с матерью.
Старая госпожа лишь беспомощно закатила глаза:
— Относись ко всему проще. Зачем упрямо биться лбом о стену там, где ты ничего не можешь изменить? Куда разумнее сменить угол обзора и дать самой себе возможность красиво отступить. Как по мне, Чжопу и Лу Ин рано или поздно всё равно будут вместе. И если в будущем этот малыш придёт к нам в гости, не смей ходить с кислой миной и портить всем праздник. Ладно взрослые — ты им просто подгадишь настроение, но ведь этот маленький карапуз от твоего грозного вида может и со страху расплакаться.
— Мама! Да с чего я буду пугать детей?! — госпоже Цинь едва не захотелось сплюнуть кровью от досады.
Мать расписала её как какую-то закоренелую злодейку, которая только и делает, что измывается над слабыми.
— Как-то раз я случайно столкнулась с Лу Ином в больнице и даже подарила его сыну нефритовое украшение в виде свинки к году Свиньи. Оно, между прочим, стоило не одну десятку тысяч… — госпожа Цинь тяжело вздохнула.
В тот момент в её душе действительно шевельнулось чувство вины. Вот только она и в страшном сне не могла представить, как всё обернётся в мгновение ока.
Услышав это, пожилая женщина тут же подхватила:
— Вот именно! Ты и должна так поступать. Даже если это всего лишь игра на публику, ты обязана соблюдать приличия. Ну-ка, иди сюда, научи меня заново, как тут отправлять денежные переводы. На Новый год я вроде бы научилась, а сейчас опять всё из головы вылетело.
— …И кому это ты собралась отправлять перевод? — прекрасно понимая, в чём дело, спросила госпожа Цинь.
Старая госпожа округлила глаза и, указывая на фотографию ребёнка на экране, рассмеялась:
— Разумеется, моему правнуку, хе-хе! Я как на него посмотрю, так улыбка с лица не сходит, до чего же забавный и милый кроха. Мальчику исполнилось ровно шесть лет, разве могут старшие в семье оставить это без внимания?
Госпожа Цинь неловко попыталась найти предлог для отказа:
— День рождения был вчера, праздник уже прошёл. Да и вообще, там ещё ничего толком не решено, а ты так торопишься…
В последнее время она втайне много думала обо всей этой ситуации. На сегодняшний день реальность такова, что их отношения с Лу Ином испорчены окончательно и бесповоротно. Она ясно дала понять, что никогда не примет ни его, ни ребёнка. Да и сам Лу Ин… пожалуй, меньше всего на свете желает её видеть.
Вспомнить хотя бы те годы: она ведь тогда просто пригрозила ему, желая, чтобы он осознал всю сложность положения и сам отступил. Она и подумать не могла, что её слова подействуют так стремительно и эффективно.
В итоге этот мальчишка с мертвенно-бледным лицом взял чек и сбежал, сверкая пятками. С тех пор он ни разу не появлялся, да и деньги с её банковского счёта не уменьшились ни на один фэнь. Когда неделю спустя её сын в одиночестве вернулся домой, он больше ни разу не упомянул имени Лу Ина. Каждый день он как ни в чём не бывало с абсолютным спокойствием уходил на работу.
В тот период госпожу Цинь долгое время терзала сильная тревога — она до смерти боялась, что сын просто затаился и готовит какой-то сокрушительный ответный удар. Но шло время, летели годы…
Теперь, оглядываясь назад, она понимала: скорее всего, именно тогда с психическим здоровьем её сына и начались проблемы, просто они очень долго об этом не догадывались.
Если бы она не запугала и не выжила Лу Ина, если бы не её грубое вмешательство… ничего из последующего кошмара просто не случилось бы. Права была её мать: к чему вообще было лезть и контролировать, кого её ребёнок выбирает себе в партнёры?
В её глазах Лу Ин был круглым нулём, пустым местом, у которого из достоинств — одно смазливое личико. Он ведь даже в начальной школе не учился, ну разве мог он быть ровней её сыну? Но с другой стороны, если бы человек действительно был пустым, невежественным и глупым, разве смог бы её сын любить его так долго и преданно? Можно было просто спокойно сидеть и ждать, пока они сами расстанутся.
Однако они расстались. И каков итог?
Лу Ин, как она и желала, вернулся в родные края, зажил своей жизнью и вырастил очаровательного сына.
А её собственный сын долгие годы страдал от безответной и слепой любви, что в итоге нанесло непоправимый вред его ментальному здоровью.
— В общем, признаёшь ты его или нет — не имеет никакого значения. Чжопу на это наплевать, а мне, старой карге, и подавно. Кого хочу, того и люблю, хе-хе! Тут ты мне не указ, не забывай, что это ты моя дочь, а не наоборот, — старушка весьма самодовольно качнула ногами в такт своим словам и снова принялась торопить дочь: — Ну же, живее учи меня, как отправить подарок! Это наш ребёнок, и я обязательно должна наравне со всеми перевести ему внушительную сумму.
— Вот бы Чжопу взял да и привёз этих двоих, отца и сына, прямо сейчас к нам домой. Ах, как бы мне хотелось взглянуть на этого пухляша! Да и на Лу Ина тоже. Я ведь до сих пор в глаза не видела этого юношу и не знаю, насколько он хорош собой. Охо-хо, Чжопу расписал его так, будто он сошёл с небес, у меня аж сердце заходится от нетерпения, хе-хе.
— Мама…
Госпожа Цинь могла лишь обречённо взирать на эту упрямую пожилую женщину, которая вела себя как капризный ребёнок. Ей ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Она достала телефон, открыла WeChat и принялась объяснять:
— Если ты и можешь отправить перевод, то только через Чжопу. У меня нет контактов Лу Ина.
Старая госпожа уткнулась в экран, усердно тыча пальцем и старательно вводя цифры, попутно бормоча под нос:
— Надо будет поторопить Чжопу, чтобы он дал мне номер Лу Ина. Интересно, согласится ли этот мальчик поболтать со мной по видеосвязи? А то вдруг как услышит, что я бабушка Чжопу, старая мама его матери, так с перепугу и вовсе откажется со мной видеться. Скажи ведь?
— … — от этих слов у госпожи Цинь буквально перехватило дыхание, и она лишь закатила глаза. — Ладно, ладно, помолчи уже. Ты ведь перевод собиралась отправить? Языком без умолку чешешь, давай уже, нажимай отправку.
— Ну, я уже старая, вот и люблю поворчать, ничего не поделаешь. То ли дело мой внук — всегда выслушает моё ворчание и никогда не упрекнёт, что я слишком много болтаю.
— … — Госпожа Цинь глубоко вдохнула воздух.
«И кто из нас двоих вообще из её чрева на свет появился?..»
Раздался характерный звонкий звук рассыпающихся монет — старая госпожа успешно отправила перевод. Она тут же поднесла телефон к самым губам и наговорила голосовое сообщение:
— Чжопу, внучок, это перевод от бабушки для твоего сына. Хоть и с опозданием на один день, но подарок нужно обязательно передать. Тебе следовало сказать мне об этом заранее, я бы подготовила для ребёнка нормальный подарок. Когда ты уже привезёшь их к нам, чтобы бабушка могла на них посмотреть?
Ответ с той стороны пришёл лишь спустя некоторое время. Цинь Чжопу сразу же принял денежный перевод, после чего набрал сообщение:
«Большое спасибо за подарок, бабушка. Цзайцзаю нужно каждый день ходить в детский сад, а Лу Ину — на работу. К тому же мне самому в самое ближайшее время предстоит срочная командировка за границу, так что в ближайшем будущем приехать к вам точно не получится. Я обязательно передам ему твои слова. Как только он будет готов, я сразу же привезу его к тебе».
Оставаясь наедине с собой в пустом доме, он тоже безумно торопил события, страдал от тоски и порой не мог уснуть по ночам. Но стоило ему увидеть Лу Ина, услышать его голос или поймать его улыбку, как на сердце мгновенно разливалось безграничное умиротворение. Казалось, эта пустота, терзавшая его долгие годы, наконец-то заполнилась до краёв.
«Хорошо-хорошо, занимайтесь своими делами, как освободитесь — приезжайте. Чжопу, бабушка действительно всем сердцем полюбила этого ребёнка, мне достаточно было просто взглянуть на его лицо.
И это вовсе не пустые бредни старой женщины: они с тобой и впрямь невероятно похожи, а это значит, что у вас очень глубокая кармическая связь. Лу Ина я пока не видела, но смею предположить, что у них с тобой тоже идеальная совместимость, как у мужа с женой. Я за свою жизнь повидала немало семей, где люди со временем становятся похожи друг на друга как две капли воды, особенно супруги, ха-ха-ха! Те, кто не знает правды, часто принимают их за родных брата и сестру».
В глубине души пожилая женщина даже думала, что, возможно, такова и была судьба Чжопу в этой жизни: ему не было суждено иметь кровных детей, но взамен ему предначертано обрести иную связь.
Если растить ребёнка с открытым сердцем и окружить его искренней любовью и заботой, то, когда он вырастет, он ни за что не свернёт на кривую дорожку. И узы крови здесь совершенно ни при чём. Родные дети далеко не всегда проявляют сыновью почтительность, а приёмные далеко не всегда остаются чужими.
Слова бабушки принесли Цинь Чжопу невероятное облегчение и тепло, и на его лице расцвела открытая, счастливая улыбка:
«Ты у меня самая лучшая бабушка. Если ты познакомишься с ними вживую, они тебе обязательно понравятся. Малыша зовут Лу Цзайцзай, он очень послушный и не по годам смышлёный мальчик. Бабушка, я и вправду отношусь к нему как к родному сыну».
Возможно, в самом начале он неустанно убеждал себя в том, что ради любви к Лу Ину он должен полюбить и всё, что связано с этим человеком, а значит — приложить все усилия, чтобы принять его ребёнка. Однако после их первой встречи и вплоть до сегодняшнего дня, за те несколько коротких свиданий, каждый новый контакт приносил ему новые открытия и чистую радость. Его отцовские чувства пробудились без малейшего труда, легко растопив сердце.
«Хорошо, хорошо, отлично сказано. Вот теперь я за тебя спокойна. Бабушка уже давно хотела тебе сказать: ты ведь так сильно любишь Лу Ина и столько лет упрямо ждал его, но сможешь ли ты до конца и без остатка принять чужого ребёнка — вопрос открытый. Человеческое сердце — штука крайне сложная и трудноуправляемая. Чем сильнее любишь, тем меньше терпишь соринки в глазу. В душе могут зародиться ревность, холодность, безумие… Если ты не способен полностью, без остатка принять дитя, то не стоит и забивать голову его отцу».
Цинь Чжопу горько усмехнулся. Все те мысли, о которых упомянула бабушка, действительно посещали его голову. Вот только он сумел перебороть и убедить себя в обратном в самый первый миг. В противном случае он просто не сумел бы сделать этот решающий первый шаг.
«Надо же, его зовут Цзайцзай, какое очаровательное имя».
«Они оба с Лу Ином очень милые».
Бабушка весело расхохоталась:
«Ладно-ладно, тогда давай, старайся как следует! Постарайся побыстрее сыграть свадьбу и стать настоящим папой».
«Спасибо, бабушка».
«Занимайся делами, не буду тебя больше отвлекать».
«Бабушка, а как здоровье у мамы?»
Пожилая женщина покосилась на притихшую дочь и утвердительно ответила:
«Да отлично всё, ест за двоих, спит как сурок, да ещё и поправилась на пару-тройку килограммов».
— Мама! — госпожа Цинь решительно не знала, что делать со своей неугомонной родительницей.
«Хорошо, тогда я за работу. До свидания, бабушка».
«Пока-пока!» — голос старушки звучал задорно, точь-в-точь как у счастливого ребёнка.
По сравнению с ней её дочь, сидевшая рядом, выглядела застывшим каменным изваянием.
— Я вот перевод отправила, а ты до сих пор никак не проявила себя. Ну и скряга же ты, — покачала головой старая госпожа.
Госпожа Цинь потеряла дар речи от возмущения:
— Да разве дело здесь в деньгах?..
Старушка тяжело вздохнула:
— Ну и упорствуй дальше в своей гордыне. Как по мне, мальчик Лу Ин тоже не горит желанием жить с тобой под одной крышей. Скорее всего, в будущем Чжопу сам переберётся к нему и будет жить там. В конце концов, молодым везде хорошо, зачем им ютиться со старшим поколением и портить себе нервы?
— …
У госпожи Цинь так сперло дыхание в груди от обиды, что она не нашлась, что ответить.
***
Для Лу Цзайцзая официально начался новый учебный год — пошёл его заключительный семестр в детском саду. Но стоило Лу Ину вернуться домой после родительского собрания, приуроченного к началу учебы, как небо над городком Цайфэн окончательно и бесповоротно затянуло тучами. Каждый божий день шёл непрекращающийся, унылый дождь: то ливень стеной, то мелкая морось — природа стабильно обеспечивала ежедневную порцию осадков.
Из-за затянувшегося отсутствия солнца в квартире воцарилась удушливая сырость. Носки и нижнее белье, которые никак не желали сохнуть, плотными рядами развевались на веревках, являя собой весьма монументальное зрелище.
— Эх, я уже целую вечность не ходила на свидания со своим парнем. Из-за этого бесконечного дождя ему даже приехать ко мне неудобно. Как же сильно я хочу купить машину! — сокрушённо вздохнула Фэй Цици в один из перерывов на обед прямо в зале пекарни.
Услышав её слова, Лу Ин вторил ей точно таким же тяжёлым вздохом:
— И я тоже.
Стоило этим словам сорваться с его уст, как все коллеги в ту же секунду уставились на него со странным и крайне двусмысленным любопытством.
Лу Ин далеко не сразу осознал, в чём дело, а когда до него дошло, он поспешно и тихо добавил:
— Я имею в виду машину! А вовсе не парня!
— Да понимаем мы, понимаем! — дружно закивали головами коллеги.
— … — Лу Ин молча залился густой краской от смущения.
Как раз в этот неловкий момент на его WeChat пришло сообщение от Цинь Чжопу:
«Совещание подошло к концу. Мы тут с секретарём только что перекусили хлебом из вашей пекарни. Ваша новинка просто превосходна, мне очень понравилась. Перечень заказа на завтра я вышлю тебе чуть позже».
«Хорошо, спасибо за покупку!» — Лу Ин выпрямил спину и ответил в сугубо деловом, официальном тоне.
Их пекарня изначально вообще не занималась дистанционными продажами через интернет. Ян-гэ всегда твердил: выпечку нужно есть исключительно с пылу с жару, какой прок жевать залежавшийся хлеб? Тем более если речь идёт о продуктах с искусственно продлённым, ненормально долгим сроком годности — он не желал зарабатывать на этом деньги.
Однако Цинь Чжопу, будучи их вип-клиентом, лично позвонил и настоятельно попросил предоставить ему возможность лакомиться самой свежей выпечкой из их заведения в тот же день, пообещав полностью взять на себя все расходы по упаковке и курьерской доставке.
Цинь Чжопу лично переговорил с владельцем, и у босса, судя по всему, не нашлось веских причин для отказа. В конце концов, упаковать товар несложно, вызвать курьера — тоже пустяковое дело, так почему бы и не пойти навстречу? В итоге эту задачу шеф возложил на плечи Лу Ина.
Таким образом, Цинь Чжопу каждый раз оформлял заказ за день, а на следующее утро сотрудники пекарни старались отправить его посылку как можно раньше. В среднем выпечка оказывалась на столе у Цинь Чжопу уже через три-пять часов после отправки — отличный вариант как для обеда, так и для послеобеденного чая.
«Я отправил тебе одну посылку, не забудь забрать».
«Угу», — Лу Ин не стал расспрашивать подробнее.
Цинь Чжопу регулярно присылал экспресс-доставкой разные вещи, по большей части это были обновки для Цзайцзая или свежие фрукты. А буквально вчера Лу Ин получил целый ящик замороженной свежей импортной говядины, которой им с сыном с лихвой хватило бы на пару дней. Сегодня он даже захватил с собой пару цзиней, чтобы угостить Ян-гэ.
Посылку доставили прямо в пекарню, и Лу Ин привычным жестом расписался в получении. Увидев огромную коробку, он поначалу решил, что там снова какая-то еда, но стоило ему поднять её, как он понял, что груз на удивление лёгкий.
Ян Сыгу, заметив это, тут же подколол его:
— И что на этот раз вкусненького привалило?
Лу Ин слегка ушибся от смущения. Надо признать, Цинь Чжопу был на редкость чутким и предусмотрительным: практически все вещи для Цзайцзая он отправлял прямиком к ним домой, а вот съестные припасы отсылал на адрес пекарни, чтобы Лу Ин мог напрямую раздать угощения коллегам и тем самым укрепить с ними хорошие отношения.
Лу Ин опустил голову и аккуратно вскрыл коробку ножом. В ту же секунду улыбка застыла на его лице… Какая неловкость!
— Пха-ха… — Ян Сыгу не сдержал прыжка и прыснул со смеху.
Надо признать, такое количество нижнего белья в условиях непрекращающихся дождей было как нельзя кстати.
Лу Ин молниеносно захлопнул крышку коробки. Ян Сыгу ободряюще похлопал его по плечу:
— Отлично, отлично, парень действительно чертовски заботливый. Каждые трусы упакованы в отдельный стерильный пакет — судя по всему, их предварительно постирали и продезинфицировали, прежде чем отправить тебе и Цзайцзаю. Да и то сказать: в твоей крошечной лачуге ведь даже сушилки для одежды нет, верно?
— Да там просто ставить её негде. Но я уже договорился с хозяйкой насчёт однокомнатной квартиры с гостиной, нужно только подождать чуть больше полумесяца, пока оттуда съедут прежние жильцы. — Когда первая неловкость поутихла, Лу Ин с радостью принял эту посылку.
Ян-гэ был абсолютно прав: этот жест действительно говорил о невероятной заботе со стороны Цинь Чжопу (^▽^).
«Зачем ты отправил посылку прямо в пекарню? Ян-гэ теперь надо мной подшучивает!» — укладываясь вечером в постель, Лу Ин не удержался от лёгкого упрёка в сообщении.
«Случайно перепутал адреса, когда наклеивал ярлык. Ну как, подошли по размеру?»
Надо признать, новые трусы сидели на теле на редкость комфортно и приятно. Лу Ин слегка покраснел и мысленно обозвал собеседника бесстыдником: «Если бы не подошли, я бы тебе их все обратно вернул».
На том конце провода Цинь Чжопу тихо рассмеялся:
«Я вообще-то спрашивал, подошёл ли размер Цзайцзаю, про тебя я и не заикался». — Параметры Лу Ина за столько лет ни капли не изменились, и эти цифры были чётко запечатлены в его памяти.
Лу Ин окончательно разозлился от нахлынувшего смущения:
«Что за глупости, размер Цзайцзая я тебе лично своими губами озвучил! Если бы ты умудрился купить не тот размер, то был бы полным дураком».
«Ха-ха, я сам лично выбирал все фасоны и расцветки. Тебе понравились?»
Лу Ину безумно хотелось заставить его замолчать, но, увы, он мог лишь в ярости потыкать пальцем в экран телефона:
«Всё, я спать!»
Цинь Чжопу тихо вздохнул:
«Мне скоро нужно улетать за границу по делам, думаю, это затянется примерно на месяц. Так что в ближайшее время я не смогу навещать Цзайцзая».
Палец Лу Ина на мгновение замер над клавиатурой:
«Цзайцзай не станет на тебя обижаться, работа превыше всего».
«Лу Ин, завтра ближе к вечеру прибудет ещё одна посылка, не забудь забрать».
«Понял».
На следующее утро Лу Цзайцзай проснулся от сладкого сна. Спросонья уловив доносившийся из кухни аппетитный аромат еды, он смешно пошмыгал носом и наконец приоткрыл глазки.
Обув шлепанцы, малыш бодро зашагал к Лу Ину:
— Папуля, папуля, а мне сегодня ночью такой сон приснился, ты просто не представляешь!
— И какой же? — с улыбкой спросил Лу Ин, протягивая сыну тарелку со свежеприготовленными блинчиками с начинкой.
Лу Цзайцзай бережно взял тарелку, и его глаза заблестели от восторга:
— Мне приснился сон про игрушки, хи-хи-хи!
— … — «Новый тактический ход, чтобы выпросить очередную игрушку. Но меня так просто вокруг пальца не обведёшь!» — Лу Ин прохладно покосился на сына и поторопил его: — Живо чистить зубы и за стол.
Лу Цзайцзай послушно закивал головой, продолжая тараторить со скоростью пулемёта:
— Мне приснилась огромная-преогромная фабрика игрушек! И ты, папуля, гулял со мной там и играл. А потом прямо перед нами с неба упала огромная коробка с подарком! Угадай, что произошло дальше?
Он с замиранием сердца и величайшим предвкушением уставился на отца, ожидая ответа.
Лу Ину ничего не оставалось, кроме как подыграть:
— Коробка открылась?
— Точно! А теперь угадывай дальше! Что было внутри коробки?
«Как же я устал, мне просто хочется поскорее позавтракать…»
— Трансформер какой-нибудь?
— Не угадал!
— Робот Ультрамен?
— Снова мимо!
— Динозавр?
— Нет, нет и ещё раз нет! Гадай дальше! — Лу Цзайцзай прикрыл рот ладошкой и весело хихикал, явно предвидя, что отец ни за что не сможет попасть в точку.
Лу Ин с досадой откусил приличный кусок от блинчика и невнятно пробормотал:
— Конструктор Лего.
— Ха-ха, опять не угадал! Я так и знал, что ты ни за что не додумаешься, эх ты, мой глупенький папа! — залился заливистым смехом Цзайцзай.
— …Ну и что же там в конце концов было?
Лу Цзайцзай гордо задрал носик, но прежде чем озвучить разгадку, не выдержал и покатился со смеху:
— Ха-ха-ха, это такой смешной сон! На самом деле внутри подарочной коробки не было вообще ни одной игрушки!
— … — Лу Ин едва не поперхнулся.
Да уж, чёрный юмор у его сына развит что надо.
Но тут Лу Цзайцзай резко сменил тон:
— Но!
Лу Ин замер, зажав блинчик зубами, и уставился на сына, изображая на лице крайнюю степень заинтересованности.
— Внутри этой коробки сидел дядя! А-ха-ха! — во весь голос выкрикнул малыш и снова покатился со смеху. — Вот уж не ожидал, правда? Дядя умудрился спрятаться в подарочной коробке! Ну до чего же удивительный и весёлый сон!
Лу Ин в бессилии уронил голову на обеденный стол, не находя слов для комментариев.
«Пухляш ты мой, ну надо же тебе было настолько сильно полюбить этого дядю, что он тебе уже и в кошмарах снится, да ещё и вынужден там корячиться ради тебя, пакуя себя в коробку под видом игрушки. Ну и дела, хорошо хоть дядя свою старую поясницу не сорвал при этом».
— Ты очень соскучился по дяде?
— Угу, угу, очень соскучился, — честно закивал Лу Цзайцзай.
Лу Ин тихо вздохнул:
— Дядя в последнее время очень занят, ему нужно уехать по работе за границу на целый месяц.
— Ой… Опять в другую страну? — разочарованно протянул малыш, но тут же послушно кивнул: — Ну ладно тогда.
Лу Ин подбадривающе погладил его по плечу:
— Давай, кушай быстрее.
Лу Цзайцзай принялся прилежно жевать, но всё равно не удержался от замечания:
— Мне так хотелось рассказать дяде про свой сон, ему бы точно было очень весело. Он бы тоже ни за что не угадал, кто сидит в коробке, правда ведь?
Лу Ин намеренно возразил:
— Не факт, дядя у нас очень умный. Он прочитал огромное количество книг и учился в невероятно крутом университете.
— Ого, какой дядя молодец! — личико Лу Цзайцзая озарилось неподдельным восхищением.
— Угу.
— Когда я вырасту, я обязательно стану таким же крутым и сильным, как дядя!
Лу Ин искренне улыбнулся и ласково потрепал сына по голове:
— У тебя обязательно всё получится.
В этот день, вопреки всем прогнозам, дождя наконец-то не было. Солнце, правда, так и не соизволило показаться из-за туч — погода стояла пасмурная, и дул довольно прохладный ветер.
Лу Ин, как обычно, провёл весь день в хлопотах и заботах, и ближе к пяти часам вечера начал собираться домой.
В рабочую зону заглянула Фэй Цици и с улыбкой обратилась к нему:
— Брат Лу, там для тебя курьер посылку доставил. Давай, иди скорее забирай.
— Хорошо, сейчас буду.
Лу Ин тщательно вымыл руки и толкнул дверь, выходя на улицу. Но когда он подошёл к крыльцу пекарни, никакого курьера и уж тем более посылки там и в помине не было!
Вместо этого на улице стоял гость, которого он никак не ожидал здесь увидеть.
— Лу Ин, — с мягкой улыбкой позвал его Цинь Чжопу.
Лу Ин окончательно лишился дара речи от такого сюрприза:
— Ну что ты за ребёнок, право слово, устраиваешь тут подобные сцены. Ты правда думал, что твой приезд станет для меня величайшим сюрпризом?
— Я искренне надеялся, что смогу стать для тебя приятным сюрпризом, — выкроить время перед ответственной командировкой и приехать сюда ради встречи с любимым человеком — для самого Цинь Чжопу это уже было огромным счастьем.
Взгляд Цинь Чжопу был настолько горячим и пронзительным, что Лу Ин поспешно отвёл глаза в сторону и тихо пробормотал:
— Ну и почему же ты тогда не упаковал себя в подарочную коробку?
— … — Цинь Чжопу на полном серьёзе задумался над этим вопросом. — Боюсь, это было бы технически довольно сложно реализовать.
Лу Ин не выдержал и прыснул со смеху:
— Да что с вами обоими не так, почему вы такие одинаково глупенькие! И этот пухляш ещё смеет каждый день дразнить меня «глупеньким папой», да по мне так это ты у нас самый настоящий глупенький папа…
Воздух вокруг них мгновенно замер.
Улыбка застыла на лице Лу Ина. Цинь Чжопу на мгновение опустил голову и прикрыл глаза, а когда снова поднял взгляд, то стремительным движением перехватил руку Лу Ина, крепко сжав её в своих ладонях.
Его голос слегка дрожал от нахлынувших чувств:
— Лу Ин, я согласен.
Лу Ин не стал вырывать свою руку. Он поднял глаза к хмурому небу и медленно произнёс:
— Мне сейчас нужно ехать в детский сад, чтобы забрать Цзайцзая. А ты что планируешь делать?
На лице Цинь Чжопу отразился неподдельный восторг, и он бурно закивал головой:
— Я поеду вместе с тобой.
— А где твоя машина?
Цинь Чжопу на секунду оторопел:
— Я не за рулём, приехал сюда прямиком из аэропорта на метро.
Лу Ин смущённо указал пальцем на свой старенький, потрёпанный электроскутер:
— Кхм… Ну тогда тебе придётся сесть позади меня, я подброшу.
Цинь Чжопу глубоко и искренне улыбнулся:
— Хорошо.
Лу Ин первым оседлал скутер, и Цинь Чжопу тут же устроился на сиденье позади него.
Лу Ина всё ещё терзали смутные сомнения, и он не удержался от вопроса:
— Тебе не страшно?
— Пха-ха, — тихо рассмеялся Цинь Чжопу. — Я вообще-то умею водить мотоцикл.
— …Хм, подумаешь, какое достижение.
Отбросив последние сомнения, Лу Ин крутанул ручку газа, и электроскутер бодро покатился по дороге.
Холодный ветер приятно освежал лица мужчин, обдавая их прохладой.
Лу Ин то и дело поглядывал в зеркало заднего вида: с лица Цинь Чжопу ни на миг не сходила счастливая улыбка. Именно так выглядит человек, находящийся рядом со своей половинкой — абсолютно расслабленный, умиротворённый и довольный жизнью.
Внезапно Цинь Чжопу подался вперёд, уверенно положив одну руку на плечо Лу Ина, а второй крепко обняв его за талию.
— Не смотри на меня, следи за дорогой.
Лу Ин слегка вздрогнул от неожиданности:
— Да кто… кто на тебя смотрит!
Скорость скутера увеличилась, и Лу Ин больше не смел отвлекаться по сторонам, позволяя мужчине крепко удерживать себя в объятиях на протяжении всего пути до детского сада.
У ворот заведения многих детей к этому времени уже разобрали родители. Лу Ин поспешно подбежал к калитке и принялся высматривать сына. Воспитательница сразу же заметила его и вывела Лу Цзайцзая вперёд.
Малыш со всех ног припустил к выходу и на полной скорости пулей влетел… прямо в объятия стоявшего рядом мужчины.
— Дядя!
— Цзайцзай…
Цинь Чжопу широко раскрыл объятия навстречу пухлому карапузу, стойко приняв на себя этот мощный и увесистый таран.
Прижимать этого кроху к своей груди было невероятно приятным и умиротворяющим чувством.
Лу Ин стоял чуть поодаль, наблюдая за обнимающимися взрослым и ребёнком, и на его губах сама собой заиграла мягкая, тёплая улыбка.
«…Вот погоди, когда наш ребёнок пойдёт в детский сад, мы с Чжопу будем каждый день вместе отводить и забирать его…»
То далёкое будущее, о котором он когда-то со слезами на глазах рассказывал своему дедушке, сегодня наконец-то воплотилось в реальность.
http://bllate.org/book/17616/1641562
