Глава 152 (экстра). Бусины четырёх цветов. Часть I
— Это «Разящий гром», — Цзя Мань вытянула обе руки, — а это «Тайфун». Шифу, если я левой рукой сложу одну печать, а правой — другую, получится наложить два заклинания одновременно? Разве я не стану тогда самой непобедимой во всём мире?
Цзян Сюэцин, не отрываясь от книги, ответила:
— Вот это было бы замечательно! Давно пора нашей школе Посо единолично править всем миром.
— Раз старшая может одновременно накладывать два заклинания, значит, и я смогу сражаться двумя мечами сразу, — радостно воскликнула Тянь Наньсин, обнимая деревянный меч; её косы покачивались в воздухе. — В одной руке у меня будет меч кармического огня Посо, а в другой — меч Куньпэн школы Лэйгу!
— Прости за прямоту, — встрял Цзян Чжо, свисая вниз головой, — но у человека всего один рот и один язык. Как ты собираешься одновременно читать два разных заклинания? Формулы такие длинные, а если не получится заимствовать духовную силу, будет беда.
— Просто смешать и читать вместе, — сказала Цзя Мань.
— А в этом есть смысл, — задумчиво протянула Тянь Наньсин. — Но, старшая, что должно идти первым, а что вторым? Если смешать, не выйдет ли путаница?
— Лучше не спрашивай, — сказал Цзян Чжо, — а то она сейчас...
Но Цзя Мань уже сложила печати обеими руками и выкрикнула:
— Разорви завесу крыльев небесного слуги, повелеваю великому наставнику духов призвать разящий гром в кратчайший миг!
Цзян Чжо и Тянь Наньсин в один голом закричали:
— Старшая, ты перепутала слова!
Вдруг поднялся вихрь и разом подхватил троих висевших в воздухе детей. Одна схватилась за меч, другая вцепилась в сеть — их словно трёх тряпичных кукол подбросило вверх. Тишину леса пронзили их отчаянные вопли:
— Шифу!
— Беда!
— Спасите!
— Ещё не научились ходить, а уже хотите бегать? Вы трое даже упрощённые формулы толком не освоили. Для начала выберитесь из этой сети, — Цзян Сюэцин переложила книгу из одной руки в другую и даже головы не подняла. — Я покажу только один раз, смотрите внимательно. Это — «Тайфун».
Деревья и кусты на склоне мгновенно склонились, и яростный порыв ветра снова подбросил троих высоко вверх.
— Я не хочу летать, шифу! — закричала Тянь Наньсин, кувыркаясь в воздухе.
Цзя Мань всё ещё пыталась произнести заклинание:
— Разорви завесу крыльев духовного наставника и призови разящий…
Цзян Чжо, зажатый с краю, не мог больше это терпеть:
— Старшая, ты опять всё перепутала!
— Формулы такие сложные, кто вообще их запомнит! — раздражённо бросила Цзя Мань.
Тянь Наньсин, крепко обнимая меч, выглядела совсем беспомощной:
— Не время вам ссориться!
— Раз у вас ещё есть силы спорить, — Цзян Сюэцин отложила книгу и заложила одну руку за спину, чуть изогнув губы в улыбке, — тогда я продемонстрирую вам ещё одно заклинание. Смотрите: это — «Гори дотла»!
Кармический огонь мгновенно охватил сеть и стал сжигать от краёв к центру. Объятая пламенем, троица рухнула вниз. Цзя Мань дёргала себя за косички, заставляя медные монетки зазвенеть, и яростно дула на кончики волос:
— О нет, у меня волосы загорелись!
Цзян Чжо и Тянь Наньсин тут же бросились помогать и схватили её косички. Все трое набрали воздуха в рот и отчаянно дули, пока у них не потемнело в глазах.
— Дух земли, скорее призови духа земли! — сказал Цзян Чжо.
— Дух земли, внемли приказу… — Цзя Мань дёргала себя за волосы. — А дальше что там было? Я не выучила заклинание перемещения!
Видя, что кармический огонь вот-вот охватит их одежду, Тянь Наньсин воскликнула:
— Ох, это же «Дух земли, внемли приказу и соверши рывок в кратчайший миг»!
— Дух земли, внемли приказу и соверши рывок в кратчайший миг! — повторила Цзя Мань, но видя, что падение троих ничуть не замедлилось, отчаянно закричала: — Не работает!
— Ты забыла сложить печать! — Цзян Чжо схватился за рукоять меча Буцзин, пытаясь прорвать сеть приёмом «Обнажить клинок», но рукоять была будто налита свинцом, и меч не вынимался из ножен.
— Я же говорила вам выучить заклинания как следует, — спокойно произнесла Цзян Сюэцин. — Сегодня вам разрешено использовать только заклинания, никаких мечей.
Трое наперебой закричали:
— Нечестно!
— Так нельзя!
— Мы пропали!
Сеть, словно падающая звезда, стремительно мчалась к земле.
— Дух земли, внемли приказу и соверши рывок в кратчайший миг! — Цзян Чжо, с горящими рукавами, снова сложил руки в печать, — Дух земли, внемли приказу и соверши рывок в кратчайший миг!
— Может, духов земли нет дома? — спросила Тянь Наньсин.
— Разорви завесу крыльев небесного слуги и призови разящий неистовой мощью гром! Разорви завесу крыльев небесного слуги и призови разящий неистовой мощью гром! — Цзя Мань в панике дёргала на себе волосы. — Почему и небесный слуга не откликается?!
— Ещё как откликнется. Разящий гром! — крикнул Цзян Чжо.
Чтобы упрощённая формула заклинания сработала, нужен был достаточно высокий уровень совершенствования. Но они были ещё детьми и поэтому всегда пользовались полной формулой. Путь заимствующих духовную энергию идёт от сложного к простому: чем могущественнее заклинатель, тем короче заклинание. А когда человек достигает апогея мастерства, о котором мечтает каждый, он и вовсе обходится без произнесения формул. Но по какой-то причине в этот день полные формулы троих не срабатывали. Поэтому, когда упрощённая формула Цзян Чжо подействовала, они даже не успели среагировать. Только когда они снова начали падать, дети закричали:
— Тайфун!
— Кара шумом!
Они выкрикивали формулы одну за другой, но больше всего им нравилось заклинание «Разящий гром», поэтому все трое наперебой завопили:
— Разящий гром!
— Разящий гром!
Над залитым солнечным светом склоном горы внезапно заревел гром, вспугнув стаю птиц. Кармический огонь рассеялся от раскатов грома, и дети, растрёпанные и вымазанные сажей, выкарабкались из наполовину сгоревшей сети.
Цзян Юэмин, которого встревожили раскаты грома, выбежал из соседнего барьера и сразу же вскипел:
— Даже смотреть не нужно — по одному этому грохоту ясно, что это вы, трое маленьких негодников, снова натворили дел! Гора Бэйлу не прячется за чужим именем! Мы, школа Посо, применяем кармический огонь, а вы тут какого лешего призываете гром? Мало того, что школа Лэйгу и так над нами смеётся!
Он тяжело вздохнул, и чем дальше говорил, тем больше злился. Следом за ним шли ученики, все с мечами в руках, и изо всех сил сдерживали смех. Цзян Бай прошёл мимо с засахаренными ягодами на палочке, покачал головой, дважды причмокнул губами и сказал:
— Такое хорошее испытание, а вы во что его превратили? Ни капли профессионализма. Посмотрите на себя, вы такие чумазые, как будто в золе валялись.
— Кто сказал, что у нас нет профессионализма? Мы ещё не закончили! — Тянь Наньсин стряхнула пепел с деревянного меча и резко приняла боевую стойку. — Гора Бэйлу, школа Посо.
Цзян Чжо, всё ещё кашляя от пепла, схватился за меч Буцзин:
— Во...кхе-кхе-кхе!.. Воля укрощает бедствия.
Цзя Мань не двигалась, но они подтянули старшую ученицу и, пошатываясь на ногах, договорили лозунг:
— Меч сокрушает зло, дух справедливости торжествует!
Цзян Бай так расхохотался, что чуть не упал:
— Брат, посмотри на них: все лица вымазаны сажей, как будто они не ученики школы Посо, а бродячие шуты.
— А ты сам-то выучил заклинания? Ещё и над другими смеяться время нашёл, — Цзян Юэмин отобрал у него засахаренные ягоды и снова повернулся к троице. — Где ваша шифу? Позовите её сюда, я и ей скажу пару слов. Как можно было позволять вам так безобразничать!
Цзя Мань, ни жива, ни мертва, запрокинула голову назад и позвала:
— Шифу…
— Шифу давно сбежала, — сказала Тянь Наньсин.
Цзян Чжо закрыл глаза и рухнул на спину:
— Будь прокляты эти упрощённые формулы…
Трое детей были совершенно измотаны, столько раз применив «Разящий гром», и один за другим повалились на землю и притворились мёртвыми. Они отказывались вставать, как бы Юэмин-шибо их не отчитывал. Потеряв всякое терпение, Цзян Юэмин схватил Цзян Чжо и Цзя Мань, взвалил Тянь Наньсин себе на спину и, не переставая ругаться, потащил их обратно домой.
Цзян Чжо спал крепко. Он проснулся ещё до рассвета и встал, чтобы попить воды. Вода оказалась тёплой. Подумав, что шифу приходила, он тотчас выбежал наружу посмотреть.
Но за дверью был совершенно иной мир. В воздухе висел белёсый туман, с неба сыпался мелкий снег. Высокие башни и громоздкие павильоны, чернея, тянулись вдаль, словно чёрные камни вэйци, рассыпанные по игровому полю. Птицы кружили под карнизами, вдали слышался шум волн.
На перилах сидел человек и кормил птиц. Его серебряные волосы были собраны на затылке, фигура выглядела очень высокой. Человек сидел спиной к Цзян Чжо, и он не видел его лица.
— Тебе не больно, когда птицы тебя клюют? — спросил он.
Кисти рук, выглядывавшие из рукавов человека, были длинными, изящными, но между пальцами на них виднелись ожоги. Он погладил птицу по спине и рассеянно ответил:
— Нормально, я уже привык.
Красная птица опустилась на плечо Цзян Чжо. Он поднял руку и попытался тоже погладить её по перьям на спине — но птица мгновенно рассыпалась, превратившись в языки пламени, которые, пробежав от кончиков его пальцев по всему телу, превратились в просторную мантию с белыми цветами шиповника.
— Осторожно, — тот человек внезапно коснулся запястья Цзян Чжо; прикосновение было лёгким, словно стрекоза в полёте скользнула по водной глади, — мой огонь опаснее этих птиц.
Взгляд Цзян Чжо скользнул мимо их рук вниз: под ногами вместо земли была гладкая, как зеркало, поверхность воды. В отражении был высокий и стройный мужчина — переступив порог, он стал взрослым.
— Вижу, — Цзян Чжо чуть поднял взгляд и улыбнулся, но без тени веселья. — Как же ты умудрился так себя сжечь? Это лицо…
Вода под ногами вдруг исчезла, превратившись в неистовый вихрь хлопьев снега, похожих на перья. Они заслоняли ему обзор, но Цзян Чжо никогда не отступал на полпути, если хотел что-то увидеть. Он схватил человека за руку и настойчиво шагнул вперёд, чтобы разглядеть получше.
— Это лицо кажется мне очень знакомым. Кто ты?
Перила тоже рассыпались, превратившись в летящие снежинки. Двое мужчин двигались — один отступал, другой наступал. Туман вокруг рассеялся, здания вокруг стали выше, их стало больше. Когда хлынул дождь, одежда того человека превратилась в сверкающие доспехи.
— Я — второй хозяин твоего леопарда, — человек в шлеме поднял руку, и из-за его спины показался бодрый пятнистый леопард. — А ещё я твой суженый, связанный с тобой обетом душ.
— Что за обет душ? — спросил Цзян Чжо.
Что за обет душ?
Обет душ?
Эхо прозвучало трижды, и вдруг раздалось гулкое «дзинь!», как будто бусины столкнулись друг о друга. Цзян Чжо резко стал выше — нет, его рост не увеличился, он просто взмыл вверх. Откуда-то сзади выплыла белая шёлковая лента и закрыла ему глаза. Он внезапно ощутил тяжесть в руках — в его объятиях откуда ни возьмись появилась пипа.
— Снова попался, — Цзян Чжо в облике бога луны ничего не видел и мог полагаться только на запах. — Кто ты сейчас? Владыка? Ло Сюй? Тайцин…
Он протянул руку и ухватился за что-то мягкое и пушистое.
— Почему ты вдруг стал богом луны? — удивился тот, другой.
Бог луны Цзян Чжо наобум ответил:
— Это тебе снится кошмар. Поскорее закрой глаза и просто пережди.
Только у маленького Ло Сюя на воротнике висел пушистый звериный хвост — вот что такое мягкое он нащупал. Тот взял Цзян Чжо за руку с любопытством рассматривал его:
— В таком облике я тебя ещё не видел. Только взрослому мне можно смотреть? А я не закрою глаза.
— Смотри сколько хочешь, — разрешил бог луны Цзян Чжо.
Но ответа не последовало. Веки Цзян Чжо дрогнули. В следующий миг драгоценные ожерелья на его груди звякнули — бог луны был втянут в чьи-то объятия. Владыка небесного моря схватил его за руку и крепко прижал к себе. Серебряные доспехи были ледяными. Даже сквозь шёлковую повязку Цзян Чжо чувствовал приближающееся прикосновение.
Капли дождя стекали по его лицу, и Владыка вытирал их пальцами, украшенными серебряными кольцами с болтающейся между ними цепочкой. Слегка царапающее прикосновение скользнуло от щеки к подбородку, отчего у Цзян Чжо по спине пробежала лёгкая дрожь.
Голос Ло Сюя прозвучал лениво:
— Кому ты хочешь это показать — ему или мне?
Пощади меня.
Четыре разноцветные бусины Да'а — золотая, синяя, красная и зелёная — гулко звякнули, и спутанные линии времени и пространства снова слились воедино. Однако Цзян Чжо всё ещё оставался в облике лунного бога. Его поясница смутно ныла. Он уткнулся носом в Ло Сюя и, не ведая страха, прошептал у самого его уха:
— Тебе. Смотри ещё, смотри сколько душе угодно.
http://bllate.org/book/17320/1699275
