Линь Сяопан мчалась со всей скоростью, будто в прошлой жизни опаздывала на автобус. Её рвение было настолько велико, что даже Дашань изумился. Увидев вдали очередь, она наконец перевела дух и быстро пристроилась в самый хвост, доставая кристаллы ци, чтобы расплатиться.
Триста высших кристаллов ци! Сердце Линь Сяопан сжалось от боли, будто ей вырвали кусок плоти. Передав плату золотоядерному культиватору, выполнявшему роль сборщика, она последовала указаниям и направилась к центру массива. Посреди обширной площади одиноко возвышался лишь световой купол — яйцевидный, переливающийся всеми цветами радуги. Со стороны Линь Сяопан он оставался открытым, и она предположила, что это, вероятно, вход.
Там уже собралось более двадцати человек, направлявшихся в город Минъян. Большинство — юноши и девушки, лишь несколько взрослых, похожих на родителей. Линь Сяопан сразу догадалась: все они, скорее всего, едут поступать в пять великих сект. Она невольно улыбнулась — это напомнило ей школьные годы из прошлой жизни! Весь автобус набит учениками… Как знакомо всё это!
Через некоторое время прибыло ещё несколько человек. По правилам, каждый запуск телепортационного массива допускал не более тридцати участников — ведь это был древний пространственный массив, и при превышении числа могли возникнуть сбои.
Золотоядерный культиватор, убедившись, что набралось достаточно людей, взмахнул руками, и луч света вырвался из его ладоней, врезавшись в узоры массива. Всего через мгновение световой купол перед ними начал медленно смыкаться.
— Э? — Линь Сяопан едва различила сквозь ещё не закрывшуюся щель какой-то шум снаружи. Не только она — другие тоже услышали, но массив уже активировался, и выйти, чтобы посмотреть, было невозможно.
Юноши и девушки переглянулись, а затем все взгляды устремились на двух взрослых, стоявших впереди. Все они были достаточно опытными культиваторами, и каждый, услышав этот странный гул, слегка занервничал. Ведь по правилам у массива строго запрещено шуметь.
Сами взрослые тоже чувствовали неуверенность. Они не принадлежали ни к одной из значимых сект — всего лишь представители небольшого клана, чей сильнейший культиватор достиг лишь стадии дитя первоэлемента. Большинство детей за их спинами три года назад уже проходили отбор, но не были приняты. На этот раз, услышав, что пять великих сект вновь открывают врата, они поспешно собрали лучших отпрысков и устремились сюда, боясь упустить шанс.
Глядя на испуганные лица детей, взрослые сами почувствовали тревогу.
Гу Цюаньшань взглянул на своих племянников и племянниц, дрожащих, как зайцы, и сжался сердцем. Большинству из них уже по тринадцать–четырнадцать лет, а они всё ещё робкие, как малыши! С таким настроем, даже обладая отличной духовной основой, вряд ли попадут в глаза старейшинам великих сект!
Его взгляд невольно упал на Линь Сяопан, спокойно стоявшую в стороне. Глаза Гу Цюаньшаня загорелись. В молодости он сам много странствовал, хотя однажды в поединке получил увечье, повредившее основу культивации. Но даже так его взгляд оставался острее, чем у старейшин его рода. Перед предыдущим открытием врат он предлагал отправить детей в путешествие для практики — ведь все уважаемые секты именно так и поступают! Но, услышав, что их драгоценные отпрыски могут пострадать, никто, даже его старший брат, не согласился отдать ребёнка под его опеку. Он тогда так и скрипел зубами от злости. И что в итоге? Даже те двое с двойной духовной основой провалились уже в первом раунде! Он чуть не лопнул от досады.
А вот эта девушка — совсем другое дело. Ей, наверное, не намного больше этих детей, но она уже достигла стадии основания, и её ци течёт гармонично — явно не накачана пилюлями. Даже услышав шум снаружи, она не проявила ни капли паники. Особенно на фоне почти плачущей Гу Лоцянь она выглядела совершенно невозмутимой — явно уже побывала в странствиях. Хотя и полна энергии, но в ней чувствуется усталость дороги — наверняка только что получила известие и примчалась издалека. На ней нет знаков какой-либо секты — значит, скорее всего, она свободный культиватор! Сердце Гу Цюаньшаня забилось быстрее. Эти дети, похоже, не вытянут счастья… А вот эта девушка, вероятно, тоже едет в Минъян, чтобы поступить в секту. Может, стоит ей немного помочь? Если она возьмёт под крыло хотя бы одного из его племянников — уже будет неплохо.
Разумеется, при условии, что она одна. Он уже решил: даже если окажется, что она из какой-то секты, помочь ей всё равно не повредит.
Приняв решение, Гу Цюаньшань постарался изобразить дружелюбную улыбку и сделал шаг вперёд — но не слишком близко, чтобы не вызвать подозрений.
И лишь затем приветливо спросил:
— Девушка, как тебя зовут?
— Девушка, как тебя зовут?
Линь Сяопан вздрогнула. Такой вопрос от незнакомца напомнил ей типичных «дядечек» из прошлой жизни, и она едва сдержалась, чтобы не дать ему пощёчину. Её взгляд стал настороженным: «С каких это пор, дядюшка, мы с вами настолько близки, чтобы вы так запросто заговаривали?»
Поэтому она не только не ответила на, казалось бы, доброжелательный вопрос, но и слегка отступила назад, хотя лицо оставалось невинным и приветливым.
— Уважаемый старший товарищ, неужели вам понадобилась моя помощь?
«Беспричинная любезность — признак коварства», — подумала она.
Щёки Гу Цюаньшаня дёрнулись, и шрам на левой стороне лица тоже подскочил, сделав его выражение ещё угрожающе. Внутри же он стонал: «Неужели я поторопился?» По опыту он сразу понял, что вызвал подозрения у девушки, и начал сомневаться — не перестарался ли?
— Пхе-хе! — не выдержал Ли Цинъянь и рассмеялся. — Этот Гу Цюаньшань… Прошли годы, а он всё такой же неуклюжий! Неужели я тогда был слеп, раз связался с ним в братья?
Неважно, свободный ли культиватор эта девушка или нет — как можно так грубо и напрямик спрашивать у незнакомки её имя? Конечно, она насторожится! Разве можно ждать доброго ответа?
— Девушка, не волнуйся, — смягчил он ситуацию. — Этот простак с детства не умеет говорить. — Ли Цинъянь тоже заинтересовался Линь Сяопан. В конце концов, до Минъяна ещё ехать, и даже если не удастся её «завербовать», время провести можно.
Линь Сяопан мягко улыбнулась. В ситуации неясной угрозы она не собиралась ссориться.
— Простите мою несдержанность, уважаемые старшие товарищи. Прошу не взыскать.
Гу Цюаньшань смущённо почесал нос и поспешно подхватил её руку в жесте вежливого отказа от поклона.
— Ничего, ничего! Слушай, девушка, ты ведь тоже едешь в пять великих сект?
Он проигнорировал презрительный взгляд Ли Цинъяня. Играть в хитрость он не умел, но и дураком не был. Лучше говорить прямо, чем вызывать ещё больше подозрений.
Линь Сяопан удивилась, бросила взгляд на двадцать с лишним подростков за его спиной и поняла.
— Старший товарищ везёт своих племянников поступать в секты?
Она чувствовала большую симпатию к этому прямолинейному Гу Цюаньшаню, чем к улыбчивому Ли Цинъяню.
Гу Цюаньшань легко кивнул:
— Да, в доме есть несколько неплохих ребят. Старейшины велели привезти их попытать удачи. У нас ещё никогда не было учеников в пяти великих сектах. Хоть во внешние ученики попасть — уже счастье!
Линь Сяопан снова улыбнулась. Как же это напоминало родителей из её прошлой жизни! Даже самая крошечная надежда — и они мечтают, чтобы их дети превзошли их самих.
— Я думаю точно так же, — коротко ответила она, но тон её стал гораздо мягче. Она внимательно осмотрела детей: даже если взрослые умеют лгать безупречно, в этом возрасте дети ещё не способны скрывать эмоции. Особенно эти — явно избалованные и защищённые, с наивной чистотой во взгляде.
Гу Цюаньшань тоже обрадовался. Он хоть и выглядел грубовато, но не был глуп. Некоторые вещи лучше не выяснять при всех. Он незаметно подмигнул племяннику Гу Лоли. Тому было четырнадцать, он обладал тройной духовной основой (металл, дерево, земля) — средние данные, но умел читать людей так, что даже глава рода хвалил его. Именно поэтому он и получил место в этой поездке, обойдя многих братьев. Уловив взгляд дяди, Гу Лоли мгновенно всё понял и незаметно повёл за собой семерых младших братьев и сестёр, окружив Линь Сяопан. Сверстники быстро завели разговор о цели путешествия, и вскоре между ними завязалась оживлённая беседа.
Гу Цюаньшань одобрительно кивнул и без колебаний ответил на многозначительный взгляд Ли Цинъяня. У него не было дурных намерений, и, в конце концов, разве девушка не рада такому общению?
Линь Сяопан была доброжелательна к этим детям — ведь по душевному возрасту она была гораздо старше их. Даже когда Гу Лоли ненавязчиво пытался выведать о ней побольше, она не возражала. В мире культивации у каждого свои секреты — кто же вправе требовать от других чистоты и прозрачности?
Умело отвечая на болтовню юношей и девушек, Линь Сяопан с удовлетворением заметила, что настороженные взгляды нескольких культиваторов постепенно смягчились. Она немного успокоилась. Вначале она сильно опасалась этой группы: ведь странно, когда культиватор стадии дитя первоэлемента так тепло общается с никому не известной девушкой стадии основания! Но теперь, поговорив с детьми, она решила: в Минъяне они расстанутся, и ей нечего бояться. В крайнем случае — просто убежит.
...
Её рукав потянули. Линь Сяопан опустила глаза на самую маленькую девочку — Гу Лоцянь. Та, восьмилетняя и пухленькая, выглядела расстроенной. Неужели она подошла к ней специально?
К такой милой малышке Линь Сяопан всегда относилась терпеливо.
— Что случилось, Лоцянь? Почему такая грустная?
Гу Лоцянь с тоской посмотрела на Дашаня, сидевшего на плече Линь Сяопан, потом на её круглое, добродушное лицо и вдруг спросила:
— Сестра Линь… Ты ведь не пришла, потому что заболела?
Линь Сяопан вздрогнула. Она никому не называла своей фамилии! Неужели она ошиблась, и эти люди действительно ищут именно её?
В мгновение ока в голове пронеслось множество мыслей, и нервы напряглись до предела. Дашань тоже незаметно напряг когти. Хотя драться внутри телепортационного массива — плохая идея, но если они действительно за ней охотятся, бояться нечего — придётся сражаться!
Веки Ли Цинъяня слегка дрогнули — он почувствовал едва уловимую угрозу. Взглянув на Гу Цюаньшаня, который явно тоже всё заметил, но делал вид, что ничего не происходит, Ли Цинъянь внутренне насторожился.
Гу Цюаньшань, однако, невозмутимо пояснил:
— Прости, юная подруга. Моя племянница просто перепутала тебя с кем-то.
— Перепутала? — Линь Сяопан усмехнулась. — С кем же она меня спутала? Я уверена, что никогда раньше не встречала вас. Как она так точно назвала мою фамилию?
Гу Лоли выглядел смущённым. Взглянув на дядю, упрямо молчавшего, он вынужден был объяснить:
— Не волнуйся, подруга по Дао. У нас недавно появилась двоюродная сестра, почти твоих лет. Из-за болезни она не смогла поехать с нами. Младшая сестра ещё маленькая и просто ошиблась. Прошу простить.
Линь Сяопан приподняла бровь:
— Скажи, пожалуйста…
Гу Лоли без колебаний ответил:
— Моя двоюродная сестра тоже фамилии Линь.
http://bllate.org/book/1760/193042
Готово:
