Перед дверями нас встретила высокая ведьма в изумрудно-зелёной мантии. Она, с плотно сжатыми губами и суровым взглядом, не оставляла сомнений: перед нами человек крайне строгий и дисциплинированный.
— Профессор Макгонагалл, первокурсники прибыли, — отрапортовал Хагрид.
— Благодарю, Хагрид. Дальше я сама.
Она распахнула двери, и мы последовали за ней. Из-за правых дверей доносился гул сотен голосов — должно быть, остальные ученики уже собрались, — но профессор отвела нас в небольшую пустую комнатку в другом конце холла. До начала церемонии распределения оставались считаные минуты.
— Интересно, как они поймут, на какой факультет нас отправить? — донёсся до меня шёпот Гарри и Рона.
— Наверное, устроят какое-то испытание, — предположил Рон. — Фред говорил, что это очень больно, но, по-моему, он просто набивал себе цену.
«Больно? Вряд ли», — подумал я, и я чуть натянуто улыбнулся при мысли о Распределяющей шляпе, чей голос скрежетал по нервам, точно гвоздь по стеклу.
— Не волнуйтесь, вас точно возьмут в Гриффиндор! — раздался за спиной визгливый голос. — Туда гребут всех без разбору!
Это был Драко — он умудрился протиснуться прямо к нам. Он коротко взглянул на меня холодными серыми глазами.
— И ты тоже, полукровка. Твоё место в Хаффлпаффе.
Рон густо покраснел:
— Уж лучше Хаффлпафф, чем Слизерин, маленький Пожиратель!
Драко побледнел ещё сильнее:
— Да что ты понимаешь, рыжая крыса!
Этот ребёнок... вспыльчив и несдержан, в нём нет и следа аристократического достоинства. Чему только его учит Люциус? Несмотря на наши не слишком дружелюбные встречи, я всё же испытывал к Драко некое подобие симпатии. Я помнил его годовалым младенцем — тогда он смотрел на мир чисто и ясно, без тени корысти или злобы. Пожалуй, это был единственный взгляд, лишённый страха или подобострастия, который мне довелось встретить после превращения в Тёмного Лорда.
Я встал между ними, гася назревающую драку мягкой, благородной улыбкой. Каждое движение, каждая улыбка были выверены до мелочей — я воплощал собой само дружелюбие.
— Нам предстоит учиться вместе целых семь лет. Неужели нельзя обойтись без вражды? А что касается меня, то я мечу в Райвенкло.
«Как бы не так», — усмехнулся я про себя. Будь я хоть Лордом Волдемортом — я до мозга костей оставался слизеринской змеёй.
— Судить о человеке лишь по его происхождению — признак ограниченности, Малфой, — произнёс я ровным, но веским голосом. В этот миг серебряноволосый мальчик с лицом одиннадцатилетнего ребёнка казался мудрее любого взрослого. — Внешность, возраст, чистота крови — всё это слишком обманчиво.
— Ты вздумал меня учить?! — Драко вскипел, но я продолжал безупречно улыбаться, истинно слизерински, не вызывая, впрочем, ни капли раздражения.
— Вовсе нет. Лишь даю добрый совет. Тебе, как единственному наследнику Малфоев, стоит научиться смотреть чуть дальше своего носа. Мир скоро изменится, Драко.
Тот лишь возмущённо хмыкнул и отошёл. Рон с благодарностью хлопнул меня по плечу:
— Бельдер, я тоже думаю, что тебе место в Райвенкло.
— Что ж, твоими бы молитвами, — я слегка прищурился. Гриффиндорцы видели лишь то, что я хотел им показать.
Большой зал Хогвартса ошеломлял своим великолепием: тысячи свечей парили в воздухе над четырьмя длинными столами. На помосте, во главе зала, стоял ещё один стол — для преподавателей. Профессор Макгонагалл выстроила нас в шеренгу лицом к старшекурсникам. У меня так и чесались руки при мысли о том, что всего в паре шагов за спиной сидят этот старый лис Дамблдор и предатель Снейп. «Спокойно, Бельдер, — осадил я себя. — Нельзя позволять чувствам брать верх».
Профессор поставила перед нами табурет, на который водрузила островерхую шляпу. Та была невообразимо грязной — неужели за столько лет её ни разу не додумались почистить? Или «Бытовое очищающее заклинание» на неё просто не действует?
Шляпа шевельнулась. Тулья разошлась, точно рот, и она запела:
Может быть, я и не красавица на вид —
( «Это уж точно», — хмыкнул я про себя)
Но не суди по коже, что на мне блестит.
Найдёте шляпу лучше — я себя сожру,
Клянусь, я в этом деле вовсе не хитрю.
Пусть ваши котелки сияют чернотой,
А цилиндры манят шёлка чистотой,
Я — Шляпа Хогвартса, я выше суеты,
(Я услышал, как Рон облегчённо выдохнул — он-то ждал битвы с троллем)
И в магии со мной не перейдёшь на «ты».
Любую тайну, что таится в голове,
Увижу я, как искру в тусклой мураве,
(Я невольно прищурился, и воздух вокруг меня на миг похолодел)
Надень меня, и я в мгновение решу,
К какому дому путь твой проложу.
Быть может, Гриффиндор тебя к себе возьмёт —
Там храбрость в каждом сердце истинно живёт,
Там доблесть, благородство, рыцарский задор
Возносят этот дом над всеми с давних пор.
А если Хаффлпафф — судьба твоя и рок,
Там верность и терпенье — доблести исток.
Там честный труд в почёте, не боятся дел,
Упорство и порядочность — вот их удел.
А может, Райвенкло — обитель мудрецов?
Там острый ум найдёт и кров, и праотцов.
Там знания — венец, и каждый книгочей
Найдёт среди своих соратников, друзей.
Иль в Слизерин пойдёшь, где заведёшь друзей,
Что будут всех сокровищ преданней, верней.
Но те, кто хитр и ловок, не жалеют сил,
Чтоб путь к заветной цели им успех мостил.
( «Почему о Слизерине всегда говорят с таким подтекстом? — поморщился я. — Неужели Хогвартс окончательно превратился в вотчину Гриффиндора? Впрочем... „не жалеют сил для достижения цели“ — тут она попала в точку»).
Так надень же меня! И не бойся ничуть!
В моих руках (хоть их и нет) твой верный путь.
Со мною ты в безопасности, я не подведу,
Ведь я — Шляпа, что мыслит у всех на виду!
http://bllate.org/book/17409/1658308
Готово:
