После ужина Лян Ши проводила Сюй Цинъя обратно в отель. Лян Ши уже собиралась перевести ей деньги, но Сюй Цинчжу остановила ее.
Сюй Цинчжу перевела Сюй Цинъя десять тысяч юаней, наказала ей не тратить их попусту и не шляться по сомнительным местам с той компанией дружков.
Сюй Цинъя помахала ей рукой и сказала:
— Ладно, поняла. Давай, возвращайся скорее.
Затем Сюй Цинъя крикнула Лян Ши:
— Сестрица Лян Ши, приструни свою жену.
Лян Ши стояла в дверях и беспомощно улыбалась. В ее улыбке сквозила снисходительная нежность.
— Да разве я посмею? — сказала Лян Ши.
Сюй Цинчжу бросила на нее легкий, скользящий взгляд.
Эти красивые глаза от природы были полны чувственности и кокетства — они смотрели томно, словно с легкой укоризной.
Лян Ши пожала плечами, в ее взгляде читалась невинность: «Я же просто помогаю тебе играть роль».
Сюй Цинъя поежилась и сказала:
— Уходите скорее. Не хочу я есть этот корм для одиноких собак.
***
Вышедшая из отеля Сюй Цинчжу выглядела совершенно изможденной.
В воздухе едва уловимо разносился аромат клубничного ликера Бейлис.
В обычное время у Лян Ши было очень острое обоняние, но сегодня она устала. С того момента, как она попала в этот мир, она почти не отдыхала, и сейчас Лян Ши держалась только на одной силе воли. И все же она уловила этот уникальный запах.
Чем выше класс омеги, тем приятнее ее запах.
К тому же существует такое понятие, как совместимость феромонов: чем сильнее феромоны омеги влияют на альфу, тем выше их совместимость.
Должно быть, срок действия блокатора подходил к концу, поэтому запах, присущий только этой омеге, начал распространяться вокруг.
Лян Ши открыла для Сюй Цинчжу дверцу машины. Когда Сюй Цинчжу села, она слегка кивнула и тихо поблагодарила ее.
Она была гораздо вежливее, чем раньше.
Лян Ши села за руль, пристегнулась ремнем безопасности, бросила взгляд на Сюй Цинчжу и обнаружила, что она еще не пристегнулась.
— Сюй Цинчжу, — позвала Лян Ши. — Ремень безопасности.
Сюй Цинчжу слегка нахмурилась. Ее прямые длинные черные волосы рассыпались по плечам, прикрывая красивые лопатки и половину ключиц, и доходили до самой груди.
С той стороны, которая была обращена к Лян Ши, все выбившиеся пряди были аккуратно убраны за ухо, открывая взгляду маленькое ухо и изящную линию нижней челюсти. Однако на бледных щеках Сюй Цинчжу проступил легкий румянец, словно на ее лицо нанесли розовые румяна. На кончике носа выступили мелкие капельки пота, такие прозрачные, что в них отражался свет в салоне автомобиля. Губы Сюй Цинчжу были яркими и влажными с нежным розоватым отливом.
Она напоминала тронутый утренней росой цветочный бутон, готовый распуститься весной.
Яркая, манящая.
Визуальный эффект в это мгновение достиг своего пика. От нее было невозможно оторвать глаз.
Лян Ши сглотнула, отвернулась, прижала руку к сердцу и несколько раз глубоко вздохнула.
После нескольких глубоких вдохов Лян Ши наконец смогла унять сердцебиение.
На самом деле это была не любовь.
Это было просто восхищение красивой женщиной со стороны той, кто ценит внешность, и неконтролируемое учащение пульса.
К тому же в этом теле еще остались какие-то следы прежней симпатии к Сюй Цинчжу.
Лян Ши снова позвала:
— Сюй Цинчжу?
Лицо Сюй Цинчжу становилось все более красным, а запах ее феромонов разносился по салону, становясь все насыщеннее.
Ну как альфа может это выдержать?
Лян Ши вздохнула, отпила глоток воды и успокоилась.
Она наполовину опустила стекло со своей стороны, надеясь, что осенний ветер хоть немного прочистит ей голову.
Сюй Цинчжу тихо и хрипло что-то ответила, но этот ответный звук был таким мягким и томным, что он щекотал душу и вызывал желание.
Лян Ши захотелось поскорее отвезти ее в больницу, поэтому она наклонилась, чтобы помочь ей пристегнуть ремень.
— Прошу прощения, — сказала Лян Ши и наклонилась вперед. В этот самый миг феромоны альфы и феромоны омеги встретились в воздухе и сплелись воедино — словно встретились души, долгое время томившиеся в одиночестве. Зажигательная искра мгновенно разожгла пламя, и в воздухе затрещали искры.
Лян Ши едва не потеряла контроль над собой и чуть не навалилась на нее всем телом.
Рука Лян Ши, державшая ремень, дрогнула, и ее пальцы случайно оказались на животе Сюй Цинчжу. Стоило ей чуть-чуть подвинуть руку вверх, и она коснулась бы мягкой груди. Лян Ши сразу же отодвинулась назад.
Ее тело словно охватило пламя. Ощущение было точно таким же, как прошлой ночью.
Но сейчас у Лян Ши не было эструса, и ситуация была не такой серьезной, как прошлой ночью. Она еще могла продержаться.
Словно спасаясь от погони, Лян Ши поспешно пристегнула Сюй Цинчжу. Но в тот самый момент, когда пряжка защелкнулась, прохладные пальцы Сюй Цинчжу провели по местечку за ее левым ухом. Там, за ухом, был небольшой выступ — железа Лян Ши, самое чувствительное место при слиянии с омегой.
Пальцы Сюй Цинчжу были очень мягкими. Она лишь слегка погладила железу, а Лян Ши тут же почувствовала, что все силы покинули ее тело.
Лян Ши: «…»
— Бо... больница... — запинаясь, произнесла Сюй Цинчжу, а затем резко сжала пальцы, и ее ноготь провел по железе Лян Ши.
Какая острая боль...
Лян Ши даже заподозрила, не нарочно ли она это сделала.
Но Лян Ши наконец удалось вырваться, правда, вся ее спина покрылась потом.
Если бы это повторилось еще несколько раз, она, наверное, лишилась бы жизни.
Кто же может устоять перед тем, когда ее так дразнит «первая омега Хайчжоу»?
Лян Ши боялась, что запах феромонов Сюй Цинчжу распространится наружу, поэтому она закрыла окна и включила в машине кондиционер.
Сюй Цинчжу, на которой было платье, замерзла, съежилась в углу и обхватила себя руками. Тогда Лян Ши накинула на нее свою куртку.
С большим трудом Лян Ши добралась до больницы.
Лян Ши увидела, что Сюй Цинчжу уже находится в полубессознательном состоянии, а в уголках ее глаз блестели слезы. Лян Ши не стала ее будить, а просто подхватила ее на руки и занесла в больницу.
***
Сегодня у Чжао Сюйнин не было ночной смены, но она беспокоилась о Сюй Цинчжу, которая покинула больницу, поэтому она просто поменялась сменой с коллегой.
Когда пробило десять часов, а Сюй Цинчжу все еще не вернулась, Чжао Сюйнин собралась было позвонить ей, но как раз в этот момент она увидела, как Лян Ши вносит Сюй Цинчжу на руках.
По виду ей было не очень хорошо.
— В чем дело? — спросила Чжао Сюйнин. — Разве мы не вводили ей блокатор?
— Время действия вышло, — кратко ответила Лян Ши.
В этот момент в холле больницы распространился запах феромонов омеги, и многие альфы его учуяли.
Этот аромат был таким сладким, что от него одна альфа с тяжелым заболеванием потеряла сознание, и в холле началась небольшая суматоха.
Вернувшись в палату, Чжао Сюйнин сделала Сюй Цинчжу еще один укол ингибитора и поставила капельницу. После этого Сюй Цинчжу погрузилась в глубокий сон.
Лян Ши еще немного посидела в ее палате, а затем ушла.
Было уже поздно. Лян Ши было лень возвращаться в особняк, поэтому она поднялась в свою палату на верхнем этаже. Она взглянула на время — уже одиннадцать часов.
Лян Ши легла на кровать, и в ее голове стремительно пронеслись события этого долгого дня.
Появилось слишком много людей, и произошло слишком много событий.
Все эти люди и события нарушили привычный ритм ее жизни и вызвали у нее небольшое замешательство.
Как раз в тот момент, когда Лян Ши размышляла, стоит ли ей в будущем притворяться, что она потеряла память, или сказать, что она решила начать новую жизнь и стать другим человеком, зазвонил ее телефон все с той же резкой, невыносимой мелодией.
Лян Ши вздрогнула от неожиданности.
…Надо будет сменить эту мелодию.
Лян Ши взглянула на экран. В заметках было написано: «Госпожа Лян».
То есть нынешняя мать прежней хозяйки.
Лян Ши нажала пальцами на переносицу, глубоко вздохнула, пытаясь таким образом прогнать усталость, и взяла трубку в последнюю секунду перед тем, как звонок должен был прерваться.
— Алло? — сказала Лян Ши.
— Девочка моя, ты еще не спишь? — ласково спросила Цю Цзыминь.
— Еще нет, — ответила Лян Ши. — Я как раз собиралась ложиться.
— Хорошо, что я тебя не побеспокоила, — улыбнулась Цю Цзыминь. — Мама звонит тебе вот по какому делу. Я уже договорилась с госпожой Чжоу, вы встретитесь с Аньань послезавтра. Встретитесь в ресторане «Цанъюэ», поужинаете вместе. Если подойдете друг другу, будете дальше встречаться.
Лян Ши: «…?»
Как же эти речи похожи на сватовство!
Если бы прежняя хозяйка была одинока, Лян Ши еще могла бы это понять. Но проблема в том, что прежняя хозяйка состояла в браке.
— Со стороны Аньань сказали, что они не против твоего прошлого, — продолжала Цю Цзыминь. — Единственное условие, чтобы ты все уладила до того, как вы поженитесь.
Лян Ши: «?»
— Мама, ты, наверное, что-то перепутала, — беспомощно сказала Лян Ши. — Я ведь уже состою в браке.
— Что я перепутала? — рассердилась Цю Цзыминь. — Если ты состоишь в браке, значит, ты можешь и развестись. К тому же это ты сама попросила меня устроить эту встречу. Ты сказала, что нынешняя жена тебе больше не нравится и ты хочешь найти новую.
Лян Ши: «…»
Божечки, спасите ее.
http://bllate.org/book/17172/1612638
