Глава 26
На следующее утро Бу Ли вернулся в университет и первым делом отправился в преподавательскую — на встречу со своим научным руководителем.
Профессор рассыпался в любезностях до крайности: расспрашивал об учёбе, планах на работу, личной жизни, захваливал Бу Ли так, что у того голова шла кругом. В мыслях крутилась лишь одна догадка: влияние Се Фуси поистине не знает границ.
Ближе к полудню Бу Ли сбежал из кабинета под предлогом неотложных дел.
У дверей сгрудилась толпа студентов: сокурсники, ребята с параллельных потоков, кто-то знакомый, кто-то нет. Видимо, у них раньше закончилась пара, и они прилипли к дверям ради свежих сплетен. При звуке щелчка замка перешёптывания тут же стихли, и толпа подалась назад, переглядываясь.
Бу Ли лишь состряпал дружелюбную улыбку, махнул рукой нескольким знакомым парням и вознамерился уйти.
Студенты хором повернули головы, провожая его взглядами, а за спиной зашипели пересуды:
— Это и есть Бу Ли?
— Ага, он самый.
— Да ничего особенного.
— Хех, заносчивый тип, пальцы веером.
— А что такое? Рассказывай давай!
— Помните Гу Ивэя? Они раньше не разлей вода были. Так Гу Ивэй рассказывал: этот Бу Ли возомнил себя будущей суперзвездой и внес всех знакомых в чёрный список. Ни с кем не встречается, боится, что к его славе кто-то примажется. Делиться с кем-то — да он скорее сдохнет!
— Да даже если и прославился, думает, это навсегда? Посмотрю я, сколько он продержится!
— Насчёт места в шоу вообще вопросы... Кто знает, может, через постель пролез?
— Я слышал, у него названая сестра — режиссёр на областном ТВ, как раз по развлекательным шоу. При связях бабёнка.
— О-о, тогда всё понятно, блатник.
— Да и «сестра» ли она ему вообще — тот ещё вопрос...
Наглые рожи шептались всё развязнее и грязнее. Бу Ли на полушаге резко развернулся и прищурился, явно разыскивая источника желчи.
Разговоры моментально оборвались.
Бу Ли, скользя пронзительным взглядом по лицам, шагнул назад. Атмосфера в коридоре мгновенно раскалилась.
«Чего ему надо? Разборок ищет? Ну давай, попробуй, я не из пугливых!» — пронеслось в головах у сплетников.
Сделав пару шагов, Бу Ли неожиданно сорвался на бег, проскочил мимо опешившей толпы и радостно замахал рукой кому-то в конце коридора:
— Маньмань! Я здесь!
Подружка Маньмань, услышав оклик, затормозила на месте и стремглав бросилась к Бу Ли. Светясь от радости долгожданной встречи, она с порога застрекотала:
— Бу Ли! Сколько лет, сколько зим! В южном кампусе открыли новую элитную столовую, там столько вкуснятины! Пойдём, ты меня угощаешь!
— Пошли! — от чистого сердца согласился Бу Ли, улыбаясь во весь рот.
И лишь секунду спустя до него дошло... Стоп. А с чего это он угощает?
Маньмань была той самой статисткой, с которой Бу Ли познакомился на телевидении. Она училась в том же университете, но курсом младше, на факультете медиакоммуникаций. На каникулах подрабатывала где придется и случайно попала на то же шоу, что и он. К тому же она обожала Чи Лина, так что они быстро сошлись.
Они вместе направились в столовую южного кампуса. Перерыв был в самом разгаре, студенты валили на обед толпами. Кое-кто узнал Бу Ли, вызвав волну шепотков, а самые бойкие младшекурсницы и вовсе перегородили дорогу:
— Братик, мы тебя любим! Будьте счастливы вместе!
— Чи Лина тут нет, я один! — без экивоков обрезал Бу Ли.
— А мы на тебя и пришли посмотреть! — Студентки, сцепившись локтями, прыснули со смеху.
О-о-о! В груди у Бу Ли затрепетал восторг: у него появились фанаты!
— Т-тогда... автограф дать? У меня и маркер с собой! — Он судорожно сдернул рюкзак, выудил маркер и победно взмахнул им. Полная готовность!
— Да-да! Достань для нас автограф Чи Лина! — Девчонки заходились от хохота.
— Нету у меня! — Бу Ли чуть не лопнул от досады и, не оглядываясь, крутанулся на каблуках: — До свидания!
К счастью, рядом оставалась Маньмань. Сидя в столовой над уставленным едой столом, Бу Ли смотрел на всё это великолепие с влажными глазами и с фальшивой заботой уточнял, не заказать ли ещё супчика.
— Не надо-не надо, ставить уже некуда! — Маньмань проявила скромность. Она сдвинула в кучу подносы, освобождая уголок стола, и выудила из сумочки толстую стопку открыток. Разложила их веером: тут Чи Лин один, тут Чи Лин вместе с Бу Ли... И ни единой открытки с одним только Бу Ли.
Бу Ли, ещё не разглядев подвоха, с обиженным видом надул губы, рассчитывая на сочувствие:
— Все любят только Чи Лина... Неужели я никому-никому не нравлюсь? Мне так грустно...
— Никому, — резанула Маньмань без тени жалости.
— Что?! — Бу Ли драматично схватился за сердце. — Не ожидал, что и ты предашь меня!
— Да успокойся ты, — Маньмань похлопала его по плечу и всунула в руки открытки с маркером. — Ты тут чисто инструмент, чего разбушевался? Давай подписывай, ещё пятьдесят штук осталось.
— То есть вся моя ценность сводится к тому, чтобы подделывать подпись Чи Лина? — Бу Ли расстроился ещё пуще, но пальцы уже привычным движением сдёрнули колпачок с маркера.
— Ну да, всё верно, — фальшиво улыбнулась Маньмань и выдала донельзя неискреннее напутствие: — У тебя лучше всех получается! Остальным до тебя далеко. Ты незаменим! Давай, зайка, поднажми, я в тебя верю!
Бу Ли скривился и принялся строчить автографы, бурча под нос:
— Да сколько тебе вообще надо? Я же тебе уже сотню подмахнул, не меньше! Признавайся, из-под полы толкаешь?
Маньмань грохнула ладонью по столу:
— Не городи чушь! Это всё для призов активным фанатам в беседе! Ты хоть представляешь, как тяжело нашей боевой фракции? Мы каждый день за вас отбиваемся, жалуемся на хейтеров, чистим хэштеги от пошлого арта — глаза вытекают! Забрать пару открыток — это минимальная компенсация! Без бонусов люди разбегутся, на одном энтузиазме долго не протянешь. Тебе всё равно делать нечего, да и Чи Лин на тебя не ругается, что ты его подпись копируешь. Учитывая, как он к тебе относится, ты просто обязан помогать держать фандом в узде. За твою неоценимую помощь я от лица миллионной армии фанатов говорю тебе вечное спасибо!
Бу Ли выдал сухой «хе-хе», проигнорировал весь этот пафосный бред и ударил точно в цель:
— Глаза вытекают, говоришь? А чего тогда сохранёнками телефон забит, так ещё и на обоях стоит?
— Хи-хи, — Маньмань смущённо улыбнулась и заботливо повернула к нему экран смартфона, давая рассмотреть картинку во всех подробностях.
Бу Ли мельком взглянул на экран. Из одежды там были лишь невнятные лоскуты: всё, что можно и нельзя, выставлено напоказ, оба персонажа сплелись в весьма непристойных объятиях... Но надо признать, нарисовано здорово. Особо удался характер — схвачен с поразительной точностью.
Бу Ли хлопал ресницами и невольно мысленно подставил на место арт-персонажей реальные лица...
Упс. Щёки мгновенно вспыхнули.
— У меня есть ещё горячее, показать? Показать? — загорелась Маньмань с интонациями подпольного торговца порнографией.
— Не надо! Убери! — Бу Ли зажмурился и для приличия прикрыл лицо ладонями, а сам стал подглядывать сквозь щели между пальцев.
Маньмань открыла галерею и принялась листать. Кадр за кадром — сплошное 18+, картинки с текстом, чистейшая клубничка высшей пробы.
Бу Ли отложил маркер и скромно отмерил пальцами пару сантиметров:
— Вообще-то... ну... там же больше.
Маньмань застыла:
— Что-о-о???
— Эм-м... грудные мышцы, я про них, — Бу Ли спрятал лицо в ладонях, в темпе доставил последние автографы и с пунцовыми щеками перевёл тему: — Давай кушать, остынет всё!
Наевшись до отвала, Маньмань бережно упаковала открытки и договорилась с Бу Ли о следующей встрече по необходимости. Бу Ли дал согласие почти со слезами на глазах.
— Было так вкусно, я наелась от души! Ты просто душка! — пылко поблагодарила его Маньмань и уточнила: — У меня сейчас пара. А ты куда? Домой?
— Ещё рано. Пойду в рощу, покормлю котов, — ответил Бу Ли.
Роща неподалёку от библиотеки славилась как главное пристанище бездомных котов в кампусе. Бу Ли в студенческие годы часто приходил сюда с кормом и завязал дружбу со всей местной оравой.
— Котов кормить? Делать тебе нечего. Занимался бы лучше делом — дал бы нам пару сочных кадров для фандома! — фыркнула Маньмань.
Бу Ли лишь беспечно качнул головой:
— Настоящие мужики обожают котиков. Каноничный дуэт!
Говорят же, что у настоящего брутального парня обязателен кот. Разве у такого альфы, как он, может не быть кота?
— Брутальный? Ты-то? Скорее уж типичный гей с котиком, — Маньмань допила газировку, наградила его испепеляющим взглядом и ускакала на занятия.
Бу Ли действительно собирался в рощу, однако промолчал о главном.
В прошлый раз именно в этот день Гу Ивэй, уже получивший диплом, неожиданно явился в университет и позвал его пообедать. Бу Ли тогда с радостью согласился.
Они встретились у библиотеки, и по пути через рощу им буквально под ноги вывалился крошечный котёнок.
Малыш был совсем мал — молочные зубы толком не прорезались. Он сидел вялый, в соплях и слезах, непрерывно дрожал и чихал — явные признаки тяжелой болезни.
Гу Ивэй скривился от отвращения и пошёл бы дальше, но Бу Ли защемило сердце. Какой уж тут обед — он настоял на том, чтобы немедленно отнести котёнка к ветеринару.
В клинике неподалёку врач диагностировал запущенную инфекцию верхних дыхательных путей — ринотрахеит. Состояние было критическим, с высоким риском летального исхода, а лечение выливалось в кругленькую сумму, весьма ощутимую для студенческого кошелька.
В прошлой жизни Бу Ли занял денег у Гу Ивэя и больше месяца таскался с котёнком по ветеринарным клиникам. Бесконечные процедуры, уколы, эмоциональные качели от надежды к отчаянию — выкарабкался, ухудшение, реанимация, снова пошёл на поправку... В конце концов малыша удалось вытащить с того света. Радость, впрочем, длилась недолго: спустя пару дней глупый и любопытный котёнок слизал из открытого ящика стола канцелярскую скрепку и снова угодил на операционный стол.
На этот раз инородное тело застряло слишком глубоко, а время было упущено — врачи лишь бессильно развели руками.
Бу Ли забрал малыша домой. Котёнок сжимался в комок и больно выгибал спинку; Бу Ли едва смел коснуться его, лишь тихонько гладил по крошечной головке, пытаясь успокоить, пока жалобное пищание не утихло навсегда. Тогда Бу Ли впервые узнал, каково это — вернуть обречённое и тут же потерять его вновь.
На душе было нестерпимо паршиво. Это чувство не походило на детские слёзы от разбитых коленей, не сравнивалось с обидой от нагоняя за плохие оценки или насмешек одноклассников. На этот раз он столкнулся с полным, абсолютным бессилием.
И если второе рождение даровано ему именно для того, чтобы осознать ошибки и исправить прошлые грехи, то он обязан вернуться в ту рощу и забрать котёнка.
Бу Ли отчётливо помнил этот день — именно сегодня в университете проходила скромная встреча выпускников по случаю стодвадцатилетия со дня рождения основателя. Хоть сам он к торжеству отношения не имел, весь кампус увешали пёстрыми транспарантами, и эта деталь навечно въелась в память. Как и всё то, что последовало дальше.
Когда котёнка не стало, Бу Ли набрал Гу Ивэю, сухо пересказал трагедию и пообещал вернуть долг за лечение при первой же возможности.
Бу Ли изо всех сил старался скрыть разрывающую тоску, делая вид, что всё в порядке, но Гу Ивэй раскусил его с полуслова.
Он не просто отказался от денег — тем же вечером приехал к нему в уличную забегаловку, сидел рядом, успокаивал и лечил душевные раны.
— Не убивайся так. Вот прославлюсь, разбогатею — и подарю тебе породистого вислоухого шотландца. Такой милаха будет! — говаривал Гу Ивэй.
А Бу Ли тогда, помнится, с открытым ртом заглядывал ему в глаза:
— Ты такой красивый и талантливый, ты обязательно станешь звездой!
Гу Ивэй лишь сдержанно ухмылялся, качая головой, будто не разделял его наивного восторга.
— Если уж ты не пробьёшься, то кто тогда? — искренне недоумевал Бу Ли.
— Нужны связи. Нужно, чтобы тебя заметили правильные люди, — с горькой ухмылкой вздыхал Гу Ивэй. — Ты ещё студент, Бу Ли, многого не понимаешь. В шоу-бизнесе благосклонность покровителей ценится куда выше любого таланта.
А дальше... Подсекая его на наживку тонких манипуляций, Гу Ивэй без труда выудил контакты Се Фуси. Бу Ли сам, добровольно, пообещал свести их, как только Се Фуси снова заглянет в кампус.
Бу Ли долго ждал. Ждал, пока Гу Ивэй дебютирует, взлетит на вершину и станет кумиром миллионов. Вот только обещанный котёнок так и не появился, да и сам Бу Ли остался у разбитого корыта — в полном одиночестве.
Сотни раз он думал: «Да бог с ним, накоплю и сам куплю».
От мысли о кошке он отказался, но отказаться от Гу Ивэя тогда не сумел.
Лишь годы спустя, когда слепая пелена окончательно спала, Бу Ли заставил себя спуститься с небес на землю. Он мечтал лишь об одном: выкарабкаться из дерьма, завести кота и жить в тишине и покое. Эта маленькая мечта хоть как-то давала силы дышать.
Однажды, проходя мимо зоомагазина, он залюбовался котёнком в витрине и невзначай спросил про вислоухих. Хозяин лавки, ярый кошатник, тут же обрушил на него шквал праведного гнева. И только тогда Бу Ли узнал, что никакая это не элитная порода, а жертвы уродливых мутаций, которых жадные заводчики плодят ради наживы, обрекая животных на мучительные болезни суставов.
Точь-в-точь как Гу Ивэй.
Вот только животные ни в чём не виноваты. А Гу Ивэй... Гу Ивэй влезал в эту петлю совершенно добровольно.
Засунув руки в карманы, Бу Ли неспешно брёл по аллее, погружённый в воспоминания. Впереди уже замаячил остроконечный шпиль библиотеки.
Он остановился, переводя взгляд на темнеющий массив рощи.
И засомневался.
А что, если не вмешиваться? Вдруг без его уколов и лекарств малыш справился бы сам? Вдруг бесконечная беготня по ветеринарам и стресс лишь подорвали его иммунитет, вызвав рецидив? Или его подберёт другой добросердечный человек, вылечит, выходит и подарит счастливую жизнь?
Эти мысли въедались в мозг. Насколько оправданно лезть со своим опытом прошлой жизни? Разве можно гарантировать, что на этот раз трагедия не повторится? Он сам-то перебивается с хлеба на воду, какое право он имеет брать ответственность за чужую жизнь?
Что станет для кота истинным спасением?
Бу Ли досадно взъерошил затылок. Второе рождение оказалось вовсе не сказкой.
Оно принесло лишь ворох сомнений, заставляя ступать как по тонкому льду, взвешивать каждый шаг и вечно колебаться.
Раньше он был другим — простым, импульсивным, верившим в лучшее. Пусть наивным и дураковатым, зато искренним.
Но самое паршивое — судьбу, похоже, не переломить. Что должно случиться, то случится, сколько ни дёргайся.
Бу Ли тяжело вздохнул, ещё немного поколебался, но всё же шагнул в сторону рощи.
Вооружившись пакетом корма и сушёной рыбки, он с полчаса плутал между деревьями, но не встретил не то что пушистого подкидыша — вообще ни единого усатого обитателя.
Выбившись из сил, Бу Ли опустился на корточки и, изо всех сил изображая сородича, принялся на все лады мяукать на весь лес. Котёнка он не приманил, зато накликнул незваного гостя.
— Ты чего тут делаешь? Кота ищешь?
Знакомый голос за спиной отозвался в голове глухим взрывом. Бу Ли рефлекторно обернулся — и оцепенел.
Гу Ивэй.
Это был Гу Ивэй.
Надо признать, Гу Ивэй был хорош собой: высокий, статный, умеющий быть и заботливым добряком, и роковым соблазнителем. Единственное отличие от классических «миленьких» айдольских мордашек вроде той, что досталась Бу Ли, заключалось в более мужественных, резких чертах лица. Впрочем, эта суровость в будущем сыграла ему только на руку, облегчив переход из идолов в серьёзные актёры.
Когда-то Бу Ли считал его своим идеалом. Ровно до тех пор, пока не встретил Чи Лина.
И дело даже не в том, что Бу Ли завидовал его внешности — Чи Лин действительно выглядел чересчур утончённо, почти женственно, хотя его ледяное высокомерие мгновенно сбивало всю спесь с этих разговоров (Бу Ли понимал, что сам бы такую ауру никогда не вытянул). Просто инопланетная красота Чи Лина подняла планку эстетического восприятия Бу Ли на недосягаемую высоту. И прошлый «идеал» на его фоне мгновенно поблёк.
Чи Лин устроил Гу Ивэю абсолютную ментальную аннигиляцию. Пожалуй, это определение подходило лучше всего.
Это можно сравнить со встречей с настоящим, отпетым злодеем: мелкие пакости остальных на его фоне кажутся детским лепетом. Вот и Бу Ли испытывал нечто подобное.
Оставаться с Гу Ивэем один на один было настолько тошнотворно, что он с большей радостью сбежал бы к Чи Лину.
Гу Ивэй же, видя молчание Бу Ли, списал всё на привычную реакцию: парень просто обомлел от счастья и потерял дар речи.
Он мягко улыбнулся, придавая лицу максимум теплоты и дружелюбия:
— Давно не виделись. Как ты? Что тебя привело в университет?
Бу Ли молчал, лишь сильнее поджав губы. «Ты сам-то почти год как выпустился, чего припёрся? Это я должен спрашивать!» — крутилось в голове.
Нездоровая холодность Бу Ли заставила маску Гу Ивэя на секунду дрогнуть, но он тут же взял себя в руки. Опустив взгляд, он заметил у него в руках зажатый пакет с лакомством и сухим кормом. Глаза Гу Ивэя вспыхнули: вот он, идеальный повод завязать разговор!
— Надо же! Ты ищешь кота, а этот малыш сам ко мне пришёл. Какое совпадение!
Гу Ивэй протянул руки. В его широких ладонях ютился крошечный рыжий котёнок — плешивый, худой как щепка, явно страдающий от истощения. Оказавшись в воздухе, малыш напугался и жалко, прерывисто замяукал, то и дело затихая от слабости.
Бу Ли обомлел, а затем его взгляд мгновенно ожесточился.
Это был его котёнок!
Бу Ли было не до размышлений о том, какими судьбами Гу Ивэй оказался здесь. Если уж на то пошло, в прошлой жизни котёнок точно так же сначала ткнулся носом в Гу Ивэя. Ещё одно доказательство неизбежности рока.
Бу Ли поднялся на ноги и наконец выцедил:
— Он болен.
— Да, я тоже заметил, — Гу Ивэй кивнул и, сделав шаг ближе, продемонстрировал находку. — Глазки загноились, отёкшие, сопли текут... Похоже на сильное воспаление. Выглядит паршиво.
Бу Ли настороженно отступил на шаг и, помешкав, протянул руки:
— Отдай его мне. Я отнесу его в клинику.
Гу Ивэй, мгновенно срисовав его волнение, ловко увёл руку в сторону и поднял котёнка повыше, будто рассматривая:
— Тебе не кажется, что он вылитый Диу-диу? И окрас, и полоски один в один. Может, это вообще его сынок? Помнишь, когда Диу-диу только появился, он был совсем крохой, с ладонь размером? Души в тебе не чаял, да и ты от него не отходил. Даже имя ему своё дал — Диу-диу. Я ведь прав?
«Прав», — мысленно отозвался Бу Ли.
Из всей местной оравы Диу-диу был самым ласковым, а к Бу Ли так и вовсе привязался намертво: нередко даже увязывался за ним на пары. За это парень и удостоил его чести носить своё детское прозвище, да и вкусняшек отсыпал вдвое больше, чем остальным.
А потом Диу-диу исчез. То ли убежал, то ли сдох — до самого выпуска никто его так и не видел. Бу Ли долго тосковал по другу. И именно из-за сходства с Диу-диу он тогда, в прошлой жизни, вопреки всему решил выходить этого дохленького заморыша.
Диу-диу отличался редкой сообразительностью. С ним постоянно случались какие-нибудь забавные истории, а однажды их с Бу Ли даже упомянули в официальном блоге университета. Бу Ли часто выкладывал фотографии питомца в Вэйбо, где собралась приличная аудитория. Вот только Гу Ивэй никогда не ставил лайков и ни разу не обмолвился о коте в разговорах. Зато теперь, когда потребовалось, расписывал всё в самых ярких красках.
Гу Ивэй всегда оставался верен себе: наметив цель, он пролезал без мыла в любую щель, плетя интриги так искусно, что уберечься не было никаких шансов.
Раньше Бу Ли замирал бы от счастья от столь внезапного внимания. Теперь же...
К горлу подкатила тошнота.
Гу Ивэй мгновенно уловил эту перемену и обеспокоенно нахмурился:
— Что с тобой? Неважно себя чувствуешь? Проголодался? Может, сходим перекусим?
Приступы тошноты на голодный желудок и правда были старой болячкой Бу Ли.
— Я ел, — упрямо ответил он. — Отдай кота. Ему нужна помощь врача.
— Успеется, — качнул головой Гу Ивэй. — На тебе лица нет. Давай зайдём в кофейню за воротами, выпьешь чего-нибудь горячего, отдохнёшь, а потом я вместе с тобой отвезу его к ветеринару. Договорились?
Котёнок едва дышит, а тот зовёт гонять чаи.
И дело, разумеется, вовсе не в кофе — просто старшекурснику нужен повод для разговора.
Бу Ли поднял глаза и пристально посмотрел на него.
В прошлой жизни Ивэй брезговал даже прикоснуться к дворовому коту, а тут вцепился и не выпускает из рук — вот уж воистину великий подвиг.
Питомец для него — пустой звук.
Да что там кот — сам Бу Ли для него ничего не стоил.
На душе стало тошнотворно-смешно. До Бу Ли только сейчас дошло: в последние дни вся страна обсуждала его связь с Чи Лином, и Гу Ивэй просто не мог быть не в курсе. Наверняка старшекурсник давно обнаружил, что попал в чёрный список, но гордость не позволяла признаться в этом прямо. Сгорая от желания выйти на связь, он явился сюда, случайно наткнулся на котёнка, похожего на Диу-диу, и мгновенно превратил несчастное животное в козырную карту. Кот стал предлогом, чтобы заново втереться в доверие — изящно, без единого шва. Каков размах!
И эта «случайная» встреча в роще наверняка была спланирована. Бу Ли прекрасно знал, насколько обширны связи Ивэя — одних только студенческих чатов немерено. Сегодня тот припёрся в университет вместе с Маньмань и на каждом углу мозолил глаза, так что выяснить, где находится Бу Ли, для него не составило труда.
Бу Ли мотнул головой, прогоняя лишние мысли. Общаться с этим человеком не хотелось категорически. Сделав незаметный шаг назад, он наметил траекторию и приготовился просто вырвать котёнка из чужих рук.
В кармане зазвенел телефон.
Досадуя на невольную помеху, Бу Ли достал мобильник. Это был не звонок, а сообщение с незнакомого номера. Содержание озадачивало:
«Южные ворота. Две минуты».
Что за бред?
Бу Ли оглянулся на южные ворота кампуса — от библиотеки до них было рукой подать, от силы метров пятьдесят.
Его что, по геолокации отслеживают? Опять какой-то чересчур активный фанат? Впрочем, идеальные знаки препинания и сухой, ледяной тон послания отнюдь не вязались с поведением безумного преследователя.
Пока Бу Ли ломал голову, телефон ожил снова — на этот раз вызов.
На экране высветилось имя Се Фуси.
Лицо Бу Ли скисло. Однако, бросив взгляд на стоящего рядом Гу Ивэя, он моментально взвесил все «за» и «против» и прижал трубку к уху.
— Алло? — вежливо начал он.
— Ты же возле южных ворот? — сразу перешла к делу Се Фуси. — Я рядом. Буду через две минуты, надо поговорить.
— Отлично! Уже бегу! — с готовностью выпалил Бу Ли. Он хотел сказать что-то ещё, но в ответ раздались короткие гудки.
Конечно! Когда её не просишь, липнет как банный лист, а стоит появиться нужде — сбрасывает звонок! Бу Ли убрал телефон в карман, про себя кляня весь этот мир: одни кругом проходимцы!
Гу Ивэй наконец опустил котёнка и со значением посмотрел на юношу:
— У тебя дела? Кто звонил?
— Мой босс, — соврал Бу Ли не моргнув глазом.
— Босс?.. Это... — Ивэй запнулся, явно пытаясь подловить момент.
Бу Ли ненадолго замолчал, и тут в нём проснулась нездоровая жажда пакости.
— Чи Лин? Да нет, — качнул головой Бу Ли, скопировав то самое глубокомысленное выражение лица, которым так любил щеголять Гу Ивэй. — Чи Лин — просто мой напарник. А вот настоящий мой босс — Си Цю.
Гу Ивэй растерянно моргнул:
— Э-э... кто?
— Слыхал про «Сижуй Холдинг»? Входит в топ-500 мировых гигантов. Транснациональная корпорация, занимается вообще всем: финансы, недвижимость, логистика, внешняя торговля... Так вот, её основатель, председатель совета директоров и генеральный директор — Си Цю.
Первую часть фразы Бу Ли заучил прямо из энциклопедии, а вторую выдал со слов Чи Лина. Эффект превзошёл все ожидания: лицо Гу Ивэя вытянулось.
Его зрачки сузились, а глаза расширились от шока. Удар попал точно в цель.
Бу Ли хотелось расхохотаться, но на душе было слишком мутно.
Гу Ивэй оцепенел, тщетно пытаясь уложить в голове размах покровителей Бу Ли.
— «Сижуй»? Откуда там «Сижуй»? Они же никогда не занимались кино и шоу-бизнесом... Неужели корпорация решила зайти в медиасферу?
— Всё сложно, в двух словах не объяснишь, — выдавил фальшивую улыбку Бу Ли и, потыкав пальцем в экран телефона, продолжил забивать гвозди: — Мне пора. Босс ждёт, уже заждался обедать.
— Н-но ты же только что сказал, что не голоден... — забормотал Ивэй, всё ещё пребывая в ступоре от новости.
— Ну, тогда можно просто выпить кофе, — отрезал Бу Ли его же собственным аргументом.
Гу Ивэй попёрхнулся словом.
Ловя момент, Бу Ли одним молниеносным движением вырвал котёнка из рук обомлевшего старшекурсника и припустил к южным воротам. На бегу он расстёгнул куртку, бережно засунул малыша за пазуху и мгновенно застегнул молнию до самого подбородка.
Прижимая к себе мяукающий свёрток, он нёсся во весь дух.
Никогда ещё в жизни Бу Ли так пылко не молился о появлении Се Фуси.
«Милая Си-си, спасай, выручай скорее!»
Словно услышав его мысленный вопль, через арку ворот плавно проехала чёрная представительская машина с удлинённым кузовом. Автомобиль без задержек преодолел разделявшее их расстояние и мягко замер прямо перед Бу Ли.
Дверь с тихим шелестом отъехала в сторону. В глубоком кожаном кресле восседала Се Фуси, встречая его снисходительно-тёплым взглядом.
— Я здесь, здесь! Едем быстрее! — сияя улыбкой, будто встретил родную мать, завопил Бу Ли и рванулся в салон, точно унося ноги от чудовища.
Однако едва он засунул голову в салон, как обомлел: в глубине машины восседал ещё один пассажир, которого с улицы просто не было видно.
— Заходи, — раздался повелительный голос.
Си Цю был при полном параде: безупречный костюм, ледяной, не сулящий ничего хорошего взгляд. От его тона температура в салоне мгновенно упала ниже нуля.
Бу Ли аж дух перехватило. Занесённая было нога так и застыла в воздухе.
Поговорить же хотела Се Фуси! Откуда здесь взялся Си Цю?! Неужели и то странное сообщение прислал он? Неужто небеса решили мгновенно покарать за дерзкую ложь?! Он же соврал про босса просто к слову, он вовсе не горел желанием встречаться с председателем Си!
При воспоминании об их последней — мягко говоря, напряжённой — встрече у Бу Ли зачесался затылок от накатившего страха. Не успел он опомниться, как ноги сами понесли его назад, прочь от дверцы. Отступая, он спиной наскочил на кого-то.
Бу Ли обернулся с готовым извинением — и оцепенел.
За спиной стоял Гу Ивэй. Тот заботливо подхватил его под локти, закрывая собой от дороги, и нежно прошептал:
— Осторожно.
Бу Ли даже слов не нашёл. Увязался-таки след в след! Какая бесстыдная рожа!
Впрочем, Ивэй всегда был таким — просто раньше розовые очки первой любви мешали разглядеть его истинную натуру.
Сцепив зубы, Бу Ли вырвался из чужих объятий и, пересиливая себя, вновь подался ближе к машине.
Промедление явственно вызвало глухое раздражение Си Цю. Сдвинув брови, тот смерил юношу ледяным взглядом:
— Садись.
Се Фуси тоже наклонилась к дверному проёму. Её скользящий взор мимоходом зацепил Гу Ивэя, но, не найдя в том ничего примечательного, сразу переключился на Бу Ли. На её лице вновь заиграла приветливая улыбка:
— Заходи, заходи, в машине поболтаем.
— Угу, — смиренно пробормотал Бу Ли и влез в салон.
Дверь отъехала назад, наотмашь пресекая попытку Гу Ивэя состряпать вежливую мину и завязать знакомство.
Представительский автомобиль развернулся и, обдав его выхлопными газами, умчался прочь, даже не заметив стоящего у дороги человека — словно тот был лишь пустым местом.
Это ощущение унизительной беспомощности показалось Гу Ивэю странно знакомым.
На что это было похоже? На Бу Ли, который за одну ночь превратился в холодного чужака и игнорировал все его звонки; и на этого неизвестного в машине — человека явно непростого, который даже взглядом не удостоил его.
Гу Ивэй сжал кулаки так, что побелели костяшки, и ещё долго стоял на месте, потемневшим, тяжёлым взглядом провожая исчезающий за поворотом автомобиль.
Оказавшись в салоне, Бу Ли с невольным изумлением воззрился на Се Фуси.
То, что она даже не взглянула на Гу Ивэя, стало для него полной неожиданностью.
Впрочем, догадаться о причинах было не так уж сложно.
Ну еще бы! Вдоволь налюбовавшись на породистую красоту Чи Лина, на прочих мужиков она теперь смотрит как на пустое место. Не заставь Чи Лин использовать его в качестве живого щита, она, надо думать, давно потеряла бы к нему всякий интерес!
Подперев подбородок ладонью, Бу Ли вздохнул: Бог его знает, благословением или проклятием стала для него встреча с Чи Лином в этой жизни.
У самых ворот машина сбавила ход: дежурный охранник шагнул навстречу для привычной проверки. Однако водитель лишь просунул в окно какое-то удостоверение, и автомобиль беспрепятственно покинул территорию.
Только тут Бу Ли сообразил, что дело нечисто.
Пусть Академия драмы Цзиньнань и считалась творческим вузом, дисциплина там царила суровая: въезд частным автомобилям на территорию был строго воспрещён.
Пригнувшись к самому уху Се Фуси, Бу Ли прикрыл рот ладонью и еле слышно прошептал:
— Вы что, прямо по территории на личной машине катаетесь?!
Поскольку звонила именно Се Фуси, юноша решил, будто та просто напросилась к Си Цю в попутчики. Сам же хозяин авто излучал столь давящую, непомерную ауру, что не замечать его было мукой. При этом господин председатель хранил гробовое молчание и изо всех сил изображал монументальное величие. Бу Ли растерялся: то ли здороваться, то ли делать вид, что никого нет, и в итоге решил просто ослепнуть на один глаз, принимая Си Цю за пустой звук.
Си Цю сухо кашлянул.
Се Фуси откашлялась и изящно улыбнулась:
— Пусть господин Си и не учился в вашем заведении, однако больше половины ваших учебных корпусов возведены на его пожертвования. Сегодня отмечается стодвадцатилетие со дня рождения господина Мо. Руководство академии устроило торжественный вечер и пригласило почетных гостей. Разумеется, генеральный директор Си не мог обойти это событие вниманием.
Се Фуси ответила вроде бы не на вопрос, но Бу Ли все понял без лишних слов.
Отбахать университету столько корпусов! Наверняка он и стипендиальные фонды золотом засыпал. Подумаешь, прокатился на личной машине по аллеям! Богатство открывает любые двери. Денежные тузы вообще могут вытворять что душа пожелает: да хоть по газонам гоняй, хоть в жилой корпус заезжай и круги по коридорам нарезай!
Бу Ли воззрился на Се Фуси с искренним восхищением. Вот это школа! И статус шефа подчеркнула без тени бахвальства, и причину его появления в стенах академии объяснила — ювелирная работа, комар носа не подточит. Ему до такого дипломатического искусства расти и расти.
Но все же...
— А что, встречу выпускников уже закончили? — поинтересовался он.
— Да нет, — покачала головой Се Фуси. — Господину Си стало скучно. А узнав, что ты где-то неподалеку, он...
Си Цю снова покашлял.
Се Фуси мгновенно замолчала.
Вот что значит высшая лига — понимает шефа с полувзгляда. Бу Ли мысленно поаплодировал ее сообразительности, хотя в душе все еще недоумевал: отчего каждому встречному известно, где именно он находится?
Сложив руки на груди, Се Фуси с тонкой ухмылкой взглянула на юношу:
— Ти-И. Сокращение от Talk Everywhere. Мессенджер нового поколения, свежая разработка технологического крыла Группы Сижуй. Главный козырь — связь в любую секунду, а передача геопозиции в реальном времени — одна из ключевых функций.
«Она что, мысли читает?» — Бу Ли с трудом удержал отвалившуюся челюсть.
Название «Ти-И» показалось знакомым. Ах да, на его новом телефоне точно стояло такое приложение! Он еще спрашивал Чи Лина, что за штука, а увидав, что тот сам им пользуется, за компанию зарегистрировал аккаунт. Зашел, огляделся, сдуру позволил Чи Лину затащить себя в какой-то дурацкий групповой чат, да и благополучно забыл про программу.
Стоп. Talk Everywhere? Это же буквально «Трепись где попало»! Какое там «общение без границ» — приложение просто на весь свет раструбило, где он шляется! И ведь не поспоришь, название отражает суть на все сто.
Проглотив обиду, Бу Ли вытащил телефон и решительно снес мозоливший глаза значок «Ти-И». А чтобы впредь не попадать в подобные ловушки, от греха подальше зачистил память смартфона от всех незнакомых программ.
В салоне воцарилась звенящая тишина.
Пассажиры молча переглядывались.
Сорвали с места, усадили в машину — и ни слова о деловых планах. Бу Ли уткнулся взглядом в собственные пальцы, откровенно не зная, куда себя деть от неловкости.
Котенку за пазухой, видно, тоже стало душно, и он недовольно пискнул.
Си Цю вскинул голову, и его лицо мгновенно исказилось:
— Что ты тащишь в салон?!
— Э-э... — Бу Ли смущенно почесал щеку и расстегнул куртку. На свет божий высунулась усатая мордочка. Заискивающе подавшись вперед, юноша пролепетал: — Это киса...
Лицо Си Цю перекосило. На протяжении добрых тридцати секунд он завороженно, с ужасом взирал на пушистый свёрток в руках Бу Ли, как вдруг его нос дернулся, и председатель оглушительно чихнул.
А за первым залпом последовал второй, третий — канонаду было уже не остановить.
Се Фуси окончательно потеряла самообладание. Бесцеремонно задвинув Бу Ли в самый дальний угол, она принялась судорожно суетиться: одной рукой сунула Си Цю бумажные салфетки, другой поливала воздух нейтрализатором запахов, параллельно пытаясь выудить из сумочки антигистаминное. Ей явственно не хватало третьей пары рук.
В мгновение ока салон превратился в сумасшедший дом.
Зажав нос и плевав на опрокинутый стакан с водой и упавший ноутбук, Си Цю окончательно утратил аристократический лоск. Тыча пальцем в сторону Бу Ли, он заорал во все горло, обращаясь к сидевшим впереди водителю и телохранителю:
— Тормози! Тормози, я кому говорю?! Вышвырните его! Живо... А-пчхи! Вы... а-пчхи-и! Выставьте его прочь!
Спустя минуту Бу Ли застыл на обочине с котёнком в охапке, хлопками хлопая глазами.
Лимузин никуда не уехал — он замер прямо подле него.
Юноша не понимал, разрешено ли ему отвалить. Котёнку требовался ветеринар, однако сбежать прямо сейчас казалось чреватым еще большими неприятностями. Поразмыслив, он решил переждать бурю на месте.
Ожидание растянулось минут на двадцать.
Наконец телефон коротко пискнул: в «Вейсине» висело приглашение в друзья от пользователя с ником Sea. Источник — рекомендация контакта.
«Sea»? Море? Си?
Пока Бу Ли ломал голову над англицизмами, из-за тонированного стекла раздался торопливый, глухой стук: Си Цю явно терял терпение.
Опомнившись, Бу Ли торопливо принял запрос, первым делом загнав нового знакомого в изолированную группу с доступом «только переписка».
С той стороны тут же прилетело голосовое сообщение:
«Буду краток».
Бу Ли перевел взгляд с экрана на наглухо затонированное стекло.
Потом снова на экран. И опять на непроницаемое черное стекло.
Припереться через весь город к учебному корпусу, устроить помпезный захват с затаскиванием в роскошное авто — ровно так, будто решается судьба многомиллиардного контракта, — а в итоге выставить на обочину и общаться голосовухами через закрытую дверь?! Что это вообще за сдвинутый на всю голову олигарх?! У него что, соображалка набекрень?!
Бу Ли не знал, плакать ему или смеяться. В голове сами собой всплывали дикие и одновременно потешные звуковые ассоциации: звон падающих столовых приборов, сдавленный рвотный позыв, шум льющейся воды...
Хотя, наверное, душевная болезнь тут ни при чем — обычная клиническая мизофобия.
От этой мысли стало совсем весело: кажется, юноша наконец осознал, какое искреннее удовольствие испытывал Чи Лин, когда издевался над этим индюком.
Однако господин Си пришел в явное неодобрение. Впервые в жизни собеседник не выстрочил ответ в ту же секунду, что не на шутку его уязвило.
За закрытым окном снова раздалось нетерпеливое «тук-тук» — эка невидаль, он еще и торопит! Подавив смешок, Бу Ли покорно отстучал:
«Да-да, я слушаю, говорите».
«У меня аллергия на кошек», — прозвучал сухой голос в колонке.
«Ой, да ничего страшного! У меня вообще хронический ринит, я давно привык, дело житейское».
Юноша искренне полагал, будто сгладил неловкость и поддержал разговор, а сам про себя усмехался: «Я в машине полдороги проехал! Ты чихать начал только тогда, когда своими глазами кота увидал. Это же чистой воды психосоматика! При чем тут вообще животное? Бедный котейка, совершенно ни за что пострадал!»
Поглаживая шерстку сквозь ткань куртки, Бу Ли смиренно ждал новых указаний от высокого руководства.
«Я...»
Запись длилась целых тридцать секунд, однако, кроме одинокого «я» в самом начале, в ней не было ровным счетом ничего — одна сплошная тишина.
«Что за тайны мадридского двора? Неужто слова в горле застряли?» — недоумевал Бу Ли. Зажав микрофон, он отправил короткое:
«А?»
Ответа не последовало.
Спустя пару минут дверца машины снова отъехала в сторону. Из салона с треском выставили человека, после чего створка мгновенно схлопнулась.
Си Цю выдворил и Се Фуси.
Звездная мадам-менеджер выглядела абсолютно нелепо, от былого лоска и величия не осталось и следа. С лицом цвета грозовой тучи она судорожно оправила измятый костюм и, не выдержав, отвесила наглухо закрытому окну сочный, откровенный вираж глазами.
У Бу Ли свело челюсть. Зажав лоб ладонью, он судорожно пытался вернуть контрольную мину на лицо.
Держаться, только держаться! Хохотать во весь голос сейчас смертельно опасно!
Се Фуси тоже сражалась с закипающим гневом. Сложив руки на груди, она тяжело вздохнула раз-другой и наконец вернула себе привычный хладнокровный вид.
— Так зачем ты меня искала? — перешел сразу к делу Бу Ли.
— По поводу сотрудничества, — коротко отрезала Се Фуси.
— А... — Юноша выразительно кивнул на темное стекло, без слов спрашивая: раз речь о работе, с какого перепуга с тобой приперлась эта сиятельная особа?
Причину визита Се Фуси Бу Ли прекрасно понимал и без подсказок — ничего, кроме совместных проектов, их связывать не могло. Однако участие Си Цю превратило банальную деловую встречу в какой-то абсурдный фарс.
Сама Се Фуси, впрочем, явно не рассчитывала на подобный поворот, отчего выглядела еще более угрюмой.
Тем не менее дело требовало завершения.
— Я приехала по поручению господина Си. Поскольку вы оба оказались на территории Академии драмы Цзиньнань, он изъявил желание переговорить лично. Но теперь... — Се Фуси пожала плечами и наградила Бу Ли красноречивым взглядом. Юноша сочувственно и понимающе кивнул.
— Господин Си рассчитывает, что ты станешь добрее к господину Чи, — продолжила Се Фуси.
— О-о-о! — Бу Ли хлопнул в ладоши, и его глаза округлились, словно перед ним распахнулись врата в иной мир.
Пусть юноша понятия не имел, в чем именно провинился, факт оставался фактом: Чи Лин расстроился. Об этом гудел весь интернет, и Си Цю просто не мог пройти мимо. Бывший жених, с которым расторгли помолвку, но сохранили деловые связи, узнает, что у экс-возлюбленного разлад на работе, и за его спиной мчится выкорчевывать корень проблем... Какая шекспировская драма! Какая глубокая, надрывная страсть! М-да, пикантно, ничего не скажешь!
Се Фуси с молчаливым умилением наблюдала за тем, как на лице Бу Ли сменяются эмоции. Выждав, пока буйная фантазия собеседника сделает круг, она тихо и с подвохом произнесла:
— Ты, часом, каких-то слухов не обчитался?
http://bllate.org/book/17508/1659367
Готово: